Глава 18

ГЛАВА 18

— Ты же видела дракона, — Шивьен не сводил с меня пристального взгляда, всматриваясь в каждую эмоцию.

Дракон, которым не обладал ни один император. Пожалуй, да. Исходя из истории подобным Элаю, никто не обладал. В прошлом были императоры, получившие имя народа. Как Гэлиус Митиан правящий во времена до начала Алых Небес. Милосердный. Так его величали подчиненные. И он действительно воплощал в себе все качества, приведшие его к всеобъемлющей любви поданных. Чего не скажешь о Алрэйте Митиане. Всего после полугода своего правления его прозвали Кровавым императором.

Все, кто не разделял его устремлений захлебывались в собственной крови. Восемь столетий назад сама земля захлебнулась в крови его врагов и поданных.

Какое же имя Элаю дадут его поданные? На языке вертелось — Разрушительный.

Встречу с черным драконом, древним, словно воплощение самой Тьмы мне не забыть. Как и бурю эмоций разрывающую душу и сердце. Есть в том, что я видела и чувствовала что-то странное. И это не дает мне покоя.

— Любопытно, — задумчиво протянул Шивьен. — Подобного рода тайны обычно преждевременно уносят в могилу. И дело тут не в твоем подленьком фокусе с аурой Эларониса. Ты не боишься. На твоем месте любая другая уже бы в истерике молила забыть ее имя, да и как в принципе выглядит готовая на любые ухищрения. А ты непросто спокойна. На твоем лице отчетливо читается грусть и жалость, Вилиас.

— Вы тоже видели, я необычная ведьма, — просто ответила.

Не боюсь? Только Темнейшая знает в каком я сейчас ужасе. И для сохранения хладнокровия я прикладываю уйму усилий. Это как перед смертоносным хищником, нельзя выказывать страха. А вот мысленно мои пятки уже сверкают в районе королевства Арташа. И плевать, что там некромантов больше, чем грибов в лесу после дождя. Жила бы там себе припеваючи пока пророчество, которым клеймили Элая не дотянется и туда.

— Ты тот, — я повернулась к дракону, — кто уничтожит эти земли.

Я не единственная прилагала усилия, скрывая эмоции. Но от обреченности, промелькнувшей в янтарных глазах мое сердце болезненно сжалось.

— И тот, кто на протяжении двух лет сдерживает дракона, — не знаю просто ли аргументом поделилась или хотелось утешить, и откинувшись на спинку стула, я милостиво заметила: — К слову, ты ему тоже не нравишься.

— Пожалуй, наши мысли схожи только в этом, — хмыкнул Элай.

В горах Райхола я спрашивала, что случается с одаренным, недостойным, который смог удержать душу дракона во время Интэрона. Тогда Элай не без горечи и обреченности ответил, что и впрямь недостоин. Но теперь я понимаю неправильность своего вопроса. Черный дракон для светлой души. Существо, посланное богами разрушить великие империи. И правильный вопрос: За какие грехи предков ему досталось подобное испытание? Элай и рад был бы провалить свое Вознесение, да только судьба решила иначе.

— Что еще примечательно, — вспомнила я один нюанс. — Душа дракона объята темным эфиром, но тебе этот источник неподвластен. Как так? Ты больше на полукровку похож. И в самом деле под стать камню Ишиссаи.

— Неплохое сравнение, — улыбнулся Шивьен, умостившись на подлокотник кресла, в котором сидела Диэса.

— Чему ты радуешься? — фыркнула эльфийка.

Элай вот тоже радовался. Сидел облокачиваясь локтем в столешницу и подпирая подбородок самозабвенно улыбался, не сводя с меня пристального взгляда янтарных глаз, где отсветом бурлило раскаленное золото.

— Что, влюбился? — съехидничала я.

Улыбка светлого стала шире.

— Я уже говорил. Это судьба, Ари.

— Злой рок, — открестилась я от сомнительной участи, напоминая свой прошлый ответ. — И заканчивая с «любезностями», ах да, давайте сразу опустим момент шантажа, угроз страшной смерти, рабства и прочего и перейдем к сути дела. Вы хотите использовать меня или вернее, мои сомнительные способности для контроля дракона Элая, чтобы нагнать страху на неверующих в силу младшего наследника.

Эларонис поморщился, угрожающе зыркнул на Диэсу, когда та развела руками мол: «кто ж тебе виноват, что ты ведьмой родилась».

Действительно, в списке пожеланий богам не там галочку поставила.

— Или… — внимательно смотрю на Элая, — ты серьезно решил бросить вызов самим богам и изменить уготованную тебе судьбу?

— Без тебя мне этот вызов не бросить.

«И сколько времени я должна оставаться в роли твоего поводка?», — хотелось спросить. Но ответ я выбрала для себя сама. Пока не пойму, как управлять магией так, чтобы она не убивала все живое.

— Вызов бросить несложно. Выжить после этого другая история. И уповая на нашу везучесть — мы все умрем, — улыбнулась я не в меру бесстрашным.

Клыкастая в некотором роде была права. Азарт, интерес, будоражащее чувство приключений на ведьмину пятую точку и шанс победить Повелителей перевешивали страх.

Стану очередной дочуркой леса, ускоренно роющей себе могилку.

— И каков план? Выкрадем Пророчий булыжник и постучимся в обитель богов вернуть ниспосланный подарочек?

— Обучение контроля дракона, — «повеселил» Шивьен.

— Прости, светлый, инструкцию к использованию магии Души запамятовали приложить.

— Практика наш лучший учитель.

— Скорее возможность самоубиться. В данном случае. Или ты пропустил ту часть, где я говорила, что в присутствии обращенного мой эфир меня убивает. Не говоря обо всем окружающем. Ректор Имирой нашу компанию полудурков-самоубийц переселит в бестиарий или к профессору Амису… на опыты! — выпалила я на одном дыхании.

— У тебя есть идея получше? Внемлю тебе, Арэюшка, — оскалилась Диэса.

Я раздраженно засопела, ибо идей не было. Хотя…

— Смиренно молю забыть мое имя и вообще, как выгляжу.

— А вы ведьмы всегда тормоза включить пытаетесь, когда возврата уже нет? — миролюбиво поинтересовалась эльфийка.

— Нет. И тормозов у нас тоже нет, — вынужденно призналась я. — Со всего размаху радостно прыгаем в костеришко, — будничным тоном ответила.

— Держать…

— Магия Души? — перебил Элай Диэсу, уставившись на меня так будто я на могилах его предков танцевала под луной.

И судя по лицам аман-иш в их семейные склепы я тоже заглянула.

— А я разве не говорила? — невинно хлопаю ресницами.

Ах да, этот нюанс я обсуждала с Дэйваром. Ну, он обсуждал, а я пыталась уйти со скользкой дорожки к профессору Амису на опыты.

К слову, реакция у ребяток заторможенная. Осознали, о чем речь только после вопроса Элая. Или просто пропустили мимо ушей считая невозможным и абсурдным.

Но раз мы в одной лодке, они должны знать, чего мне это будет стоить.

— Запамятовали? — показательно удивилась я и напомнила: — Магия пьет жизненную силу…

— Ты забыла добавить «Души»! — процедил Шивьен, вскочив на ноги.

— Суть проблемы это не меняет. И не ты ли сказал, что это нужно исправить? Дерзай. И желательно до того момента как иссякнет сила и я… умру.

— Тренировки отменяются! — отрезал Элай, резко поднявшись на ноги.

— Мой принц, я понимаю, что…

— Если не согласна с моими приказами, смело меняй даэрго на старшего Митиана, — слова Элая больше походили на рык зверя, чем человеческую речь. — Я понятно излагаю? — опираясь ладонями и немного склонившись над столом, дракон поочередно окинул аман-иш совершенно спокойным взглядом.

Но ребят та-а-ак перекосило, осталось лишь догадываться, что могли выражать его гляделки.

На меня тоже посмотрели. Выжидательно. Я и ответила.

— Ведьмы отродясь никому не служили, — запнулась, припомнила исключение: — Вермонт не в счет. Ну, может еще пара штук не в счет. Приказы твои я не выполняю. Это мой выбор и за последствия отвечать мне. Клянусь темной душенькой, если помру и стану призраком, вас доставать не буду, — пауза и ехидное: — Разве что Мракинберг. Уж очень в незаконченные дела врезаются те, кто покушался на твою жизнь. А все, что меня не убивает, впоследствии сильно об этом сожалеет.

— Всегда рада схлестнуться в поединке, — темная вальяжно перекинула ногу на ногу и не менее ехидно добавила: — Но ты и пальцами щелкнуть не успеешь как я отсеку тебе голову.

— Да-а-а, очень был наглядный пример в Райхоле, спасибо, — припомнила я события в таверне господина Тасана.

— Тогда милости прошу…

— Ди! — прикрикнул Элай. — А ты завязывай лезть на рожон! — это уже мне. И отшвырнув стул с пути, подошел вплотную. — Тренировки, проверки темных драконов, пребывание в твоей комнате зеленоволосой недодриады, чтобы я ничего из этого не видел! — прошипели мне в лицо.

— Хорошо, — покорно соглашаюсь.

Элай очень подозрительно прищурился.

— Делаю все так, чтобы ты не видел, — бодро покивала я.

— Арэя!

— И просто к сведению. Эйн не по своей воли там оказался. Его Тарш похитил. И он рядом со мной по велению, хотя проклятию скорее, — исправилась я, — моей наставницы.

— Ничего из вышеперечисленного! — не унимался светлый. — С твоей наставницей я сам разберусь!

Мне вдруг стало страшно. За Элая.

— Лучше не надо.

— Наставница? — вдруг переспросил Шивьен, потирая подбородок. — А это не та ведьма, которая с боем в академию пробивалась и грозилась Имирою голову… — маг показательным жестом руки продемонстрировал отсечение этой самой головы.

— Малика Уэльская, — буркнула я. — Потомственная ведьма ковена Северной звезды.

Ректор мужик хороший. А Мали его умертвить пыталась. Надо бы провести с ней парочку воспитательных бесед.

— А касательно тренировок… у тебя есть идеи получше? — я сделала плавный шаг назад. Говорить стоя впритык к Эларонису самую малость неудобно.

— Найдем другой способ.

— Как-то для шантажиста ты позиции сдаешь. А как же «Забыла с кем имеешь дело?» или «Будешь послушной девочкой и тебя не казнят», — спародировала я дракона.

Элая прямо передернуло, Шивьен тяжко выдохнул, а Ди бросала вопросительные взгляды, не понимая, о чем речь. И любопытство темной никто утолять не собирался.

— В тот раз… — начал было Элай виноватым голосом, но я перебила.

— Забудь. И у нас нет времени на поиски. Пусть этим займется Шивьен, а мы приступим к тренировкам.

— А ты на удивление спокойна, — заметила Диэса и во взгляде даже уважением повеяло.

— Я темная. Да и какой толк истерику поднимать? Слезами делу не поможешь. А еще я уповаю на подарочек куратора Митиана, — я наглядно продемонстрировала им руку.

Эффект, как и с Элаем. Кольца они не видели.

— Опиши реликвию! — потребовал Элай, снова сократив между нами расстояние.

— Это кольцо из черного золота с рунической резьбой, — начала я, рассматривая украшение. — Одна из работ великих мастеров сохранившая свою первозданность. Испещрено архаическими символами, я бы сказала изначальными. Ни одного не узнаю. Магия мощная. Но я никак не могу понять направление потока энергии.

С каждым моим словом лицо Элая бледнело все сильнее, отчего в душе крепко обосновалось подленькое предчувствие обрушившейся беды на мою невезучую и несчастную ведьмину голову.

— Я его прикончу! — прорычал светлый.

— Недостойно принца бросаться угрозами, — послышался совершенно спокойный голос Нилмэйна нарисовавшегося на пороге резиденции.

— Ты прав. Что это я сама бестактность, — ядовито оскалился Элай.

— Это единственное, что в конкретном случае может сдержать ее силы и сохранить жизнь, — быстро добавил куратор, когда Элай в мгновение ока возникнул рядом с занесенной рукой.

Но после слов брата его кулак так и не впечатался в лицо старшего наследника.

— Ты главное, «Да» не говори, — обратился ко мне Шивьен.

— Вообще, или конкретно на что-то? — тут же осведомилась я, окончательно убедившись в неладном.

— Конкретно на что-то, — задумчиво ответил маг, словно припоминая это что-то. — Благодаря Элаю я был частым гостем императорской библиотеки, архива и еще кучи самых разных мест, где имелись книги.

— Ты непохож на заядлого чтеца.

— Как грубо, — ничуть не обиделся светлый. — Мы искали любую информацию по предотвращению дебоша древнего. И в хранилище дворца мне попадался свиток с описанием одной императорской реликвии.

Я уже догадалась, о чем сейчас пойдет речь.

— Ага, колечко у тебя на пальце, — подтвердил Шивьен.

«Вот ни разу мне не везет с безделушками великих мастеров!», — некстати пронеслось в мыслях.

— Император Алрэйт…

Моя удача не сомневалась, что он назовет не самую приятную личность. Но не Кровавого же!

— …был немного ревнив, — между делом продолжил Шивьен. — И потребовал от ручного артефактора создать ему нечто, что будет способно полностью заблокировать силу супруги. Это скажу я тебе улучшенная версия ограничителя. Но с маленьким дополнением. Колечко делает тебя, как бы помягче выразится… рабыней…

Мягче не придумаешь.

— …нашего «всеми любимого» куратора Митиана, — закончил маг.

Я обернулась на глухой стук и грохот, пропустив момент впечатывания кулака Элая в изрядно охамевшую физиономию Нилмэйна, ибо пребывала в ступоре.

— А твой удар стал сильнее, братишка, — засмеялся куратор, оттолкнувшись от стены, в которую впечатался по инерции удара.

— Два года прошло, бр-р-ратишка! — выплюнул Элай.

Я машинально потянулась к кольцу, уже зная исход этого действия.

— Немедленно снимите эту мерзость! — категорично потребовала я, да еще и руку от себя брезгливо отвела насколько это было возможно.

— Разве я не говорил, что эта мерзость, как ты выразилась, — укоризненно покачал головой куратор, на секунду нахмурившись задумался, — согласен с определением, вещица для бесчестных мужланов, — неожиданно поддержал он, — однако, единственное, что не дает тебе убивать и самоубиться, в частности.

— Поверишь дракону, светлому, в частности, и твоя жизнь покатится в Бездну! — прошипела я.

Есть с чего брать пример. Да что там! Сама грешна.

Нилмэйн попытался было подойти, но путь ему преградил Элай. Куратор тяжко вздохнул, провел большим пальцем по разбитой губе, и рана мгновенно затянулась. Даже кровь испарилась.

— Ты мне не принадлежишь, — в голосе светлого послышались раздражительные нотки.

— Я редко бываю с тобой согласен, как сейчас, — процедил Элай все также преграждая путь брату.

Аман-иш предпочли отмалчиваться в сторонке, но если Диэса стояла с опущенной головой, решив, что ей всенепременно и срочно нужно изучить узоры на цветном ковре, то Шивьен внимательно следил за каждым движением обоих наследников.

— Кольцо не связывало тебя узами рабыни, — сухо повторил куратор Митиан.

Продолжаю смотреть недоверчиво.

— Считай его улучшенной версией современного ограничителя.

А моя догадка оказалась верна.

— Я не делал предложения, ты не соглашалась! — повысил голос Нилмэйн, очевидно, по-своему истолковав мою заминку. — Реликвия Листаар лишь блокирует такую же древнюю магию, из которой создана сама.

— Но снять ее можете только вы! — обвинительно воскликнула я, поддавшись вперед.

— Прости уж, — развел Нилмэйн руками. — Времени было маловато. Пришлось привязать реликвию своей кровью. Небольшой ритуал это исправит. Я передам ее Эларонису.

— Сменить одного «гос-сподина» на другого?! — скривилась я, чувствуя, как от ярости закипает кровь. — Не бывать этому!

— Ты передашь управление реликвией Арэи, — не просьба, приказ.

Я от удивления проглотила рвущиеся с губ ругательства, которыми в полной мере собиралась описать ситуацию и куратора Митиана, в частности. Мне не было видно лица Элая так как стоял он ко мне спиной. Очень напряженной спиной. И взглядом он явно прожигал брата.

— Не самая лучшая идея, — криво усмехнулся Нилмэйн, не оценив благородного жеста. — Понимаю твое желание расположить к себе ведьмочку, но для ее же блага силу лучше разделить, на тот случай, если она попадет не в те руки, Эларонис.

Затаив дыхание, выжидательно смотрю на обернувшегося ко мне Элая в надежде, что тот сейчас пошлет братца в глубины Бездны, но… По взгляду поняла. Его приводит в бешенство нынешняя правота Нилмэйна, с которой он вынужден согласиться!

— Прекрасно! — выплюнула я.

Ярость новой волной всколыхнулась по венам. И чувство, словно в комнате значительно потеплел воздух. Я часто заморгала, стараясь вернуть зрению четкость, ибо перед глазами все странным образом плыть начало. В ушах звон и слова Элая потонули где-то за невидимой оградой. А злость, обида, безысходность душили все сильнее.

— Ничего другого и не стоило ожидать от светлых ящеров, — пробормотала я, тряхнув головой.

— Адептка Вилиас, тебе стоит хотя бы иногда проявлять уважение. Ты говоришь с наследниками Свободных земель.

Высокомерие и вражда во взгляде, надменные ноты. Накатившая волна странного наваждения накрыла лавиной! Я вскинула голову, устремила взгляд на Нилмэйна.

— Гарантирую вы до конца дней не забудете проявленную мной «вежливость», когда я обуздаю силу. И тогда… вам более не испытать свободы крыльев, ходить в человеческих обличиях пока не испустите последний вздох. Иначе поплатитесь за это извечным заключением в шкуре зверя, утратив даже самые фундаментальные человеческие чувства! Я могу забрать абсолютно все у мнящих себя королями неба наследников! — выпалила на одном дыхании и чуть растягивая слова с издевкой продолжила: — А может мне дать волю тому чудовищу, которого вы все так боитесь? Пусть разомнет крылышки, испепелит парочку городов или просто обратит все в прах!

Говоря это, не заметила, как у ног сосредоточилась тьма, извиваясь подобно змеям, не заметила, как обжигающе нагрелось кольцо. От зафонившей магии дыхание перехватило, и я перевела взгляд на Элая. Тот опирался одной рукой в книжный стеллаж тяжело дыша и удерживая рвущийся в клочья контроль. Из-за боли исказившей лицо дракона моя злость угасла, как маленький язычок пламени свечи под порывом ветра.

Я растерянно моргнула и стиснув зубы, начала активно встряхивать рукой стараясь, таким образом, остудить горячую реликвию непонятно почему обжигающую мне кожу. Уже было собиралась об этом спросить, когда наткнулась на потрясенные и настороженные взгляды Шивьена и Диэсы.

Тут до меня дошло!

Что я, вообще, только что сказала?!