Глава 20

ГЛАВА 20

— Светлых вам дней, аман-иш, — поприветствовала Ламира Диэсу и Шивьена сторожащих двери резиденции Эларониса. — Мой принц снова занят? — с легкой грустью в голосе осведомилась светлая, заправив за ухо прядку волос. — В последние дни я совсем его не видела.

— Занят.

— Скоро освободится, — в один голос отозвались аман-иш, когда первый ответ принадлежал Шивьену, а второй Диэсе.

Ламира улыбнулась, шагнула к эльфийке и тихим, с наигранной ревностью в голосе спросила:

— Неужели Эларонис еще не наигрался с ведьмочкой?

— Адептка Шайран, вам к практике готовиться не нужно? — грубо одернул ее Шивьен.

— Готовиться? — хмыкнула магичка. — Зачем? Я лучшая в своей группе. Лучшая среди второго потока, неужто запамятовали, адепт Ронмар?

Шивьен собирался было съязвить в ответ, но тут тихо открылась дверь резиденции и через небольшой проем выскользнула Арэя.

— О! А вот и ведьмочка, — всплеснула ладонями светлая.

От ослепительной улыбки Ламиры у Ари нервно дернулось веко.

— Тьмы, — вежливо поздоровалась Вилиас.

— Света, — радостно пропела адептка Шайран, обошла озадаченную ведьму и уверенно взялась за позолоченную ручку.

— Адепт Митиан… отдыхает, — бросила Арэя, но Ламира уже скрылась за дверью плотно за собой ее прикрыв.

Шивьен мазнул взглядом по черному конверту в руках Арэи, понапутствовал о том, что ей бы тоже не мешало отдохнуть и вошел в резиденцию вслед за Диэсой.

Пока аман-иш в спешке прибирали со стола документы, Ламира уже устроилась рядом с Элаем. Происходящее в комнате ее совершенно не волновало. Да пусть даже на полу валялись бы умертвия она бы и их не заметила. Ее мысли и взгляд занимал мирно спящий дракон.

— Мой принц, — шепнула Ламира, проведя тонкими пальчиками по светлым волосам с серебристым отливом. — Вы совсем перестали уделять мне внимание, — капризно продолжила магичка.

Элай беспокойно заворочался, перехватил руку Ламиры и тихо, так, что ей пришлось склониться, сонно пробормотал:

— Тот взгляд, с которым ты смотрела на меня, рука об руку стоя на руинах империй. Я бы все отдал, чтобы снова его увидеть… Арэя…

Нежная улыбка медленно, но верно сползла с лица магички, голубые глаза наполнились злостью и ненавистью. Но не к Элаю, нет, объектом ее презрения была Арэя Вилиас. Простая игрушка принца, которая должна была ему уже давным-давно наскучить!

***

Откровенно недоумевая я шла по коридору, прижимая конверт к груди, но мысли мои занимало не письмо, о содержимом которого я так долго хотела узнать.

«Это же та самая светлая подпиравшая стену в жилом женском крыле, когда Элай меня из комнаты похитил», — припомнила я.

И еще вспомнила ее взгляд. Изучающий, с превосходством и легкой насмешкой, а после потерявший интерес.

— Что ей понадобилось от Элая? — беззвучно проговорила я.

— Куда спешишь, напарник? — выдернул меня из мыслей голос Билша.

Вернее, он мне этот вопрос на ухо проорал и легко увернулся от замаха руки.

— В комнату, — буркнула я.

— Чью? — полюбопытствовал маг, поравнявшись со мной.

— Чью-чью. В свою! Не в твою же.

— О-о, но ты малость с направлением ошиблась.

Для большей демонстрации Билш преградил мне путь и развернул за плечи в противоположную сторону.

— Ты идешь в мужское жилое крыло.

Вторая демонстрация в виде трех полусонных светлых в пижамах нежно-постельных тонов. Тот, что в розовом и с одним приоткрытым глазом почухивал мускулистый торс, в голубеньком зевал так, что казалось, сейчас рот порвется, а высокий парень в желтом, вообще, шел с закрытыми глазами, приглаживая растрепанные русые волосы.

Интересно, когда это я повернуть обратно успела? И зачем, вообще?

— А тебя не рановато из лазарета выписали?

Где-то я это уже слышала.

— Чувствую себя просто прекрасно, благодарю, — милостиво отозвалась я, возобновляя шаг в правильном направлении.

А именно в кабинет ректора.

— Да-а? А выглядишь так, будто твой план по приношению кого-то в жертву прервали, — подметил напарник, шагая рядом.

Больно надо! Какое мне дело до посетителей Элая?! Более того, там аман-иш. Что эта светлая сделает с Эларонисом в их присутствии?

— Эй! Я все еще жду объяснений!

— По поводу? — растерянно моргнула я.

— О практике в Райхоле! — теряя терпение процедил Билш, резким движением зачесав пальцами красную челку.

— А-а, — понимающе кивнула я. — Я пыталась сказать ректору, что это не только моя заслуга. Но там такая ситуация была, что я все же взяла награду…

— Да при чем тут награда? — Маг снова преградил мне дорогу. — Я не преувеличивал твои заслуги, когда писал отчет ректору Имирою. Именно ты не дала умертвиям разодрать тела погибших. И это твой план не дал офицерам стражи пожертвовать собой, да и у травницы ты работала в одиночку. Не говоря уже о сражении, в которое полезла несмотря на магическое истощение. Но! Я говорю о твоем безмозглом поступке с измененным! Я твой напарник, Вилиас, мы должны были прикрывать друг друга, а не грохать одного щитом в скалу, пока другого готовился сожрать монстр!

— Не ори ты так, мертвых разбудишь, — поморщилась я, отступив назад от разъяренного мага. — Сам же видел, какая неразбериха там творилась. Да и разрешилось все благополучно… для нас, по крайней мере.

Все могло закончиться преждевременной встречей с Эгроссом.

— Или ты бесишься, что твоя нежная гордость пострадала? Что, не по канону быть спасенным темной ведьмой? — усмехнулась я.

— Хватит чушь нести! — рявкнул напарничек так, что эхо по всему коридору разнеслось.

Взглянул на меня хмуро услышав сорвавшийся с губ смешок и немного замявшись, пробормотал:

— Благодарю.

— Что? — я демонстративно прочистила ухо, делая вид, что не расслышала.

— Спасибо, говорю! — очередной вопль, от которого я поморщилась. — Как бы там ни было, ты и мне жизнь спасла. Так что я теперь…

— Спасибо, не надо! — мгновенно открестилась я, правильно растолковав не досказанное полукровкой.

Хватит с меня и стражей.

— Я бы и тем пятерым то же самое повторила, но ехать в Райхол сейчас несколько проблематично.

— А вот теперь ты мою гордость попираешь. Для боевого мага вернуть долг дело чести, знаешь ли!

— Не знаю и знать не хочу. Переживешь, — я тяжело вздохнула, обошла Билша возобновив шаг и прекрасно зная, что он увяжется следом, заметила: — То высшее заклинание сожжения. Где ты ему научился?

— Не в академии, — сообщил очевидное Билш. — Был у меня один учитель из жителей Хаоса, которому я вроде как помог. Он отплатил мне, обучив этому заклинанию. Только вот работает оно с последствиями.

На мою вопросительно вскинутую бровь, напарник остановился, я следом, а он закатал рукава и оттянул ворот черной рубашки. От увиденного я даже вперед подалась, встала вплотную, чтобы лучше разглядеть. Кожу мага покрывали черные вздутые вены, тянущиеся к груди в область сердца.

С опаской прикоснулась и тут же руку одернула, ощутив сильный обжигающий импульс.

— Это… не то заклинание, которое используют высшие маги.

— Ага, — напарник оправил одежду, взглянул с высоты своего роста и испытывая явную неловкость отошел подальше, так как я продолжала стоять на месте. — Пара формул и шесть связующих отличаются.

— Магия Хаоса?! — опешила я. — Но она тебя убивает!

— Пытается, — пожал плечами Билш, ничуть не выказывая страха.

Теперь уже я поспешила вслед за возобновившим шаг магом.

— Но как тебе удается? Ты не житель Хаоса, их магии не научиться!

Билш воровато оглянулся по сторонам, убедился, что поблизости нет посторонних глаз и поддев большим пальцем цепочку на шее продемонстрировал мне кулон с черным овальным камнем, грани которого будто живые змеились зелеными линиями.

— Эфир?

— Не смотри на меня так. Он дал добровольно, — фыркнул напарник, завидев мой подозрительный прищур. — Будто подобный ему позволил бы мне уйти живым с энергией Хаоса.

— Ну так-то ты прав, — быстро согласилась я с магом.

У Билша не тот уровень, чтобы тягаться с жителем Бессмертного королевства. А с этой вещицей у него на шеи шанс есть. Продержаться пару минут.

— Даже не думай! — безапелляционно заявил напарничек спрятав медальон под рубашку от моих загоревшихся живым любопытством глаз. — Я использовал эфир несколько раз. В особо крайних мерах.

— Как в Райхоле, — резюмировала я.

— С благодарностью от капитана Мальтала я получил и выговор от ректора Имироя за использование высшего заклинания, — негодуя, протянул Билш.

— Ожидаемо, — я хмыкнула. — Куратор Гольман до сих пор зубами скрипит, вспоминая, что мне сошло с рук использование высшего заклинания на аттестации.

Большинство из преподавательского состава скорее прямо на лоб тебе грохнут неуд, чем похвалят за достижения. Профессора вроде Нирдаша и впрямь проявляют беспокойство за жизнь адептов, пусть и в грубой манере. Другие просто потому, что родственнички со свету сживут за недовнимание за их чадами, поступившими в академию ради престижа. А такие, как я и Билш, кто действительно пытается определить свой уровень и повысить дар несмотря на риски, приходится считаться с другими.

— Известно, где будет проходить вторая практика? — полюбопытствовала я, решив сменить напряженную тему.

— Нет. Завтра сообщат.

Помниться, вывалившись из-за грани, я говорила, что в гробу видала очередную практику. Но тут намечается что-то весьма и весьма неприятное. И лучше быть в курсе происходящего.

— Я указал тебя в напарники.

— Указал? — не поняла я.

— После первой практики вне академии адепты могут выбирать потенциальных партнеров. Основываясь уже на этом, профессора проведут жеребьевку, — пояснил Билш.

— Почему я? — искренне удивилась его выбору. — У меня сложилось впечатление, что ты так и видел, когда мной какое-нибудь умертвие отобедает. Ты же за каждый шаг мне на голову упреки сыпал!

— Ты на удивление умна и сообразительна.

— На поединок нарываешься? — скептично вскидываю бровь.

— Магией управляешь не по книжкам, — продолжил Билш пропустив мимо ушей мое замечание. — Это говорит о том, что ты прикладывала демонову кучу усилий, развивая дар. Ты здесь не ради престижа, а ради выживания.

Какие мы проницательные. Но сейчас я бы и сама предпочла работать с тем, с кем уже доводилось.

— Я передам свои пожелания куратору Митиану при встрече, — туманно ответила я.

Век бы его не видеть, но сейчас он один из немногих вариантов, которые могут мне помочь.

— Тогда увидимся на лекции, — отсалютовал Билш, свернув в южное крыло.

Я же стараясь не возвращаться мыслями в резиденцию Элая, к ректору.

Почтенный гном, господин Бьер мое появление в приемной сопроводил крайне ядовитым взглядом. Что не ново и к чему я уже собственно привыкла.

— У ректора Имироя посетитель, — остановили мою попытку подойти к двери.

Посетитель? Выходит, кто-то из-за стен академии.

— Ступайте, адептка Вилиас, — не просьба, а приказ и с таким видом, будто меня сейчас метлой отсюда гнать станут.

— Я подожду, — сдержанно улыбнулась секретарю, стараясь не скрежетать зубами.

Только вот прошедший час в компании открыто выражающего ко мне неприязнь гнома показался вечностью. Несколько раз я хотела встать и ретироваться, но продолжала терпеливо стоять у дверей, о чем пожалела, когда из кабинета ректора вышел высокий мужчина.

Черные одежды подчеркивали поджарое тело. Белые длинные волосы заплетены в косу, а выбритые виски давали возможность лицезреть на них алые татуированные руны. Черная маска скрывала большую часть лица мужчины, но не раскосые глаза. От тьмы, которая в них клубилась, застилая даже белки, я вздрогнула.

«Дознаватель!», — пронеслась тревожная, не лишенная страха мысль.

И не какой-нибудь рядовой, а один из шестнадцати капитанов, четверо из которых являются главной верхушкой организации! О принадлежности звания конкретно этого смертоносного субъекта свидетельствовала металлическая брошь в виде черепа со змеино-кроваво-желтыми глазами и рунические нашивки на нагрудном кармане мундира. И, судя по всему, он тот, кого прозвали «За смертью шагающий».

— Т-тьмы, — запнувшись вежливо поздоровалась я, смотря исключительно в его жуткие глаза и при этом стараясь не трястись, как в белой горячке.

Говорят, повстречав дознавателя, ему нужно смело смотреть в лицо, не то решит — тебе есть что прятать. А эти ребята созданы, чтобы вскрывать самые потаенные секреты и обличать тех, кто уже решил, что насовсем упрятал концы в воду.

— Тьмы! — более уверенно повторила я.

— Темной вам дороги! — попрощался ректор, одарив меня таким взглядом, что дознавателю сейчас впору стоять и нервно покуривать успокоительный табак в сторонке.

Овеянный тьмой сверкнул глумливым оскалом и направился к выходу из приемной, когда господин Бьер монотонным и немного гнусавым голосом сообщил:

— Ректор Имирой, к вам адептка Вилиас… снова, — на последнем слове гном противно скривился, будто ему под нос сунули тухлое мясо.

А капитан восточного отдела резко затормозил и стремительно развернулся всем корпусом, уставившись собственно на меня. Я на болтливого рыжего, а тот взял и юркнул под стол, делая вид, что в срочном порядке разыскивает какой-то смертельно важный документ, а все потому, что от взгляда ректора направленного на секретаря, дознавателю все туда же… в сторонку.

— Адептка Вилиас-с-с, — чуть хрипловато-шипящий голос заставил оцепенеть на месте.

Тьма, окутывающая часть лица мужчины, развеялась, открывая мне глаза прямо как те, что на металлической бляхе черепа. Раскосые, кроваво-желтые с вертикальными узкими зрачками.

«Василиск!», — ужаснулся бы любой нормальный человек и нелюдь, у которого с чувством самосохранения нет явных проблем. Но это чуть-чуть не про меня.

А потому «Василиск» хотелось звонко и радостно пропеть.

— Капитан Арташ! — от рявка главы академии лишь секретарь подпрыгнул, громко стукнувшись рыжей головой об стол, под которым продолжал штудировать ложные поиски. — Вам запрещено воздействовать на адептов моей академии без письменного разрешения!

Обзор на обворожительного василиска прикрыла спина ректора.

— Это все формальности, — миролюбиво отозвался дознаватель и чуть посмеиваясь из-за всколыхнувшейся тьмы под ногами ректора, добавил: — Воздействия с моей стороны не было, лэр Имирой.

Темный маг обернулся, взглянул на мою светящуюся радостью физиономию и шагнув ближе к василиску, прошипел:

— Да неужели?!

— Уверяю, — капитан Арташ приподнял руки в обезоруженном жесте. — Этот интерес вызван не моей энергией, а сущностью. Я прав, девочка?

Я активно закивала и даже высунулась из-за спины ректора.

Мой дядюшка-дракон доставал для меня немало редких ингредиентов. Но такого добра как кровь, кость или любая другая часть василиска не сыскать и в самых населенных черных рынках Нижнего мира, не то что в Подлунном. Один взгляд этих красавцев, и ты либо теряешь всякую волю, либо каменный памятник собственной самонадеянности.

Сайлас рассказывал, что у одного представителя этой расы есть целый каменный сад с теми, кто приходил им поживиться, но навечно остался в его угодьях.

Однако, судя потому, что ректор меня сейчас убьет, причем одним взглядом, радость я быстро поубавила.

— Любопытно, — хмыкнул дознаватель. — Нужна кровь или плоть? — неожиданно спросил он.

— Кровь. Девять капель, — незамедлительно поделилась я скромным желанием.

— Цель? — вопросительно вскинул золотистую бровь василиск.

— Не академического характера. Личная. Создание амулета-блокатора. Противостояние энергии. В расчетах: время одиннадцать секунд, расстояние шестнадцать футов, — выдала я все как на духу.

— Вероятность провала?

— Нулевая, — без тени сомнения ответила я.

Два года назад я начала работать над амулетом-блокатором, угробила на него многострадальные три месяца, но уперлась в тупик так и не достав крови василиска.

— Какая интерес-с-сная человечка, — губы капитана искривились в усмешке и через секунду над моими мучительными воспоминаниями разразились неудержимым хохотом.

Дальше случилось то, чего я никак не ожидала. Василис сжал мощную ладонь в кулак, глаза его при этом почернели, очертив контур зрачка алым, а после в меня небрежно чем-то бросили. Это что-то я с трудом поймала предварительно пожонглировав, пытаясь ухватить и чуть не выронила.

А в моей ладони оказался маленький пузырек с лиловой кровью!

Это что, была магия создания? Сотворил стекло из ничего, да еще и кровь перенес, не нанеся раны?!

— Лэр Имирой, если девчуля и впрямь сможет создать такой занятный амулетик, у вас, в стенах так называемого единственного в своем роде учреждения самых талантливых одаренных, — при этих словах дознаватель издевательски скривился, — и в самом деле есть стоящие экземпляры.

— Адепты, — ледяным голосом процедил ректор, исправляя не понравившееся определение его учеников.

— Ведьма, — от этого обращения василиска я по струнке выровнялась, — не советую почем зря тратить мою кровь. Результат приду лично проверить.

Гулко сглотнув под насмешливым взглядом раскосых глаз, я выпрямила спину еще сильнее, хотя казалось, дальше просто некуда и уверенно заявила:

— При нашей следующей встрече можете не сдерживать влияние крови, капитан Арташ.

Разразившись новым приступом хохота, дознаватель отсалютовал сдерживающемуся из последних сил ректору и шагнул к выходу из приемной, но превратился в черную дымку и в ней же и растворился прежде, чем шагнул за дверь.

Тысяча проклятий! И как он только пережил свои тренировки? А я уверена они были беспощадными!

— Адептка Вилиас…

— Вижу у вас дел невпроворот, зайду в другой раз, — имела я наглость перебить главу академии, при этом пятясь спиной вперед к двери.

— В мой кабинет.

От этого спокойного и даже тихого приказа меня передернуло сильнее, чем от его разъяренного рыка. Спрятав вожделенную и чудом доставшуюся или прихоти ради, кровь василиска во внутренний карман пиджака к письму, я поплелась следом за темным магом.

И уже стоя перед его заваленным документами столом, в то время как сам ректор со сложенными руками на груди повернулся ко мне спиной и смотрел в окно, я не выдержала и спросила:

— Это же был «За смертью шагающий»?

— Да, — глухой ответ.

— И по чью душу уважаемый приходил?

— Одна попытка. Не угадаешь. Отчислю! — тем же тоном бросил глава академии.

— Я все еще здесь, очевидно, он передумал, — бодро отозвалась я.

Ректор обернулся так резко и с таким лицом, что я отшатнулась и споткнувшись об ножку кресла шлепнулась на пол в объятия живого клубящегося мрака.

— Я бы на это не рассчитывал, — не разделили моего оптимизма с откровенной насмешкой наблюдая как я, шипя, сбрасывала с себя путы все еще неведомого мне существа.

Что я непременно в скором времени исправлю!

— Даже если он мое сознание превратит в решето ничего связанного с переворотом, Отверженными, последователями Проклятых богов, чародеями Смерти, некромантами и прочими малоприятными личностями там не найдет.

А вот занимательную душу древнего дракона и Элая связанного с пророчеством запросто! Сомневаюсь я, что его так уж сильно заинтересует моя стычка с господином болтливого гоблина. Следовательно, пускать его в свою голову категорично нельзя!

— Никогда не страдала излишней наивностью, — я, пыхтя, поднялась на ноги, поежившись, сбросила ползущие по штанам змееподобные конечности мрака и закончила мысль: — но, возможно, он не увидел во мне угрозы. Иначе стал бы давать свою кровь?

— Для того, кто мнит себя непобедимым это пустяк.

— Я бы сказала капитан Арташ вполне подходит под это описание. Но наши миры устроены иначе. Баланс должен блюстись. На каждое действие есть свое противодействие. Не существует ничего непобедимого. Ради сохранения равновесия у всего живого и мертвого имеется слабое место, — поделилась я народной мудростью, которую в Приграничной академии в нас вдалбливали с порога учебного заведения.

— Вряд ли он с тобой им поделится, — язвительно заметил ректор Имирой.

— С меня хватит и крови, — я демонстративно и не скрывая счастливой улыбки, похлопала по карману.

— Создание медальона подобной категории…

— Не запрещено академией, — милостиво закончила я за мага. — При создании блокатора требуется не столько магия, сколько энергия.

— Сообщишь мне о результатах, — сдался маг, устало потирая переносицу.

Моя очередная улыбка и незамедлительный кивок.

— У тебя был вопрос? — ректор расположился в кресле, откинулся на спинку.

— Мне нужно разрешение, чтобы покинуть сегодня академию, — сообщила я о причине своего набега на кабинет главы академии.

— С подобными вопросами обращаются к куратору группу, — сухо напомнил он.

— От куратора Митиана я получила разрешение на использование арканов. К вам обратилась исключительно потому, что глава рода Сальторн, да и дядю не стоит исключать, могла каким-то образом попросить вас ограничить мои передвижения, — сочинила я на ходу. — Уж очень они переживают за меня, — я развела руками.

Не могу же я сказать, что Нилмэйн будь его воля вообще, бы меня в клетке запер и выпускал лишь по необходимости дрессировки Элая.

— Если ошибаюсь, в следующий раз я непременно не стану вас беспокоить и обращусь к куратору, — клятвенно заверила я.

— Причина?

— Я попросила дядю о встрече. У меня есть неотложное дело, ректор Имирой, — напряженно уставившись на темного мага, я решительно добавила: — Лесом клянусь это вопрос жизни и смерти!

А это, между прочим, правда.

Образовалось тягостное молчание, в котором глава академии задумчиво и в какой-то момент хмуро изучал мое лицо. Я уже было решила мне сейчас дадут отворот-поворот, но ректор потянулся к ящику, вынул оттуда карточку и поставив на нее печать, протянул мне.

— Передавай лэру Доирберу от меня наитемнейших.

— Непременно.

На этой славной ноте без угрозы моего переезда в ректорский кабинет мы и попрощались. А момент, когда мне показалось, что Имирой хотел что-то сказать, но явно передумал, я благополучно затолкала куда подальше и в спешке покинула кабинет с приемной, ибо время конкретно поджимало.