Глава 21

Когда я проснулась, Ричард нежно касался губами моей щеки. Он был одет и явно собирался уходить. Я посмотрела на окна – едва-едва начинало светать.

– Прости, не удержался, – тихонько рассмеялся он.

– Сколько времени?

– Очень рано.

– Тебе пора?

– Да, любимая.

– Ты с этими нервотрепками и не поспал совсем.

– Я тебя люблю.

Когда он это произносил, на его лице – обычно очень и очень сдержанном – появлялась целая гамма чувств. Радость, нежность… И какое-то умиротворение, словно его переставало что-то грызть глубоко изнутри.

– И я тебя… – прижалась я к нему.

– Мальчишек я заберу. Пускай займутся чем-нибудь полезным вместе с сокурсниками.

– Но Рэм еще слаб.

– Слушай, никто не будет настаивать на том, чтобы он преодолевал полосу препятствий в первый же день, – усмехнулся командующий. – Но занять его чем-то надо. Это поможет ему спастись от дурных мыслей.

– А герцогиня?..

– Ничего не известно, – помрачнел Ричард. – Мы искали ее. Не нашли. Ни живой, ни мертвой.

– Слушай, я вот подумала… Это же наемники?

– Точно.

– А кто им платил? Кто все это затеял?

– Тебе рассказывали о нападении дассаров на наш мир?

– Нет. Но я подслушивала, – смутилась я. – Мальчишки говорили. Только я не поняла: чем они были так опасны?

– Они блокируют магию, забирая энергию себе. Как тебе объяснить… Дассары – как артефакты. Забирают себе магию и пользуются ей. Вот только время использования ограничено. Если на бой с ними вышли маги – перевес моментально на их стороне.

– Значит, против них нужны войска немагов?

– Теоретически – да. Но проблема в том, что дассары – машины для убийства. Они очень сильны и невероятно многочисленны. Их очень много. И сейчас это не просто воины – дасы и сары. За эти пять сотен лет у них появились касты. Мы столкнулись с тем, что высшая каста их магов чем-то обладает. В основном – артефактами, которые они, скорее всего, у кого-то захватили. Остальная управляемая ими масса по-прежнему не очень умная. Но очень и очень сильная. Воины.

– А чего они хотят?

– Земли, миры. Их очень много, им негде жить.

– Понятно. Демографический кризис.

– Что?

– Да так, ничего… Значит, в прошлый раз они попытались завоевать земли. А сейчас?

– А сейчас у нас – вторая попытка завоевания. Наверное, с той же самой целью. Но сейчас они действуют далеко не столь прямолинейно. Ими явно кто-то руководит. Этот артефакт-ловушка… У дассаров не могло появиться магии такого уровня. Даже за пятьсот лет.

– Какой артефакт?

– Мы нашли четыре артефакта-ловушки, не дававшие нам войти в типографию.

В черных глазах любимого замелькало пламя. Ричард сжал кулаки, а я вспомнила про огонь и только сейчас осознала, что же он пережил тогда. Он видел, как здание пожирало пламя, и ничего не мог сделать!

– Ричард, – я прижалась к нему, – ты… видел, что мы горим?

– Горите?! – Ричард внимательно смотрел на меня – Нет. Пожара не было. Огня никто не видел.

– Это потому, что пламя было белым.

– Белым?!

– Да. Дассары способны управлять белым огнем?

– Нет. Дассары – не стихийники. И – белый огонь… Не знаю. Может, тебе показалось? Ты так испугалась. Хорошо, что Эльза, Луиза и Джулиана наделены магией и им удалось тебя вытащить.

Ричард сжал мое лицо в ладонях. Он был так трогательно нежен и заботлив, но… Я вскипела от такой наглости! Вот почему Швангау в меня поверил сразу!!!

– Это я их вытащила! Мне помог перстень. Джулиана, Луиза и герцогиня пытались, но у них ничего не вышло. И кто такая Эльза?

– Как кто? Герцогиня. Эльза Борнмут.

Вот тут мне стало стыдно. Работаю с человеком и даже имени ее не знаю… С другой стороны, откуда мне знать? Ее по статусу положено величать герцогиней Борнмут – она так и представляется всегда.

– Но в этот раз вы можете им противостоять? Дассарам? – вернулась я к интересующей меня теме.

– Да. За пятьсот лет появились новые ресурсы, артефакты. Кинжал, который я подарил Рэму, – артефакт, блокирующий попытку забора магии. Дассарам он противостоит в том числе. Кроме того, этот кинжал передает главе рода призыв о помощи. Его я и услышал.

– А того, кто за этим стоит, ищут?

– Бесспорно. Крайом роет здесь, в империи. Твой отец – в вашем мире. Милфорд сейчас организует ряд диверсий и несчастных случаев у дассаров дома. А я в Западной провинции отлавливаю тех, кто к нам сунулся. Вероника, на самом деле – им конец. Они вышли на открытый бой. И мы их просто уничтожим.

– Нам нет преград ни в море, ни на суше…[1] – проворчала я. Подумала и добавила: – И все-таки кто-то им помогает. И этот кто-то – имперец.

И я убеждена, что это женщина.

– Это вряд ли. – Ричард улыбнулся и поцеловал меня.

А я продолжала размышлять:

– Вы рассредоточились. И тогда есть несколько вероятных направлений удара. Это столица. Или… Южная провинция.

– А там-то что им может понадобиться?

– Там дети. Целая Академия. И приказал вывезти их туда именно ты. И Паша, Рэм и Феликс. Любому ясно, что эти дети – твои болевые точки.

Ричард скривился. Еще подумал и напрягся.

– Если допустить, что дассары договорились с кем-то, кто имеет право на престол… – протянул он.

– А на престол лучше всего всходить как освободитель от захватчиков, когда родина в опасности, а ты ее спасаешь. И тогда становится понятным, зачем все эти заигрывания с прессой.

– И будет нам диверсионная война, – скривился он.

– И вероятные направления ударов…

– Те, что ты сказала.

– Как вариант – еще Северная провинция.

– Зачем?

– Там твои земли.

– А если они еще и договорятся с Османским ханством, чтобы те ударили с юга… – задумался Ричард. – Надо, чтобы отец связался с ханом, обрисовал картину и предотвратил это. Что такое нашествие дассаров, помнят и в ханстве.

– Надо высчитывать персонажа, который собирается взойти на престол. Иначе исполнителей мы можем отлавливать до бесконечности.

– Отец уверен, что у него двое детей. Я и Брэндон.

– А… Он может ошибаться?

– Вряд ли, – улыбнулся Ричард.

– Кто-то до него? – мелькнула у меня мысль.

– Ты имеешь в виду деда?

– Как вариант. Совсем уж дела давно минувших дней… Вряд ли.

– Отец сейчас разыскивает императора Максимилиана. Но пока безрезультатно.

– Что? – изумилась я.

– Люди, наделенные магической силой, живут долго. Очень долго. И рано или поздно они меняют свою жизнь, когда им становится невыносимо скучно. И императоры – не исключение. Рано или поздно они передают свой трон наследнику и удаляются. В случае с отцом и дедом это произошло не совсем мирно. Они просто не выносили друг друга. И как только появился на свет Брэндон, император Максимилиан решил, что моего отца можно и убрать из очереди на престол.

– Даже так?

Ричард кивнул:

– Там было длительное противостояние, которое закончилось тем, что отец стал сильнее. И взошел на престол. И мы с ним остались в живых.

– И он просто отослал императора Максимилиана?

– Наложил заклятие. Император лишится магии, если ступит на землю империи.

– И чем твой дед занимается?

– Первый месяц, я подозреваю, он просто спал. Появиться здесь, чтобы проконтролировать нашу жизнь, он не мог. Думаю, они с супругой странствовали. Потом строили новую жизнь. Боролись со скукой как могли.

– Занятно. Мне кажется или у Фредерика тяжелые отношения не только с отцом, но и с матерью?

– Они оба холодно относились к наследнику.

– Странно.

– Может быть, – равнодушно кивнул Ричард. – Только любовь прежнего императора к своей супруге… Это легенда у нас в стране. И вместе с тем абсолютная правда.

– Но должен же быть кто-то… И если это не Фредерик, не ты и не твой брат – значит, есть четвертый.

– Всех придворных дам, с которыми у отца были отношения после смерти мамы… проверили. Там ничего.

– А… прости… – Я отвела глаза.

– Пока была жива мама… Была только она. А потом… она и императрица.

– Кстати, а что случилось с супругой его величества?

– Она погибла при странных обстоятельствах. Практически сразу после гибели мамы.

– Что за обстоятельства?

– Сам я не в курсе, как ты знаешь, я в тот период был достаточно невменяем.

– Однако…

– Целитель Ирвин ничего сделать не успел – горячка, перешедшая в воспаление мозга. Как потом выяснили, почувствовала она себя нехорошо с вечера, но к Ирвину обращаться не стала. Выпила обезболивающее и легла. Утром уже все было напрасно. Она просто сгорела. За сутки. Не приходя в себя.

– У вас разве так бывает? – Я вспомнила все случаи, когда сталкивалась с целителями в этом мире.

– Как мы знаем, бывает все…

Ричард склонился ко мне, поцеловал.

– Опаздываю, прости.

Уже около двери остановился и, не оборачиваясь ко мне, проговорил:

– Я распоряжусь, чтобы охрану дворца усилили. И разверну дополнительный батальон в том районе, где у нас кадеты на сборах. И… я счастлив.

– Я тоже, – прошептала ему в спину.

Он ушел.

Как ни странно, я заснула. Это был просто подарок. Проснулась в отличном настроении, с желанием свернуть горы.

Об этом и заявила Оливии.

А после завтрака ко мне пожаловал секретарь его величества.

– Миледи Вероника, – поздоровался и поклонился Карл, – его величество разрешил вам покидать дворец. С усиленной охраной, разумеется. Он распорядился, чтобы вы решили вопрос с типографией и составили список всего того, что необходимо приобрести для редакции. Если учесть, что газета должна выйти в пятницу, то я бы хотел получить информацию уже сегодня.

У меня все внутри оборвалось.

Вот что за бред выманивать меня из дворца так… глупо! Но реагировать на все это надо быстро, если, конечно, я хотела что-то предпринять. Но сначала надо было понять, кому можно доверять… От личного секретаря его величества я точно не ожидала подобного.

– Наконец-то! – постаралась радостно улыбнуться я. – А то во дворце мне как-то тягостно. И дел за неделю накопилось много.

С каждым словом мне было все легче и легче изображать восторг.

– Миледи Вероника! – обиженно проговорил секретарь. – Все действия его величества продиктованы только заботой о вашей безопасности.

– Я понимаю это, Карл. Но очень рада, что все закончилось! Оливия, пригласите ко мне моего сына. Мне надо поговорить с ним о его самоуправстве, а то меня потом не будет.

Я взмолилась всем святым, чтобы сын остался во дворце. Чтобы Ричард его не забрал. Чтобы Ирвин его задержал.

Пока мы ждали Феликса, я предложила секретарю выпить со мной кофе. И он не отказался.

– Я просто в восторге, с какой легкостью вы управляетесь с обслуживающим персоналом во дворце! – между тем говорил мне секретарь. – Например, вчера…

– Перед уходом надо не забыть распорядиться, пусть проконтролируют, чтобы его величество пообедал.

– Это было бы замечательно! Император все время забывает.

– У него же столько дел!

– Именно так.

Феликс вошел с полным выражением недоумения на лице. Я не дала ему и рта открыть.

– А скажите-ка мне, уважаемый, почему я узнаю о том, что вы продолжаете игнорировать мои приказы? Почему вы, несмотря на мой вчерашний запрет, работаете на милорда Ирвина? Кто вам позволил?

Хорошо, что ребенки у меня умные и быстро соображающие. Как только сын отмер, он обиженно протянул:

– Я занимаюсь тем, что мне нравится.

И ни слова о том, что это мы вчера все обговорили.

– А мой прямой запрет?

– Но… господин Ирвин…

– Значит, это он привлек вас снова к работе?

Феликс потупился:

– Да, матушка.

– Мне необходимо с ним поговорить до того, как я уеду из дворца по поручению его величества.

– Пригласить его к вам?

– А где он сейчас?

– У его высочества.

– Наверное, не нужно отрывать главного целителя от его обязанностей… – осторожно заметил секретарь.

– Вы правы, Карл. Тогда я зайду к нему, – решилась я. – Вы распорядитесь об охране и карете?

– Конечно, миледи.

На этом мы и покинули мои покои.

Мы с Феликсом шли коридорами молча. Замешан секретарь или нет? Мог ведь к нему подойти кто-то, кого он посчитал императором. Я вспоминала, как, например, Ричард приказал клану наемных убийц убрать сначала барона Кромера. А потом Брэндон – меня. Другое дело, что ни старший сын императора, ни младший до сих пор не знают, кто так ловко за них поработал…

И как лучше мне поступить? Отсидеться во дворце? Или?..

Передо мной распахнули дверь, и я начала сразу, с порога, проникновенную речь:

– Господин Ирвин, а почему продолжаете привлекать моего сына к работе? Какое право вы имеете?

– Прошу прощения, миледи Вероника, – с извиняющимися интонациями проговорил умница-целитель, принимая мою игру. – Я увлекся, а помощь милорда Феликса просто неоценима.

– В следующий раз, пожалуйста, ставьте меня в известность о подобных… явлениях заранее, чтобы мне не приходилось перед тем, как уезжать из дворца, еще и разыскивать вас.

– Слушаюсь, миледи, – сказал целитель, а в его глазах мелькнуло понимание.

«Ага! – хотелось мне сказать, – сама в шоке…»

– Это миледи Вероника пришла навестить меня? – раздался из покоев принца голос Брэндона.

– Именно, ваше высочество! – отрапортовал целитель.

Я пожала плечами и прошла из гостиной, которую оккупировали целители, дальше, в спальню. Ирвин шагнул за мной.

– И что происходит? – спросил он у меня, не обращая внимание на Брэндона.

– Его величество распорядился, чтобы я посетила типографию и для этого вышла в город.

– Что?! – хором спросили у меня и принц, и целитель.

– Он прислал за мной своего секретаря.

– Это бред, – уверенно сказал Брэндон.

– Ваши покои могут прослушиваться? – прямо спросила я у третьего лица в государстве.

– Нет, – удивленно ответил он.

– А просматриваться?

Он отрицательно покачал головой, уже улыбаясь.

– Вот зря вы так, ваше высочество! Из императорского кабинета тоже как-то велась незапланированная трансляция. И из коридоров дворца.

– Возможно. Но это все-таки мои личные покои. И защиту я ставил сам. И сам ее проверяю, – ответил мне принц. – Теперь о вашем выходе в город. Я против.

– Но это шанс! Возможно будет захватить тех, кто придет меня убивать или похищать.

– Угу. А потом меня, императора и главного целителя – заодно – придет убивать разъяренный брат. И будет он в своем праве. Так что никуда вы из дворца не пойдете. Ни за что. Я свяжусь с отцом и братом – пусть они в типографию высылают своих людей. Вы собой рисковать не будете.

Он на минуту-другую словно отключился. Потом распахнул глаза.

– Всех известил. За секретарем следят люди Крайома. Женщина, вас изображающая, вместе с охраной выйдет отсюда через пару минут. Посмотрим, к чему это приведет. Кстати, его величество распорядился, чтобы вы побыли ближайшие час-другой в моих покоях.