Глава 19

– О! Значит, ты видел нашего отца? – не-Форрад чуть приподнял брови, – А мне так и не довелось встретиться с ним.

Я смотрела на незнакомого мужчину во все глаза, даже не пытаясь скрыть изумление. Неужели это и правда тот самый человек, с которым я общаюсь всё время, пока живу в Академии?

Родственник императора. Немыслимо…

– Нашего отца? – На лице рыжего отразилась непередаваемая гамма эмоций.

Он даже прижал руку к груди, будто придерживая внезапно разболевшееся сердце, но сумел быстро совладать с собой.

– Откуда мне знать, что сейчас ты принял истинный облик?

Так и не дождавшись дружеского пожатия, черноглазый опустил руку и вместо того, чтобы ответить, начал забрасывать Регана вопросами, один другого удивительнее. Мне же досталась скромная позиция наблюдателя.

– Ты и сам не поддаёшься клятве на крови? Или только освобождаешь от неё? Занятный императорский дар. Деду сказал? Или догадался скрыть? У нашего деда, императора Гарриса, нет ни одного дара, мог и поверить, что внук тоже бездарь. Мне бы, кстати, очень пригодилась твоя способность, но… Не повезло. Зато, как видишь, могу принять любой облик. Как думаешь, почему у нас совпадает дар полнейшей неприметности? – не-ангел на секунду исчез и вновь появился, – Может быть, именно потому, что мы братья?

По мере того как он говорил, лицо рыжего всё вытягивалось и вытягивалось, а демонстрация невидимости и вовсе заставила вытаращить глаза. Но не-ангел не остановился на достигнутом, продолжая методично добивать парня:

– Наш отец был убит около пятнадцати кругов назад. Некромантом, которого я так и не разыскал… После того как меня украли, а моя мать, не выдержав потери первенца, угасла от горя, отец начал готовить государственный переворот. До этого он ещё как-то мирился с самодурством императора Гарриса, своего отца, но тут… Он был уверен, что Гаррис приложил руку к моему исчезновению, но он… ошибался.

Мужчина говорил с отстранённым хладнокровием, непроницаемые чёрные глаза не выражали никаких эмоций и лишь короткие, едва заметные паузы выдавали глубоко скрытые чувства.

– Тебе, Реган, было два круга, когда заговор раскрыли. Твою мать убили, а наш отец сумел бежать. Ещё через пять кругов его отыскали и уничтожили. Это всё, что удалось выяснить… Почему отец не забрал тебя с собой, почему император оставил тебя в живых и держал в непосредственной близости, я не знаю.

Не-Форрад давно замолчал, но Реган продолжал стоять, опустив голову. Установившуюся тишину разбавлял ласковый шелест травы да стрёкот кузнечика, случайно угодившего под непроницаемый защитный полог. А когда рыжий, наконец, поднял глаза, стало очевидно, что за несколько минут младший внук императора повзрослел на десяток лет:

– Как тебя зовут?

– Как отца. Бреннор.

Названное имя заставило Регана вздрогнуть и сжать кулаки.

– Я не враг тебе, Бреннор. Особенно, если ты и правда… мой брат. Нашего отца я видел только поднятым некромантом, который убил его.

Он помолчал.

– Предлагаю сотрудничество. Давай уничтожим императора с её помощью, – рыжий опять, не глядя, ткнул в мою сторону, – и ты взойдёшь на престол. Ты – копия нашего отца, тебя примут в высших кругах лучше, чем меня. А для меня главное, чтобы Империя расцвела.

– С чего ты взял, что меня заинтересует твоё предложение? – ледяным тоном осведомился Бреннор, – А к ней лучше не подходи.

Я уже не удивлялась интонациям, профессионально замораживающим и собеседника, и всё вокруг – он ведь тоже магистр. Как Рен и иже с ним.– Что ж ты не отпускаешь её? – теперь голос рыжего сочился ядом, – Сам хочешь воспользоваться, болтая о неземной любви?

– Идиот, – снисходительно усмехнулся черноглазый, вызвав ещё большую злость младшего брата, – Как только закончится действие артефакта, Веста будет свободна. И учти, если ты – её враг, ты и мой враг.

– Да не враг я ей, не враг! Но государству необходимы перемены! Людям необходимы перемены! Если в тебе течёт кровь правителей Империи, ты должен понимать!

Реган в лихорадочном волнении взъерошил рыжие волосы.

– Я никому ничего не должен, – жёстко, но абсолютно невозмутимо отрезал Бреннор, – А ты, похоже, считаешь, что можно украсть жизнь у одного человека, чтобы подарить многим надежду на лучшее будущее? – его спокойствия хватило бы на десятерых.

– Конечно!

– А я так не считаю. Прекрати делать вид, будто радеешь за Империю и её народ. Признайся честно – тобой движет месть и желание власти. Да, Веста – иномирянка, но она человек, хватит видеть в ней бездушную вещь, – теперь не-ангел буквально отчитывал младшего брата, как нашкодившего мальчишку, – Тем более, что с человеком можно и договориться. Она могла бы помочь тебе по собственной воле, но ты даже не пытался поговорить.

Тут мне, наконец, надоело молча слушать их препирательства. Стоят и болтают, как ни в чём не бывало, а я прямо-таки чувствую, как вытекает жизнь из не-ангела.

Нет, не так. Для кого-то он действительно стал не-ангелом и даже ангелом смерти, но только не для меня. Для меня Бреннор – настоящий ангел-хранитель, как минимум дважды спасший жизнь. Причём, в самый последний момент.

– Перестаньте, пожалуйста, – до спокойствия ангела мне было, как до Луны пешком, но хотя бы голос не дрожал, и на том спасибо, – Реган, сначала сними со своего брата клятву! Потом всё обсудим.

– Хорошо, – он впервые посмотрел на меня, и в мимолётно брошенном взгляде я не заметила ни толики симпатии, – Надо вытащить нож, – и шагнул к брату.

– Нет, – в голосе Бреннора прорезалась сталь, – пять бун назад он отдал прямой приказ привести к нему иномирянку. Я слышу его и не подчиняюсь только потому, что меня сдерживает это.

И кивнул на стилет. Вся трава около черноглазого насквозь пропиталась кровью.

– Хотя бы выбрось артефакт, по которому он связывается с тобой, – попросила я.

Бреннор мрачно усмехнулся, но его голос заметно потеплел.

– Не получится, Веста. Вся моя кровь и есть этот артефакт. Я сам – этот артефакт.

Он подошёл к ближайшему дереву и сел под него, опершись спиной о ствол. В окружающее пространство ворвались новые звуки – щебет и заливистое пение птиц. Получается, ангел сдвинул защитный купол?

– Тебе хуже? – не стала скрывать беспокойства.

Происходящее с ним нравилось мне с каждой секундой всё меньше и меньше.

– Стоять надоело, – улыбнулся успокаивающе.

Ага, конечно, так я и поверила!

– Реган, помоги же ему!

– Я не отказываюсь, но мне нужен нож. Достаточно хорошенько смешать нашу кровь и заклятие потеряет свою силу.

– Так сходи за ним.

– Нет, Веста, он не сможет найти нас, если выйдет из защитного круга.

– Хорошо. Пойдёмте все вместе.

– Тогда нас увидят, – продолжил артачиться ангел, – Потому что я не смогу держать щит всю дорогу.

«Да наплевать! Пусть видят», – хотела сказать я и осеклась под предупреждающим взглядом чёрных глаз. Чёрт. Дело совсем в другом. Он просто не дойдёт. Он уже не может идти.

– Реган, воспользуйся этим ножом, – я указала на стилет в запястье черноглазого, – Сделай же что-нибудь! Или ты хочешь, чтобы твой брат погиб?

Меня начало потряхивать от бессильного гнева, а в солнечном сплетении вдруг стало тесно и горячо, будто там поселился живой огненный шар. Этот шар начал стремительно расти, и в итоге взорвался сверхновой звездой, на мгновение ослепив, оглушив и дезориентировав. И… я почувствовала магию! Первой отозвалась обеспокоенная Смерть, затем сокрушающаяся о своих ошибках Менталистика, а потом моё тело ярко вспыхнуло столпом Огня, и Реган с ужасом отшатнулся в сторону, хотя тоже владеет этой магией.

– Ну вот, теперь всё в порядке, – лицо Бреннора заметно посветлело, а жгуче-чёрные глаза опалили нешуточным пламенем, – Одна просьба, Веста. Никогда не поднимай меня. Я не хочу, чтобы ты видела меня… таким. Не живым.

– Иди к чёрту со своими дурацкими просьбами, Форрад, – заорала я вне себя, забыв, что называю ангела не настоящим именем, – только попробуй умереть! Я тогда сама убью тебя!

Но он лишь светло улыбнулся, закрыл глаза и потерял сознание.

Да что ж это такое-то!

Лицо мужчины стало белым как полотно, на лбу выступила болезненная испарина, кровь продолжала толчками вытекать из раны. Я сняла с шеи выполнивший свою жестокую миссию медальон, оторвала шнурок и перевязала безжизненную руку. Доставать стилет побоялась – неизвестно, как подобная манипуляция повлияет на его состояние, вдруг станет ещё хуже?

– Думаю, можно этим же стилетом порезать тебе руку и влить кровь в его рану, – обернулась я к Регану и остолбенела, натолкнувшись на безжалостный нетерпеливый взгляд.

В нём не было ни капли сочувствия к брату, он светился торжеством. Рыжий просто-напросто стоял и ждал, когда Бреннор умрёт и спадёт защитный купол, чтобы позвать на подмогу друзей.

– Нет, Веста. Если я избавлю его от клятвы, он не даст мне использовать тебя.

– Пожалуйста, на препирания нет времени! – попыталась воззвать к его благоразумию ещё раз, – Потом я помогу тебе по своей воле, обещаю.

– Нет, – повторил рыжий, – понимаешь, Веста, сила иномирян, бесспорно, велика, но десяток опытных магов с мощными амулетами справятся с тобой. Видела, на что способен Форрад? Или всё-таки Бреннор…? Нет, всё же он не мой брат.

Парень словно рассуждал сам с собой, нервно расхаживая между кустами:

– Нет, нет, это слишком невероятно. Я бы знал! Да… Так вот, Веста, а если иномирянина подсоединить к артефакту, силу можно выкачивать во много раз быстрее. Поэтому... не обижайся. Твоя жизнь послужит благополучию огромного государства, ты должна этим гордиться! – воскликнул он горячо, – Даю слово будущего правителя, мы поставим тебе памятник на главной площади Эдона – там, где сейчас стоит памятник самому императору.

На этот абсурд отвечать не стала, потому что почувствовала – исчез защитный кокон Бреннора. Бросилась к нему, проверила пульс – прощупывается, но очень слабо.

– Если он умрёт, я убью тебя, Реган. Клянусь.

– Вряд ли, – ухмыльнулся рыжий и как-то затейливо свистнул.

Чёрт. Сейчас примчится его «семёрка», и даже если удастся раскидать их, потеряю драгоценное время – жизнь Бреннора утекает всё быстрее. Так что решила не рисковать – один раз уже обожглась с Арцахами, – а теперь лучше позвать на помощь.

Можно было поднять всю толпу магов и монстров из Безара, но во-первых, для них тут маловато места, а во-вторых, что-то мне подсказывает (и это «что-то» намного круче Менталистики, которая разок уже подвела), что Рен один стоит этой многочисленной армии.

Но когда коснулась амулета и сосредоточилась, чтобы призвать Смерть, из кустов вышел Варден.

– Любопытная компания, – он демонстративно оглядел нас с Реганом, не замечая ангела, – один-то не справляешься, что ли? Зовёшь на помощь своих дружков? Пятеро на одну девушку – очень благородно, ничего не скажешь. Можешь не ждать, никто не придёт.

– Да ты-то откуда тут взялся, – с досадой процедил рыжий.

– Откуда я взялся? Вообще-то, мы находимся на территории некромантов. А вот что ты тут делаешь – это вопрос.

Точно, здесь же совсем рядом тренировочные склепы для поднятия слепков!

– А это кто? – Варден заметил Бреннора, который с небольшого расстояния выглядел как мраморная статуя, – да ладно! Не может быть!

Парень в изумлении воззрился на старшего внука императора, после чего перевёл взгляд на меня, явно ожидая объяснений.

– Послушай, Варден, давай о том, кто это, поговорим потом. Он на грани смерти. У тебя есть что-нибудь острое?

– Конечно, ни один некромант не выходит из дома без ритуального кинжала, – парень достал из мантии красивый золотой нож, – но при чём тут это? Его надо отнести в лечебницу.

– Нет. Нужна кровь Регана для снятия заклинания.

Рыжий помотал головой.

– Никакой крови я вам не дам, и не надейтесь.

– Кто тебя будет спрашивать? – усмехнулся Варден, а в следующее мгновение появился совсем рядом с Реганом и ловко всадил в его руку нож.

Императорский внук зашипел от боли и начал плеваться заклинаниями.

– Что дальше? – спокойно удерживая рыжего и отбиваясь от атак, деловито поинтересовался некромант.

– Давай его сюда.

Варден подтянул сопротивляющегося парня к Бреннору, а я освободила холодное запястье от шнурка и направила капающую кровь на рану, вокруг которой уже появилась какая-то жуткая чернота.

– Может, вытащить стилет? – хладнокровно спросил Варден, будто ему не впервой видеть насквозь пронзённое запястье.

Хотя, кто их знает, этих некромантов, что они делают на своих некромантских занятиях. Может, друг другу руки режут. А, может, и себе…

– Лучше не надо, давай сначала нейтрализуем заклинание.

Собственно говоря, для меня самым страшным было не распознать, когда клятва на крови перестанет оказывать влияние на свою жертву, но, к счастью, минут через пятнадцать непрерывного вливания крови в рану, она озарилась бледно-зелёным светом и раздался хлопок. Реган тут же с облегчением вздохнул.

– Теперь отпустите.

Варден поднялся, потянув за собой рыжего, и с издевательской усмешкой вытащил из его руки нож.

– Свободны, ваше императорское высочество, – он изобразил шутовской поклон.

Значит, и Варден в курсе… Регана передёрнуло от подобного обращения, однако, уходить он не спешил.

– Что теперь, Веста? – повернулся ко мне некромант, – Отнесём его в лечебницу?

– Пожалуй. Только надо извлечь стилет.

Мы обернулись к Бреннору, и очень вовремя! Потому что как раз в этот момент Реган замахнулся длинным кинжалом, метясь прямо в сердце моего ангела-хранителя.

А говорил – нет ножа! Я ахнула и запустила в него какой-то магией, сама не знаю, какой. Сверкнуло, громыхнуло и парень замер на месте.

– Вот гад! – на удивление слаженно воскликнули мы с Варденом.

Медленными рывками, словно плохо смазанный робот или кукла-марионетка, Реган встал, выронил кинжал и окаменел, возведя глаза к небу. От нехорошего предчувствия у меня в груди болезненно ёкнуло и похолодело: из парня разом пропали все краски, как если бы цветная фотография превратилась в чёрно-белую. Блёклая радужка, мутные зрачки… Он выглядел как… Сельма.

Варден тоже внимательно осмотрел парня и уставился на меня. В серых глазах плескалось нешуточное удивление.

– Веста, так это… ты? Всех тех студентов…?

– Да ты что? Нет, конечно!

Ничего себе предположеньице!

– А как тогда? Как ты это сделала?

– Почему я-то? С чего ты вообще взял, что это я? Видимо, тот, кто совершает все эти нападения, прошёл где-то рядом, – сама не своя от внезапно накатившего страха, лихорадочно начала рассуждать я, – У нас с тобой есть Смерть, и потому нам его магия нипочём. А Регану прилетело.

– Хм, возможно, – задумчиво покачал головой некромант, – Ладно, давай отправим их обоих в лечебницу, а тебя я провожу до общежития. Что-то тут стало слишком небезопасно.

Отправим-то отправим, да только как быть с внешностью Бреннора? Не хватало ещё, чтобы вся Академия встала на уши из-за явления народу давным-давно пропавшего принца. И это если не учитывать того, что императора наверняка хватит удар…

Я села рядом с ангелом и осторожно вытащила из раны стилет – он был горячим, не то, что бледная до синевы рука.

– Стой… – прохрипел вмиг очнувшийся мужчина и крепко схватил меня за пальцы.

Надо же, сколько сил! А выглядит умирающим.

– Брен, это я, Веста. Всё в порядке, клятва на тебя больше не действует. Чувствуешь?

Он на секунду прикрыл глаза.

– Да, – затуманенный взор слегка прояснился.

– Тебя надо отправить в больницу, но эта внешность… Сможешь вернуть прежнюю?

– Не надо… Я сам… исцелюсь.

Упрямец!

– Верни тот облик, а потом исцеляйся, – не стала спорить я, только зажала запястье, кровь из которого продолжала сочиться на траву.

Бреннор вновь прикрыл глаза и через секунду, притулившись к дереву, передо мной сидел Форрад. Естественно, без сознания. Всё-таки сила у него не бесконечная.

– Веста, может быть, ты всё же объяснишь, что происходит?

У Вардена, от которого, признаться, вообще не стоило ожидать покладистости, в конце концов, лопнуло терпение.

– Что тут объяснять? – Вздохнула я и, положившись на вдохновение и удачу, принялась врать, – Сам же видишь, принц находится в Академии инкогнито и не хотел бы, чтобы о его прихоти узнал кто-нибудь посторонний. А тут они случайно столкнулись со вторым принцем, плохо поговорили и подрались.

– Вообще-то, это сын императора! А все уверены, что он мёртв!

– Нет, Варден. Это первый сын сына императора. Которого император от всех скрывал. Зачем – даже не спрашивай, не знаю.

Некромант, сощурившись, задумчиво рассматривал меня, картинно поигрывая ритуальным кинжалом: подбрасывал его и ловил. То за рукоять, то за острое лезвие. И ведь не боится пораниться!

– Сын сына, значит? А ты тут каким боком? Поразительное ты создание, Веста Фелицина. С магией Смерти, но на факультете боевиков… Нет ни денег, ни родителей, но есть долгопешая обувь… Два принца, и ты рядом с ними… Кто ты такая, Веста Фелицина?

Я закатила глаза.

– Что ты хочешь услышать, Варден? Нет никаких тайн! Нет никаких секретов! Я обычный человек! Правда, немного испуганный из-за вот этих неприятностей, – указала на безжизненных принцев.

Так искренне вещала, что даже сама себе поверила! Могу смело выходить на театральные подмостки – шквал бурных аплодисментов гарантирован.

– А вот внук императора истекает кровью! – продолжила импровизацию, – И если мы ему поможем и никому не выдадим его секрет, нам наверняка зачтётся, как считаешь?

– Хочешь сказать – тобою движет голый расчёт? – Варден растянул губы в о-очень недоверчивой ухмылке.

– Не только, – конечно, даже дурак поймёт, что я далеко не меркантильная сволочь, а этот некромант точно не дурак, – Ещё человеколюбие. Но вообрази, что тебе будет обязан сам внук императора. Будущий император! Насколько я успела его узнать – он человек чести.

То, что этот человек много лет будучи неизвестно чьим тайным агентом выполнял отвратительные поручения, пожалуй, лучше опустить…

– Ладно. Пока притворюсь, что поверил тебе, – серые глаза блеснули холодной сталью, – а позже побеседую с новоявленным принцем и сделаю окончательные выводы.

По итогам наших переговоров Варден, как отличный воздушник, транспортировал обоих принцев в лечебницу. Там мы рассказали сказочку о том, что случайно обнаружили двух студентов боевого факультета вот в таком состоянии. Как они в это состояние попали – понятия не имеем. Целители поахали-поохали, но пациентов приняли без проблем.

Дружки Регана через пару часов очнутся сами. По крайней мере, так пообещал нечаянный единомышленник-некромант.

А стилет Бреннора я спрятала.

***

Улица порадовала отсутствием нежелательных свидетелей и блаженной тишиной. На ужин мы опоздали, и Варден заставил зайти в столовую, чтобы запастись пирожками, а потом проводил меня до входа в общежитие.

– До завтра, самая удивительная девушка Имперской Академии Магии, – сказал некромант на прощанье.

Нда-а, вот это заявленьице…

Домой возвращалась выжатая, как лимон, но была вполне спокойна, потому что полагала – на сегодняшний день лимит неприятностей исчерпан. Ага, как бы не так! Похоже, на неприятности у моей судьбы свой собственный, безлимитный тариф.

У двери в мои апартаменты спиной стояла Арлета, а возле неё топталась Нита Линар. Едва заприметив меня, она подбежала и начала вертеться вокруг и тараторить, закатывая глаза. Мышиный хвостик подпрыгивал в такт активным движениям девушки.

– Веста, слава Отступнику! Марита попросила отдать тебе вот этот цветок в горшке.

Она сунула мне в руки горшок, точёными формами больше похожий на вазу. В нём алел прелестный цветок, благоухающий нежным, изысканным ароматом.

– Я пришла, а у тебя тут такое творится! Видишь? Арлету заколдовали!

Да твою ж…

И правда, королевишна выглядела один в один как Реган, которого мы с Варденом только что сплавили в больничку. На цепочке, болтающейся на руке девушки, висел блестящий металлический предмет.

– Давай оставим цветок и пойдём, отведём её в лечебницу!

Я тяжело вздохнула, представив, как буду выглядеть и что обо мне подумают, если приведу второго «серого» за день, и открыла дверь.

– Миленько тут у тебя, – продолжала трещать она, входя следом, – у меня почти так же, но цвет обоев темнее и дракончики на светильниках другие.

– Разве? Гостиные, по-моему, у всех одинаковые, – я поставила горшок на стол и, обернувшись, замерла, как вкопанная.

Нита исчезла, а у плотно закрытой двери стоял незнакомый мужчина. Высокий, с длинными волосами, по которым волнами стекали оттенки от золотого мёда до тёмного ореха, а глаза на привлекательном аристократическом лице жили своей жизнью. Их цвет непрерывно менялся, периодически проваливаясь в кромешную черноту.

Смутное предчувствие чего-то неотвратимого заставило занервничать ещё сильнее. Хотя, вроде бы, куда больше, если учесть, что в мои апартаменты ворвался странный тип, и вряд ли с дружелюбными намерениями.

Удивительную внешность отличало что-то ещё… На нём не было мантии! В Академии все, абсолютно все маги и студенты носили мантии. Лишь прикладники частенько игнорировали сей важный атрибут, но в их одежде превалировал синий цвет.

Этот человек был одет в чёрное. Крой длинного строгого сюртука вызвал чёткую ассоциацию с вампирами, плюс чёрная жилетка, чёрная рубашка и чёрные узкие брюки. И лишь одно украшение, которое невозможно не заметить при всём желании. На указательном пальце левой руки красовался перстень с огромным, на всю фалангу, камнем.

Или не камнем? В глубине, за безупречно гладкой поверхностью клубилось что-то живое. Страшное...

И эти жуткие глаза, перебирающие все возможные цвета, будто не желающие остановиться ни на одном… Внезапное понимание обрушилось ледяным душем: это же те самые глаза, из зеркала. Из старого сна в старом мире. Моём мире.

– Ну, здравствуй, тринадцатая.

Что?!

– Не желаешь поблагодарить? Та аппетитная девушка пришла, чтобы наслать на тебя смертельное проклятье.

Арлета? Всё же решилась, несмотря на предупреждение Вардена. Тут же возник вопрос: «Может ли незваный гость читать мои мысли». И дальше ещё один, как ушат воды: «Кузя!» Конечно! Я же столько времени была без магии, а не-котик без дополнительной защиты. И придя в себя, не проверила, не до того было! Странно, что хоть резерв умудрилась спрятать.

Судорожно накрыла адхара магическим коконом и услышала тихий смех пришельца:

– Поздно, я уже нашёл его. И теперь понимаю, почему не мог столько времени взять след.

Неестественно низкий голос мужчины обволакивал, вибрировал и проникал глубоко под кожу, вызывая целый табун мурашек. А ещё – совершенно неуместный, бестолковый восторг.

– Ты единственная, кто мог защитить его. Но зачем это тебе? Ведь ты одна из нас, та, кого мы ждали.

О чём это он?

– Ты только входишь в силу, тринадцатая. Но сегодня сумела применить Глубинное прощупывание на том мальчике. Я почувствовал возмущение поля. Понравилось пить его?

От этих слов мне стало нехорошо. Значит, Регана всё-таки… я? Выпила? О, боже…

– Я ничего не почувствовала, – ответила дрожащим голосом.

– Это потому, что они слишком слабы для нас. И ты неверно использовала Глубинное прощупывание. Вот как надо.

По телу, ушам, даже по чувствам пошли волны вибраций, и я ощутила, как в соседней комнате тихо застонал не-котик. И это при том, что я закрываю его с помощью Ментилистики.

– Прекрати!

– Ты всё ещё жалеешь его?

Безупречные брови слегка приподнялись, по-видимому, выражая удивление. Остальное лицо выглядело восковой маской, даже глаза, на данный момент изумрудно-зелёные, не выражали абсолютно ничего.

– Но почему? Я же объяснил, что ты одна из нас. Я так долго призывал тебя, разве ты не помнишь? А сейчас я уничтожу адхара, и эта тюрьма, населённая отвратительными червями, называющими себя людьми, наконец, разрушится. Мы выйдем в Tricinium, на свободу. Там намного вкуснее.

В стылых безэмоциональных глазах на мгновение промелькнул голодный блеск, а меня затошнило от предположения, кого ест это существо, теперь даже отдалённо не похожее на человека.

Монстр одним скользящим движением оказался совсем рядом, медленно наклонился и с видимым наслаждением вдохнул воздух около моего виска.

Ни дать ни взять – гурман примеривается к изысканному десерту.

– Вку-усная… Даже немного жаль, что ты одна из нас, – с нарочитой печалью вздохнул он, и плавным, почти текучим шагом устремился к двери в мою личную комнату.

Теперь я видела чёрного вампира именно таким – текучим, беспрестанно меняющимся хамелеоном с глазами голодного мертвеца.

Он подёргал ручку двери. Безрезультатно. Но и у меня ничего не выходило, хотя, стремясь защитить не-котика, я всё это время била незнакомца своими магиями: сначала одновременно, затем – по очереди. Но ни Огонь, ни Менталистика, ни Смерть не смогли причинить ему какого бы то ни было вреда.

– Открывай, тринадцатая, – хищно улыбнулся он, слегка наклонив голову.

Абсолютно чёрные глаза без зрачков притягивали, манили, звали за собой, в незнакомую, но такую родную бездну…

Родную?! Да что со мной происходит?!

– Нам пора, – едва слышно прошелестел монстр, вновь вызвав непонятный восторг и предвкушение чего-то этакого… Невероятно сладостного.

Вместо ответа, я закрыла глаза и сосредоточилась на магии Смерти. Остался последний шанс: активировать амулет Рена – без него здесь не справиться. Пусть он узнает про адхара и про то, что я, оказывается, становлюсь (или уже стала!) вечно голодным чудовищем. Но уж лучше так, чем погибнет целый мир.

Однако, некромант появился сам.

С ритуальным кинжалом в руке, но без мантии, без красных камней, к которым я так привыкла, чёрные брови грозно сведены на переносице, свинцовые глаза сверкают почище молний…

Он был похож на разгневанного бога, сошедшего с небес для справедливого возмездия.

– Ты-ы-ы??? – неестественным басом провыл «чёрный».

Его лицо перекосило до неузнаваемости, от красивых правильных черт не осталось и следа.

Рен же с совершенно нереальной скоростью очутился рядом, задвинул меня к себе за спину, шагнул навстречу монстру и поднял руки. Наступила пронзительная тишина, бьющая по ушам сильнее самого оглушительного грома, а вокруг мужчин образовался вязкий непрозрачный пузырь.

И хотя я почему-то видела, как внутри него разразилась битва не на жизнь, а на смерть, мой разум всё равно был не в состоянии отследить стремительные движения противников. Казалось, сгусток тьмы, затягивающей в свои мрачные бездонные глубины, бьётся со сгустком ослепительно сияющего света.

Даже собственное рваное сердцебиение и сбивчивое дыхание ощущались лишь где-то глубоко в сознании, напоминая, что я ещё жива…

Сражение закончилось так же внезапно, как началось: удивительный пузырь звонко лопнул, вернув миру многообразие звуков: скрипнула входная дверь общежития, зашелестели листья за окном, тихонько зашуршал подкравшийся на цыпочках дождь...

Передо мной стоял Рен, ещё более бледный, чем обычно, с влажными волосами, словно только что вошёл с улицы, успев вдоволь вымокнуть под тем самым дождём.

Похоже, недолгая драка с монстром-вампиром далась ему нелегко…

Глаза некроманта горели, словно раскалённые угли, и как я не старалась, не могла определить их цвет. Но это были точно не привычные свинцовые колодцы.

Сейчас мой куратор был по-настоящему страшен, от него за версту фонило мощнейшей силой, но мне удалось пересилить животный, скручивающий внутренности страх, и шагнуть к нему.

– Рен…

– Веста, – в хриплом голосе прозвучало настолько нешуточное предупреждение, что я остановилась, словно наткнувшись на глухую стену, – зря я оставил тебя одну. Моя вина. Прости. Но сейчас ближе не подходи.

– Почему?

– Нельзя. Здесь мы попрощаемся. Тебе осталось сделать лишь одно – убить меня.

– Что?! – от неожиданного кошмарного заявления из глаз сами собой брызнули слёзы, и Ренард поморщился, словно от нестерпимой боли.

– Толль. Вахуб. Иномирянка, – чётко и раздельно произнёс он, будто вколачивая гвозди в крышку несуществующего гроба.

Пока

несуществующего…

– Пора отдать долг, Фелицина.