Глава 21

Проснулась от нежной трели, мягко шебуршащейся где-то в районе головы – очень необычное ощущение. Местный будильник? За всё это время воспользоваться им как-то не довелось – адхар всея Элэйе добровольно стоял на страже сна и бодрствования своей подопечной.

Нда-а, вряд ли я ещё когда-нибудь увижу душу мира. А жаль. Он успел стать настоящим другом…

Отбросив упаднические мысли, огляделась и обнаружила, что вместо того, чтобы сидеть на полу, лежу в собственной постели, на том самом месте, куда Кузя положил едва дышащего Рена. Под той же простынёй.

Значит, ушёл. Не разбудил.

Ушёл, ничего не сказав!

Ещё и озаботился, чтобы пары не пропустила, вот спасибо-то. Лучше бы выспаться дал, честное слово!

Ну, нет. Этот номер не пройдёт. Настроенная весьма воинственно и решительно разобраться раз и навсегда в наших отношениях, потянулась за артефактом вызова, но… и тут просчиталась.

Медальона на привычном месте не было.

Даже так?

Что ж, тогда делать нечего. Собрала не выспавшееся тело в кучу, нечеловеческим усилием заставила подняться и отправила в ванну – наводить красоту. Ползала буквально, как сонная муха, вчерашний сумасшедший день выкачал все силы, а бегство Рена добило. На глаза то и дело наворачивались слёзы, которые тут же смахивала, потому что хватит!

Хватит рыдать!

Не дождётся!

Спустя сорок минут покрутилась перед зеркалом, придирчиво оценивая результат адских стараний.

Ну а что? Весьма неплохо. Особенно, по сравнению с тем, что творилось внутри – больше шансов насобирать бочку воды из выжженной пустыни, чем вытянуть каплю радости из меня. А по виду – ничего подобного. Можно сказать, цвету, как роза.

Ну и отлично!

Глупость несусветная, но сразу выйти в гостиную побоялась. Сперва аккуратненько выглянула. В комнате было чисто и светло, на полу и стенах буднично суетились утренние солнечные зайчики, и никаких следов битвы титанов, будто произошедшее привиделось в страшном сне. Однако, стоило сделать один-единственный шаг, как память услужливо подкинула образ мерзкого паразита во всей красе, к горлу подкатила дурнота, а в глазах заплясали разноцветные огоньки.

В итоге гостиную проскочила на полном ходу и перевела дух лишь в коридоре.

Ничего себе. Не хватало ещё бояться собственного жилья… Снова вспомнила Кузю – с ним было не страшно. Снова чуть не заревела.

Нда-а, явно пришло время провести плановое очищение, а то ка-ак начну лить слёзы посреди учебной пары, вот будет потеха…

А на первом этаже встретила Арлету и все мысли временно покинули мою многострадальную голову. Королевишна спешила к выходу с противоположной стороны, но, увидев меня, резко остановилась, будто напоролась на привидение. Или того хуже – на чудовище. Покраснела так, что варёный рак умер бы от зависти. Часто-часто задышала. А едва красивое лицо вернуло благородную бледность, рванула обратно.

Только тогда я вспомнила, что вчера мы оставили её в коридоре. Насколько я понимаю, Ниты Линар там вообще не было, то приходил борнаус, превратившийся в неё. Или вселившийся? А значит, никто не отвёл Арлету в больницу. Откуда она тут взялась, живая и здоровая?

– Веста, как давно я тебя не видела!

Ох, ты ж… Не заметила Мариту. Последние дни я тщательно и весьма удачно избегала встреч с ней.

– Сегодня утром почти все студенты в лечебнице пришли в себя, представляешь?

Сияющая улыбкой комендантша не замечала, что я не слишком восторгаюсь счастливым известием. Паразиты уничтожены, и люди освободились – на мой взгляд, это вполне укладывается в рамки логики. А вот, что теперь будет делать Реган, это вопрос. Большой вопрос! Хоть бы он забыл всё, что случилось, а?

Оставив довольную Мариту сообщать новость остальным, я отправилась в столовую.

Академия гудела почище растревоженного улья.

В кои-то веки на улице собрались группы ребят, студенты передавали друг другу сенсацию, шутили, улыбались и смеялись, в глазах некоторых девочек стояли слёзы радости, а парни с удовольствием подставляли им сильное плечо «для поплакать». И крепко обнимали под шумок.

На всякий пожарный случай консилиум целителей постановил до завтрашнего утра оставить всех пострадавших в больнице. Мол, мало ли что.

А я сразу решила во время обеденного перерыва проведать Форрада-Бреннора – нет ничего хуже, чем болеть. Особенно, если никто не навещает...

Эту же идею высказал Варден, подстерёгший меня у столовой.

– Веста, привет! Отлично выглядишь! Впрочем, как всегда, – начал он разговор совершенно не в своей манере.

К чему эти комплименты? Я с подозрением уставилась на некроманта, а он, будто не замечая удивлённого взгляда, продолжил:

– Давай сегодня к Бреннору сходим? И Регана нелишне навестить – предупредить, чтобы молчал.

У меня внутри всё перевернулось – неужели Варден узнал, что я иномирянка? Лихорадочно прокрутила разговор с рыжим. Вроде, когда слетел защитный купол, эта тема не поднималась?

– Ты чего побелела? – насторожился некромант, – Думаешь, Реган уже успел разболтать про брата?

А, так он про это…

– Да что-то нехорошо стало. После вчерашнего почти не спала.

– Хочешь, я буду стеречь твой сон? – Варден поиграл бровями и хитро прищурился, но серые глаза смотрели вполне серьёзно.

Чёрт, значит, он не оставил идею сделать меня своей женщиной. И всё из-за магии Смерти и возможности какого-то там «нормального слияния»…

– Ага, конечно. Как только некроманты смогут приходить в гости к боевикам, и наоборот, – совсем не смешно отшутилась я, и, стараясь не обращать внимания на зажёгшийся в глазах опасный блеск, добавила, – а к Брену и Регану и правда надо зайти.

***

В столовой мы имели счастье лицезреть обезглавленную «великолепную семёрку». Похоже, парни были не в курсе, за кем следил Реган, и не поняли, кто их отключил, потому что в нашу с Варденом сторону даже не посмотрели – с постными лицами ковырялись в тарелках да скупо переговаривались.

На лекциях я присутствовала постольку-поскольку, не видя и не слыша, что вбивали в наши головы бедолаги-преподаватели. Справедливости ради скажу, что и остальным было не до учёбы: студенческая братия находилась в приподнятом взбудораженном состоянии, а потому все трещали без умолку, обсуждая мгновенное чудесное исцеление «серых» пациентов.

Как нарочно, магистры-чародеи будто сговорились и на всех занятиях вызывали меня отвечать, а я всякий раз попадала пальцем в небо, потому что никак не могла сосредоточиться.

Старичок Амальти, преподающий Защитные руны, даже всерьёз забеспокоился:

– Студентка, э-э, как вас там? Что с вами? Вы себя плохо чувствуете? Может быть, вам, э-э, отдохнуть?

Кое-как досидев до обеденного перерыва, побежала в больницу к Брену – хотелось поговорить с ним без посторонних ушей. Но на половине дороги рядом со мной беззвучно вырос Варден.

Вот я тоже хочу, чтобы меня никто не мог отыскать по Поясу Смерти! Как Рена.

– Куда спешишь? Не в лечебницу часом?

Эх, не получилось.

– Да.

– Но ведь мы договорились сходить вместе, забыла?

Варден весьма мило улыбался, но я кожей чувствовала, что улыбка эта насквозь фальшивая. На самом деле он был крайне недоволен (Менталистика прямо-таки кричала об этом), но пока считал необходимым скрывать истинные эмоции.

Вообще-то, некромантское терпение – дело такое, ненадёжное… Надолго ли его хватит?

Вступать в конфронтацию с шестикурсником не стала, ведь ему известен секрет Брена. Так что максимальное дружелюбие – наше всё.

– Не знала, где тебя искать, – продемонстрировала я не менее фальшивую улыбку, но в моём исполнении она, похоже, вышла убедительнее, потому что исходящее от некроманта напряжение чуть спало.

– Ладно, пошли, – он безапелляционно подхватил меня под руку и зашагал вперёд.

В холле медицинского корпуса было тихо – желающих посетить больных не наблюдалось. И немудрено, потому что, едва завидев нас, полненький розовощёкий маг важно указал на только-только закрывшуюся с тихим хлопком дверь.

– Не велено никого пускать. Пострадавшие на карантине. Идите, идите отсюда.

Я собралась дать задний ход, но Варден остался на месте и в мгновение ока кардинально сменил амплуа. Теперь перед столом дежурного стоял не шестикурсник, а серьёзный мужчина, наделённый физически ощутимой властью.

Вот, спрашивается, откуда что берётся?

– Вы хотите сказать, что студенты вовсе не пришли в себя, как было доложено, ирр чаровник? – поинтересовался он тоном столичного ревизора, нежданно-негаданно приехавшего с внеплановой проверкой в самую отдалённую и захудалую Тьмутаракань.

Дежурный целитель заметно изменился в лице, весь подобрался, даже постройнел, и выдал полноценный отчёт. От бравых и одновременно заискивающих интонаций я слегка обалдела.

– В себя пришли все, господин маг. Но несколько прикладников, вот беда, магичить-то больше не смогут. А главный-то наш предполагает, что напасть эта, может статься, последствие «серой» болезни. А вдруг да грозит она всем пришедшим в себя, что тогда? Вот и решено было карантин организовать. До завтрашнего дня всего лишь, господин маг.

Мы с некромантом переглянулись.

– Хорошо, ирр чаровник. Но нам нужно навестить человека, который попал сюда вчера. И он не из «серых», его ранили кинжалом.

– Ах, этого, – с облегчением улыбнулся целитель, – к нему можно, господин маг.

И засуетился, объясняя, где искать Бреннора.

Старшего принца определили на второй этаж в одноместную палату, просторную и светлую – в спокойных кремовых тонах. Увидев нас вдвоём (а шестикурсник так и не отпустил мою руку), он ощутимо посмурнел.

– Веста, сначала я поговорю с нашим другом без свидетелей, – тоном, в котором мне послышались нотки собственника, распорядился Варден, – подожди снаружи.

И слегка подтолкнул к двери.

Зачем же, спрашивается, заходили вместе? Хотел продемонстрировать права на меня? Которых, вообще-то, нет.

Я послушно вышла, не показывая, что внутри закипело нешуточное раздражение.

Ждать пришлось минут тридцать – тихий пустынный коридор успел настрадаться, выслушивая безудержные вздохи и топот одной возмущённой студентки. Судьбы мира они там решают, что ли? Хотя, если учесть, кем является ангел…

Наконец, дверь распахнулась. Не дожидаясь особого приглашения, я вошла в палату и присела на краешек кровати.

– А сейчас я хочу поговорить с Вестой, – тут же сообщил ангел и добавил тоном, не терпящим возражений, – Наедине.

Некромант некоторое время буравил его серой сталью сузившихся глаз, но, в конце концов, неохотно кивнул.

– Веста, я подожду на улице.

– Не стоит, я сама дойду. Прогуляюсь.

– Я всё-таки подожду, – некроманту явно не понравился мой прохладный отказ, – вместе и прогуляемся.

Проводив шестикурсника взглядом и дождавшись, когда захлопнется дверь, Брен посмотрел на меня. Выглядел он вполне здоровым, лишь лёгкая бледность да тени под глазами напоминали о недавней потере крови.

– Значит, это его ты выбрала?

– Нет, я не выбирала его.

– Но он ухлёстывает за тобой, это же очевидно – продолжал давить ангел.

– Нет. То есть да, но я не давала для этого ни малейшего повода.

– Мужчине в таких случаях не нужен повод, – усмехнулся Брен, явно подумав о своём, – Похоже, он тоже любит тебя.

– Ага, конечно, – нервно рассмеялась я, – Любит. Как святая инквизиция еретика, которого надо сжечь в праведном огне.

– Не понял, – нахмурился ангел.

– То есть на самом деле у него голый расчёт, а не любовь. Из-за магии Смерти.

– Значит, он докучает тебе?

Синие омуты угрожающе потемнели. Похоже, сильные эмоции проявляли настоящий цвет глаз мужчины – цвет тяжёлого, чуть поблёскивающего антрацита.

Я задумалась, не зная, как в двух словах охарактеризовать отношения, связывающие меня с некромантом, и затянувшееся безмолвие ангел вновь трактовал по-своему.

– Больше он тебя не потревожит.

Откровенно хищная улыбка и жёсткость интонаций повергли в ужас.

– Что ты задумал? Надеюсь, не... убить?

– Некроманта убить непросто, но вполне возможно, Веста. Я не хочу, чтобы он доставлял тебе неудобства.

Да твою же…

– Ни в коем случае! Он мне вовсе не мешает. Я в любой момент могу отказаться от общения с ним. Правда.

Брен с неприкрытым сомнением смотрел на меня, и обострённые до крайности чувства предупредили – надо быть убедительной, иначе Вардену хана. У принца точно получится осуществить задуманное.

Уж не знаю как.

Он вдруг подался вперёд и оказался совсем-совсем близко, протянул руку, ту самую, из запястья которой торчал злосчастный стилет (о, эта железяка с капающей кровью ещё долго будет мерещиться в страшных снах!)... Неотрывный, пронизывающий насквозь взгляд мужчины завораживал… Губы ощутили его горячее дыхание… Он нежно и очень неспешно провёл кончиками пальцев по моей щеке, скуле и шее, вызывая неконтролируемый чувственный трепет.

– Уверена? – хрипло спросил, затягивая тёмными омутами в опасную глубину. На самое-самое дно.

– Д-да…

Такой

принц пугал, главным образов потому, что своими действиями вызывал отклик. Совершенно ненужный отклик. Чтобы не дай бог не наделать глупостей я отодвинулась и перевела тему:

– Лучше расскажи, о чём вы с Варденом так долго разговаривали? Он ведь сохранит твой секрет?

Брен скривил губы в подобии улыбки и откинулся на подушку.

– Да, всё в порядке. Мы пришли к соглашению, – уже спокойно ответил он, – подробности тебе ни к чему.

– Но ведь друзья Регана знают...

– Они не знают ничего определённого, но на всякий случай Варден займётся ими сегодня же, – перебил Брен.

– А вдруг...

– Послушай, Веста, – вновь не дал договорить, – мы уже давно не мальчики, сами разберёмся.

– Но сам Реган! – сделала последнюю попытку, – Он всё знает и про тебя, и про меня…

– Уже не знает, я позаботился, – отрезал Бреннор.

– Что же ты не позаботился о Миллин? – удивилась я, – Стёр бы ей память, и всё.

– После нападения её непременно допросили бы на Кристалле Истины, а он пробивает любые чары.

И ангел посмотрел так, будто он – умудрённый вековым опытом препод (это как минимум!), а я – глупая студентка, которая лезет, куда не положено. Стало обидненько, и захотелось немного подёргать этого тигра за усы, а то развёл тут, понимаешь ли, тайны!

– То есть вы с Варденом не только взрослые мальчики, вы почти друзья, и мне больше не стоит переживать? Ты ведь пошутил, что убьёшь его?

И невинно похлопала глазами.

Лицо иронически настроенного, но всё-таки доброго ангела в один момент переплавилось в маску ангела смерти – циничного и безжалостного.

– Хочешь сказать, что переживаешь за него? – тихий голос и сдержанные интонации совершенно не вязались с волнами злости, которые ощущала чуткая менталистика.

– Да, – подтвердила я, и, сполна удовлетворившись маленькой женской местью, добавила, – Но не за него. За тебя. У Вардена отец архимагистр, может и жизнь положить, чтобы вычислить убийцу сына.

Бреннор отчётливо выдохнул.

– То есть это была шутка? – Произнёс едва слышно, – Играешь на моих чувствах?

Тут же стало так стыдно, что лицо вспыхнуло красным цветом светофора – поставь на перекрёстке и никто не заметит разницы.

– Прости, – вот я дурочка-то! – Не знаю, что на меня нашло.

Надеюсь, повинную голову меч и правда не сечёт...

– Я знаю. И прекрасно понимаю. Но тебе не нужно лезть в наши дела, Веста. Мы всё сделаем сами.

– Хорошо, – больше спорить не хотелось, – На самом деле, я пришла, чтобы поблагодарить тебя...

– Не надо, – жёстко оборвал Бреннор и даже поднял руку в защитном жесте, – От тебя мне нужно совсем другое, и это вовсе не слова благодарности. Поэтому ничего не говори. И спасибо тебе. За всё.

Мрачная решимость, помноженная на прощальные интонации, напугали.

– Брен, – голос предательски дрогнул, – ты больше не хочешь общаться со мной?

Если не будет ангела, я останусь совсем одна. А вдруг Рен не вернётся? Отлично понимая, что веду себя, как махровая эгоистка, что хочу удержать человека, которому никогда не смогу дать то, что ему нужно, часто-часто заморгала – стремясь подавить готовые хлынуть слёзы.

– Веста, здесь, в Академии, мне больше нечего делать. Завтра я уйду. Но у тебя останется мой амулет… если понадобится, я всегда приду на помощь.

Пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не зарыдать и не вцепиться в принца мёртвой хваткой, но разум, помноженный на осознание того, что ему сейчас тоже не слишком весело, восторжествовали.

– К тому же я знаю, ты умеешь перемещаться в пространстве с помощью ваших некромантских штучек, – добавил он, глядя с какой-то особенной нежностью, – Если захочешь – приходи в любое время. Тебе я… всегда рад.

Мы помолчали.

– Расскажешь, кто был твоим учителем? – робко поинтересовалась я, – Кто держал тебя в рабстве столько лет?

– Нет, – покачал головой ангел, – Я был очень хорошим учеником. Разберусь с ним сам.

Только что тёплый взгляд вновь превратился в жёсткий, бескомпромиссный. Нда-а… Никому не пожелаю встретиться с таким ангелом в тёмном переулке…

Наше прощание вышло грустным и скомканным, и, видно, начисто отключило и мозги, и сообразительность, поскольку вместо того, чтобы переместиться из коридора больницы прямо домой я зачем-то пошла на улицу, где и наткнулась на Вардена. Он сидел на скамейке, пялясь куда-то в пространство.

Ждёт. И о-очень недоволен.

Почему-то именно в этот момент во мне перегорел последний предохранитель, который частенько вынуждал в первую очередь думать не о себе, а о других.

«А вдруг обидится? А вдруг не то подумает? А вдруг не так поймёт? А вдруг из-за меня у него будут проблемы?» Всем этим «А вдруг?» нет ни конца, ни края! Будто я несу ответственность за чувства, эмоции и даже жизни окружающих. Ну нет уж.

Хватит!

Пусть каждый отвечает за себя. Например, Брен отчётливо дал понять, что разберётся с некромантом сам, значит, и правда нечего переживать.

– Объясни, что это сейчас было? – бросилась в атаку без лишних предисловий.

Парень слегка напрягся, но отвечать не спешил.

– В палате Брена ты вёл себя так, будто имеешь на меня какие-то права. Скажи, что это глюки девушки, слишком много возомнившей о своей скромной персоне, и останемся хорошими друзьями.

На лице Вардена не дрогнул ни один мускул, но я почувствовала, что его очень задели мои слова.

– Значит, у тебя кто-то есть? – спросил он.

– Это не твоё дело, но отвечу. Да, есть.

– Послушай, этот… он всё равно тебе не подходит.

– Я не говорила, что это Брен.

– А кто? Тебе в любом случае нужен некромант. Почему не я? Уровень силы у нас почти совпадает. Моя Смерть хочет тебя. И я хочу тебя.

Да уж. Откровенно, и без всяких там глупых атавизмов, вроде любви.

– С чего ты взял, что мой… В общем, что он не является некромантом?

– Значит, декан, – досадливо усмехнувшись, процедил сквозь зубы Варден, – больше некому.

Обсуждать это точно не стоит, так что вместо ответа погрузилась в Пояс Смерти. Позлорадствовала, увидев изумление на красивом лице некроманта, и машинально перенеслась в кабинет для занятий с Реном.

Ну их, эти лекции, не пойду. Плевать на них. Плевать вообще на всё. Посижу тут, пока не успокоюсь. Куратор всё равно не придёт…

Эта мысль стала последней каплей – я разрыдалась в голос и ревела минут пятнадцать, всхлипывая и размазывая слёзы по щекам. Опустошив сосуд тоски до дна, вспомнила, что надо бы наполниться положительными эмоциями, поэтому от души натанцевалась.

А потом прилегла на диван, подложив под голову маленькую неудобную думочку, и уснула. В цветном, на удивление лёгком сне продолжала танцевать, но уже в паре со своим возлюбленным. Он крепко обнимал меня за талию и улыбался…

Не знаю, сколько прошло времени, но проснулась бодрая и отдохнувшая. Удивилась, нащупав под головой нормальную подушку, а сверху – мягкое покрывало. Магические канделябры горели вполсилы, шторы задёрнуты.

А в кресле, придвинутом почти вплотную к дивану, спал Рен.