Глава 7

Рано утром Кузя вторгся в моё сознание, вырывая из глубокого сна:

– Он здесь, он здесь, он здес-с-с-сь! – беспрестанно повторял не-кот, выпуская острые коготки и громко шипя.

Спросонья сконцентрироваться не получалось, поэтому я взяла пушистика на руки и стала успокаивающе гладить, одновременно пытаясь прийти в себя.

– Что произошло, Кузь?

– Он здес-с-сь, – мысленно повторил одуван, вовсю сверкая зелёными плошками глаз.

Почему-то его тревога передалась мне, как ток, бегущий по электрической цепи.

– Да кто он-то, объясни толком?

– Я не з-з-знаю, что он такое, но он опасен, он очень опас-с-сен. Будь осторож-ж-жна, Лавена.

– Какая ещё «лавена»? – не поняла я.

– Будь осторож-жна, – повторил котик, и не вдаваясь в дальнейшие объяснения, свернулся в клубок и засопел.

Вот же шерстяная матрёшка – напугал и уснул! Устроил мне хорошенькое начало семестра. До будильника оставалось всего полчаса, так что я поднялась и пошла собираться на учёбу.

Перед завтраком заглянула к Марите, что называется, на разведку – вдруг удастся разузнать о прибытии в Академию опасного (с точки зрения Кузи) субъекта.

И похоже, котик оказался прав: комендантша, обычно по утрам мирно занимающаяся цветами, сегодня озабоченно строчила что-то в толстом журнале, периодически дотрагиваясь до белого кристалла, стоящего на высокой каменной подставке. Кристалл при этом вспыхивал зеленоватым светом, придавая привычной обстановке налёт таинственности.

– Доброе утро, Марита!

– Доброе, Веста! – не отвлекаясь от работы, ответила магичка, – прости, но сегодня я немного занята, зайди позже.

– Что-то случилось?

– Ничего такого, не волнуйся.

– Ты имеешь в виду – ничего такого, о чём можно рассказать студентам? – скептически уточнила я.

Марита подняла покрасневшие от долгого напряжения глаза.

– Ты всё правильно поняла.

– Но, может, мне всё-таки расскажешь?

– Веста… – подруга вздохнула, – Ну, хорошо. Сегодня ночью кто-то взломал магический контур Академии. Нарушителя не нашли.

– А это сложно – взломать контур?

– Да, это очень сложно, – подтвердила боевой чародей, – и вообще случилось впервые в истории Академии.

И глядя на моё слегка обалдевшее лицо, устало добавила:

– Лучше иди на завтрак, а с этим мы как-нибудь без тебя разберёмся.

***

Несмотря на раннее утро, в столовой было полно народу, похоже, в первый учебный день многим не спится.

Уже подойдя к раздаче, я поняла – есть особо не хочется, видимо, так сказывалось волнение. Решила обойтись апельсиновым соком с миниатюрным, но очень красивым пирожным, да румяным яблоком.

Я даже умудрилась найти свободный столик, но стоило разложить на белоснежной скатерти незатейливый съедобный натюрморт, как ко мне тут же подсел синеглазый Форрад. Похоже, не судьба спокойно поесть в одиночестве.

– Привет, Веста!

Интере-е-есно… То есть принародно Колючкой называет, а наедине вздумал проявить чудеса вежливости?

– Привет.

– Разрешишь присоединиться?

– Так ты, вроде как, уже сел. Зачем же спрашивать?

Парень улыбнулся.

– Хотелось услышать твоё согласие. Мне было бы приятно.

Вместо ответа молча отпила сок. Но не-ангел не обратил никакого внимания на мой скромный демарш.

– У нас сегодня первый день. Переживаешь? – поинтересовался он, отправляя в рот вкусно пахнущую мясную колбаску.

– Я переживаю из-за того, что ты сидишь рядом со мной.

– О, я тебя так волную? – в ультрамариновых глазах заплескалось удовлетворение.

– Скорее, нервируешь, – обломала я полёт его фантазии.

Чёрные брови парня взметнулись вверх, выражая искреннее недоумение.

– А что не так?

– Всё не так. Скажи, зачем ты бросил меня под карету? – резко спросила я, внимательно отслеживая реакцию собеседника.

Не-ангел нахмурился и отложил вилку.

– Ты ничего не перепутала? Я вытащил тебя из-под кареты, а не бросил под неё.

Надо же, ведёт себя так, словно до глубины души оскорблён неуместными подозрениями. Нет, тут точно собрались артисты погорелого театра, а не маги. Или магическое искусство включает отличное владение актёрским мастерством.

Форрад ждал ответа, но я упрямо молчала.

– Подожди, ты серьёзно считаешь, что это сделал я? Но зачем? Если думаешь, что я не могу привлечь внимание девушки более приятным способом, то ошибаешься, – лукавая ухмылка заставила покраснеть от весьма прозрачного намёка, – К тому же, понятно – рано или поздно ты узнаешь, что все кареты зачарованы, и начнёшь подозревать обман. Неужели считаешь меня таким тупым? Считаешь, что я не подумал бы о последствиях? Ах, да! И ещё. Чтобы, как ты выразилась, «бросить» тебя под карету, нужны серьёзные знания, навыки и высочайший уровень ментального дара. Откуда у меня всё это?

С последними словами парень откинулся на стуле и замер в ожидании ответа.

– Почему же сразу ничего не объяснил? – с недоверием прищурилась я.

– Во-первых, ты и так перепугалась. А во-вторых, по тебе было видно – человек не подозревает, что случилось нечто, выходящее из ряда вон. Зачем же пугать ещё сильнее? Мне показалось, что тебе уже хватило с лихвой, – обезоруживающе улыбнулся Форрад.

Ну да, ну да, рассказывай сказки…

Я попыталась настроиться на собеседника – вдруг получится «считать» его мысли или хотя бы убедиться в правдивости слов? Но нет, не вышло. И где, спрашивается, гуляет мой дар, когда он так нужен? Придётся довериться обычным методам.

– Во-первых, – скопировала я не-ангела, – всё это звучит надуманно. А, во-вторых, почему я должна тебе верить? Не представляю, с какой целью ты мог подстроить аварию, но и другого кандидата, кому бы это понадобилось, пока не вижу.

Синие глаза помрачнели.

– Собственно, я и подошёл, чтобы поговорить об этом, – Форрад повысил градус серьёзности до запредельных величин, – Не хочешь доверять мне – не доверяй. Но будь осторожна и знай – кто-то желает тебе зла. И этот «кто-то» очень сильный маг. Смотри, магическое плетение, которое ставят на карету, влияет на всё, приближающееся к ней на расстояние до десяти шагов. Я не знаю принцип, но попасть под карету невозможно, даже если очень захочешь. В детстве, дурак, проверил, потом неделю сидеть не мог – отец розгами отходил, – усмехнулся парень и снова посерьёзнел, – знаешь, так странно, будто что-то отводит. Например, если умышленно направить друг на друга лошадей, запряжённых в кареты, они остановятся или разъедутся в стороны.

Убейте, не понимаю, как можно организовать такую мощную защиту от несчастных случаев?

Сейчас я видела, что Форрад говорит искренне, смотрит в глаза и даже вербальные-невербальные сигналы сходятся[27]. Но сначала-то он перед ответом кардинально сменил позу – явный признак обманщика, – и по делу не сразу заговорил. Вся его предыдущая речь на тему «неужели ты считаешь, что это сделал я» больше похожа на взятие паузы для обдумывания правдоподобной лжи. А если учесть, что правдивость при желании и некоторой тренировке можно подделать, то сказанное не-ангелом – всего лишь ничем не подкреплённые слова.

Что же ему всё-таки нужно? Похоже, ещё немного и повторится история с «великолепной сёмеркой»: я не смогла раскусить их планы, испугалась и на всякий случай отдалилась...

Я мучилась сомнениями, играя в гляделки с красавчиком брюнетом, пока на меня не снизошло озарение – зря отдалилась! В тесном-то контакте точно больше шансов разобраться, кто мне друг, а кто враг. Пожалуй, стоит последовать мудрому совету древних своего мира.

– Спасибо за предупреждение, Форрад, – я впервые назвала парня по имени и улыбнулась, – впредь буду осторожнее.

Попробую-ка подружиться и с ним, и со всей честной компанией под предводительством Регана. Буду обращаться к их, так сказать, лучшим качествам, а с тёмными сторонами пусть воюют преподаватели, родители или кто-нибудь ещё.

И тут, как по заказу, из-за раздаточной ширмы вышел угрюмый брюнет. Карие глаза моментально уткнулись в меня и Форрада. Ага! Сама Вселенная подсказывает, что принято верное решение.

– Зорхан, – помахала я рукой второкурснику, снискав удивлённый взгляд соседа по столу.

Чародей тормознул, дожидался Регана, но после переглядываний и перешёптываний парни двинулись-таки в нашу сторону.

– Что ты задумала? Зачем их зовёшь? – Форрад явно был недоволен.

– Надо налаживать отношения со своим факультетом, не находишь?

Не-ангел не успел ответить, так как второкурсники подошли к нам. Причём за Реганом подтянулись Олан и Тарун с подносами, до отказа наполненными вкусностями. Уверена, что и остальные участники «банды» не заставят себя ждать.

– Привет! Ребята, Реган, предлагаю зарыть топор войны и попробовать подружиться.

Я вопросительно смотрела в сине-зелёные глаза рыжика, предполагая, что именно его голос станет решающим. Но ошиблась. Пару секунд Реган разглядывал меня с непроницаемым выражением лица, после чего поставил поднос на соседний столик, который как раз освобождали четыре девочки с Факультета Прикладной Магии.

– Сейчас подойдут остальные и решим, – соизволил ответить рыжий, подчёркнуто любезно улыбнувшись симпатичным прикладницам.

А они с таким беззастенчивым восхищением стреляли глазками в парней, и с такой неприязнью – в меня, – что я смутилась и развеселилась одновременно.

– Веста, интересная у тебя сегодня компания, – меж тем заметил блондинистый Олан, усаживаясь за стол, – этот парень в Академии не дольше тебя, а уже идёт на рекорд. Каждый день по новой девушке. И ты, я смотрю, с радостью пополнила его коллекцию?

Ответить на ехидную шпильку не удалось, потому что заговорил Форрад. Его тон был безукоризненно вежлив и одновременно ироничен до невозможности – хоть уроки бери:

– Конечно, ты и свою мантию готов съесть, если после этого Веста согласится быть с тобой, не так ли? И вдруг видишь рядом с ней плохого парня, вроде меня. Какой удар по самолюбию!

Глаза блондина полезли на лоб, казалось, он сейчас взорвётся от злости, а не-ангел (или всё-таки ангел?) продолжал:

– У меня только один вопрос. Ты действительно полагаешь, что подобная тактика даст тебе хоть какой-то шанс завоевать эту девушку? Кстати, Веста не моя девушка. К моему глубочайшему сожалению, – парень умудрился сидя отвесить весьма церемонный поклон в мою сторону, – Но и никому из вас не светит, не надейтесь.

К нам подошли подзадержавшиеся члены «великолепной семёрки» – Тамир и оба неприметных, – и Форрад подчёркнуто неспешно поднялся:

– Как удачно, что столы рассчитаны на четверых. Мне тут точно не найдётся места, тем более, что я уже сыт.

Когда это он успел наесться?

Как ни странно, парни не встревали в монолог синеглазого, а слушали молча и очень внимательно. Магичат, что ли? Форрад тоже обратил внимание на этот диссонанс и с издевательской задумчивостью заметил:

– А знаете, когда вы молчите, с вами даже приятно общаться, – и снова не получив ответа, улыбнулся мне, – Я правильно понял, что со мной ты тоже готова подружиться?

Я медленно кивнула, заподозрив подвох.

– Вот и отлично! – он наклонился к моему уху и понизил голос до хриплого шёпота, – на большее постараюсь не рассчитывать, но это будет трудно, ведь нам придётся видеться о-очень часто.

После чего разогнулся и во всеуслышание добавил:

– До встречи на распределении! Это уже через 30 бун, Колючка.

И был таков. А все члены «великолепной семёрки», как по команде, уставились на меня. И взгляды их не отличались дружелюбием – скорее, теперь они напоминали угрюмого Зорхана.

Нда-а... Похоже, я несколько переоценила свои дипломатические способности. Но пасовать перед трудностями – не наш метод, – поэтому, сделав вид, будто ничего не произошло, бодренько поинтересовалась у парней:

– Что скажете?

Возможно, прослыву дурочкой, но… учитывая ситуацию и мои знания о мире, до этого в любом случае недалеко. А вдруг добьюсь желаемого, кто знает?

Молчание затягивалось… И когда я уже смирилась с тем, что моя судьба – это статус «дурочка обыкновенная, одна штука», – Реган решил-таки поговорить:

– Почему ты все эти дни бегала от нас? А сегодня, когда мы видим тебя с этим снобом, вдруг предлагаешь дружить? Он надоумил?

– Ну да, надоумил и сбежал? Нет, конечно. Мы с ним вообще о другом говорили, – я отпила глоток сока и предложила трём, так и стоящим столбами парням, – может, присядете? А то поесть не успеете.

Пока они сдвигали столы и рассаживались, пересказала разговор с не-ангелом.

– И ты ему поверила? – громко удивился Тарун, умудряясь одновременно уплетать за обе щеки большущие толстенькие котлеты с жареной картошкой.

Остальные не отставали – еда с подносов улетала с космической скоростью.

– Не то, чтобы поверила, но лучше пообщаться и понять, правду он говорит или врёт.

Я тоже съела мини-десертик, вкус которого напомнил ореховую пахлаву, дополненную сочной свежей клубникой. Божественно!

– А с нами ты по этой же причине решила подружиться? – проявил неуместную проницательность Олан, стерев своим высказыванием всю радость от вкусной еды, – «доверие на пустом месте не возникает», – некрасиво передразнил меня парень.

А я-то думала, он хоть немного смутится после отповеди Форрада. Но нет, старательно зарабатывает себе отрицательные очки.

– У тебя что, сегодня утром любимый хомяк сдох? – резко спросила я, даже не озаботившись вопросом, есть ли в этом мире хомяки.

Надоело, блин, выслушивать его наезды. Помнится, в прошлый раз он тоже не стеснялся в выражениях.

– Или есть какая-то личная причина разговаривать со мной в подобном тоне? Я нигде не переходила тебе дорогу! Может быть то, что сказал Форрад, правда?

В ответ блондин так залился краской, что зелёные глаза засветились живыми изумрудами на ярко запылавшем лице, Тамир и Тарун заулыбались, а Зорхан насупился ещё сильнее. Ситуацию разрулил Реган, настоящий атаман!

– Ладно, Веста. Иногда Олан малость перегибает палку, не обращай внимания, не будь злюкой.

– Не буду, – легко согласилась я, глядя на блондина, который прятал глаза и явно предпочёл бы провалиться сквозь землю, – Да, я не хотела с вами общаться, признаю. Но ведь стоит хотя бы попытаться сегодня быть умнее, чем вчера. Не находите? И вообще. Я – девушка, а значит, имею право просто передумать. Логика тут ни при чём.

После этого безапелляционного заявления парни дружно зависли. Даже жевать перестали.

– Интересный аргумент, – наконец, выразил общее мнение Зорхан, – думаю, никто не против дружбы с тобой, верно мужики?

Но «мужикам» не удалось высказаться, поскольку к нам подошёл магистр Факультета Боевой Магии, тот самый симпатичный брюнет.

Теперь залилась краской я. К счастью, никто этого не заметил, потому что второкурсники мгновенно вскочили и вытянулись по струнке.

Ничего себе у них тут дисциплина.

– Вольно, студенты, – чуть улыбнулся мужчина и повернулся ко мне, – Фелицина, идите за мной.

Встречные ребята в мантиях с серебряной изнанкой, вежливо здоровались с магистром, а на меня бросали удивлённые взгляды. Вывод напрашивался весьма неутешительный: посещение студенческой столовой преподавателем – редкость.

Магистр не утруждался ответными приветствиями, а я нервничала, что обратила на себя ненужное внимание.

Сумрачную обстановку столовой сменила улица, залитая жизнеутверждающим солнечным светом. Я на пару секунд зажмурилась, с удовольствием вдыхая свежайший воздух, который благоухал хвоей и тонким, едва различимым ароматом цветов. Он опьянил не только птиц, самозабвенно восхваляющих на все лады новый день, но и меня, потому что я храбро обратилась к своему спутнику:

– А куда мы идём? – и спохватившись, добавила, – ирр магистр. Я могу не успеть на распределение.

– Успеете, – успокоил маг, – хотя вам не обязательно туда идти.

– Почему? – удивилась я.

– Ваше основное распределение, Фелицина, состоится сейчас. Входите.

Обнаружилось, что мы стоим на пороге того самого здания, в котором располагался Зал иллюзорных испытаний и экзаменационная комиссия. Мужчина распахнул тяжёлую дверь, впуская меня в холл.

На этот раз здесь было пусто, лишь сиротливо стоял стол, за которым в день поступления работала секретарша-пятикурсница.

Неужели меня снова заставят проходить испытания? Пусть иллюзорные, но не очень-то приятные. Мягко говоря. Но вместо этого в абсолютно пустом коридоре из тёмного «ниоткуда» появился мой старый знакомый – декан Факультета Некромантии.

– Магистр Арвен, – без улыбки поприветствовал он моего провожатого.

– Магистр Джетон, – не менее сухо и официально кивнул тот и повернулся ко мне, – что ж, Фелицина, знакомьтесь, ирр магистр назначен вашим преподавателем магии Смерти на весь период обучения. И куратором со стороны Факультета Некромантии. Нам пришлось пойти на этот шаг, потому что на Факультете Боевой Магии никто не сможет помочь вам развить этот дар. Со стороны нашего факультета курировать вас буду я. На распределение боевиков господин декан прийти не сможет, потому что займётся распределением студентов своего факультета. Поэтому о встречах вы договоритесь сейчас.

– И не только поэтому, – вступил в беседу мой первый учитель.

В глазах-колодцах плескалось совершенно нечитаемое выражение, от жуткого взгляда и знакомого, выворачивающего наизнанку голоса, у меня противно заныло под ложечкой. Что происходит? С какой стати меня захлёстывает этот невыносимый страх?

– Ещё и потому, что боевики не могут войти к некромантам, а некроманты к боевикам. Поэтому нам придётся заниматься на нейтральной территории, Фелицина. Это здание подходит. Обычно оно закрывается после окончания вступительных экзаменов до начала выпускных, но Магический совет любезно предоставил нам право всё это время пользоваться им.

Магический совет? Боже… Что я наделала…

– Каждый день, после ужина, в восемь тиммэ, Фелицина. Без опозданий. Выходной два раза в зидар для встреч с куратором Арвеном, – веско закончил маг, – Это ясно?

– Ясно, ирр магистр, – голос сорвался на неприличный писк, даже пришлось прокашляться, – А список литературы?

Марита говорила, что без санкции куратора никто не выдаст ни одного учебника.

– Можете называть меня «куратор», – милостиво разрешил маг, – Со списком определимся на занятиях.

***

Арвен не обманул по обоим пунктам. Я успела на распределение, но делать здесь было нечего. Я уже не говорю о том, что мысли мои гуляли в другом месте.

Форрад приклеился ко мне, как только мы с магистром вошли в актовый зал, и утащил к заранее занятым местам. Время от времени он удивлённо посматривал на меня и даже что-то спрашивал, но я его почти не слышала и не видела, как, впрочем, и всё остальное.

«Как, как я могла так подставиться?» – всё задавала себе вопрос и не находила ответа. Почему этот Джетон не предупредил заранее, на какой факультет идти? Или он того и добивался – чтобы я всё время была у всех на виду? Как та вещь, которую надо спрятать на самом видном месте, чтобы не нашли и не стащили?

Нет, я всё понимаю, но Магический Совет! Архимагистры и Покровитель…

Распределение вовсю шло и набирало обороты. Краем глаза я отмечала, как наш декан представлял преподавательский состав, в котором преобладали мужчины, что-то вещал об учёбе, зачитывал какие-то списки, по всей видимости, кураторские. А я всё думала-думала-думала, ругала себя, на чём свет стоит, прекрасно осознавая полное отсутствие конструктива в подобном поведении.

Но ничего не могла поделать.

В итоге, когда закончилось это почти бесконечное и тоскливейшее заседание, я вознамерилась сбежать в свою комнату, чтобы обнять Кузю и поплакать в тёплую шёрстку, но Форрад остановил меня и чуть ли не силой поволок в столовую.

Сил сопротивляться не нашлось, так что я вяло поплелась за ним.

Оказывается, студенческая столовая была открыта целый день и закрывалась только на ночь. Помимо завтрака, обеда и ужина в ней выдавали сухпайки навынос. Парень набрал каких-то вкусняшек, вытащил меня в ближайший парк, усадил на нереально огромные корни старющего дерева и сунул в руку пирожок.

– Рассказывай.

Я и рассказала. Без подробностей, конечно. Просто информацию о двух кураторах и ежедневных занятиях.

– Ну и что? – совершенно не удивился синеглазый, – Так и должно быть. Магией Смерти владеют только некроманты.

– Да боюсь я этого декана, – решилась выдать полуправду.

– С чего бы? Ты же его совсем не знаешь!

– А вот это вообще не аргумент! Некоторые боятся темноты, потому что в ней скрыта неизвестность. Вот и этот некромант для меня – сплошная загадка. Какой он?

– Да не хуже других, полагаю, – беззаботно отмахнулся Форрад, с завидным аппетитом жуя пирожок.

Сразу видно – утром не наелся.

– Я уж решил, что-то серьёзное случилось.

– Серьёзное, – передразнила я будущего мага, вздумавшего подработать внештатным психологом, – это у тебя серьёзные проблемы. Вот поймают Реган с парнями и наваляют по полной программе, будешь знать. Их же семеро, зачем нарывался?

– Не наваляют, – спокойно возразил синеглазый, – Драки запрещены. Наказание – отчисление. А один на один я с любым из них справлюсь, будь уверена.

– Да с чего ты это взял? Они же второкурсники!

– Просто знаю, – с неуместным апломбом ухмыльнулся не-ангел.

И откуда у парней столько самоуверенности?

Зато теперь понятно, почему Варден так спокойно предложил «великолепной семёрке» подраться. И понятно, почему парни были так злы. Шестой курс против второго. Смешно.

– А один на один? Это ведь тоже драка.

– Это можно. Вернее, не запрещено, – ответил Форрад и с преувеличенной важностью процитировал какой-то документ, – «Если в потасовке (с применением магии или без) замешаны более двух человек, все участники оной отчисляются с любого курса без возврата денежных средств». И ещё там перечислены штрафы, неподъёмные для тех, кто хотя бы частично учился за счёт Империи.

– Где ты это вычитал?

– В уставе Академии. И ты почитай, полезно.

– Так я-то не собираюсь ни с кем драться! А вот они тебе за стенами Академии наваляют.

Парень резко посерьёзнел:

– А вот за стенами Академии у нас будет совсем другой разговор.

И тут же так проказливо прищурился, что я на всякий случай отодвинулась подальше. Форрад тихо рассмеялся.

– Переживаешь за меня, Веста? Это приятно. Даже очень, – и, понизив голос до бархатно-интимного, этот неисправимый бабник добавил, – Пожалуй, возьму свои слова назад. Я буду за тобой ухаживать.

– Не стоит, – улыбнулась я, вставая, – но спасибо, что поднял настроение.