Глава 16

Елена ждала меня среди стеклянных колб и изогнутых пластиковых трубок. И да, она снова выглядела уставшей. Под глазами залегли тени, кожа казалась бледной, но её взгляд по-прежнему горел фанатичным блеском. На её пальцах виднелись мозоли и мелкие ожоги от химических реагентов. В тесном помещении густо пахло медицинским спиртом, кислотами и горькими травами. Этот едкий запах мгновенно въедался в одежду и волосы, но Елена словно давно перестала его замечать.

Я начал нервно ходить из угла в угол. Места катастрофически не хватало. Я постоянно натыкался на толстые провода, спотыкался о картонные коробки с новыми реактивами, то и дело задевал плечом металлические стеллажи. Но я физически не мог заставить себя просто сесть на стул и успокоиться. Энергия требовала выхода, адреналин бурлил в крови, заставляя мышцы.

— Елена, у нас проблемы, — сказал я и резко остановился возле металлического стола, заваленного распечатками анализов и графиками. — Вчера я звонил Свете в Стрежнев. Разговор вышел странным. Даже пугающим.

Елена отложила пипетку, стянула защитные очки и устало потёрла переносицу. Центрифуга рядом с ней издала тихий писк и остановилась.

— Что именно показалось тебе странным, Игорь? Садись уже, не мельтеши перед глазами. У меня от твоего хождения голова кружится.

Я проигнорировал её просьбу. Просто оперся руками о столешницу, чуть не опрокинув колбу с синей жидкостью, и наклонился вперёд.

— Да практически всё. Она говорила со мной как запрограммированный робот. Абсолютно ровный, стеклянный тон, ноль эмоций. Обычно она постоянно шутит, подкалывает меня при любом удобном случае. Язвит так, что палец в рот не клади. А тут внезапно перешла на официальное «вы». Стала называть меня исключительно Игорем Ивановичем. Как деловые партнёры на первой встрече. Потом начала нести откровенную чушь про закупку серых скатертей. Мы никогда в жизни их не обсуждали! Её голос звучал пусто, словно она читала заученный текст по бумажке.

Елена помрачнела. Она встала, подошла к раковине в углу комнаты и тщательно вымыла руки, смывая остатки реактивов. Каждый её резкий жест выдавал скрытое напряжение.

— Это плохие новости, сынок, — тихо произнесла она и облокотилась о край раковины, глядя на своё отражение. — Твои опасения подтверждаются. Это почерк наших врагов.

— Какой ещё почерк? — я нахмурился.

— Промыватели мозгов из числа менталистов «Магического Альянса», — Елена тяжело вздохнула, вернулась к столу и присела на краешек стула. — Это их фирменный стиль. Света сейчас находится под подавляющим гипнозом. И я боюсь, что не только она попала под этот удар. Скорее всего, большая часть твоей команды в Стрежневе тоже сейчас под их влиянием. Они пришли за твоими людьми, Игорь. Решили ударить по самому больному.

Я не выдержал. Со всей дури ударил кулаком по столу. Посуда и колбы тревожно звякнули, пара карандашей со стуком скатилась на пол.

— Да я их порву! — зарычал я, совершенно не контролируя эмоции. Голос сорвался на хрип. — Прямо сейчас еду на вокзал. Беру билет на ближайший скоростной поезд и возвращаюсь в Стрежнев! Я лично выбью дурь из каждого ублюдка, кто посмел тронуть моих людей. Они у меня этот гипноз вместе с выбитыми зубами выплюнут!

— Стой. Успокойся и включи голову, — голос Елены звучал ровно и властно. — Твоё появление там сейчас ничего не решит. Ты сделаешь только хуже.

— Хуже? — я возмущённо посмотрел на неё. — Моя команда в заложниках у этих долбаных фокусников, а я должен сидеть здесь и молча смотреть на твои пробирки?

— Именно так, — Елена заставила меня посмотреть ей прямо в глаза. В её взгляде читалась стальная решимость. — Князь Диворский только этого и ждёт. Это ловушка. Ты появишься в Стрежневе, окажешься в зоне действия главного мага. И твой иммунитет могут просто пробить грубой силой. Их там слишком много. Или они возьмут Свету в заложники. Приставят нож к горлу и заставят тебя сдаться добровольно. Ты не отобьёшь их всех одной сковородкой и кухонным ножом.

Я тяжело дышал. Но мозг повара привык к холодному расчёту. На кухне паника приводит к травмам и испорченной еде. Разум начал медленно, но верно брать верх над бурлящими эмоциями.

— Мы ударим по щупальцам, когда нужно рубить саму голову, — чеканя каждое слово, произнесла Елена. — Наша цель находится здесь, в столице. Мы свалим Диворского и лишим его власти. Как только он падёт, гипноз спадёт со Светы сам собой. Чары развеются, как утренний туман. Но до тех пор мы не высовываемся. Играем строго по нашему плану. Ты должен терпеть и строить свой ресторан.

Я скрипнул зубами. Её логика не оставляла выбора. На голых эмоциях такую войну не выиграть. Я рисковал потерять всё из-за минутной вспышки гнева.

— Хорошо, — глухо ответил я. — Ты права. Я остаюсь в Петербурге. Но когда мы доберёмся до Диворского, я лично накормлю его битым стеклом. Без соли и перца.

Елена одобряюще кивнула. Мой гнев не исчез, но он сменился целеустремлённостью. Мы ударим их в самое сердце, а для этого нужен идеальный план.

— Вот и отлично, — она слегка улыбнулась и сменила тему, чтобы разрядить обстановку. — Расскажи мне лучше о своём помощнике. Кого именно ты вызвал мне на подмогу? Мне действительно не хватает рабочих рук в лаборатории, а дело предстоит очень тонкое.

Я вспомнил вчерашний разговор с Никой, и ко мне вернулась моя фирменная усмешка.

— О, это проверенный человек, — загадочно ответил я и расслабленно прислонился спиной к стене. — Гениальная аптекарша из Зареченска. Она обожает химию, отлично разбирается в лечебных травах и не боится напыщенных магов. У неё острый ум и такой же острый язык. Нулевая терпимость к дуракам и халтуре. Вы обязательно поладите.

— Звучит интригующе, — Елена приподняла бровь и вернулась к столу с раскиданными бумагами, снова беря в руки пипетку. — И когда я смогу оценить этого уникального специалиста в деле?

— Очень скоро. Я познакомлю вас, как только она приедет в Петербург, — пообещал я.

В этот момент в кармане завибрировал телефон. Я достал аппарат и посмотрел на экран. Звонил Максимилиан Дода.

— Доброе утро, шеф! — раздался в динамике бодрый, раскатистый бас чиновника. Он явно находился в отличном настроении. — Надеюсь, я не отвлекаю тебя от важных столичных дел?

— Доброе утро, Максмилиан. Я всегда готов к хорошим новостям, — ответил я спокойным тоном.

— Новости просто отличные, — довольно сообщил Дода. — Мои люди не спали всю ночь. Они прочесали половину города, подняли все старые связи и нашли нескольких очень перспективных кандидатов в повара для нашего нового ресторана. Парни с хорошим опытом. В грязных делах «Альянса» вроде бы не замешаны. Рвутся в бой и готовы доказать свою состоятельность.

— Это хорошо, — я кивнул, хотя он не мог меня видеть. — Но дипломы и красивые слова в резюме меня не интересуют. На бумаге все они гении кулинарии. Мне нужно проверить их. Пусть покажут, что умеют делать руками, а не длинным языком.

— Я так и думал, — рассмеялся Максимилиан на другом конце провода. — Поэтому у меня есть встречное предложение. В моём особняке есть великолепная кухня. Там полно свободного места, отличные индукционные плиты, мощные вытяжки. Приезжай туда сегодня днём. Мы устроим им настоящий экзамен. Посмотришь на них в деле, погоняешь по основам. Что скажешь?

— Идеальный вариант, Максимилиан, — я сразу оценил идею. Проверка боем на чужой кухне показывает истинное лицо повара. — Я согласен. Но мне нужны нормальные продукты для этого экзамена. Пусть ваши помощники сбегают на рынок.

— Диктуй, — деловито отозвался инвестор, и я услышал шорох бумаги.

Я начал медленно ходить по лаборатории. В голове уже выстраивались схемы блюд, на которых сыплются даже самые уверенные кулинары.

— Записывайте. Мне нужна свежая говяжья вырезка, кусок свиной шеи с хорошим жирком, целая охлаждённая курица. Из овощей берите картофель, морковь, репчатый лук, чеснок, свежие томаты и корень сельдерея. Обязательно найдите хорошие жирные сливки, сливочное масло жирностью не меньше восьмидесяти двух процентов и десяток крупных яиц. И главное, Максимилиан, найдите мне нормальные специи. Чёрный перец горошком, свежий тимьян, веточки розмарина и крупную соль. Никаких магических порошков в радиусе километра быть не должно. Если я увижу на кухне хоть одну баночку с алхимической дрянью, усилителями или добавками, я лично вышвырну её в окно вместе с кандидатом.

— Сделаем в лучшем виде, шеф, — уверенно пообещал Дода. — Жду тебя в особняке через пару часов. Адрес сейчас скину в сообщении.

Я сбросил вызов и убрал телефон обратно в карман. Предстояло собрать новую команду из незнакомых людей в чужом городе. Это довольно сложная задача. Но у меня просто не было выбора. Ресторан должен открыться точно в срок. Для этого нужны крепкие и надёжные руки у плит. Руки, способные выдержать мой бешеный темп и жёсткие требования.

Я вспомнил своих ребят. Они научились чувствовать продукт, отказались от магии и стали настоящими профессионалами. Теперь мне предстояло проделать тот же путь со столичными снобами. Я не собирался давать им поблажек. На моей кухне нет места лени и алхимии. Только честный и тяжёлый труд с уважение к еде.

* * *

Такси плавно затормозило у высоких кованых ворот. Я расплатился с водителем, вышел под мелкий питерский дождь и огляделся. Дом Максимилиана Доды впечатлял размерами и холодной архитектурой. Настоящая крепость для тех, кто уже всё доказал этому миру. Но меня сейчас волновала исключительно кухня внутри этого дворца. Я зашагал по мокрой брусчатке, на ходу застёгивая куртку. В груди ворочалось привычное предстартовое волнение. Столица не прощает слабости, а мне предстояло собрать боевую команду с нуля, выбрав жемчуг из кучи навоза.

Входная дверь распахнулась до того, как я успел нажать на кнопку звонка. На пороге стояла Кристина. Строгий серый брючный костюм сидел на ней как влитой, превращая её из жены инвестора в опасного палача. Она тепло улыбнулась и шагнула в сторону, пропуская меня в холл.

— Привет, шеф, — бодро бросила она, перехватывая мою мокрую куртку. — Твой список продуктов закрыт, всё ждёт на базе. А кандидаты сейчас активно потеют в гостиной. Ровно шесть человек. Трясутся, перешёптываются, пытаются угадать, как именно ты будешь ломать им психику.

— Отлично, — я коротко кивнул, стряхивая капли дождя с волос. — Пора начинать цирк. Где тут можно переодеться?

Кристина указала на небольшую комнату в конце коридора. Я зашёл туда, бросил сумку на кресло, достал китель и быстро переоделся. Стоило застегнуть пуговицы на груди, как всё вокруг изменилось. Из уставшего парня с улицы я превратился в диктатора. На моей кухне нет места жалости или сочувствию. Я поправил воротник перед зеркалом, глубоко выдохнул и пошёл знакомиться с будущими жертвами.

Шестеро, возможно, будущих поваров жались друг к другу на кожаных диванах. Увидев меня, они подскочили на ноги как по команде. Я молча окинул их тяжёлым взглядом. Оценивал осанку, чистоту ногтей, бегающие глаза, наличие мозолей от ножа. Половина из них выглядела как столичные пижоны, которые привыкли сыпать готовые магические порошки в кастрюли и называть это высокой кухней. Чистенькие, холёные, пахнущие сладким парфюмом, а не жареным мясом.

— Добрый день, — произнёс я ровно, но в голосе отчётливо звенел металл. — Вы пришли сюда за работой в моём ресторане. Предупреждаю сразу, я не смотрю на ваши дипломы. Рекомендательные письма от других поваров можете прямо сейчас выбросить в урну. Меня волнует только то, что умеют ваши руки на практике. Мы будем заходить на кухню по одному. Я даю базовое задание. Справляетесь без вопросов, получаете место в команде и отличные деньги. Начинаете умничать, выход находится вон там.

Я небрежно ткнул пальцем в сторону входной двери, развернулся и пошёл на кухню, махнув рукой первому претенденту.

Им оказался долговязый парень с модной зализанной укладкой и кривой самоуверенной ухмылкой на лице. Мы зашли в залитое светом помещение, сияющее сталью и профессиональной техникой. На столах ровными рядами лежали свежие продукты. Парень оглядывался по сторонам с таким видом, будто пришёл покупать этот дом, а не проситься на работу.

— Задача предельно простая, — я указал на миску и сковороду на плите. — Испеки мне один блин. Тонкий, ровный. Покажи своё чувство времени и температуры.

Пижон снисходительно фыркнул, показывая, насколько это ниже его достоинства. Он вальяжно подошёл к столу, быстро взболтал блинное тесто, взял половник и небрежно плеснул тесто на подогретый металл. Когда блин запузырился с одной стороны, парень решил показать свой истинный класс. Вместо того чтобы взять обычную лопатку или перевернуть блин резким движением кисти, он театрально взмахнул рукой.

Блин медленно оторвался от сковороды и завис в воздухе, окутанный зеленоватым свечением дешёвой магии. Парень самодовольно обернулся ко мне, явно ожидая аплодисментов.

Я спокойно выждал секунду, подошёл к нему и хлопнул в ладоши прямо над его ухом.

Маг дёрнулся, и его концентрация мгновенно лопнула, свечение погасло. Блин с чавкающим звуком рухнул прямо ему на голову, размазывая липкое тесто по волосам и стекая на лоб.

Пижон тонко взвизгнул, начал судорожно сдирать с себя обжигающую массу и обиженно уставился на меня красными глазами.

— У нас тут серьёзная кухня, а не цирк, — сухо констатировал я, указывая ему на коридор. — Свои фокусы будешь показывать на детских праздниках. Свободен.

Вторым на плаху зашёл пухлый мужичок в нелепых круглых очках. Типичный кабинетный теоретик. Наверняка прочитал сотню кулинарных трактатов, но тяжелее ручки ничего в руках не держал.

— Нарежь лук мелким кубиком, — скомандовал я, пододвигая к нему доску и несколько луковиц.

Мужик тяжело вздохнул, взял нож, неуклюже перехватил скользкую рукоять и начал медленно пилить овощ. Его движения были рваными и мучительными. Он давил на лезвие всем весом, безжалостно выдавливая из лука едкий сок. Буквально через минуту его глаза налились кровью, и он разрыдался.

— Это невозможно терпеть! — возмутился он, утирая слезы чистым рукавом. — Почему у вас на кухне нет амулета поглощения скорби? В нормальных ресторанах повара не плачут от лука!

Я брезгливо посмотрел на растерзанную луковицу, подошёл вплотную и вырвал нож из его потных рук.

— Твоя скорбь кроется в тупом лезвии и кривых руках, — я встал к разделочной доске, взял целую луковицу и за десять секунд нашинковал её полупрозрачными кубиками. Лезвие мягко скользило, не сминая волокна. — Режь быстро, скользи ножом вперёд, и сок никогда не пойдёт в воздух. Амулеты ему подавай. Ты профнепригоден. На выход.

Кастинг продолжался в таком же темпе. Я безжалостно вышвыривал алхимиков, ленивых бездарей и говорунов одного за другим. Простые задания срывали с них маски гениальности быстрее любых тестов.

Последним кандидатом оказался невысокий, но крепко сбитый парень с грубыми чертами лица и мозолистыми пальцами. Он тихо вошёл на кухню, коротко кивнул мне и замер в ожидании приказа. Никакой суеты, никаких бегающих глаз.

— Разделай эту курицу на части и поставь вариться прозрачный бульон, — я кивнул на охлаждённую птицу.

Парень не задал ни единого вопроса. Он шагнул к столу, проверил остроту лезвия подушечкой пальца и сразу приступил к работе. Его движения были выверенными. Суставы хрустели под правильным углом, острый нож мягко скользил по костям, не оставляя на них мяса. Он виртуозно снял окорочка, вырезал грудку, чисто зачистил каркас.

Затем он промыл костиы, закинул их в кастрюлю, бросил туда заранее подпалённые на огне морковь и лук для насыщенного цвета, залил всё водой и поставил томиться на минимальный нагрев.

Я молча смотрел на его работу и удовлетворённо кивал. Этот парень точно остаётся. У него правильные руки и стальная выдержка. То, что нужно для моей будущей столичной мясорубки.

Через два изматывающих часа кастинг завершился. Из шести пришедших человек я отобрал только двоих. Тех, кто понимал суть натуральных продуктов, а не надеялся на волшебную пыльцу из пробирки. Остальных я выгнал на улицу.

Я рухнул на барный стул и потёр лицо. Формирование команды вытягивало из меня слишком много сил. Кристина вошла на кухню бесшумно. Она поставила передо мной чашку горячего чёрного кофе, села напротив и закинула ногу на ногу.

— Ты был с ними излишне жесток, Игорь, — спокойно заметила она, пригубив из чашки. — Тот парень с горячим блином на макушке выбежал из моего дома чуть ли не в истерике.

— Они это заслужили, — я сделал глоток, чувствуя, как крепкий кофеин проясняет мысли. — На моей кухне нет места неженкам и фокусникам. Мне нужны солдаты, готовые пахать до десятого пота, не задавая вопросов.

Кристина поставила чашку на блюдце, сцепила пальцы в замок и посмотрела на меня немигающим взглядом. Воздух на кухне моментально стал тяжёлым. Приветливая хозяйка исчезла. Сейчас передо мной сидела железная леди, акула бизнеса, готовая рвать конкурентов зубами.

— Я буду главным администратором нашего ресторана, — произнесла она ровно, наглухо отрезая пути к отступлению. — Это моё окончательное решение, Игорь. Просто прими это как данность.

Я мастерски изобразил удивление. Слегка нахмурил брови, поставил чашку на стол и откинулся на спинку стула. Внутри меня в этот момент довольно скалился стратег. Мне был необходим именно такой безжалостный и умный цербер в зал. Женщина, способная легко строить аристократов, затыкать пасть чиновникам и держать персонал в ежовых рукавицах. Кристина подходила на эту роль идеально. Но сдаваться без боя было нельзя. В бизнесе нужно грамотно играть свою роль до конца.

— Это адская работа, Кристина, — я недовольно поморщился, качая головой. — Управление залом требует стальных нервов и прорвы времени. Тебе придётся улыбаться идиотам, решать проблемы с поставщиками, контролировать каждую пылинку на столах. Ты уверена, что тебе нужен весь этот стресс?

Она чуть склонила голову вбок, и в её тёмных глазах мелькнул азарт.

— Я привыкла всегда получать своё, Игорь, — её голос стал жёстче и холоднее. — Я уже вложила в этот проект свои силы и связи мужа. Я хочу сама контролировать зал изнутри и видеть своими глазами, как наши конкуренты давятся от зависти. Никто не справится со здешней публикой лучше меня. Я знаю все их слабости, знаю их грязные секреты. Я перегрызу им глотки за наш ресторан.

Я выдержал паузу, делая вид, что напряжённо взвешиваю риски, хотя всё было решено ещё до моего приезда в особняк.

— Ладно, — я тяжело вздохнул, всем видом показывая, что сдаюсь под её напором. — Твоя взяла. Должность твоя. Готовься к боли в ногах, постоянной бессоннице и истерикам элиты.

Кристина довольно улыбнулась. Её лицо расслабилось, она снова стала радушной и милой женщиной. Она думала, что прогнула меня в этих переговорах, и пусть думает так дальше. Мне нужен был мотивированный партнёр с горящими глазами, а не послушная пешка.

— Мы порвём этот город на куски, шеф, — уверенно пообещала она, поднимая чашку с кофе как бокал.

— Именно это мы и сделаем в ближайшее время, — кивнул я, поднимая свою чашку в ответ.

Правильная команда собирается не из послушных болванчиков, а из сильных личностей, которые умеют держать удар и никогда не прячутся за дешёвыми магическими иллюзиями.