Глава 9

Я усмехнулся проницательности своего шпиона. Нос Рата работал безотказно, особенно в вопросах запахов. Отодвинул стул, присел и взял нож. Лезвие мягко вошло в золотистую корочку фриттаты. Горячий сыр потянулся длинными нитями, наполняя кухню запахом топлёного молока и жареного мяса.

— А ты молодец, хвостатый, — сказал я. — Твой нюх точно не пропьёшь. Ты абсолютно прав. Это не просто дорогой одеколон для поддержания образа столичного пижона.

Рат недоверчиво покосился на исходящую паром еду, затем снова посмотрел на меня. Его влажный нос продолжал нервно дёргаться. Он смешно водил усами в воздухе, словно пытался разложить мой новый запах на молекулы.

— Шеф, я крыса простая, — проворчал он, почесав пузо. — Я люблю запах сырого подвала, обожаю аромат жареной картошки. Я вполне могу понять запах чеснока или лука. Но запах крови, который спрятан в элитных духах? Это извращение даже по меркам свихнувшейся аристократии. Зачем тебе это нужно? Ты решил заделаться маньяком и пугать прохожих по ночам?

Я спокойно отправил в рот кусок омлета. Сладкие вяленые помидоры отлично оттеняли солоноватое мясо, а яйца получились на удивление нежными. То, что нужно после тяжёлого дня. Простая еда всегда успокаивала меня, приводила мысли в порядок и возвращала на землю.

— Это парфюм, который специально разработала моя мать, — пояснил я. — Елена оказалась не только менталистом, но и весьма неплохим алхимиком. Она много времени провела в своих лабораториях. В основу этих духов добавлена малая доля её крови. Той самой, которая обладает иммунитетом к ментальной магии.

Крыс удивлённо почесал ухо задней лапой. Он даже забыл про свой зверский голод.

— И что это нам даёт? — спросил он. — Ты решил мазать себя кровью, чтобы местные вампиры принимали тебя за своего? Или хочешь стать вожаком стаи оборотней?

— Во-первых, это всего лишь экстракт, а не полноценная кровь. я же не маньяк какой-то. А во-вторых, это даёт нам надёжный аэрозольный щит, — я откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. — Понимаешь, Рат, я просто не могу физически защитить всех своих партнёров. Я не могу круглосуточно закрывать своим телом Доду, его жену или других нужных нам людей. Я не могу контролировать их мысли. Если слуги князя Диворского попытаются залезть к ним в голову, они это сделают без особых проблем. Они просто перепишут им память, заставят предать нас, выведают секреты. Но если я разбрызгиваю на себя этот парфюм, я создаю вокруг невидимое облако антидота.

Рат перестал чесать ухо и уставился на меня. До него начал доходить масштаб задумки.

— То есть любой человек, который находится рядом с тобой и вдыхает этот запах, автоматически становится неуязвимым? Это же гениально.

— Не полностью неуязвимым, — уточнил я. — Скорее, он становится менее восприимчивым к гипнозу и чужому давлению. Это работает как лёгкая прививка от вируса. Запах попадает в лёгкие, быстро всасывается в кровь и ставит временный блок в мозгу. Таким хитрым образом я защищаю не только свой разум, но и разум своих спутников. При этом я не вызываю у врагов никаких подозрений. Для них я просто богатенький шеф-повар, который любит пользоваться дорогим парфюмом. Они даже не поймут, почему их магия вдруг перестала работать.

Рат вдруг издал очень странный звук, похожий на простудный кашель. Через секунду я понял, что он банально смеётся. Он хлопал себя лапами по животу и трясся от смеха. Смеялся так сильно, что едва не свалился с края стула.

— Ох, шеф, не могу, — выдавил он сквозь смех, вытирая слезы. — Повар из провинции, гроза всех столичных магов, вынужден спасать мир, благоухая как напудренный хлыщ на светском рауте. Это просто вершина иронии. Представляю, как ты будешь усердно поливать себя этой дрянью перед каждой важной встречей. Ты теперь не повар, а ходячий флакончик с освежителем воздуха.

— Смейся, смейся, — я беззлобно хмыкнул и снова взял вилку. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда этот запах спасёт твою шкуру от жёсткого промывания мозгов. Ешь давай, пока всё окончательно не остыло. А то я сам сейчас всё съем.

Напоминать дважды не пришлось. Убедившись, что еда безопасна, Рат с головой ушёл в тарелку. Он вгрызался в куски омлета с невероятной жадностью, словно не ел целый год. После всех этих магических ловушек, блужданий по грязным вентиляциям и долгой отключки, простая человеческая еда казалась ему манной небесной. Я видел, как дрожат его лапы от нетерпения.

Я молча наблюдал, как он расправляется с порцией. Сочные помидоры лопались под его зубами. Поджаренное мясо приятно хрустело. Яйца буквально таяли во рту. Эта фриттата возвращала моего фамильяра в строй гораздо лучше любых лечебных зелий. Хорошо, что за время нашего разговора она успела чуть остыть, и Рат не обжёгся.

Накорми голодного, и ты получишь верного союзника. Это простое правило работало в обоих мирах.

Минут через десять тарелка Рата сияла чистотой. Помидоры, мясо и сытные яйца быстро вернули крыса к полноценной жизни. Его впалые бока заметно округлились, а тусклая шерсть снова стала гладкой и блестящей. Глаза его снова заблестели знакомым наглым огоньком.

— План отличный, шеф, — проскрипел он, довольно похлопывая себя по пузу. — Кровь, парфюм, наглость. Всё это звучит масштабно и дерзко. Мне такое нравится. Это полностью в твоём стиле. А сейчас что конкретно делаем? Идём кошмарить элиту? Будем бить им зажравшиеся морды или просто отравим всех конкурентов нормальной едой?

Я отрицательно покачал головой, неспешно собирая посуду со стола. Ночной Петербург неприветливо сверкал огнями, обещая нам новые проблемы и интриги. Помыв и убрав посуду, я достал из кармана телефон и посмотрел на крыса:

— Сейчас, Рат, мне нужно сделать самое сложное дело за сегодняшний день. Позвонить Свете. Я ей обещал.

* * *

— Алло, Игорь? — быстро произнесла она, и я прямо физически ощутил, как напряжение спадает с её плеч на том конце провода.

— Привет, Света. Как у вас там дела на передовой? Кафе ещё стоит?

— Держим форт, шеф, — с явной гордостью отчиталась Света.

Я легко мог представить, как она сейчас стоит посреди шумного зала, привычным жестом поправляет волосы и гордо выпрямляет спину, окидывая властным взглядом столики.

— Мы с Лейлой тут не сидели сложа руки после твоего внезапного исчезновения, — продолжила Света, и в её голосе зазвучал металл. — Мы развернули полноценную спасательную операцию. Подняли на уши всех, до кого только смогли дотянуться. Телефоны оборвали.

— И как успехи? Заставили местную знать хорошенько попотеть?

— Знаешь, странное дело. Они вроде бы и суетились, — в голосе Светы проскользнуло недоумение. — Делали какие-то звонки при нас, отдавали приказы своим помощникам. Но всё это происходило очень вяло, без должного рвения. Такое чувство, словно они просто отрабатывали номер перед нами. Они совсем не горели желанием лезть на рожон ради тебя. Будто их держали на коротком поводке.

Слушая её отчёт, я лишь тихо усмехнулся. Света просто не понимала причин такой пассивности со стороны наших покровителей. Она думала, что они просто обычные трусы или жадины, которые дрожат за свои кошельки и репутацию. Но я теперь знал правду.

Чётко осознавал, что вся эта так называемая оппозиционная элита, лишь марионетки с изменённой памятью. Ими ловко контролировал «Альянс» и лично князь Диворский. Заносчивые аристократы никогда бы не стали рисковать своими жизнями ради обычного повара с улицы. Они были как дешёвый полуфабрикат, в который забыли добавить специи свободы воли. Их оппозиционная борьба была лишь красивым спектаклем для отвода глаз от реальных проблем в Империи. Диворский дёргал за ниточки, а они послушно танцевали, считая себя независимыми и сильными игроками на политической арене.

Эта мрачная мысль окончательно убедила меня в том, что доверять можно только своей семье и узкому кругу верной команды.

Я отбросил тяжёлые мысли и произнёс в трубку:

— Света, я хочу сказать тебе спасибо. Првада. Без всяких дурацких шуток и иронии.

Она слегка замялась.

— За что именно? Мы просто делали свою работу.

— За всё, — твёрдо ответил я. — Пока я вынужден находиться здесь в Питере, ты с остальными тянешь на себе этот груз. Вы не разбежались, не запаниковали, а начали действовать. Я это очень ценю. Ты огромная молодец. И передай Лейле, что она тоже умница.

Света явно была польщена похвалой. Её тон тут же изменился, став более мягким и игривым.

— Ох, Белославов, ты умеешь говорить очень правильные слова, когда захочешь, — с томным интересом протянула она. — Раз ты так высоко ценишь мои заслуги, то скажи честно. Когда же ты наконец вернёшься в Стрежнев, чтобы отдать мне должок?

— Должок? — я притворился непонимающим дурачком, хотя прекрасно всё помнил.

— За ту ночь в отеле после эфира, — прямо напомнила Света. — Ты ведь не думаешь, что сможешь так легко от меня отделаться столичными командировками? Я женщина злопамятная, долги взыскиваю с процентами.

Я устало потёр лицо рукой. Мой мозг кипел от переизбытка информации. Сил на лёгкий флирт почти не осталось.

— Света, я буду с тобой предельно честен, — сказал я с тяжёлым вздохом. — Я пока не знаю точных сроков возвращения. Дел в столице оказалось гораздо больше, чем я планировал изначально. Нам нужно крепко закрепиться здесь, пустить корни, иначе всё, что мы строили в Стрежневе, просто рухнет под давлением конкурентов. Враг хитрее и опаснее, чем мы думали. Мне придётся надолго задержаться. Нас ждёт большая стройка.

— Я всё понимаю, Игорь, — её голос снова стал серьёзным, вся игривость исчезла без следа, уступив место деловой хватке. — Мы надёжно прикроем тылы. Работай спокойно. Главное, береги себя там. Питер не прощает ошибок провинциалам, особенно таким дерзким, как ты.

— Обязательно. Я буду держать тебя в курсе всех планов. Никаких больше внезапных исчезновений. Обещаю тебе.

— Ловлю на слове, шеф. Иди отдыхай. До связи.

Я хмыкнул, положил телефон на стол и посмотрел на своего усатого приятеля.

— Завтра начинается настоящая работа, хвостатый, — сказал я спокойно, глядя на него.

— Какая ещё работа, шеф? — переспросил он удивлённо. — Жарь огромные куски мяса, вари наваристые бульоны. Люди везде совершенно одинаковые, все они любят вкусно поесть. Тут не нужно придумывать ничего нового.

Я медленно покачал головой.

— В том-то и проблема, что не везде. Мы сейчас находимся в самой столице Империи. Местная элита давно и безнадёжно испорчена магическими порошками. Они привыкли к глупым иллюзиям, к фальшивым химическим ароматам. Нам нужно точно понять их вкусы, чтобы ударить по самым слабым местам. Я не могу просто скопировать меню из нашего кафе. Нам нужен совершенно другой масштаб, иной подход к подаче. Я должен знать врага в лицо.

— Как ты собираешься это выяснять? Пойдёшь просить секретные рецепты у шеф-поваров с чёрного хода?

— Я пойду пробовать их хвалёную еду, — усмехнулся я. — Завтра мы с Кристиной устроим масштабный рейд по пафосным заведениям этой столицы. Будем дегустировать их лучшие блюда. Я хочу своими глазами увидеть светящиеся соусы. Хочу попробовать их мясо, которое они прячут за дымовыми завесами из магии. Я уверен, что найду там кучу ошибок.

— А Кристина — это та дамочка, которая тебе сегодня помогла? Она что-то понимает в высокой кухне?

— Она знает этот город просто отлично, — пояснил я. — Она знает владельцев элитных мест, свежие сплетни, и странные привычки знати. Кристина просто счастлива стать моим гидом в Петербурге. Она хочет размазать наших конкурентов не меньше моего. Мы пройдёмся по их ресторанам, оценим подачу тарелок, разберём вкусы на мелкие части. Мы поймём, как именно их уничтожить на кулинарном поле.

Рат одобрительно кивнул.

— Разведка боем. Это я уважаю. А мне что делать? Сидеть в номере, охранять твои запасные ножи от горничных?

— Твоя задача будет намного сложнее и намного опаснее. Пока я буду ходить по дорогим залам с хрустальными люстрами, ты отправишься в теневую часть города. Понимаю, ты только что пришёл в себя, но без тебя мне никак не обойтись. Мне не нужны парадные входы и сверкающие витрины. Мне нужно знать грязную изнанку столицы. Кто тайно поставляет контрабанду, где работают чёрные рынки, откуда берутся редкие специи. Местные крысы знают абсолютно всё. Они слышат тайные разговоры бандитов в подворотнях, шёпот продажных полицейских, заговоры хитрых чиновников. Мне нужна эта информация.

Фамильяр тяжело вздохнул.

— Тебе нужно наладить контакт с местными стаями, — продолжал я убеждать сомневающегося крыса. — Узнай имена главарей. Выясни настоящие настроения в бедных районах. Но на этот раз будь предельно осторожен. Никаких глупых геройств, никаких прогулок по вентиляциям в логовах магов. Только аккуратный сбор слухов. Если почуешь малейший запах магии, сразу убегай. Ты хорошо понял меня?

— Ладно, — проворчал Рат. — Я сделаю это ради нашего общего дела. Соберу все грязные секреты этого города. Я договорюсь с местным крысиным королём, если он тут вообще существует.

Он сделал небольшую паузу и хитро прищурил глазки.

— Но ты прекрасно понимаешь, шеф, моя работа стоит дорого. Особенно после таких производственных травм. Я рискую своей шкурой.

Я не смог сдержать улыбку.

— И какова твоя цена на этот раз? — спросил я совершенно спокойно.

— О-о-о, для этого тебе понадобятся блокнот и ручка. Поверь мне, список будет немаленьким.

— Что ж, я готов к обсуждению.

* * *

Света стояла у барной стойки, крепко прижимая телефон к уху. Наконец она в сумочку и на её лице расплылась широкая улыбка.

Лейла всё это время стояла совсем рядом, напряжённо сжимая в руках папку с меню.

— Ну что там? — тихо спросила она, стараясь не привлекать лишнее внимание.

— С ним всё в порядке, — радостно сообщила Света, поправляя идеальную причёску рукой. — Он жив и здоров. Как я понимаю, уже в номере. Сказал, что работы валом, но я знаю, что он обязательно справится.

Плечи Лейлы заметно опустились, и она облегчённо выдохнула. Женщины обменялись понимающими взглядами. Война войной, конкуренты конкурентами, но их шеф жив, он действовал, а значит, у них снова был чёткий план работы. Они могли заняться своими прямыми обязанностями.

Успокоившись, Света повернулась к открытой кухне. Там, как всегда царил контролируемый хаос, который выстроил Игорь. Повара метались между плитами, раздавая готовые заказы официантам. Громко шипело масло, аппетитно шкварчало мясо, густой пар быстро к вытяжкам под потолком.

В этот момент её взгляд упал на Захара. Су-шеф как раз достал из морозильной камеры сырую рыбину. Захар бросил тушку на разделочную доску, молча поднял тесак, примерился и одним точным ударом отрубил рыбе голову. Громко хрустнули кости, а тёмная кровь брызнула на белую поверхность доски.

Внезапно лицо Светы побледнело. Вся радость от разговора с Игорем испарилась, уступив место подкатывающей панике. Её желудок скрутило спазмом, а к горлу предательски подступил приступ тошноты. Она инстинктивно прижала ладонь ко рту и схватилась за край барной стойки.

Лейла мгновенно заметила её состояние. Она шагнула к Свете, отложив папку, и взяла её под локоть, поддерживая.

— Света, что с тобой? — встревоженно спросила Лейла, заглядывая ей в глаза. — Тебе плохо? Вызвать скорую?

— Я не знаю, — с трудом выдавила Света сквозь сжатые зубы, стараясь дышать через рот, чтобы не чувствовать запах рыбы. — Меня сейчас стошнит прямо здесь. Наверное, мне лучше отойти…