Глава 22

Слова Кретова рухнули на меня словно камень. Я посмотрел на Сергея, который смеялся с Виктором у буфета. Он выглядел таким беззаботным и счастливым. Если бы я не был провидцем и не видел его ауру, то ни за что бы не подумал, будто над ним нависла смертельная угроза.

— У погибшего были такие же чёрные прожилки в ауре? — спросил я, не глядя на наставника.

— Да, — ответил он. — Но только изменённые. Это были уже не прожилки, они разрослись и полностью уничтожили ауру человека. Поглотили её.

— Тебе известны какие-то детали? Сколько времени прошло от получения проклятия до гибели? Какие симптомы? — я повернулся к Кретову. — Сколько времени у нас есть?

— Как много вопросов, — скривился Дмитрий. — И я не знаю ответа на большинство из них. Информация появилась буквально несколько часов назад. Судя по всему, от такого же проклятия умерло почти двадцать человек в Москве и столько же в регионах…

— Так много? — удивился я.

— Это ещё не много, и мы понятия не имеем, сколько других проклятых, — пробурчал Кретов. — Вероятно, что они, как и твой брат, не испытывают никаких проблем со здоровьем. Но затем проклятие активируется, и человек умирает за несколько дней. От первых жалоб до смерти проходит около трёх-четырёх суток.

— Есть какие-то факторы, которые провоцируют активацию проклятия?

— Вот это нам с тобой и предстоит выяснить, — сказал Дмитрий. — Один провидец-целитель понял, что люди умирают из-за проклятия и забил тревогу. Отправил доклад в Конгрегацию и призывает всех провидцев заняться этим делом. Он утверждает, что мы можем столкнуться с эпидемией проклятия.

— Вполне возможно, что он прав, — задумчиво согласился я. — Как знать, сколько людей Теневые Странники успели проклясть.

— Это не главная проблема. После того, как человек умирает от этой дряни, ошмётки его ауры подхватываются эфирными потоками и разносятся повсюду. Есть вероятность, что другие люди тоже могут получить проклятие от этих обрывков энергии.

— Значит, это и правда может превратиться в эпидемию… Но её предотвращением пусть займутся те, кто разбирается в проклятиях и целительстве, — сказал я. — А мы с тобой должны найти источник проклятия и уничтожить его. Понять, откуда берутся Теневые Странники, что им нужно и как их уничтожить! — я так сжал хрустальный бокал, что он едва не лопнул в моей руке.

— Читаешь мои мысли, Григорий, — кивнул Кретов.

— Завтра утром приступим, — я допил шампанское. — А сегодня мне надо побыть бароном и главой рода.

— Конечно. Прости, что отвлёк тебя от этих обязанностей, — Дмитрий по-отечески похлопал меня по плечу. — Посвяти этот вечер семье, а завтра возьмёмся за дело.

Кивнув Кретову, я вернулся к гостям. Полина поймала мой взгляд и подняла бровь, мол, всё в порядке? Я ответил улыбкой, которая вполне могла сойти за искреннюю. После полученных новостей было сложно наслаждаться праздником.

Я оставил на подносе у слуги пустой бокал и вышел на середину зала.

— Друзья! — мой голос перекрыл гул бесед. Музыка смолкла. — Пришло время исторического момента для нашей семьи!

Подал знак слугам, и они погасили основной свет в зале. Остались только заранее зажжённые свечи, которые создавали атмосферу таинства. Я немного подождал, чтобы люди прониклись этой атмосферой, и затем начал:

— Род Зориных всегда был крепостью. Но крепости нужны новые камни, — я подошёл к камину, над которым на мраморной плите висел фамильный меч. — Даже самый прочный фундамент иногда необходимо укреплять.

Святослав замер с бокалом в руке и поправил висящую на перевязи руку. Сергей покраснел и огляделся по сторонам, будто его поймали на шалости. Все остальные приблизились, внимая моей речи.

— Святослав Игоревич! Ты встал на защиту этого дома, когда возникла необходимость.

Слава выпрямился, как на плацу, и коротко кивнул.

— Никто не станет отрицать, что твоя храбрость достойна нашей фамилии. А также твоё трудолюбие, доброе сердце и крепкая воля, способная справиться с внутренними демонами.

Святослав, замерев на секунду, снова кивнул, на этот раз медленнее и глубже. Я не постеснялся упомянуть его борьбу с зависимостью — ведь он одержал над ней верх и доказал силу своего духа.

Я повернулся к брату и сказал:

— Сергей Святославович. Подойди ближе.

Отставив бокал с соком, Сергей приблизился и встал рядом с отцом.

— Ты стал частью этого дома и этой семьи. Нашёл общий язык со всеми обитателями поместья и принёс дружбу в младшее поколение Зориных.

Виктор и Мария переглянулись и улыбнулись. Это была правда — они стали гораздо больше общаться. Если судить по словам слуг, брат и сестра никогда не проводили вместе столько времени, как сейчас, а цементом, скрепляющим их отношения, стал именно Сергей.

— Я согласен! — выкрикнул Виктор, и тётя Варвара шикнула на него.

Конечно, нельзя прерывать речь главы рода, но этот возглас лишь послужил подтверждением моих слов.

— Вы оба достойны того, чтобы стать одними из нас, — сказал я и взял фамильный меч в руки.

Небольшое плетение, которое я заранее изучил в родовой книге — и клинок вспыхнул синим. Один из тех редких случаев, когда обычные люди тоже могут увидеть проявление магии. Благодаря зачарованному кристаллу, вставленному в гарду меча, сияние увидели все.

— Готовы ли вы стать членами рода и принять нашу фамилию? — торжественно спросил я, подходя к Сергею и Святославу.

— Готовы! — дружно ответили оба.

— Готовы ли верой и правдой служить роду Зориных?

— Клянёмся, — хором продолжили они.

— Клянётесь ли вы делать всё возможное на благо нашего рода, беречь его тайны и защищать от врагов?

— Клянёмся!

— Преклоните колени, — потребовал я.

Слава и Сергей встали на одно колено.

Светящийся клинок коснулся сначала плеча моего отчима, потом брата. Прикосновение оставило небольшой сияющий сгусток, который для всех остальных вскоре исчез. Но я видел, что свет впитался в ауры новых членов рода, сделав их Зориными не только по имени, но и по сути.

— Отныне вы — Зорины, — произнёс я, развеивая плетение.

Клинок погас, а слуги зажгли свет, и в тот же миг гости разразились аплодисментами. Тётя Варвара даже прослезилась и достала платок, чтобы промокнуть глаза.

Полина подошла первой, чтобы нас поздравить. Её пальцы ненадолго задержались на моей ладони.

— Очень красивый ритуал, — прошептала она. — А разве не должно звучать что-то вроде про верность до смерти?

— Вроде «пока смерть не разлучит нас»? Это на свадьбе, — я притянул её за талию к себе. — Хочешь попрактиковаться?

Она засмеялась, выскользнув из объятий:

— Может быть. Но не сегодня.

— А что сегодня?

— Сегодня я жду, что хозяин дома пригласит меня на танец, — глаза Реутовой блестели, как два изумруда, и было трудно отвести от них взгляд.

— С удовольствием, — ответил я. — После ужина будут танцы, и мы будем танцевать до утра, если захочешь.

— А что, если я и правда захочу? — игриво спросила Полина.

— Значит, так и будет, — улыбнулся я.

Другие гости подходили, поздравляли меня и новых членов рода. Даже Анастасия улыбалась, чего я от неё не ожидал. Затем мы отправились в столовую ужинать, а потом продолжили веселиться.

Танцы, смех, звон бокалов. Я выполнял роль идеального хозяина, но мысли возвращались к чёрным прожилкам. К Теневым Странникам. К тому, как Слава чуть не умер в подвале с ядом в крови.

Почему-то казалось, что всё это — части одной войны.

Только обещанный танец с Полиной помог мне избавиться от всех этих мыслей. Мы то кружились в медленном вальсе, то лихо отплясывали под современную музыку и не отходили друг от друга. Только раз я позволил Константину потанцевать с Полиной. Остальные гости тоже наверняка хотели пригласить её, но не решились.

Где-то за полночь гости стали разъезжаться. Сергей и Мария уснули на диване во время беседы, положив головы друг на друга. Слава с Кретовым о чём-то горячо спорили у камина.

Я вышел на террасу. Ночь пахла дождём.

— Хозяин, — Оскар сел на перила, сверкая в темноте. — Мои поздравления. Хочу сказать, что всё прошло как надо. Теперь я чувствую новых членов рода, и если кто-то снова попробует причинить им вред, я окажусь рядом.

— Спасибо, дружище, — я задумчиво посмотрел на феникса и спросил: — Что насчёт Сергея? Ты ощущаешь что-нибудь? Может, влияние той твари, которая тогда появилась в библиотеке?

— Нет, господин. Но… она близко. Точнее, они близко, — фамильяр посмотрел куда-то вдаль. — Это существо не единственное, и они что-то задумали.

— Я скажу тебе больше, Оскар, — сделав глоток шампанского, я тоже посмотрел на тёмный горизонт. — Они уже начали претворять задуманное в жизнь.

* * *

Утро встретило меня очередным ливнем и папкой на столе. В отделение я приехал за полчаса до начала рабочего дня и сразу приступил к изучению информации.

Кретов появился на пару минут позже меня, причём мы не договаривались.

— Вижу, тебе очень хочется с этим разобраться, — не здороваясь, сказал он.

— Да, и дело не только в брате, — ответил я. — То, что говорил Прохор, сбывается. Он утверждал, что Теневые Странники несут угрозу всему миру. Вот и оно.

Дмитрий молча кивнул и сел за свой стол, а затем произнёс:

— Только не вздумай упоминать об этих Теневых раньше времени. Тебе даже провидцы не поверят. То есть Конгрегация наверняка знает об их существовании, но не захочет это признавать… Как не признаёт многие магические проблемы. Хорошо хоть угасающий баланс магии они не отрицают, — пробурчал он.

— Конгрегация меня не волнует, — отмахнулся я.

Хотя на самом деле в груди уже шевелились подозрения. Стоцкий очень хотел украсть тёмный артефакт, а тут эти внезапные смерти… Не может ли это быть связано?

Когда Полина пришла в отделение, мы с Кретовым ввели её в курс дела и попросили найти информацию обо всех умерших и тех, кто ещё жив, но уже «заражённых» и с активированным проклятием.

Поскольку эта порча распространяется как болезнь, то и жертв вполне можно называть заражёнными.

Через какое-то время Полина принесла нам целую кучу папок, распечаток и фотографий жертв.

— Всего двадцать два случая за последние полтора месяца, из них восемь случаев за последние две недели, — она ткнула в последний снимок. — Сегодня ночью добавился девятый.

Я пролистал отчёты. Возраст, пол, профессии — ничего общего. Кроме, надо полагать, чёрных прожилок в ауре.

— Что-то общее между ними есть? — спросил я. — Может, они бывали в одном и том же месте? Может проходил какой-то фестиваль?

— А твой брат что, на фестивале проклятие подхватил? — хмыкнул Кретов.

— Это не значит, что между другими заражёнными нет связи.

— Барон Зорин прав, — сказала Полина. — Но на первый взгляд нет ничего общего. Я поищу.

— Какие-то совпадения обязательно должны быть, — уверенно произнёс я. — Эфирные существа не могут действовать полностью хаотично, даже если сами они думают иначе.

— А ещё им могут помогать люди, — буркнул Дмитрий.

— Вот именно.

Мы потратили ещё немного времени на изучение информации о жертвах, а затем решили, что пора отправиться на настоящую охоту за уликами. Найти связи между заражёнными попытается Полина, а мы с Дмитрием посмотрим на них воочию.

Холодильное отделение в морге встретило нас запахом формалина и тишиной. Патологоанатом, нервно поправляя маску, откинул простыню с первого тела.

Это оказался мужчина лет сорока. Вены у него на шее стали чёрными, как будто в них перед смертью текла смола вместо крови.

Я провёл рукой над кожей, чувствуя липкий холод проклятия. Мужчина умер вчера днём, и энергетические следы было легко изучить. Как и говорил Дмитрий, аура была буквально разорвана в клочья. Обычно у мертвецов она просто постепенно угасает, но здесь был другой случай. Такое чувство, что чёрные прожилки стали расти и расширяться, пуская множество ответвлений, и тем самым растерзали энергетическое поле человека. А затем… забрались и в саму душу.

— Та же сигнатура, что у Сергея, — произнёс я. — Только проклятье наложено раньше.

— Да, ты прав, — сказал Кретов, покручивая в руках фокусирующий кристалл. — Он явно получил проклятие намного раньше.

— У покойного были при себе какие-то вещи? — я повернулся к патологоанатому.

— Да, я всё подготовил. Вот, — он протянул мне чёрный пакет, в который были сложены одежда и личные вещи покойника.

— Вот дерьмо! — сказал Кретов, как только мы вытащили всё из пакета.

Среди бесполезных предметов ярко выделялась старинная монета. Умерший использовал её как брелок, просверлив небольшую дырку и прицепив за цепочку к ключам.

Аура монеты пульсировала знакомым зловещим ритмом — точь-в-точь как у Клыка Мрака.

— Где же ты её взял? — спросил я у бездыханного тела, зная, что ответа не будет.

— Попрошу Полину выяснить, чем он занимался, — пробурчал Дмитрий. — Может, сумеем понять, где он отыскал эту хрень.

— А что не так с этой монетой? — спросил патологоанатом.

— Лучше отойдите на пару шагов, — посоветовал я. — Этот предмет очень опасен.

После морга мы отправились в больницу, чтобы побеседовать с заражённым, который был ещё жив. Тот самый, чьё проклятие активировалось ночью. Это был студент, которому едва исполнилось двадцать.

В ходе беседы мы выяснили, что он тоже сталкивался с Теневым Странником — но, конечно, не помнил этого. Зато он рассказал, как катался на велосипеде по глуши, забрёл в какой-то овраг, чтобы попить воды из ручья, и непонятно от чего потерял сознание.

В его случае не было никаких предметов, и проклятие он получил непосредственно от эфирной твари.

Помочь студенту мы, к сожалению, никак не могли. С ним уже поработал опытный провидец-целитель, и если даже он не смог ничего сделать, то мы с Кретовым тем более были бессильны.

К вечеру мы вернулись в отделение. На столе громоздились улики: фото, образцы аур, проклятая монета. Полина, к сожалению, не смогла найти никаких связей между заражёнными.

Впрочем, мы и так уже поняли, что системы здесь нет. Либо она слишком сложна или непонятна человеческому разуму.

— В основном они заражают жертв через артефакты, — сказал Кретов. — Заряжают их как мины замедленного действия. Гораздо реже проклинают при прямом контакте. Вот только зачем? Что Странникам нужно от случайных людей?

— Очевидно, что энергия, — сказал я. — Проклятие не просто уничтожает ауру, оно высасывает из людей жизненную силу. Возможно, что Теневые питаются ей.

— Почему они тогда ждут? Почему бы сразу не выпить проклятого? — спросил Кретов.

— А вот на этот вопрос ответа я уже не знаю… Но мы обязательно выясним, — я взглянул на часы. — Ладно, пора домой. Завтра продолжим. Есть ещё несколько человек, с которыми стоит побеседовать.

— Да, — кивнул Дмитрий. — До завтра.

По пути домой я много думал и принял кое-какое решение. Возможно, оно было рискованным, но необходимым.

В поместье все уже спали.

Я постучался в дверь Сергея и осторожно вошёл. Брат не проснулся. Чёрные прожилки в его ауре чуть расширялись в такт дыханию, будто паразит, готовый в любой момент уничтожить носителя.

— Братишка, проснись, — я потрогал его за плечо. — Нужно кое-что сделать.

Он открыл глаза и сел на кровати.

— Что-то случилось? — пробормотал он.

— Да. Детали потом расскажу. Пойдём, надо провести ритуал.

— Опять? — скривился Сергей. — Опять попытаешься снять проклятие? Гриша, да оно меня вообще не парит…

— Я сделаю кое-что другое. Пойдём, — твёрдо сказал я.

В подвале мы отправились в ритуальную комнату, где я сам бывал всего пару раз за время жизни в поместье. Я начертил мелом круг с рунами — символами защиты и жертвы. Расставил свечи из чёрного воска, кристаллы-резонаторы, флакон с кровью демона.

А главное — приготовил накопитель, который гвардейцы успешно вытащили из пруда. В нём мало того, что оставалась энергия Стоцкого (я оказался прав), так артефакт ещё и был включён, то есть вбирал эфир из пространства. Вода на него никак не повлияла. Цилиндр, сделанный из полированного малахита и обрамлённый узорными медными кольцами, был полностью готов к работе.

— Ложись, — указал я на центр круга.

Сергей повиновался, хотя лицо у него и было недовольным. Лёг и вытянул руки вдоль тела. Его глаза блестели в полумраке.

— Будет больно? — спросил он.

— Надеюсь, нет.

— По-моему, ты в прошлый раз то же самое говорил…

Я начал с базового плетения — стабилизации ауры. Энергия потекла из пальцев, эфир вокруг зашевелился, отвечая на мои действия.

— Держись, — сказал я.

Руны вспыхнули, обвивая брата потоками света. Он застонал, когда защита коснулась прожилок. Чёрные линии дёрнулись, как змеи.

Похоже, что Сергею было больно, но он терпел. Останавливаться было нельзя — раз уж начал, необходимо закончить.

Усилил поток, чувствуя, как сопротивляется проклятие. Оно будто бы давило в ответ, и я мысленно призвал Оскара, справедливо ожидая, что Теневой Странник может явиться снова.

Сергей стиснул зубы, а потом вдруг закричал. Чёрные прожилки вдруг резко задёргались и стали… увеличиваться!

Чёрт возьми. Неужели я допустил ошибку и сам активировал проклятие?

Нет, не может быть… А даже если и может, я этого не допущу!

— Оскар, мне нужна твоя энергия, — решительно сказал я. — И помощь с плетением. Помнишь, я недавно изучал Круг Иерофанта?

Перед ритуалом я постарался предусмотреть все возможные исходы… И то, что нам понадобится, может быть столь сложным плетением в том числе.

— Хозяин, но это одно из высших плетений, оно очень сложное! — запричитал феникс.

— Ты должен сплести вспомогательные структуры. Начинаем! Иначе мой брат умрёт…