Глава 9

— Примите мои соболезнования, — произнёс я. — Я не знал, что ваш отец скончался.

— Вы даже не знали, — хмыкнул Волков и сделал глоток виски. — А он, между прочим, страдал. И умер в бетонной коробке, будто бездомный пёс.

— С преступниками такое случается, — заметил Кретов, и Владимир бросил на него яростный взгляд.

— Мой отец не заслужил подобной смерти, — процедил он.

— Это как посмотреть, — пожал плечами Дмитрий.

— Как угодно! Он был благородным человеком и хорошим отцом. Смерть в тюрьме — это бесчестие для него и всего нашего рода, — Волков снова посмотрел на меня.

— Вы что, обвиняете меня в смерти отца? — совершенно искренне удивился я. — А ничего, что ваш отец убил моего? Это, случайно, не стало бесчестием для рода Волковых?

— Дворяне всегда убивали друг друга. Это закон жизни, если хотите. Даже среди благородных выживает сильнейший.

— Или подлейший, — усмехнулся Кретов. — Ваш отец убил прошлого барона Зорина исподтишка, а не в честной дуэли. Или вы не видите разницы?

Волков сжал стакан так, что у него побелели пальцы. Прежде чем ответить, он медленно допил виски и поставил пустой стакан. Звякнули кубики льда, такие же холодные, как взгляд Владимира.

— Думаю, вы не станете отрицать, — произнёс он, глядя сквозь стол, — что для дворянина подобная смерть — унижение.

— Вполне заслуженное, — фыркнул Кретов, откидываясь на диване.

Между ними будто повисла натянутая струна, которая в любой момент могла лопнуть. Мне не нравилось то, что Волков так бесцеремонно к нам подсел и начал предъявлять какие-то претензии, но до дуэли я это дело доводить не хотел — мне и одной хватит. С радостью послал бы его куда подальше, но не хотелось портить вечер.

— Давайте помянем наших отцов, — сказал я, подавая знак официантке. — Думаю, они оба были достойными людьми. Но, как и все люди, допускали ошибки.

Так я хотел сгладить назревающий конфликт. Понятно, что он полностью не исчерпается, но так я хотя бы успею подготовиться к последствиям.

Владимир молча кивнул, отворачиваясь от моего наставника.

Официантка принесла нам три «Чёрных клинка». Мы выпили, не чокаясь, и затем я спросил:

— Так я могу вам чем-то помочь, барон?

— Думаю, нет, — ответил Волков, рассеянно покручивая в руках пустую стопку.

— Тогда ответьте на вопрос, который я уже задавал. Вы обвиняете меня в смерти отца?

Владимир искоса посмотрел на меня и приподнял уголки губ.

— Ни в коем случае, ваше благородие. Я просто увидел вас и не смог не подойти… Считайте, что я просто хотел поделиться болью. И разделяю вашу — хотя, насколько мне известно, вы совсем не знали своего отца.

— Не знал. Только это не значит, будто я готов простить его убийство.

— Как и я вряд ли смогу простить смерть своего, — Владимир поднял глаза к потолку. — Только кого же мне в ней винить? Прошу простить, господа, больше не буду вас отвлекать. Ваши следующие напитки за мой счёт.

С этими словами барон Волков поднялся и направился к выходу, по дороге всучив официантке несколько купюр. Мы с Кретовым оба смотрели ему вслед, и Дмитрий покачал головой.

— Будь осторожен, Григорий. Мне кажется, этот парень что-то задумал.

— Да, мне тоже. Но если бы он хотел мне отомстить, то вряд ли стал бы подходить.

— Как знать. Если ты не в курсе, то благородные часто улыбаются в лицо, а за спиной прячут наточенные ножи, — пробурчал мой наставник.

— Знаю. К сожалению, так поступают не только благородные, — вздохнул я.

* * *

Владимир Волков находился будто в трансе. Медленно поднявшись по ступенькам, он вышел на улицу и вдохнул прохладный ночной воздух. Через дорогу его ждала машина с водителем, но барон пошёл в другую сторону.

Он брёл, сам не зная куда. В голове раз за разом звучала собственная фраза «только кого же мне в ней винить?»

Ведь и правда, кого? Отец сам виноват, что поддался на уговоры Николая Зорина и согласился убить барона. Его никто не заставлял. И новый барон Зорин никак не причастен к смерти Андрея Волкова, если не считать того, что он вывел его на чистую воду.

Будь Владимир на месте Григория, разве он не поступил бы так же?

— Конечно, поступил бы, — пробурчал он себе под нос.

Ну и что тогда? Какой смысл в мести? Зачем пытаться разрушить жизнь того, кто всего лишь поступил по справедливости?

Волков остановился посреди тротуара и посмотрел на небо. Луна сегодня была полной и светила ярко. Но она, конечно, не могла дать ответа на его вопрос.

— Это ведь твоя вина, отец, — стиснув зубы, процедил Владимир. — Это ты пошёл на преступление и опозорил наш род. А затем нанёс окончательный удар, сдохнув в тюрьме! Как ты мог так поступить? Да, ты был хорошим отцом… но как барон и глава рода — потерпел полный крах.

С трудом сглотнув вставший в горле комок, Волков опустил голову. Перед ним была плохо освещённая узкая улочка, на которой не было ни единого пешехода. Он здесь один, и только ему решать, в какую сторону направиться.

Зорин, может быть, и не виновен в том позоре, что лёг на честь Волковых. Но оставить это просто так тоже нельзя. Месть — единственный выход. Только так Владимир может искупить вину своего отца перед духами предков.

Значит, выбора нет.

План будет исполнен.

Да он, собственно, уже начал исполняться…

Осталось только задавить сомнения и довести дело до конца.

* * *

Мы с Дмитрием просидели в баре до полуночи, а затем отправились по домам. Я отключил будильник и решил позволить себе выспаться — после завершения сложного дела нужно как следует отдохнуть.

Дел у меня, конечно, ещё по горло. Обучение забрасывать нельзя, особенно учитывая мои успехи. В разгадке тайны проклятия Сергея и Теневых Странников я ни капельки не продвинулся… Да и в полиции теперь наверняка будет ещё больше работы, раз я стал полноценным полицейским провидцем.

Раздевшись, я положил удостоверение и пистолет в ящик тумбочки. Приятно. Не само наличие этих предметов — а то, что я буквально завоевал их кровью. В склепе Сытина мы с Дмитрием оба были на краю гибели.

Выспаться мне, к сожалению, не удалось. В девять раздался стук в дверь. Я решил проигнорировать его и перевернулся на другой бок, но стук повторялся снова и снова, становясь всё настойчивее.

— Ваше благородие! — донёсся до меня голос дворецкого. — К вам важный посетитель.

— Кто? — спросил я, не открывая глаз и не поднимая головы с подушки.

— Секундант князя Морозова.

Ох, чёрт. Мне же ещё предстоит провидческая дуэль с князем! Признаться, я о ней даже забыл…

Ну, это не страшно. Дуэль так дуэль. Морально я к ней готов, а подготовиться в, так сказать, техническом плане — тоже не проблема.

Тем более я и сам горел желанием наказать князя Морозова за то, что он вздумал создавать проблемы моей фирме.

— Скажи, я скоро спущусь, — сказал я, вставая.

— Хорошо, ваше благородие, — ответил из-за двери дворецкий, и до меня донеслись его удаляющиеся шаги.

Я не спеша принял душ, оделся и насладился видом из окна. День сегодня был солнечным, а на заднем дворе я увидел Виктора и Сергея. Парни по очереди работали с боксёрским мешком и, кажется, даже смеялись.

Рад видеть, что они всё-таки подружились. Или, по крайней мере, уже не смотрят друг на друга волками.

Когда я спустился в гостиную, то увидел сидящего в кресле молодого мужчину в круглых очках и ярко-жёлтом пиджаке. Его брюки при этом были цвета весеннего неба, а остроносые туфли — красными, как сигнал светофора.

Любопытный вкус в одежде. Не думал, что князь пришлёт ко мне того, кто одевается подобно клоуну.

Мужчина демонстративно поморщился и взглянул на наручные часы.

Да, я знаю, что заставил тебя ждать, и сделал это специально… Потому что несмотря на оскорбления Морозова, я дворянин, и не обязан бежать, спотыкаясь.

— Доброе утро, — сказал я, проходя в зал и усаживаясь напротив гостя. — Сегодня что, какой-то праздник?

— Доброе утро, ваше благородие, — мужчина встал и поклонился. — Праздник?

— Вы так торжественно выглядите.

— Вас не устраивает мой образ?

— Не хочу оскорбить, но для того, кто прибыл обсуждать условия дуэли, вы одеты слишком… — я щёлкнул пальцами, подбирая слово, — весело. Ладно, не суть. Как вас зовут?

— Денис Радковский, ваше благородие. Рад знакомству, — сдержанно ответил секундант и сел обратно в кресло.

— Взаимно. Итак, приступим. Ваш господин бросил мне вызов, назначил тип и время дуэли. Насколько мне помнится, она должна состояться завтра.

— Всё верно, — кивнул Денис и взял со стола кожаную папку, на который был вытеснен герб рода Морозовых. — Как у отвечающей стороны, у вас есть право выбрать условия дуэли.

— И я в них весьма ограничен, ведь дуэль провидческая, — заметил я.

— Отнюдь. Вы точно так же вольны использовать холодное или огнестрельное оружие, либо выбрать поединок исключительно на магии, — сказал Денис, аккуратно доставая из папки листы бумаги и складывая рядом. — Однако прежде я обязан спросить, не хотите ли отказаться от дуэли и принести публичные извинения? Савелия Петровича это бы вполне удовлетворило.

— Ни в коем случае. Ваш князь не только совершил противоправные и враждебные действия против моего рода, он также оскорбил меня. Будет дуэль.

— Хорошо, — невозмутимо кивнул секундант. — Итак, ваши условия?

Здесь мне предстояло немного подумать. Я знал, что Морозов довольно сильный провидец. Да, его потенциал совершенно точно ниже моего, зато у него гораздо больше опыта и плетений в арсенале.

По сути, какое бы оружие я ни выбрал, у него будет преимущество. Ведь даже со шпагами в руках мы будем иметь право использовать магию. Провидческая дуэль это подразумевает.

Насколько он хороший стрелок или фехтовальщик — я понятия не имел. Поэтому решил не рисковать.

— Только магия, — сказал я.

— Уверены? — Денис посмотрел на меня поверх очков.

— Давайте без глупых вопросов. Если я что-то сказал, значит, уверен в этом.

— Прошу простить, — опуская взгляд, сказал секундант и принялся писать что-то в листе. — Кто будет вашим секундантом?

— Я ещё не решил. Это нужно сделать сейчас?

— Да. Его подпись необходима на предварительном протоколе поединка.

Блин, кто бы мог подумать, что дуэль — это столько формальностей… Когда мы договорились сражаться с Костей, всё прошло по-семейному просто.

— Тогда моим секундантом будет Дмитрий Анатольевич Кретов, полицейский провидец, — уверен, он не откажет. — За подписью придётся заехать в отделение полиции. Можем съездить вместе, я как раз не против увидеться с наставником.

На лице Дениса промелькнуло недовольство, но спорить он не стал и продолжил заполнять документ. Мы утвердили ещё несколько деталей, включая точное время и место поединка.

Дуэль состоится завтра в семь тридцать утра, на нейтральной и безлюдной территории за городом.

— Что ж, это всё, — поставив последнюю точку, сказал секундант Морозова. — Прошу, распишитесь здесь.

Он протянул мне ручку, но я не стал её брать. Сначала взял документ и внимательно прочитал его, чтобы убедиться, что здесь написано именно то, что мы обсуждали.

Только после этого оставил автограф на предварительном протоколе и встал.

— Готовы ехать в отделение?

— Конечно, ваше благородие. Только, если позволите, я бы хотел посетить уборную, — ответил Денис.

— Пожалуйста. Буду ждать вас на крыльце, — кивнул я и отправился наружу.

Когда я вышел на улицу, то с удивлением заметил стоящий на парковке блестящий чёрный внедорожник. На нём даже номеров не было, а сиденья и колёсные диски были затянуты плёнкой.

Совсем новая машина, как будто только что из салона. Неужто кто-то из Зориных позволил себе такую покупку? Наши финансовые дела немного выправились, но вряд ли настолько, чтобы покупать дорогие тачки… А эта явно дорогая.

На удачу, дворецкий как раз вышел из дома, и я остановил его.

— Чья эта машина? — спросил, указывая на сияющий под солнцем внедорожник.

— Ваша, Григорий Александрович.

— Но я не приказывал покупать автомобиль.

— Вы что, не в курсе? — дворецкий поднял брови. — Это подарок от семьи Ярославцевых. Та девушка, которую вы спасли в склепе графа Сытина, оказалась из богатой семьи.

— Вот оно что… — протянул я.

Действительно, ведь генерал Герц тоже упоминал вчера о том, что родственники спасённой желают нас отблагодарить. Интересно, Кретову и Полине тоже подарили машины?

Интересно, почему автомобиль не передали лично мне? Наверняка чтобы я не смог отказаться, а я бы и не стал — машина очень хороша.

— Вам понадобится водитель? — спросил дворецкий.

— Пока нет. Хочу сам опробовать эту малышку, — не сдерживая улыбку, ответил я. — Секундант Морозова прибыл на машине?

— На такси, ваше благородие.

— Отлично, — моя улыбка стала чуть более зловещей.

Когда Денис вышел на улицу, я пригласил его в свой новый автомобиль, а затем прокатил с ветерком. Бедняга всю дорогу то краснел, то бледнел и крепко стискивал ручку под потолком.

Когда мы доехали до отделения, он облегчённо выдохнул и малиновым платком вытер пот со лба.

— Вы всегда водите так агрессивно, барон? — спросил он.

— Не только вожу, — сказал я, намекая, что завтра утром буду сражаться не менее яростно. — Идёмте.

На парковке, где стояли машины сотрудников, я заметил два таких же внедорожника, как у меня. Один был чёрным, другой — белым. Значит, Ярославцевы и правда расщедрились на машины для всех основных участников расследования.

При этом лично встречаться они не пожелали и даже записки никакой не оставили. Немного странно. Хотя, возможно, они просто постеснялись — всё-таки они хоть и богатые, но простолюдины, а я дворянин.

Надо будет самому отыскать их номер телефона и поблагодарить за подарок. Машина мне пригодится.

Несмотря на ранение, Кретов был в отделении и занимался бумажной работой. Сидел за своим ноутбуком и одним пальцем тыкал в клавиши, что-то недовольно бурча под нос.

— Доброе утро, — сказал я, входя. — Знакомься, это Денис Радковский, секундант графа Морозова.

— Секундант? — Дмитрий поднял на него недружелюбный взгляд.

Денис коротко поклонился и ничего не сказал. Угрюмый вид моего наставника почему-то произвёл на него большое впечатление.

— Всё верно. Я разве не говорил тебе, что мне предстоит провидческая дуэль? Она состоится завтра, и я прошу тебя побыть моим секундантом.

— Ты бы хоть иногда перерывы делал, — проворчал Кретов. — То одна схватка, то другая… Ладно, чего там надо, протокол подписать?

— Всё верно, — тонким голосом ответил Денис, прокашлялся и сказал уже ниже:

— Вот.

Он протянул бумагу, которую Дмитрий тут же подмахнул и вручил обратно.

— До завтра.

— Всего доброго, господа, — секундант поклонился и поспешил покинуть кабинет.

Когда дверь за ним закрылась, Кретов недружелюбно посмотрел уже на меня.

— Ты хоть понимаешь, что такое провидческая дуэль?

— Понимаю, конечно, — ответил я, садясь на стул. — А ещё я точно знаю, что ты не бросишь меня в беде и научишь паре эффективных плетений.

— Ох, годы мои тяжкие, — вздохнул наставник. — Ладно, смотри. Сейчас покажу тебе пару приёмчиков…

На следующее утро мы с Дмитрием прибыли на место за полчаса до начала поединка. Морозов, его разноцветный секундант и приглашённый врач приехали немного позже.

Я к этому времени успел изучить эфирные потоки вокруг и понять, как их можно использовать в свою пользу.

Князь Морозов оказался крепким, несмотря на возраст, мужчиной. Он опирался на трость с золочёным набалдашником, однако это был лишь аксессуар — его походка была уверенной и твёрдой.

Взглянув на меня, он не произнёс ни слова. Не глядя скинул бархатный камзол в руки гвардейца и стал разминаться.

Денис, одетый так же ярко, как и вчера, и Дмитрий подписали бумаги и пожали друг другу руки. Всё, теперь пути назад нет. Согласно условиям тот, кто первым лишит своего противника сознания или вынудит сдаться, побеждает.

До начала поединка оставалось пять минут. Гвардейцы Морозова активировали специальный артефакт, который генерировал защитное поле и не позволял заклинаниям вырваться за пределы. Кретов, конечно, предварительно проверил артефакт на предмет возможных подлянок.

— Одна минута, господа! — объявил Радковский.

— Готов ответить за свою дерзость, бастард? — поинтересовался Савелий Петрович, с хрустом разминая пальцы.

Такое чувство, будто он готовится к кулачной драке, а не магическому поединку.

Было бы интересно смахнуться с ним в рукопашной, кстати. Судя по виду, мужчина явно знаком с единоборствами.

— Примерно тот же вопрос, ваше сиятельство, — с улыбкой ответил я. — Готовы ответить за свои оскорбления?

Морозов только фыркнул и принял боевую стойку.

— Пять секунд, господа! — выкрикнул Денис. — Четыре. Три. Две!

— Одна, — процедил я и атаковал первым.