Глава 10

Я не зря тренировался вчера. Создал боевое плетение за секунду.

Воздух взорвался ударной волной. Просто, но эффективно. Громыхнуло так, что заложило уши. Трава между мной и противником пригнулась к земле, словно от резкого порыва ветра.

Князь парировал мою атаку, отбросив волну вверх. Купол над нами сверкнул, и по нему пробежали искры.

Ответил Морозов сразу же. Эфирные потоки из его рук ринулись в землю. Я не видел их, но чувствовал — не зря практиковался в ощущении магии. Отпрыгнул в сторону, и шипы, которые вырвались из земли, не задели меня.

Морозов бросился вперёд, руки вспыхнули алым светом. Из его ладоней вырвались острые клинки и просвистели в сантиметре от моего лица. Время для меня замедлилось, и на миг я разглядел своё отражение в лезвиях.

Клинки были нематериальными и ранить мою плоть не смогли бы. Но такой удар грозил нанести серьёзные травмы эфирному телу.

Савелий Петрович был намерен драться по-настоящему. Что ж, я только за! Азарт схватки в груди вспыхнул с удвоенной силой.

Очередная ударная волна помогла разорвать дистанцию. Эфирный барьер преградил Морозову путь. А затем синие нити опутали его запястья.

Я рванул князя на себя. Он рухнул на колени, но тут же разорвал путы. Обрывки плетения рассеялись в воздухе.

Обмен атаками продолжился. Арсенал противника был гораздо богаче моего — однако я был сильнее, а мои щиты крепче. Чем дольше длилась схватка, тем больше сил терял Морозов.

Я перехватил свободный поток и направил его в противника. Он укрепил защиту перед собой. Эфирный кирпич, прилетевший в затылок, стал для него полной неожиданностью.

Князь рухнул лицом вперёд. Поднялся, шатаясь. Из разбитого носа потекла кровь, заливая аккуратно подстриженные усы.

— Сдавайтесь, — потребовал я.

Морозов с ненавистью взглянул на меня. Его глаза пылали, как два угля. Он взмахнул рукой — и ко мне рванул обжигающий эфирный вихрь.

Я перекатился через себя, едва избежав пламени. Вскочил. Отвёл очередную атаку в сторону и нанёс решающий удар.

Морозов упал и глаза его закатились.

Всё, конец.

— Поединок окончен! — раздался возглас Дениса.

— Ага, подтверждаю, — пробурчал Кретов.

Артефактный барьер отключили, и врач быстрым шагом направился к Морозову, который всё ещё лежал лицом в грязи и не шевелился.

Я присел на траву и с трудом сглотнул. Только сейчас понял, что схватка оказалась гораздо более изматывающей, чем я думал. Во рту пересохло, в ушах звенело.

Кретов подошёл и протянул мне флягу. Не спрашивая, что в ней, я сделал глоток, и горло обжёг крепкий алкоголь.

— В порядке? — усмехнулся Дмитрий.

— Угу. Явно лучше, чем его сиятельство, — я кивнул на Савелия Петровича, которого никак не могли привести в чувство.

Врач пощупал его пульс и полез в чемоданчик за какими-то средствами. Радковский в своём нелепом клоунском наряде стоял рядом, заламывая руки.

— Эй, уважаемый, — Кретов направился к нему. — Надо протокол подписать.

— Да, конечно… Вынужден признать поражение своего дуэлянта, — пробормотал Денис, доставая документ из папки.

— Тут без вариантов, — хмыкнул мой наставник.

Наконец Морозов пришёл в себя. Немного посидев на траве, он взял протянутую гвардейцем трость и, опираясь на неё, поднялся. Хмурым взглядом отыскав меня, он причмокнул губами и сказал:

— Неплохо для… новичка.

— Полагаю, вы хотели сказать «неплохо для бастарда», — я тонко улыбнулся. — Насколько я понимаю, теперь вы должны принести извинения за оскорбления в мой адрес.

Взгляд Савелия Петровича потемнел, но отказаться он не мог, иначе это было бы бесчестно. А для столь напыщенных дворян, как Морозов — честь дороже всего на свете.

Он коротко кивнул и произнёс:

— Приношу извинения, барон Зорин. Я повёл себя недостойно и позволил себе неподобающие выражения. Надеюсь, более вы не держите на меня зла.

— Извинения приняты, ваше сиятельство. Зла не держу, но хотел бы кое-что обсудить. Вы не против немного прогуляться? — я указал рукой в сторону.

Морозов снова кивнул, и мы с ним отошли в сторону.

Погода сегодня снова была хорошей. Солнечно, при этом не слишком жарко. Сердце радовалось не только при виде чистого неба, но и от осознания того, что я одержал победу в поединке.

— Вы помните, с чего всё началось, — сказал я. — Хочу понять, почему ваш род позволил себе…

— Я ничего такого себе не позволял, барон, — перебил меня Савелий Петрович. — Да, я прекрасно помню, что стало причиной нашего поединка. Вы посчитали, будто «Око Сатурна» переманило сотрудников вашей «Астры».

— И это факт.

— К сожалению. Но вот вам ещё один факт: я никогда не отдавал подобного приказа. Как я выяснил, это была личная инициатива директора «Ока». Ума не приложу, зачем он это сделал, — качнул головой Морозов. — У нас и без того порядок и с кадрами, и с клиентами. Нет причин так подло поступать с конкурентами.

Любопытно. Возможно, что директора «Ока Сатурна» тоже подкупили… И кто же тогда за всем этим стоит? Мало того что доставили проблем моей фирме, так ещё и заставили столкнуться с князем.

Хорошо, что всё решилось на дуэли, и Морозов с достоинством принял поражение. Ведь могло случиться что-нибудь похуже.

— Вы не будете против, Савелий Петрович, если я поговорю с вашим директором?

Он махнул рукой:

— Пожалуйста. Только не вздумайте причинять ему вред — как бы там ни было, он служащий моего рода и находится под защитой Морозовых. Выясните, что хотите, а уж затем я разберусь, как он посмел действовать без моего приказа, — князь крепко стиснул трость, и почему-то мне показалось, что его служащего не ждёт ничего хорошего.

— Благодарю. Отличный поединок, — я остановился и протянул Морозову руку.

Он пожал её и пробурчал:

— Откуда в вас столько силы? Ваш родовой дар, насколько мне известно, никогда не обладал подобной мощью.

— Вероятно, ваши сведения неверны, — уклончиво ответил я. — Всего доброго.

— И вам, — кивнул Савелий Петрович.

Мы разошлись по машинам. Я попросил Кретова сесть за руль, потому что после схватки ещё чувствовал небольшое головокружение.

В «Око Сатурна» Дмитрий со мной не поехал и взял обещание, что после разговора я сразу вернусь в отделение. Нам предстояло разобраться с некоторыми мелкими делами.

В отличие от моей «Астры», фирма Морозовых располагалась в отдельном здании. Над входом висела золотая вывеска — глаз с кольцом, как у планеты Сатурн.

Внутри была шикарная отделка. Мрамор, блестящий паркет, живопись на стенах — такое чувство, будто я приехал в гости к знатному дворянину, а не в агентство по определению потенциала магического таланта.

— Добрый день, господин, — ко мне подошла улыбчивая брюнетка. — Чем могу помочь?

Она была одета в обтягивающее синее платье. Длина подола и глубина декольте были ровно такими, чтобы пустить искру соблазна и заставить мужскую фантазию работать на полную.

— Добрый день. Я хочу увидеть вашего директора.

— Вам назначено? — поинтересовалась девушка.

— Да, — сказал я и даже не соврал.

Раз хозяин фирмы дал добро на разговор с директором, значит, мне назначено.

— Прошу за мной, — очаровательно улыбнулась брюнетка и отправилась к лестнице, ведущей на второй этаж.

Я следовал за ней. Плавная походка девушки приковывала к себе внимание, и в голове невольно возникли мысли о Виктории. Хм-м… С того раза мы ещё не виделись, может, стоит повторить? Мне понравилось.

Мы добрались до кабинета директора. Табличка на двери гласила, что его зовут Аркадий Николаевич.

Брюнетка подняла руку, чтобы постучаться, но я остановил её, перехватив хрупкое запястье. Кожа девушки была мягкой, как шёлк, даже не хотелось отпускать.

— Не стоит, любезная, — сказал с улыбкой. — Я сам. Спасибо за помощь.

— Как скажете, господин, — она поклонилась и ушла, звонко цокая каблучками.

Я посмотрел ей вслед, вновь любуясь соблазнительной походкой. Перед тем, как повернуть за угол, девушка обернулась и послала мне лучезарную улыбку.

Поправив воротник рубашки, я расправил плечи и двумя руками толкнул дверь.

Петли оказались слабыми, и от моего толчка дверь громко бахнула о стену. Сидящий за белым столом Аркадий Николаевич от неожиданного шума вздрогнул и выронил ручку, которую держал.

— Здравствуйте, — сказал я и громко хлопнул дверью, на сей раз намеренно. Щёлкнул замком и направился к директору.

— Что вы себе позволяете⁈ — возмутился он. Рядом с ним возник эфемер гнева, тут же принявшись жадно питаться энергией.

— У меня тот же вопрос, — спросил я, широкими шагами приближаясь к столу. — Знаете, кто я?

— И кто же вы? — с вызовом спросил Аркадий, поднимаясь.

— Барон Григорий Зорин, владелец фирмы «Астра». Знакомое название?

К чести директора, он не стушевался и не показал страха. Однако эфемер гнева медленно поплыл в сторону — злость мужчины угасла, теперь он был скорее насторожен и готов обороняться.

— Знакомое, конечно! Вы один из наших главных конкурентов. Присаживайтесь, Григорий Александрович, — он указал на кресло. — И поведайте, пожалуйста, в чём причина столь громкого визита.

Я не стал садиться. Подошёл вплотную к столу и встал прямо, глядя Аркадию Николаевичу в глаза. Он смотрел в ответ, всё ещё не показывая никаких признаков испуга.

Надо же, крепкий орешек. Не то что мой Руслан. Того сразу облепили эфемеры страха, едва мы начали разговор.

— Причина проста. Я хочу знать, кто вас подкупил.

— Подкупил? — Аркадий изобразил недоумение. — О чём вы?

— Кто-то заплатил вам, чтобы вы переманили сотрудников «Астры», хотя в этом не было необходимости. Моему директору тоже дали взятку, но связующим звеном были вы. Хотите сказать, что это не так?

— Я не понимаю, о чём речь, ваше благородие. Ничего такого я не делал!

Как интересно. Рядом с Аркадием не появляются эфемеры лжи, хотя враньё самое что ни на есть прямое. Во взгляде и мимике также нет никаких признаков того, что директор врёт. Неужели он и правда ничего не знает?

Я решил блефовать. Опёрся руками о стол и наклонился к собеседнику, тараня его взглядом. Выпустил немного накопленного в ауру, усиливая её, чтобы директор почувствовал себя некомфортно.

— Вы же понимаете, что я провидец и легко могу распознать ложь? — угрожающе произнёс я. — Выкладывайте.

— Не хочу оскорбить, но это ваше чутьё провидца вас обманывает, — задрав подбородок, ответил Аркадий Николаевич. — А я говорю правду.

Чёрт возьми. Похоже, что это действительно так. Несмотря на моральное и даже магическое давление, собеседник никоим образом не выдаёт свою ложь. Да, он нервничает, но не боится.

Видимо, ему и правда нечего скрывать.

— Что ж. Тогда прошу простить, — сказал я. — Позвольте полностью объяснить ситуацию.

— Слушаю, барон, — Аркадий указал на кресло, и теперь я позволил себе сесть.

Поведал директору обо всём, что случилось. Он весьма удивился, когда узнал, что мои сотрудники якобы получили приглашение на работу от «Ока Сатурна». Мы быстро выяснили, что электронная почта, с которой они получили предварительные контракты, была поддельной. А вот сами документы выглядели настоящими — похоже, что на них стояла подлинная печать «Ока».

— Мы имеем дело с хорошо спланированной диверсией, ваше благородие, — хмуро проговорил Аркадий Николаевич, когда мы всё обсудили. — Кто-то и правда хотел столкнуть наши компании.

— Не только компании. Вы же понимаете, что всё это могло привести к серьёзному конфликту между родами?

— Конечно. Хорошо, что всё обошлось. Дуэль — это не страшно, так ведь? Дружеское состязание, можно сказать.

— Оно было не особо дружеским, — хмыкнул я, вспоминая, как алые клинки Морозова летели мне в лицо. — Но всё-таки вы правы. Теперь надо выяснить, кто из ваших сотрудников подготовил эту диверсию.

— Будьте уверены, служба безопасности рода этим займётся, — уверенно заявил Аркадий. — Князь, конечно, будет поставлен в известность. Уверен, его тоже заинтересует, кто посмел устроить подобное.

— Держите меня в курсе, Аркадий Николаевич, — я встал и протянул директору руку.

— Конечно, ваше благородие. До свидания.

«М-да, всё ещё сложнее, чем казалось, — думал я, покидая здание. — Похоже, что кто-то точит зуб на мой род. Или же лично на меня. Есть несколько вариантов, кто это может делать, но никаких доказательств… Подожду, что сможет нарыть служба безопасности Морозовых, а сам тем временем сделаю вид, будто ничего не понял. Противник наверняка приготовил что-то ещё, но теперь я буду готов к любой неожиданности».

С этими мыслями я сел в автомобиль и направился в отделение, где меня наверняка уже заждался наставник.

* * *

Капитан Реутова зашла в кабинет. Её сослуживицы уже были на месте.

— Привет, — поздоровалась Полина.

Елена, сидящая в глубине кабинета, молча подняла руку, не отрывая взгляд от монитора.

— Привет! — сказала Екатерина, старший лейтенант, и сделала глоток кофе. — Мы тебе не стали кофе брать. Наверняка же барон Зорин снова принесёт.

Полина цокнула языком и направилась к своему столу, ничего на это не ответив.

— Поля, ну чего ты? Он так галантно за тобой ухаживает. Комплименты, кофе каждое утро… Эх, мне бы так, — мечтательно вздохнула Катя.

— К тому же он дворянин. Есть все шансы стать баронессой, — поддакнула Лена, продолжая смотреть в монитор.

— Кто вам сказал, что я хочу становиться баронессой? — буркнула Реутова.

— Ой, да перестань! Все девочки мечтают стать принцессами. Баронессой тоже неплохо, — засмеялась Екатерина.

— Глупости. Я всегда мечтала защищать людей, и моя мечта исполнилась, — отрезала Полина.

— Зануда. Почему ты не хочешь хотя бы дать ему шанс? — Катя облокотилась на стол и испытующе посмотрела на Реутову.

— Да, хотя бы шанс, — согласилась Лена.

— Потому что мне это не интересно.

— Как так? Он молодой, красивый, при деньгах, провидец к тому же… Говорят, они в постели умеют всякое, — понизив голос до шёпота, сказала Катя. — Если не хочешь за него замуж, можно же просто развлечься.

— Так, офицеры! — строго воскликнула Полина. — За работу. Я отнесу папки в архив и вернусь. Чтобы больше никаких разговоров о бароне Зорине!

Лена пожала плечами, а Екатерина обиженно надула губки и вяло отдала честь:

— Так точно, капитан.

Взяв папки, Полина вышла из кабинета. Её сердце билось быстрее, чем следовало бы, а перед глазами невольно возникала улыбка Григория Зорина.

«Блин! — ругалась про себя Реутова. — Он ведь и правда мне нравится. Наверное… Не знаю. Я никогда не влюблялась. Но теперь, похоже, это случилось… И что такого особенного в этом бароне Зорине? Обычный благородный нахал, который…»

Полина вышла из-за угла и увидела перед собой того самого благородного нахала, о котором только что думала. Девушка почувствовала, как её щёки заливает румянец, как будто Зорин мог подслушать её мысли.

А вдруг он может? Хоть Полина уже пару лет и помогала следователю Кретову с работой, но она до конца не знала, на что способны провидцы…

Зорин держал в руках два стаканчика с кофе. Заметив Полину, он улыбнулся и сделал шаг навстречу.

— Доброе утро, — сказал он и протянул один стаканчик. — Это тебе.

«Улыбнись тоже! Скажи спасибо! — мысленно приказала себе Реутова. — Сними ты эту дурацкую маску холодной профессионалки. Он же тебе нравится, хватит себя обманывать. И если он предложит пойти на свидание, обязательно согласись».

— Доброе, — буркнула Полина. — Это снова капучино?

— Конечно, — кивнул Григорий. — Твой любимый, как всегда.

— А мне сегодня хочется латте. Или вообще горячий шоколад. Да и кто вам сказал, барон Зорин, что я вообще хочу каждое утро принимать от вас кофе?

— Мы так договорились, — снова улыбнулся он. — А если желаешь разнообразия, предлагаю вечером поужинать. Расскажешь мне побольше о своих вкусах.

«Вот оно! Соглашайся! Хоть платье наденешь, а то всё время в форме…»

— Я ведь уже говорила, барон, — рыкнула Полина, — что не встречаюсь с коллегами. Пропустите, мне нужно идти!

С этими словами она резко обогнула Григория и поспешила в архив. Её сердце стучало ещё быстрее, щёки горели, а в голове билась только одна мысль:

«Дура, дура! Какая же ты дура! Да что с тобой не так, Реутова⁈»

* * *

«Да что с ней не так? — подумал я. — Ну ладно, ничего. Рано или поздно я проломлю этот лёд».

Поглядев вслед Полине, я пожал плечами и направился к ней в кабинет. Поздоровался с девушками, оставил капучино на столе Реутовой и затем отправился в провидческий отдел.

— Наконец-то, — буркнул Кретов, когда я вошёл. — У нас с тобой сегодня много работы.

— Что за работа?

— Скучная. Много бумажек накопилось, и есть вызовы, на которые надо съездить. В общем, привыкай к рутине…

Тени от жалюзи ползли по стопкам бумаг, отмечая время медленнее маятника.

День начался с выезда на взорвавшийся кристалл в ювелирной лавке — оказалось, старушка-хозяйка перепутала рубин с эфирным камнем, который каким-то образом попал к ней. Кретов полчаса матерился, пока я выжигал остатки магии из пространства. Эфирные следы были опасны и могли привести к новым внезапным взрывам.

К полудню нас вызвали в парк, где подростки шутки ради пытались призвать духа. Как ни странно, у них получилось — оказывается, в интернете можно найти вполне рабочие ритуалы.

Дух оказался проказником и вызвал у подростков неконтролируемую рвоту, причём они его даже не смогли увидеть. Так себе зрелище, но духа мы изгнали быстро.

После этого мы вернулись в отделение и принялись за ту самую кучу бумажной работы, которой угрожал мне Кретов в начале дня.

К семи вечера моя спина изнывала от статичной позы за столом. Я заполнял отчёт о третьем случае «магического хулиганства» за день, когда экран телефона вспыхнул.

Сообщение от Виктории: «У меня вечер освободился… Хочешь встретиться? Я как раз купила новое бельё…»

Не дожидаясь моего ответа, она прислала адрес гостиницы, которая называлась «Эдельвейс».

О, как интересно. Я сегодня как раз думал о том, чтобы снова встретиться с Викой. Приятное совпадение.

— Всё, последняя докладная, — сказал я, громко щёлкнув по клавише. — Мы на сегодня закончили?

— Вроде бы, — устало проговорил Кретов. — Ты привыкай, привыкай. Чаще всего наши дни будут проходить именно так. Интересные дела редко бывают.

— Не скажи. В парке было весьма интересно, — рассмеялся я и взял со стола ключи от машины. — До завтра.

— Угу, пока, — махнул рукой Дмитрий.

Я вышел на улицу, сел за руль и отправился по адресу, уже предвкушая горячую встречу с бывшей коллегой.

«Эдельвейс» оказался бетонной коробкой с неоновой вывеской. Я припарковался за углом. К вечеру неожиданно поднялся холодный ветер, который едва не сбивал меня с ног.

Рука уже тянулась к стеклянной двери, когда хлопок глушителя расколол тишину.

Первая пуля пробила дверь насквозь. Вторая ударила в стену над головой, осыпав лицо крошкой бетона. Инстинкт швырнул меня за мусорный бак, и я создал перед собой эфирный барьер.

Вовремя. Третья очередь прошлась по асфальту, оставляя дорожку из рытвин, и пара пуль ударила в барьер.

Из темноты двора вынырнули двое в балаклавах. Стволы с глушителями. Без слов, без требований — профессиональная работа.

Наёмники? Похоже на то.