Глава 7

Завершение праздничного вечера, точнее, к тому моменту уже ночи, Эбби не застала. Реми отнес ее в спальню, вызвал фэйри-целителя и не уходил, пока тот не подтвердил, что с Эбби все в полном порядке. Она и сама это уже поняла. Только первая пришедшая в голову мысль о пользе корсетов не подтвердилась.

– Скажите спасибо тому, кто наградил вас защитным знаком, – сказал целитель напоследок. – Без него вас не спасли бы даже наши целители.

Он еще немного пробыл в комнате, проверяя Эбби на наличие внутренних травм, водил над ней ладонями, словно нащупывая повреждения, но ничего не нашел.

Как только за ним закрылась дверь, Реми снова начал приставать все с тем же глупым вопросом:

– Я не понимаю. Почему ты меня спасла?

Эбби даже головы в его сторону не повернула, продолжая разглядывать потолок над постелью.

– А я не понимаю, чего ты так разволновался.

После пережитого она чувствовала себя абсолютно выжатой. Ничего не хотелось, ну разве только чтобы ее оставили в покое. Искреннее недоумение Реми вызывало раздражение, а он будто специально раз за разом давил на больную тему. В итоге Эбби окончательно рассердилась.

– И вообще, не думай, что мой поступок что-то значит. – Она села на постели и посмотрела на Реми, меряющего шагами комнату. – Это импульс, всего лишь неподконтрольный рефлекс. С людьми такое иногда случается.

Она смотрела на фэйри исподлобья, почему-то испытывая странное желание сделать ему больно, разочаровать, не допустить даже зачатка мысли, что она бросилась под удар, потому что боялась его потерять.

Наверное, потому что она на самом деле очень боялась его потерять.

Голубые глаза Реми на бледном даже для снежного эльфа лице были похожи на драгоценные камни, на застывшие капельки зимнего неба. Эбби не могла больше смотреть в них и отвернулась.

– Лерой…

– Уйди уже, – огрызнулась она устало. – Дай отдохнуть.

Она еще ниже опустила голову и тут ощутила, как губы коснулись ее виска. Это было так неожиданно, что она даже толком не успела ничего понять.

Стук в дверь спас ее от обязанности как-то на это реагировать.

– У нас новое убийство, – ошарашил Биргхир. – Реми, за мной.

Эбби торопливо сползла с постели и одернула мятую грязную юбку.

– Я с вами.

Люциус окинул ее взглядом, но не стал возражать, что уже было большим шагом вперед в их отношениях. Эбби замерла над осточертевшими туфлями и, надеясь, что никто не заметит, пинком отправила их под кровать.

Слышно было, что в обоих залах уже работали слуги, последние гости успели разойтись, только в гостиной, как сказал Биргхир, оставались родственники убитой. Эбби было тяжело поспевать за своими стремительными спутниками, болела подвернутая нога, но она успела влезть вместо парадно-пыточных туфель в свои удобные ботиночки, все равно под подолом платья их никто не увидит.

Они не стали спускаться, что странно, прошли мимо лестницы. В этом крыле располагались личные комнаты членов семьи. Выходит, убийца явился сюда по душу одного из Инг-Мари, скорее всего Кристин.

– Если вы не передумали, – мрачно сказал Биргхир и открыл дверь.

Эбби сразу почувствовала запах крови, и колени у нее сделались ватными. Реми поддержал ее под руку, но она все равно вошла и увидела труп.

Он висел на стене, пришпиленный к ней за руки двумя серебряными столовыми ножами.

– О… – выдохнула Эбби и крепко вцепилась в Реми. – О нет…

Кровь запеклась на серой коже тонкими темными нитями, голова безвольно привалилась к плечу, и блеклые глаза смотрели в никуда. Нет, они смотрели точно на Эбби.

– Она мне сказала… – Эбби закашлялась, не сумев с первого раза справиться с голосом. – Сказала, что не пройдет и трех дней, как я загляну в глаза смерти.

– Она была баньши, они предчувствуют смерть, – сказал Люциус и подошел к телу бедняжки. – Почему он просто не бросил тело, как все предыдущие? Почему сделал с ним такое?

Эбби переглянулась с Реми.

– Потому что хотел этим что-то сказать? – предположила она.

– Показать свою силу, – добавил он.

Эбби закивала:

– Скорее всего. Убийца понял, что мы его ждем, и продемонстрировал, на что способен.

Биргхир зарычал, стиснул кулаки и, развернувшись, зло процедил:

– Он над нами посмеялся. Человеческий ублюдок! Я сдеру с него кожу и скормлю своим псам.

Его глаза жутко сверкали, и Эбби прижалась поближе к Реми, и он приобнял ее одной рукой за голые плечи.

– Давайте уйдем отсюда и… Лу, может, снять ее?

Он кивнул на убитую девушку, и Эбби была с ним полностью согласна.

– Это место преступления, – с сожалением покачал головой Биргхир. – Я хотел, чтобы вы увидели это в числе первых. Реми, это дерзко с моей стороны, но я надеюсь на твою помощь. Вынужден признать, что мне не понять ход мыслей этого безумца, а ты…

– Достаточно чокнутый, чтобы разобраться в его действиях?

Они посмотрели друг другу в глаза, и Реми медленно кивнул:

– Идем, Лерой. Нам больше нечего здесь делать.

Он отвел ее обратно в ее комнату и собрался было уйти, но Эбби его остановила. Ей вдруг стало страшно оставаться одной после всего того, что она сегодня видела и пережила. Особенно после того, что видела. Реми изумленно замер в шаге от двери.

– Ты уверена? – уточнил он странным голосом. Как будто и правда не верил в услышанное. Эбби быстро кивнула, и фэйри вернулся и сел на постель у изголовья. – Ну если ты хочешь, я подожду, пока ты заснешь.

Эбби понадобилось немного времени, чтобы раздеться, умыться и привести волосы в привычный беспорядок. Потом она вернулась в спальню и застала Реми на том же месте и все в той же позе. Он рассеянно улыбнулся, но глаза его оставались грустными, а взгляд отстраненным. Это было так не похоже на беззаботного ехидного снежного эльфа, каким он представлялся Эбби.

– Ты не думаешь, что он вернется закончить начатое? – спросила Эбби, устраиваясь на боку и по самый подбородок укрываясь одеялом.

В полумраке комнаты оживали страхи, запах крови мерещился сквозь аромат ночных цветов. Эбби хотелось стать маленькой и незаметной, чтобы оказаться подальше от всего этого кошмара, в который завело их случайное расследование. И ее по-детски эгоистичное желание показать всем, чего она стоит. Но она даже не думала, что ради удовлетворения ее амбиций кому-то придется умирать, пусть и не людям.

– Спи, Лерой, – мягко ответил Реми. – Лу с этим разберется, а тебе просто нужно выспаться.

– Я не хочу спать, – солгала Эбби, и челюсть свело от сдерживаемого зевка.

– Обманывать нехорошо, – пожурил ее Реми.

Эбби показала бы ему язык, но не хотелось лишний раз шевелиться. Она всего на секунду прикрыла глаза, но снова открыть их сил уже не хватило.

– Ты не уходи… – попросила она, проваливаясь в сон, и почувствовала, как рядом с ней проминается перина и теплое тело прижимается к ней, грея даже сквозь одеяло. Только после этого она смогла позволить себе окончательно заснуть.

Рано утром Эбби проснулась в постели одна, от ночных переживаний осталось лишь тревожное послевкусие. До гонга, оповещающего о завтраке, она успела от души поплескаться в ванне, одеться и даже немного постоять на балконе, любуясь непривычным видом темного, строгого, но все равно завораживающе красивого города.

Завтрак подали ей одной, не пришел даже Реми. Близнецы наверняка были под неусыпным надзором, Эмиль с Биргхиром разбирались со вчерашним… происшествием. А вот куда пропал Реми? Эбби перевела взгляд на еду и невольно улыбнулась. Толстенные сэндвичи с курицей, сыром, помидорами и зеленью. Все как она любит, не иначе, привет от Реми. Эбби с аппетитом перекусила, выпила чаю, а потом в столовую вошел лакей с конвертом на подносе.

– Это принесли для вас.

Эбби вскрыла письмо и пробежалась взглядом по коротким строкам.

– Где Реми? – спросила она, едва закончила. – А, ладно. Сама найду.

Она вскочила и без промедления отправилась на поиски, однако в доме его вообще не оказалось, и никто не мог точно сказать, когда видел его в последний раз и куда он мог деться. Эбби вернулась в свою комнату и, выдрав из блокнота страницу, написала на ней, что возвращается в Акерли.

На улице у задней калитки ее дожидался Эйс, помощник доктора Ки. Парнишка нервничал, переминался с ноги на ногу, но, увидев Эбби, выдохнул.

– Хорошо, что с вами все в порядке, мисс, – сказал он искренне. – Я слышал, та еще была заварушка, да?

– Да, – эхом отозвалась Эбби. – Та еще заварушка.

– Мисс Костин ждет вас у пропускного пункта. Давайте поспешим, иначе она мне не заплатит.

Эбби позавидовала его простым проблемам.

– На чем ты добрался сюда?

Эйс кивнул назад, и Эбби увидела стоящую за калиткой двуколку, которая очень быстро домчала их до разделительной черты. Вернувшись в родной город, Эбби едва не начала целовать землю под ногами, отвлек только новенький автомобиль, припаркованный неподалеку. Эйс протянул руку, и в его ладонь легли помятые банкноты. Эбби подошла следом и заглянула в салон.

– Доброе утро, мисс Лерой, – поприветствовала ее Джейн. – Вы пришли даже быстрее, чем я рассчитывала.

– Однако вы уже на месте и ждете. И обещали заплатить Эйсу, когда он приведет меня. – Эбби выпрямилась. – Вы прекрасно знали, что я кинусь к вам по первому зову.

– Знала, – довольно кивнула магичка. – Садитесь, расскажу по дороге.

Эбби заняла место рядом с водительским, и Джейн завела мотор. Минуты три она молчала, и Эбби тоже ничего не говорила. Ждала.

– И вы не спросите меня, куда я вас везу? – наконец поинтересовалась Джейн.

– Один мой знакомый научил меня тому, что можно задать хоть десять вопросов, но если сразу не сказали правду, то ее и не дождешься.

– Знакомый фэйри?

– Да.

– Это на них похоже.

Джейн резко вывернула руль, и Эбби вцепилась в ремень безопасности. Машина остановилась, и Джейн достала из сумочки портсигар.

– Я закурю? – И, не дожидаясь ответа, чиркнула зажигалкой. – Я поработала над вашим кристаллом телепорта и могу с определенной долей уверенности сказать, что вычислю точки, в которые он вел.

– Правда?! – Эбби не верила своему счастью. – Что для этого нужно?

– Отправиться на то место, где вы его нашли.

Видеться с госпожой Девиш, наверняка не очень довольной нанятыми сыщиками, не хотелось, но Эбби продиктовала адрес. Спустя четверть часа они уже подъехали к нужному дому. Джейн решительно постучала в дверь и принялась что-то серьезно втолковывать растерянной хозяйке, пока та не кивнула и не протянула ей ключи.

– Что вы ей сказали? – поинтересовалась Эбби, наблюдая за тем, как Джейн отпирает дверь подвала.

– Объяснила ей, как будут развиваться события после того, как она вызовет полицию.

– То есть вы ей угрожали?

Джейн жестко усмехнулась, поправила очки и кивнула на дверь. Эбби нахмурилась, но шагнула в темный проем, пробормотав тихо:

– Если нас поймают…

– «Если» бесполезное слово, – парировала магичка и вошла следом. – Советую вам забыть про него, если планируете дожить до конца этой истории.

– Вы и мне угрожаете? – удивилась Эбби.

Джейн обошла ее, сняла со стены керосиновый фонарь, зажгла его и спустилась вниз по ступеням. Эбби совершенно не понимала, что на уме у этой женщины, и надеялась, что они на одной стороне, иначе придется худо. С магом помощнику инспектора миграционного надзора не тягаться.

В подвале было темно, разбитая лампочка под потолком торчала из патрона острыми гранями. Только стеллажи с бутылками оставались прежними, похоже, что даже отсутствие нормального освещения не могло остановить госпожу Девиш на пути к обогащению. Джейн безошибочно нашла место, откуда телепортировались Эбби с Реми, подобрала юбку на бедрах и опустилась на колени. Стоит сказать, что, несмотря на жару, она ходила в чулках, темной юбке-карандаше и белой строгой блузке, будто только что вышла из офиса.

– Присядьте. Я не люблю, когда надо мной нависают во время работы, – попросила она, не поднимая головы.

Перед собой она разложила карту Акерли и окрестностей, довольно подробную. На ней красным цветом было отмечено их нынешнее местоположение. Эбби опустилась на колени, и неровный бетонный пол впился в колени мелкими выбоинками. Джейн бросила на карту обгоревший кристалл и занесла над ним ладонь. Красные губы зашевелились, но Эбби, как ни старалась, не смогла разобрать ни слова. Пальцы Джейн подрагивали, по виску скатилась маленькая капелька пота.

А потом кристалл задвигался.

Джейн активнее зашевелила губами, затем резко стиснула зубы и сжала пальцы в кулак. Дернула рукой, кристалл покатился по карте, оставляя за собой светящийся след, быстро гаснущий, будто впитываясь в бумагу.

– Запоминайте! – выкрикнула магичка, и Эбби приникла к карте.

Гровер-стрит, Эддисон-авеню, Лейворн-парк…

Светящаяся линия петляла, и Эбби мысленно представляла себе места, на которых кристалл замирал, прежде чем покатиться дальше. Она очень боялась оказаться невнимательной, пропустить что-то или перепутать названия, но записать было не на чем, да и некогда. Когда кристалл остановился, Джейн резко выдохнула, отпрянула, и карта вспыхнула ярким пламенем и сгорела за считаные секунды. Эбби едва успела закрыть лицо руками.

– Отлично, – резюмировала Джейн спокойно. – Надеюсь, нам не придется сильно петлять. У меня осталось мало горючего.

Она изящно поднялась, оправила юбку и отряхнула пыльные колени. Эбби тряхнула головой, и с челки осыпался пепел.

Так началось их скоростное путешествие по Акерли.

– Я только одного не понимаю, – призналась Эбби, едва они тронулись. – Почему именно подвал? И почему этот, а не какой-то другой? Это тоже одно из загадочных правил магии?

Джейн только усмехнулась.

– Дело случая, не более. Этот ваш маг мог выбрать любое место, какое ему вздумалось бы. Если ему чем-то приглянулся конкретно этот подвал, то, возможно, у него были вполне обычные банальные причины. Живет рядом, знаком с хозяйкой, забрел случайно и остался. На этот вопрос может ответить только он сам. Нет никаких правил, мисс Лерой.

Эбби кивнула, и Джейн сосредоточилась на дороге. Стоит признать, водила она неплохо, но слишком быстро, и даже спешка не оправдывала ее лихачества. Эбби вжалась в сиденье – писать на такой скорости было невозможно, но она все равно достала блокнот, чтобы сделать хотя бы схематические пометки. И тут же столкнулась с трудностями. Она не помнила второй точки.

– Куда дальше?

Эбби растерянно уставилась на пустую страницу.

– Куда? – повторила Джейн и без предупреждения ударила по тормозам. – В бардачке есть дорожная карта. Воспользуйтесь ей.

Она не демонстрировала раздражения, но у Эбби сложилось мнение, что малейшее промедление выводит ее из себя. У этой женщины были свои причины найти мага, убивающего фэйри, и Эбби подумалось, что лучше узнать эту причину. Кто знает, нужно ли им одно и то же или в любой момент они могут стать соперниками.

– Сюда. – Эбби ткнула пальцем в начало Честер-Лэйн. – Здесь должен быть храм Седьмого дня.

Джейн бросила быстрый взгляд на карту, потом снова нажала на газ. Машина тронулась с места, и Эбби с облегчением выдохнула. Зрительная память не подвела, хотя масштаб карт немного различался. Храм Седьмого дня служил местом встречи приверженцев одной из безобидных религиозных сект. По большей части они собирались вместе, пели песни, общались на философские темы и ходили друг к другу на воскресные обеды. Утром вторника здание должно было пустовать, так что Эбби не сильно волновалась по этому поводу. Гораздо больше ее заботила вероятность встретить опасного мага прямо тут, между рядами деревянных скамеек, потому что Эбби решительно не представляла себе, что тогда будет делать.

Зато, похоже, отлично представляла себе Джейн Костин.

Двери храма были заперты, но Джейн коснулась замка, и тот открылся.

– Взлом с проникновением, – прокомментировала Эбби, но сама же быстро прошмыгнула внутрь.

За следующими дверьми скрывалось основное помещение храма – узкое и длинное, с двумя рядами двухместных скамеек. Впереди, как догадывалась не слишком религиозная Эбби, было что-то вроде алтаря, если у секты Седьмого дня службы проходили так же, как у большинства религиозных организаций. По обеим сторонам от алтаря стояли массивные колонны, оплетенные живыми вьюнками, что выглядело весьма необычно и примечательно. И никаких изображений, свечей и прочей атрибутики, только на стенах скобы для факелов.

– Странное место, – сказала она, и эхо разнесло ее голос по пустому храму.

Джейн передернула плечами, тряхнула руками и подняла их раскрытыми ладонями вверх. Эбби пока огляделась, прошла немного вперед – на алтаре что-то блестело.

– Мисс Костин. – Эбби оглянулась, но Джейн стояла с закрытыми глазами. Эбби рискнула сама подойти к алтарю, но там лежало всего лишь маленькое круглое зеркальце.

– Ничего, – сказала Джейн, отряхнула руки и пошла на выход.

В машине Эбби сразу указала следующий пункт, но там их тоже постигла неудача. Джейн Костин была профессиональным магом-поисковиком, но ее способности не желали обнаруживать преступника. На третьей точке, на складе магазина игрушек, магичка заподозрила неладное.

– Тут два варианта, – сказала она. – Либо вы неверно указываете направление, либо этот маг позаботился об экране.

– Об экране? – переспросила Эбби.

– Экранировал следы своей деятельности, чтобы никто не мог отправиться по его следу, – ответила Джейн, к концу фразы окончательно впав в задумчивость. Среди плюшевых мишек и зайцев ее строгая черно-белая фигура смотрелась странно, как-то неуместно.

Эбби показалось, что она нашла ответ. Но тут же забыла.

Джейн выглядела неуместно. Эбби осмотрелась – игрушки, куклы, резиновые мячи. Джейн в одежде офисного работника и в очках в роговой оправе. Плюшевые мишки. Джейн.

Эбби вернулась мыслями на две предыдущие точки. Что там было так же неправильно?

– Мисс Костин, – позвала она. – А что нужно для экрана?

– Вещь из подходящего материала. Металла, камня или других природных минералов. На ней замыкается магическое действие. Это сложно, к тому же мне нельзя об этом распространяться.

Не очень верилось, что для этой женщины вообще существует слово «нельзя», но она была права – магия находилась под жестким контролем соответствующих органов, и просто так разбрасываться ею направо и налево могло быть чревато неприятными последствиями.

– Но почему вы спросили? – насторожилась Джейн и прищурилась. – Вы что-то знаете? Говорите, от этого зависит исход нашего дела.

– В храме я видела зеркальце, оно лежало на алтаре, – призналась Эбби. – Ведь это же странно, не так ли? Мне кажется, что оно было серебряным.

– Серебро, – пробормотала магичка. – Отражающая серебряная поверхность. Хитро! Как это хитро! Ищите.

И сама начала рыться в залежах игрушек. Теперь-то их присутствие явно будет заметно, несмотря на то, что слабенькую магическую защиту Джейн обезвредила буквально одним пальцем.

Эбби присоединилась к поискам. В коробке с маленькими тряпочными кроликами она нашла что-то твердое и чуть не порезалась.

– Ай! – вскрикнула она и достала предмет со дна коробки. – Смотрите! Это может быть оно?

Осколок толстого бутылочного стекла пропорол кожу, и на нем яркими пятнами выделялись рубиновые крапинки крови. Джейн осторожно двумя пальцами взяла его и поднесла к глазам, глянув на него поверх очков.

– Очень интересно, – сказала она скучающим голосом. – Он не оригинален, скажу я вам. Дайте пять минут, я найду его.

Она закрыла глаза и начала как бы ощупывать пространство раскрытой ладонью. Эбби была менее занята, поэтому первой услышала шум за стенами склада. Подбежала к двери, припала ухом – так и есть. Кто-то шел прямиком сюда.

– Мисс Костин. Мисс… Джейн!

Она дрогнула и нехотя открыла глаза.

– Что еще?

Эбби рассказала про услышанное.

– Так что вылезаем через окно. Я видела там дальше, в соседнем помещении. Давайте-давайте, – поторопила Эбби, уж ей-то было не привыкать лазить через окна. К чести Джейн, она не стала строить из себя кисейную барышню и даже не пожалела явно дорогих чулок, впрочем, им сегодня и без того досталось. Эбби быстро справилась с задвижкой и подняла раму вверх, закрепила.

– Вы первая, – сказала она и помогла Джейн подняться к узкому подоконнику по приставленному колченогому стулу. Конструкция дрожала и раскачивалась, Эбби не хотелось думать о том, как она упадет, если ножки не выдержат. Высокая и фигуристая женщина едва не застряла, но все-таки смогла выкарабкаться на свободу и где-то там довольно болезненно грохнуться на землю. Владельцы склада уже, судя по звуку, возились с ключами. Эбби быстро прикрыла за собой дверь, вернулась к окну и ужом просочилась наружу. Упала тоже не слишком удачно, но хотя бы ничего не порвала и не сломала.

– Сюда, – позвала Джейн, и Эбби выбралась через кусты на проезжую часть, где магичка оставила машину.

– Вы в порядке? – спросила Эбби.

– Спросите это у моих чулок, – ответила Джейн и завела машину.

Дальше уже она указывала направление. Магический след вел ее куда увереннее, чем до этого Эбби, они все больше удалялись от центра города. Эбби нечасто приходилось быть на южной окраине Акерли, где двухэтажные беленые домики уступали место невысоким баракам, зелени становилось все меньше и меньше, а людей в будний день будто не было вовсе. Здесь ютились работяги, которым жилье в других районах было не по карману.

Джейн припарковала машину, вылезла и осмотрелась. Солнце уже вовсю палило с пронзительно-голубого неба, ни облачка, ни даже намека на него. В знойном мареве не летали даже птицы, и Эбби прикрыла глаза ладонью, защищаясь от света.

– До обеда управимся, – сказала Джейн, будто отвечая на собственный невысказанный вопрос, и уверенно пошла куда-то дальше по улице.

Мусорные контейнеры здесь, похоже, опустошались нечасто, в душном воздухе витали неаппетитные ароматы свалки. Эбби догнала магичку, на ходу изучая карту – выходило, что этот пункт она пропустила, и, если бы не Джейн, они бы сюда не приехали.

Костин привела ее к старому дому, обшитому потемневшими досками. Металлическая крыша местами прогнила, не во всех окнах стекла были целы, и из темных, ощерившихся осколками провалов глядела тьма.

– Он был здесь недавно. – Джейн толкнула рассохшуюся калитку, и та едва не рухнула. – Будьте осторожны.

Эбби переступила через доску, отвалившуюся от забора, прошла по заросшей тропинке к покосившемуся крыльцу и поняла, к чему было это предупреждение. Ступени выглядели до того хрупко, что на них было страшно наступать. Эбби не обнаружила замка и вошла внутрь дома. Сразу стало холодно и неприятно, сумрак показался кромешной тьмой. Каблуки Джейн процокали рядом, и магичка деловито начала обходить комнату за комнатой, а вот Эбби растерялась. Не то чтобы она боялась или что-то такое, просто влажная прохлада пустого старого дома словно взяла ее в тиски. Дышать было нечем, воздуха не хватало. Она положила ладонь на грудь и почувствовала, как часто и неровно бьется сердце.

– Это просто заброшенный дом, – сказала себе Эбби и постаралась отбросить все посторонние мысли. Ее татуировка не подавала никаких сигналов об опасности, наверное, и тут не найдется ничего, что привело бы их к магу-убийце.

Подумав о нем в таком свете, Эбби поспешила догнать Джейн, просто на всякий случай.

В соседней комнате прежде располагалась кухня или что-то подобное. Широкое окно без стекол выходило во внутренний дворик, почти полностью скрытый зарослями молодого клена и сорной травой. Стол покрывал слой пыли в палец толщиной, как и пол, в углах мотались гроздья паутины. Эбби ничего не стала трогать, только зачем-то заглянула под стол, спугнув крохотную мышку. Выпрямилась, бросила еще один беглый взгляд в окно и, уже выходя, почувствовала, как порыв ветра с улицы ерошит короткие волосы на затылке. Эбби поежилась и ускорила шаг.

В следующем помещении тоже не было ничего интересного, только пустой шкаф с раскрытыми створками, металлический остов кровати и стопка газет в углу. Эбби обошла комнату, выглянула в окно и остановилась возле газет. Они казались очень старыми, влажными и обгрызенными мышами. Но среди них торчал уголок с датой, и Эбби присела на корточки, двумя пальцами осторожно вытягивая его из общей кучи.

Вечерний выпуск «Акерли-Ньюс».

– Джейн! – Эбби вскочила, ощущая, как липкий ужас хватает за горло. – Джейн!..

У ужаса были горячие влажные руки и очень крепкая хватка. Эбби замычала, но ладонь плотно закрывала рот, и Эбби могла только испуганно вращать глазами. Мысли о сопротивлении даже не появилось. А когда она все-таки попыталась ударить нападавшего ногой, яркая вспышка портала унесла ее прочь из старого пугающего дома…

Дрожащий свет свечей проникал даже сквозь опущенные веки. Сознание прояснилось, но Эбби не спешила показывать этого и продолжила лежать без движения, надеясь, что ставшее слишком прерывистым дыхание ее не выдаст. Все ее чувства обострились – она ощущала, как изменился запах, стал более сырым и тяжелым. Ощущала холод, совсем не похожий на гуляющий по пустым комнатам сквозняк, и жар от множества горящих свечей. Все еще не открывая глаз, она попыталась представить, куда ее занесло, пока на ум не пришло еще довольно свежее воспоминание – подземелье фэйри. От страха снова там оказаться Эбби все-таки дернулась и распахнула глаза.

В первую секунду показалось, что ее догадка верна, но, к счастью или нет, это было другое, но тоже подземелье. Точнее пока не скажешь, но то, что помещение находилось ниже уровня земли, чувствовалось довольно сильно.

Эбби повернула голову, но со своего положения видела немного, к тому же непривычный свет от живого огня не давал сосредоточиться на деталях. А свечи были везде, горели в канделябрах, торчали из восковых наростов на полу и на металлических полках, прибитых к стенам. Недалеко от кровати лежали книги и тетради, сгруженные неаккуратными стопками. А потом Эбби увидела человека. Он сидел спиной к ней за письменным столом. Рядом с ним стоял медный подсвечник с наполовину сгоревшей свечой. Капля воска стекла по свечному боку и застыла, так и не капнув на столешницу. Эбби затаила дыхание. Медленно, почти беззвучно, села, спустила на пол ноги. Рядом, не иначе как подарок судьбы, обнаружился пустой канделябр, и Эбби вооружилась им. Не больше десятка шагов разделяло их с похитителем, так беспечно увлеченным чем-то. Эбби занесла над головой подсвечник, и тут маг выпрямился, развернулся и, молниеносно вскочив, перехватил ее руки.

Эбби вскрикнула, но страх придал сил. Она пнула мужчину по колену и попыталась ударить локтем в лицо. Почти получилось.

– Пусти! – зашипела она от боли в вывернутой руке.

Миг – и подсвечник выпадает из ослабевших пальцев, а сама Эбби уже не может вырваться из захвата.

– Ты же не думала, что я дам тебе себя убить?

Эбби, до этого отчаянно пытавшаяся вырваться, замерла.

Этот голос… Этот едва уловимый запах… Если ей это лишь мерещится, то она готова была обманываться сколько угодно. Раньше. Но она уже изменилась.

– Кто ты?

Она настороженно обернулась, но лицо мага, стоявшего за ее спиной и по-прежнему выворачивающего ей руки, скрывал глубокий капюшон. Эбби зло дернулась.

– Я спросила, кто ты?

Маг отошел на шаг, и Эбби пошевелила затекшими руками.

– Я правда не хотел, чтобы все вышло так, – сказал Дэниэл и скинул капюшон. – Прости, Эбби.

«Прости, Эбби».

Ей хотелось рассмеяться, но вместо смеха из горла вырвался сухой, как воронье карканье, хрип. Она откашлялась, но жжение никуда не исчезло, и Эбби вдруг поняла, что плачет. Слезы крупными каплями срывались с ресниц, заливали щеки, а она даже не почувствовала.

Как она вообще могла что-то чувствовать, с дважды разбитым сердцем?

– Эбби, я…

– Не трожь! – заорала она, отпрянула и едва не упала. Ее начало колотить, воздух застревал в горле. Дэниэл, ее Дэниэл, которого она два года оплакивала, память о котором не давала ей начать жизнь с чистого листа, просил у нее прощения. За что? За то, что позволил ей считать себя мертвым?

– Я ждала тебя, – выдавила она, но голос словно ей не принадлежал. – Я… Я купила платье. Платье, Дэниэл. Для нашей свадьбы. Ты помнишь про нашу свадьбу?

Она все-таки смогла на него посмотреть и сквозь мутную пелену перед глазами разглядела знакомые черты. Широкие скулы, нос с легкой горбинкой, левая бровь рассечена, и остался шрамик, который так и не зарос. Не красавец, но с такой улыбкой, что невозможно не улыбнуться в ответ.

Эбби и улыбнулась, но вышла не улыбка – кривая жалкая гримаса.

– Просто скажи… зачем?

Дэниэл нахмурился – ни следа от прежнего добродушия.

– Я догадывался, что рано или поздно ты узнаешь. Но не так. Пойми, Эбби, я ни за что не бросил бы тебя одну без причины. Просто поверь мне, это было необходимо. Так…

– Лучше для всех? Для меня? Или для тебя?

Каждое его слово будто дышало ложью. Все это было так заезжено, словно подсмотрено в бульварном романе. «Я бы никогда», «были причины», «так будет лучше». Эбби даже обиды не чувствовала, только разочарование и злость. Другие чувства – горе, отчаяние, глухую тоску, смирение – она уже пережила. Пришло время злиться, ведь злость придает сил. Без них она сломается в тот же миг, как сухая веточка.

– Эбби. – Он протянул к ней руку, но пальцы схватили лишь воздух. Серые глаза потемнели. – Я должен извиниться, я извинился. Я не хотел причинять тебе боль, но большего сказать все равно не могу. Это не то, что тебе нужно знать.

Она закусила губу и попятилась еще немного.

– И ты не скажешь, как убивал всех этих фэйри?

– И об этом ты тоже знаешь, – сразу погрустнел Дэниэл и снова накинул капюшон. – Ну конечно, иначе ты бы не отправилась в погоню. Кстати, поздравляю, вы проделали отличную работу, даже избавились от моих экранов. Но этого недостаточно. Я вынужден положить этому конец.

Эбби не понравилось, как прозвучал его голос, холодно, чуждо. Это не ее любимый человек. Кто угодно, но только не он. Глаза той мертвой баньши, которые она не могла забыть, смотрели на нее с того света. Они молили об отмщении.

– Меня ты тоже убьешь? – спросила Эбби, продолжая пятиться. План был спонтанный, рискованный, нет, даже самоубийственный. Нужно заставить его говорить, отвлечь хоть ненадолго. – Меня будут искать. Джейн наверняка уже обнаружила пропажу. Она поисковик, чтоб ты знал, и у нее на тебя зуб.

– За это можешь не переживать, она нас не найдет, – улыбнулся Дэниэл. – Дело в том, милая, что я не использовал телепорт.

Он сунул руку в карман, и Эбби рванула назад и повалила на книжные завалы столько свечей, сколько смогла за один раз. Бумага весело занялась.

– Нет! – неожиданно не своим голосом завопил Дэниэл. – Нет! Что ты… В сторону!

Он бросился вперед, схватил Эбби за плечи, грубо отшвырнул к стене и принялся суетливо тушить огонь, от испуга даже не воспользовавшись магией. У Эбби был шанс напасть еще раз, и увлеченный тушением пожара мужчина не успел бы защититься. Подсвечник валялся совсем рядом, у ног, и Эбби поднялась с пола, нависнув над ним. Нужно только поднять его и как следует размахнуться…

– Нет… – бормотал Дэниэл потерянно. – Что ты наделала… Что ты наделала…

Эбби так и не нашла в себе решимости снова взяться за оружие, просто отошла назад. И на том месте, где она только что стояла, возникло золотистое свечение, принявшее облик двух человеческих фигур – Джейн Костин и…

– Реми?!

Инг-Мари безошибочно повернулся сразу к Дэниэлу, и по его распущенным волосам пробежали зеленые искорки магии. Не тратя ни секунды, фэйри бросился в атаку.

– Нет! Стойте! – закричала Эбби. – Прекратите же!

Джейн кинулась к огню, быстро погасила его и принялась рыться в полуобгоревших бумагах. Холод, исходящий от Реми, оседал на коже инеем, свечи погасли, и темноту подземелья разрывали лишь всполохи магических атак – зеленые и синие. Эбби готова была разрыдаться от отчаяния, ее не слышали, игнорировали ее крики.

– Перестаньте! – повторяла она, срывая голос. – Стойте!

Мощный магический импульс толкнул Реми прямиком на Джейн, и оба они покатились по полу. Магичка вскочила проворно, как кошка, спихнув фэйри с себя. Этого промедления хватило Дэниэлу, чтобы активировать портал. Одна Эбби видела, как он, прежде чем исчезнуть, бросил на нее такой взгляд, что защемило сердце. И он говорил лучше всех фальшивых объяснений, что она успела услышать.

– Ушел, засранец, – эмоционально высказалась Джейн. – Это все ты виноват!

Она ткнула пальцем в Реми.

– Если бы ты мне помогала, а не отсиживалась в сторонке, он бы не убежал, – парировал Реми.

– Ты бесполезен, мне не нужно было брать тебя с собой.

– Ты вообще палец о палец не ударила.

– Все беды от фэйри, – процедила Джейн. – Я проделала такую работу, а ты все испортил.

Эбби больше не могла их слушать. Села на корточки и закрыла уши руками. Сквозь ладони пробивался громкий голос Джейн, сочащийся ядом. Эбби хотелось спрятаться, исчезнуть. Представить, что все это происходит не с ней.

– Лерой?

Она замотала головой, для верности зажмурив глаза. Это не с ней. Какой-то бред, не имеющий к ней отношения. Слишком для нее, она не заслужила…

– Лерой… Эбби.

Она вскинулась, услышав свое имя, и слезы против воли хлынули из глаз. Она позволила обнять себя и поднять на руки, не потому что не могла встать сама – просто ей вдруг захотелось стать слабой и беззащитной, какой она на самом деле всегда и была.

Не было больше телепортов, Реми поднял Эбби наверх по лестнице, которая оказалась искусно встроена в крышку люка над головой и открывалась автоматически. Дэниэл не солгал, они и правда никуда не перемещались, просто спустились вниз, в подвал дома. Джейн бы не догадалась, по крайней мере, не сразу, ведь она привыкла решать вопросы магией, и такая примитивная идея ей бы просто не пришла в голову.

Эбби попросила поставить ее на ноги и сама пошла к выходу, пошатываясь и едва не врезаясь в углы. В голове было пусто, казалось, что оттуда исчезли разом все мысли и чувства, Эбби ощущала себя легкой, как воздушный шарик, и ее трепало по ветру. Попыток Реми себя поддержать она даже не замечала, пока не споткнулась на прогнивших ступенях.

– Хватит, – сказал Реми и рывком поднял ее на руки. – Мы возвращаемся домой.

В какой именно дом, хотела уточнить Эбби, но в последний момент передумала. Какая вообще разница? Ее дом должен был быть там, где Дэниэл. Все остальное не имеет значения.

Не имеет значения.

Их подвезло такси, Джейн не осталась ни на минуту в их обществе, только шины проскрипели.

– О чем ты думала, когда полетела навстречу опасности сломя голову и без меня? – спросил Реми.

Эбби смотрела в окно и не хотела ни с кем разговаривать. Ее все больше охватывала апатия. Как будто в том подвале она выбросила все свои силы, всю энергию, и заряда хватало лишь на то, чтобы моргать и дышать. В мозгу крутилась одна-единственная фраза:

«Прости, Эбби».

Как будто одна фраза могла изменить все, стереть из жизни два мучительных одиноких года, за которые она прошла через ад. Эбби простила бы, но это все равно будет ложью, потому что она не могла. Хотела простить, но не могла. Не сейчас.

– Лерой.

Эбби с трудом оторвала взгляд от окна и сфокусировала его на фэйри. Как же он все-таки не похож на Дэниэла, совсем другие черты, такие мягкие, правильные, симметричные, взгляд открытый, смелый. Красивое, нечеловеческое лицо. И почему-то Эбби становилось спокойнее, когда она на него смотрела, и это было неправильно.

– Лерой, ты должна мне все рассказать.

Эбби снова отвела взгляд, и тогда Реми взял ее за руку. Не за запястье, как он любил хватать в очередном безумном порыве, не за локоть, а сжал в ладони ее пальцы. От прилива странной нежности Эбби всхлипнула.

– Ну ты чего? – совсем по-человечески растерялся Реми, даже немного занервничал. – Ты только не плачь. Ума не приложу, что делать с плачущими девушками.

– Врешь, – буркнула Эбби. И даже не сорвалась на хрип.

– Вот ни разу, – притворно обиделся Реми. – Я всегда кристально честен, даже когда вру. Точнее, я же никогда не вру. Забудь, что я только что сказал.

Эбби улыбнулась, а Реми ведь только этого и добивался. Но губы тут же задрожали, и в голубых глазах Реми заплескался ужас.

– Нет! Лерой, не надо плакать. Что мне сделать? Просто скажи, что мне нужно сделать.

Эбби глубоко вдохнула, выдохнула и попросила:

– Обними меня.

Объятия Реми были горячими и уютными, запах волос – приятным и сладким. Эбби прижалась к фэйри и положила голову ему на плечо. Хотелось чувствовать себя защищенной, и Реми давал ей это ощущение.

– Приехали, – сказал он вскоре, и Эбби посмотрела на дом. Кухонное окно было открыто, в нем виднелась миссис Маккензи, в этот час наверняка занятая приготовлением обеда. Будет неловко, если она увидит Эбби в таком виде. И сам факт того, что это ее волновало, немного радовал.

– Хочешь, я помогу? – неловко предложил Реми и, не выслушав ответа, выскочил из машины, обежал ее и распахнул дверцу. – Давай руку.

– Я сама.

Эбби выбралась из машины и пошла прямиком к крыльцу. Если бы она позволила Реми снова себя коснуться, то не смогла бы отпустить.

– Но ты ведь мне расскажешь? – бросил он ей в спину, и Эбби ускорила шаг, скрываясь за дверью.

Прижавшись к ней с той стороны, она едва смогла унять бешеное сердцебиение. С кухни слышались уютные звуки – звон посуды, журчание воды из крана. Эбби прижала руку к губам, но не помогло. Ее буквально раздирало на части. Если она срочно что-нибудь не сделает, то взорвется.

Она распахнула дверь и бросилась к Реми, все еще стоявшему у калитки, и крепко обняла за шею.

– Лерой…

Она уткнулась носом ему в шею, и он понятливо замолчал. Эбби позволила слезам свободно стекать по щекам, пока их все равно никто не видит. Если бы через них она могла выпустить и всю свою боль, но так не бывает. Она еще раз крепко сжала Реми в объятиях, а потом так же внезапно отстранилась и бегом вернулась в дом. Уже закрывая дверь, она услышала его крик:

– Я спасу тебя, Лерой! Слышишь? Я тебя спасу!

Это звучало глупо, он даже не знал толком, что произошло, но… Но Эбби ему верила. Ей больше некому было верить, и Реми стал единственным, кому она могла довериться.

Когда миссис Маккензи выглянула из кухни на стук двери, то уже никого не увидела.

Эбби поднялась наверх и заперлась в своей комнате, где все вдруг стало напоминать ей о Дэниэле, а в первую очередь – фоторамка на тумбочке. Эбби протянула руку убрать ее, но вдруг передумала. Дело не в фото и не в вещах, подаренных Дэниэлом или купленных ею для него. Дело в том, что он позволил ей поверить в свою смерть. Это самое страшное, что только можно было придумать.

Она прошлась по комнате, задернула шторы и случайно оказалась возле бельевого шкафа, в котором, она прекрасно помнила, пряталась самая важная для нее вещь и самая неприятная. Эбби раскрыла дверцы, опустилась на колени и достала большую белую картонную коробку. Под крышкой скрывались подвенечное платье и фата, и Эбби достала их. Дорогая ткань кипенно-белого цвета приятно холодила кожу, кружево шуршало, распрямляясь. Эбби медленно разделась, бросая детали одежды прямо на пол, и надела платье. Спустя два года оно стало ей велико, собиралось складками на талии, немного топорщилось в плечах. Она намеренно выбрала скромный фасон с длинными рукавами и кружевом, закрывающим тело от лифа сердечком до жемчужного ободка на шее. Жемчужные пуговицы украшали спину, длинный шлейф струился по полу. Эбби повернулась к зеркалу и закрепила на голове диадему с фатой, накинула белую вуаль на лицо.

Почти настоящая невеста. Только без жениха.

Ногти царапнули зеркальную поверхность. Как жаль, что нельзя выцарапать это изображение из зазеркалья и уничтожить раз и навсегда! Эбби со злостью сорвала с себя фату, скомкала и швырнула в стену. Рухнула на постель и свернулась калачиком, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Может, если она выплачется как следует, все пройдет.

Она уже засыпала, как в дверь постучали, кто-то позвал ее, спросил, все ли в порядке. Эбби не ответила, и стучать прекратили.

«Прости, Эбби».

«Это было необходимо».

Она вцепилась в подушку до боли в скрюченных пальцах. Лучше не станет, сколько ни пытайся объяснить и оправдаться. Уже поздно.

Дэниэл, которого она знала, все-таки умер.