Глава 12. Когда магия идет не по плану

— Какого… демона… — воскликнула я, ощущая, как мои брови буквально взлетают вверх, грозя запутаться в моей же шевелюре. Несколько мгновений ушло на принятие реальности, после чего я подпрыгнула и рванула к столу.

— Стоять! Команды «расти» не было, — ткнув в проекцию демона пальчиком, рявкнула я.

Вот только кто бы ещё меня послушал?! Правильно — никто. Демон рос. Во всех смыслах и очень стремительно. Как булочка на дрожжах, он увеличивался в размерах, издавая странные булькающие звуки и потрескивание льда.

Несмотря на всю сюрреалистичность происходящего, страха не было. Похоже, мой мозг решил устроить забастовку и упорно отказывался верить, что обычная копия — по сути, неживой объект, иллюзия — может мне серьезно навредить. Мне — нет. Но вот хрупкие кристаллы Сель… Они могли пасть жертвой его неуместного, неумолимого роста. Охнув, я бросилась спасать свое сокровище от этого монстра.

— Хватит… Прекрати, я тебе говорю, глыба ледяная! — пыхтела, выхватывая последний кристалл прямо из-под его лапы.

— Тут тесно, — обижено, как мне показалось, проскрежетал голос над моей головой. Знакомо так проскрежетал — прям как утром, когда угрожал. — Ведьма, имей совесть, у меня клаустрофобия.

— Ты, — рявкнула, совершенно не испытывая ни грамма сочувствия к «бедняжке», и вновь ткнула в него пальцем. — Опять запугивать явился? Или явилась? А, бабуль?

— Вредная девчонка, — угрожающе протянул демон и даже в росте замедлился, переводя все свое внимание на меня. Судя по слегка ошарашенному взгляду, отпора он не ожидал. Правда, продлилось это состояние недолго. Через пару мгновений демон опасно сузил глаза и вкрадчиво, с явной угрозой в голосе, проскрежетал: — Я же просил тебя не вмешиваться в это дело.

— И что? — скрестив руки на груди, с вызовом уточнила.

— И то! Не суй свой маленький нос в дела взрослых! — рявкнул он, пытаясь выпрямиться. Ледяные пластины издали нервный скрежет, а из его пасти вырвался страдальческий стон. — Да что же тут так тесно! Смертные… И как только вы помещаетесь в эти демоновы клетки?!

— Так тебя никто и не звал в эту клетку, — хмыкнула я, криво усмехнувшись. — Шел бы туда, от куда явился. А ещё лучше — сразу к демонам на рога. И нос мой не трожь. Куда хочу, туда и сую.

— Ах ты, — разъяренно рыкнул он и двинулся в мою сторону. Я пискнула и, вскинув руки, попыталась развеять проекцию. Но не учла одного: это уже была не просто иллюзия. Это нечто вполне материальное и живое. Соответственно, мое заклинание он полностью проигнорировал.

— Да что ты такое? И от куда взялся на мою голову? — простонала я, с искренним, хотя и немного тревожным интересом наблюдая за бесплодными попытками демона спуститься со стола.

«Какой… крепкий, однако, у меня стол», — с изрядной долей восхищения, смешанного с удивлением, мысленно заключила я. Кто бы ни вселился в мою проекцию, до размеров настоящего демона ему ещё было куда расти. Но, несмотря на это, даже примерно метровая махина весила явно немало. Однако стол мой, родненький, справился с этой непосильной ношей. Ну, пока точно.

Тем временем демон, балансируя на одной ноге, словно начинающий канатоходец, вторую, с грацией слона, медленно попытался спустить вниз. Но, не найдя опоры, резво вернул её на место. Затем поменял ногу и проделал тот же трюк. А когда и вторая нога не нашла опоры под собой, взревел раненой белугой:

— Ахррр. Да как они это делают? — показалось, или в его голосе проскользнули истеричные нотки?

— Молча, — криво усмехнулась я, за что меня наградили очередным рыком. — Ну и чего ты такой нервный?

Ответить он мне не успел, как, впрочем, и спустить свою тушку со стола. В дверь что-то с силой долбануло, да так, что даже мое заклинание тишины вмиг слетело. Вздрогнув от неожиданности, мы на миг замерли, после чего с любопытством оглянулись. Вспышкой пронеслась мысль: «Надо же, как мы, однако, синхронизировались». Но и эта мысль быстро испарилась.

Практически сразу раздался ещё один удар, что по силе явно превосходил своего предшественника. От силы удара на полках обиженно звякнули склянки, и даже пол под ногами мелко задрожал.

— Силен, — прокомментировал вдруг демон, как мне показалось, с одобрением. Знать бы ещё, кто у меня там такой сильный выискался. И смелый. Самоубийца, короче.

Очнувшись от оцепенения, я нахмурилась и, крепко сжав кулаки, направилась к двери, дабы, распахнув её, высказать своё категорическое «фи» в адрес того, кто посмел столь нагло и бесцеремонно посягнуть на мое личное пространство. Не вышло.

Дверь слетела с петель раньше, чем я успела сделать несколько шагов, не дождавшись моего «высочайшего вмешательства». С оглушительным треском она отлетела вглубь лаборатории, обижено звякнула о полку с ретортами и затихла в углу, придавив пару свитков. Краем сознания отметила, что нам с демоном невероятно повезло: будь мое рабочее место чуть правее, мы бы как раз оказались на траектории полета бедной двери. Хотя при таком раскладе бедными были бы уже мы, а не она.

Сглотнув, я непроизвольно икнула и перевела взгляд, полный возмущения и негодования, на фигуру, застывшую в уже пустом проеме. На пороге стоял Арден.

Черная майка обтягивала его фигуру, идеально подчеркивая рельеф мощных мышц. Широкие плечи и массивная грудь создавали впечатление несокрушимой скалы, а рельефные руки с проступающими венами явно говорили о долгих часах изнурительных тренировок. Несколько взъерошенных прядей падали мужчине на лоб, придавая его облику не столько расслабленный, сколько опасно притягательный вид.

Темные глаза пылали гневом, но в их глубине, в едва заметном подергивании скулы, читалось явное беспокойство. Он окинул быстрым взглядом лабораторию — опрокинутый стул, рассыпанные реагенты, осколки кристаллов на полу и снова уставился на меня. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а затем так же резко разжались.

— КЭРРИ! — громогласный рев Ардена разнесся по лаборатории, эхом отразившись от каменных стен.

Понятия не имею, какой смысл был вложен в этот рев, но добился он лишь того, что я в очередной раз икнула и на миг присела, инстинктивно втянув голову в плечи.

Соображай я в тот момент чуть лучше, наверняка бы поняла, что его вопль был вполне ожидаем. А ещё я бы точно уловила: что и вопль, и гнев его направлены не на меня. Однако несколько последних дней выдались слишком выматывающими — как физически, так и морально. Сегодняшний не стал исключением. Да и ночь уже явно полностью вошла в свои права. А это значит, давно стоило отправиться спать, вместо того чтобы насиловать изрядно уставший мозг. В общем, соображала я в этот момент… никак не соображала. По-другому свои дальнейшие действия я просто не могу объяснить.

Гнев Ардена, явно направленный на демона, мой уставший мозг воспринял на свой счёт. Соответственно, к усталости мгновенно добавилась паника: горячая, колючая волна, заставившая сердце заколотиться где-то в горле. Резкое движение назад… и вот я уже чувствую твердую поверхность стола своим копчиком. От столкновения я ахнула, ощутив резкую боль в пояснице, а ножки стола жалобно скрипнули. Сам стол по инерции проехал вперед, соответственно, проехал он вместе с проекцией демона.

— Аккуратней можно, ведьма? — рявкнул из-за спины забытый мною демон, напоминая о себе. Зря он это, конечно, сделал.

Пискнув, неосторожно взмахнула рукой в надежде оттолкнуться от стола и, видимо, сильно махнула, задев что-то твердое и холодное. Оглянувшись, увидела демона: вихри в его ледяных глазах сверкнули в полумраке, а пасть приоткрылась в немом возмущении.

Потеряв равновесие от двух моих резких выпадов, он отчаянно замахал лапами, пытаясь удержать равновесие. Но стол, видимо, окончательно решил, что с него хватит на сегодня такой тяжелой ноши. Подозрительное его покачивание закончилось предсказуемым падением.

— Я же не успел сказа… — на высокой ноте выкрикнул падающий вместе со столом демон. Что он там не успел, я так и не поняла.

С глухим стуком, сопровождаемым пронзительным звоном, ледяная фигура разлетелась на тысячи маленьких осколков. Они брызнули во все стороны, будто замерзшие брызги, и на мгновение повисли в воздухе.

— Упс… — обронила я, округлившимися глазками наблюдая, как последние ледяные пылинки оседают на пол.

Но на этом странности не закончились. Осколки, оживая, словно в них повторно вдохнули жизнь, начали шевелиться. Признаться, в первое мгновение я думала, что у меня уже в глазах все шевелится от усталости и пережитого стресса. Угу, как бы не так. Что меня не глючит, я убедилась довольно быстро. По моей любимой, родненькой лаборатории вперевалку двинулись… тараканы. Огромные, мерзкие, с хитиновыми панцирями, они множились с пугающей скоростью, наползая со всех сторон. Моя ведьмовская кровь закипела от ужаса, а мозг включил режим стихийного бедствия. Что люди делают в момент паники? Правильно. Они либо впадают в ступор, либо бегут, как те самые тараканы.

— А-а-а-а, — завопила на одном дыхании и отпрыгнула в сторону, едва не поскользнувшись на рассыпанной ледяной крошке. Развернулась, чтобы бежать как можно дальше и быстрее, и… с размаху наткнулась на твердую преграду.

Арден так и стоял в проеме, с круглыми глазами наблюдая за творящимся здесь хаосом. Его грудь тяжело вздымалась, а на виске нервно пульсировала венка. Мозг быстро понял: бежать некуда.

От страха я, не раздумывая и, в принципе, не отдавая отчета своим действиям, начала карабкаться на загородившего проход мужчину, как на дерево. Цепляясь за плечи, вцепилась в ткань его майки, ногтями оставляя едва заметные следы на коже. Обхватила ногами его торс в отчаянной попытке вскарабкаться повыше. Да хоть на голову забраться, лишь бы подальше от этих мерзких тварей.

— Кэрри, Огонек мой, посмотри на меня, — доносился голос Ардена, глухой, словно сквозь вату.

Но страх, как липкая паутина, не отпускал. Я продолжала отчаянно пытаться вскарабкаться, судорожно перебирая руками и ногами, хотя толку от этого было немного.

Сильные руки перехватили меня на полпути к «вершине». Но и это до моего мозга дошло не сразу. Одной рукой Арден надежно удерживал меня под попу, а второй зарылся в мои волосы на затылке, мягко, но настойчиво заставляя повернуть голову.

— Тише, тише, Огонек, — его голос вдруг стал глубоким и бархатным, с едва уловимой хрипотцой. — Посмотри на меня. Всё хорошо. Их больше нет.

Сглотнув, не сразу, но мне удалось вычленить главное: тараканов больше нет. Прерывисто вдохнула, осмотрелась и замерла, встретившись с встревоженным взглядом Ардена.

Его ореховые глаза больше не пылали гневом, вернув привычный теплый оттенок. Сейчас они были наполнены искренним беспокойством, а в глубине золотого омута прятались едва заметные смешинки, словно он с трудом сдерживал улыбку, глядя на мое нелепое положение.

— Всё хорошо, — прошептал он, прижимая меня к своей груди. Я расслабилась в надежных, сильных руках, чувствуя, как его губы нежно касаются моих волос. — Как ты?

— Нормально, — отстранилась я от мужчины и прислушалась к себе. Паники уже не было, но дикая усталость давала о себе знать, сотрясая безвольно повисшее тело мелким нервным дрожанием. Очень хотелось провалиться в глубокий сон. Но в целом… относительно ничего. — Спасибо. — тихий шепот сорвался с губ.

Я прерывисто вздохнула, наконец осознав, в каком положении сейчас нахожусь. Стало чуточку стыдно за свою панику. Ладно, очень стыдно. Но фобии не выбирают. Щеки предательски покраснели, и, закусив губу от нахлынувшего вдруг смущения, я попыталась слезть с Ардена.

Неприличная, достаточно провокационная во всех смыслах поза. Сильные, надежные руки, обнимающие меня. Пронзительный взгляд таких притягательных глаз. Все это окунуло меня в водоворот воспоминаний о нашей единственной, пусть и случайной, но безумно страстной ночи.

Врать себе я не могла. Я хотела продолжения… Отчаянно хотела. И… боялась. Сердце забилось чаще, а дыхание участилось, будто сама близость Ардена разжигала во мне пламя, которое я так старательно пыталась потушить.

Арден, словно прочитав мои мысли, а может, просто они были созвучны с его желанием, подался вперед. Его губы встретились с моими. Поцелуй был нежным, но требовательным, дразнящим, пробуждающим скрытые желания. Долгожданным. Как бы я не уговаривала себя, как бы ни настраивала на обратном весь прошедший день. Но он был именно таким: волнующим, обжигающим, сводящим с ума.

Я сама не заметила, как ответила, отдаваясь нахлынувшим чувствам, отдаваясь во власть желанного мужчины. Забывая о тараканах, о стрессе, об усталости. Его руки скользнули по моей спине, притягивая ближе, и мое тело отзывалось на каждое его прикосновение, будто каждая клеточка жаждала его тепла, его силы.

Когда воздух стал заканчиваться, Арден мягко отстранился. Его взгляд вновь встретился с моим, и в нем уже не было ни капли гнева. Лишь нежность и тепло. И ещё что-то, совершенно нечитаемое в моем состоянии.

— Ты все ещё дрожишь, — прошептал он, не сводя с меня взгляда. Судя по промелькнувшему странному блеску, он приурочил мою дрожь к внезапному появлению в моей лаборатории непонятного существа и последующему нашествию тараканов. Не стала его разубеждать. Пусть и дальше так думает. — Тебе нужен отдых.

Не выпуская меня из своих надежных объятий, он двинулся в сторону лестницы.

— Я и сама в состоянии дойти, — вяло запротестовала я. Арден лишь тепло улыбнулся и покрепче прижал меня к себе.

— Можешь, — покорно кивнул он, нежно коснувшись губами моего виска. — Но не сейчас. И не спорь. Я отнесу и прослежу, чтобы твой сон никто не побеспокоил.

— В смысле? — слабо пискнула я, вдруг испугавшись, что он вознамерится остаться со мной.

— Я останусь с тобой, — категорично заявил он, подтверждая мои опасения. И ведь опасалась я не его, а скорее свой реакции. Вдруг приставать во сне начну? Я же потом со стыда утром сгорю.

— Зачем? — я попыталась изобразить возмущение, но вышло, даже на мой взгляд, не очень-то убедительно.

— Затем, — усмехнулся он и успокаивающе, хотя скорее издевательски, ведь от сего действа мне скорее захотелось мурлыкать, а не прогонять его, провел ладонью вдоль моей спины, чуть задержавшись на изгибе талии. — Боюсь за сохранность одной юной неугомонной ведьмочки.

Я хотела было возразить ещё раз, но по его упрямому взгляду поняла, что это бессмысленно. Не отступится. Да и у меня уже не осталось сил на споры. Усталость навалилась с новой силой, веки слиплись, и я, смирившись, уткнулась носом куда-то в район его шеи.

Аромат его кожи: терпкий, мужской, с едва уловимыми древесными нотками, окутал меня, убаюкивая и одновременно будоража воображение. Тепло его тела, мерное биение сердца под моей рукой… Все это смешивалось в какой-то волшебный коктейль, от которого голова шла кругом.

Практически сразу я начала уплывать в сон, но где-то на краю сознания все ещё ощущала его руку на своей талии: твердую, уверенную, оберегающую. И от этого становилось так спокойно, так правильно…

Пробуждение было резким, и, откровенно, не самым приятным. Где-то внизу слышались звонкие возмущенные голоса и топот, словно там носится стадо слонов, решивших устроить марафон в моей лавке.

— Кэрри! КЭРРИ! Вставай, ведьма моя ненаглядная, — разнесся звонкий голос Алики уже где-то рядом. «Как одна миниатюрная, хрупкая с виду девушка могла устроить такой хаос?» — это была моя первая мысль после принятия неутешительного факта — пожалуй, сегодня мне больше поспать не светит.

Сонно моргая, я села, от души зевнула и потерла лицо руками. Окончательно меня привела в чувства резко распахнутая дверь, на пороге которой появилась вся сияющая, слишком бодрая и бесящее свежая для раннего утра Алика. В глазах её горело пламя, на лице играла широкая улыбка, а в руках горшок, бережно прижатый тонкими пальцами к груди.

— Кэрри! Ри, ты не поверишь! — затараторила она, не замечая, что я не одна. Я и сама бы об этом не вспомнила, если бы не почувствовала скользящее движение горячих мужских пальцев на своей лодыжке. — Ри, мой малыш! Он расцвел! Представляешь?

Алика стремительно преодолела путь от двери к кровати и запрыгнула на неё с ногами, демонстративно выставив перед собой своего «малыша». В горшке, разумеется.

— Ри, посмотри, какой он хорошенький, — ворковала она, глядя с любовью на цветок в своих руках. И я бы тоже с ней порадовалась. Но я ни черта не выспалась. У меня жутко болит голова. Я, в конце концов, хочу есть… Да и звонкий голосок подруги бодрости не прибавил. Скорее наоборот, хотелось закутаться в одеяло, спрятаться, словно в кокон, и не слышать слишком уж громкого щебетания Алики. А ещё Арден. В моей постели. И как я буду объяснять подруге его наличие на своей территории? Нет, я вроде не обязана оправдываться, да и уже взрослая девочка. Сама в состоянии решить кого пускать в постель. Но, мне казалось, он понравился Алике и как она воспримет всю эту ситуацию…

Тем временем Алика, ничего и никого не замечая, продолжала восхищаться своим «малышом».

— Представляешь, ещё вчера ничего, а утром появился бутон и раскрылся прямо на рассвете. Такой белоснежный, такой…

Она мечтательно зажмурилась, а когда вынырнула из мира грез, наконец, обратила внимание на меня. И не только на меня.

— Ой, — пискнула она, ошарашенно прыгая взглядом с меня на Ардена, потом опять на меня. Затем нахмурилась. — А он тут что делает?

Уничижительно рявкнула она, ткнув пальцем в мужчину и зачем-то отдаляя подальше другую руку, в которой бережно держала горшок с Эдельвейсом. Арден приоткрыл один глаз, лениво оглядел гостью вместе с её «малышом» и усмехнулся:

— Всё ещё пытаюсь поспать, — невозмутимости мужчины можно было только позавидовать.

— Другого места не нашел? — прошипела подружка, гневно сузив глаза. Такой агрессивной я свою подругу видела крайне редко. Если точнее, лишь пару раз за все время нашего знакомства. Вот только понять не могла, с чего вдруг Алика так взъелась на Ардена… И почему у меня такое ощущение, что меня мама с отцом застукали в самый пикантный момент, а не подружка проявила бесцеремонность? Я даже рот открыла, но слава с праведными возмущениями так и не слетели с языка…

— Ну, во-первых, это не твое дело, — промурлыкал Арден, не открывая глаз. — А во-вторых, Алика, завидуй молча и, пожалуйста, за пределами этой комнаты, — он сделал небольшую паузу и вдруг с изрядной долей пафоса воскликнул, подняв указательный палец вверх: — А ещё, подруга, — будто обращался к самому монарху, — и не стыдно вам, Голубушка, завидовать личному счастью подруги?

— Ты… Да я… — задохнулась от возмущения Алика. Поджав губы, она полоснула острым, как лезвие взглядом в сторону непрошибаемого Ардена и тут же сжала пальцами горшок с Эдельвейсом до побелевших костяшек. Да уж, на романтические отношения, как я подумала вчера, их общение не тянет точно. Тогда что? — Это не зависть, а беспокойство. Знаем мы таких. Милые, благородные, все из себя… принцы на серебряном единороге. А что в итоге? Потраченное впустую время, горечь, сожаление и куча дерьма, которое приходиться потом самой же и разгребать.

— Какие глубокие, тонкие познания мужской психологии в столь юном возрасте, — зевнул Арден, ничуть не смутившись выпадом Алики. — Если не возражаешь, о том, какой же я «парнокопытный» ты расскажешь мне чуть позже. И я обязательно тебя выслушаю. Очень внимательно. А сейчас побудь хорошей девочкой, дай поспать.

— Так, — хлопнув в ладоши, тем самым оборвав попытку Алики продолжить их занимательный диалог, я резко встала и рявкнула: — Хватит. У меня от вас двоих уже голова раскалывается. Устроили тут… не пойми что. И, кстати, Арден. Ты мне должен дверь… — и подумав несколько секунд, добавила: — И стол.

После чего, мысленно махнув на них рукой и гордо задрав нос повыше, я схватила из шкафа первое, что попалось под руку, и, зло чеканя шаг, направилась в душ. Мысли же, словно обезумевшие мотыльки, метались в моей черепной коробке. Что же их все-таки связывает? И нужно ли мне это вообще знать? Нет, это не моё дело. И Алика, если захочет, сама мне об этом расскажет. А вот Арден? Зачем он вчера остался? Ждал, что я вот так сразу решу их проблему с демонами? Нет, он пытался вытащить меня из лаборатории. Тогда зачем? И эта ночь… Не мог уйти хотя бы в соседнюю комнату? Чего он добивается? Заботливый ещё такой… нежный… Тяжело вздохнув, с какой-то затаенной надеждой, я принялась стягивать с себя вчерашнюю одежду.

Нет, я, конечно, ему очень благодарна. Неизвестно ещё, чем бы для меня закончилось это явление… демона народу. Но. Его поведение все равно выходит за все возможные рамки приличия. А ведь это он ещё не помнит о нашей ночи… И демон. Что это было? Точнее, кто это был на самом деле? И что ему от меня надо? Насколько я могу судить по вскользь брошенным фразам о моем вмешательстве не в свое дело, он имел в виду демонов. Но ему то что с того? Или появления демонов его рук дело? Зачем? И если против вмешательства мог ведь не запугивать меня, а сразу устранить. Но не устранил… Почему? Вопросы… вопросы… Одни вопросы и никаких ответов.

Горячий душ немного привел меня в чувство. Струи воды смывали остатки сна и усталость прошлых дней, но точно не мечущиеся мысли. Я невидящим взором скользила по расплывающемуся узору кафеля — будто в его извилистых линиях таились ответы, которые я так отчаянно искала. Но мозаика оставалась безмолвной, равнодушной к моей растерянности.

— Привет, — раздался знакомый, чуть сонный голос прямо над ухом.

Я не вздрогнула — привыкла к внезапным появлениям Сель. Она всегда чуяла, когда мне было тяжело, и являлась, словно маленький маяк в бурю.

— Сель, я запуталась, — тихо прошептала я, прикрыв глаза. — Что мне делать?

— Поговорить с ним не пробовала? — спросила Сель, внимательно изучая мое лицо. Поймав мой насупленный взгляд, она едва заметно кивнула, будто подтверждая собственные мысли. — Не пробовала… И, судя по упрямо сжатым губам, не планируешь.

— Как ты себе это представляешь? — закатив глаза, беспомощно взмахнула руками. — Вот так, что ли: «Привет, Арден… Я тебя… немного использовала. Вынудила с помощью порошка меня захотеть… А после нашей сногсшибательной ночи стерла тебе память. Ты же меня простишь?» — я изобразила тоненький, жалобный голосок, подражая наивной дурочке, а потом, вернувшись к обычному тону, добавила: — И, кстати, давно хотела уточнить: а я тебе вообще нравлюсь? — я фыркнула, но тут же сжала кулаки, пряча дрожь в пальцах. — Как думаешь, через сколько секунд он пошлет меня к демонам на рога? И это, между прочим, самый безболезненный из возможных вариантов.

— Ох уж мне эти влюбленные, как дети малые, — фыркнула Сель и нырнула под упругие струи воды. — Если я сейчас начну тебя уверять в том, что он по уши в тебя влюблен, ты мне, конечно же, не поверишь.

— Нет, — хмыкнула я. — Он явно преследует какие-то свои цели. И я даже могу предположить, что я ему в какой-то мере нравлюсь. Но тут он точно не ради меня. Ему что-то нужно помимо уже озвученного.

— Ахррр, — простонала вдруг Сель, закатив глаза к потолку, и выпалила. — Ну так разделайся уже с демонами, и посмотрим, как он дальше себя поведет.

— Угу, легко сказать, — поджав губы, обиженно глянула на Сель. — Я половину ночи вчера потратила, но так и не смогла добиться желаемого результата.

— Ладно, так и быть, — вздернув носик, аки сама королева, величественно кивнула Сель. — Я помогу тебе. Всё же мы не чужие друг другу.

— Кстати, — протянула я, вспомнив об одной очень важной детали. — Сель, пообещай, что не будешь громко орать и разбрасываться своими льдинками.

— Что ты уже натворила, ведьма? — требовательно посмотрела она, прищурив глаза и напрягшись всем тельцем, явно готовясь к худшему.

— Да ничего такого, — буркнула я и отвернулась, стараясь не встречаться с ней взглядом.

— Не зли меня, ведьма, — прошипела Сель рассерженной змеёй. — Говори.

— Я долго искала материал, который бы хоть на время удерживал в себе мое пламя, — начала я осторожно.

— И? — нетерпеливо поторопили меня.

— Ой, ну что «И»? — поморщилась я. — Твои кристаллы подошли лучше всего. Их как раз восемь штук. Идеально для октограммы, чтобы набросить на демонов магическую сеть.

Выпалила на одном дыхании и, вжав голову в плечи, опасливо покосилась на Сель.

— Так, — выдохнула наконец Сель, и в её глазах мелькнуло искреннее недоумение. — А почему я должна была злиться?

— Ну как же, — нахмурилась я. — Ты вечно над ними трясёшься, будто они алмазные.

— Вот ты умная ведьма, Кэрри, — устало вздохнула Сель. — Но почему же такая… дурында? — она заметила, как я обиженно поджала губы, и тут же смягчилась. — Я же берегла эти кристаллы для особого случая. Кто знал, что он наступит вот так… Я буду только рада, если они помогут тебе в таком важном деле.

— Правда? — прямо камень с души упал.

— Правда, правда… Давай уже, рассказывай, что ты там придумала, — милостиво кивнула моя самая лучшая в мире саламандра. Счастливо улыбнувшись, я рассказала всё-всё: что успела сделать и придумать за ночь, что не получилось, и даже о явлении непонятного существа, что вселилось в мою проекцию. Не забыла упомянуть и Ардена, явившегося во всей красе, дабы прийти на помощь деве в беде.

— Вот просто взял и снес мою дверь, — жаловалась я, горестно вздыхая. — Мне как сейчас там работать? Я ведь ещё не придумала, как увеличить магический заряд в кристаллах, а у меня уже не лаборатория — сарай. Стол, опять же…

— Как снес, так и поставит на место, — фыркнула Сель и хищно усмехнулась. — Нужно ему чуть-чуть ускорение придать в правильном направлении. Я разберусь.

Спорить не стала. Я за долгие годы, прожитые вместе с саламандрой, изучила её хорошо. И если Сель с ТАКИМ выражением на милой мордашке говорит, что разберется, то сомнений не остается — сделает все и даже больше. Не всегда, правда, её методы безобидны. Но… на её пути лучше не вставать. Прости, Арден. Если что, я в тебя верю.

— Ладно, — вздохнула я, кутаясь в махровое полотенце. — Лаборатория — это не смертельно. Что делать с моей сетью? Да и с Аликой как-то неудобно вышло. Она примчалась поделиться своим счастьем, а я вместо того, чтобы порадоваться, на неё нарычала.

— Переживет, — закатила глаза Сель и фыркнула. — Взяла моду вламываться к тебе, как к себе домой.

— Она моя подруга, — обронила я. Провела ладонью вдоль прядей, и капли воды, сверкнув, спарились в воздухе. Вместе с этим пыталась в мыслях составить план действий на день. — Ты тоже ко мне постоянно вламываешься. Тут вы похожи.

— Эй, ты моя ведьма! Имею полное законное право, — возмутилась Сель и, сложив лапки на груди, надулась, словно обиженный ребенок.

— Имеешь, имеешь, — с улыбкой выдохнула я и щелкнула пальцами. Платье, подхваченное невидимым порывом, скользнуло на плечи. — Но перед Аликой надо все же извиниться. Да мне и самой любопытно посмотреть на её «малыша». Согласись, цветок Эдельвейса поистине великолепен. Вообще чудо, что он расцвел после прослушивания молодой рок-группы.

Меня прям передернуло, стоило воскресить в памяти творчество юных драконов. Нет, я не против рока, очень даже привлекательное направление. Но всему же есть предел. Ну, должен быть.

— Хах, и правда — чудо, — поддержала Сель. Её тоже заметно перекосило от моих последних слов. — Ладно, пойдем полюбуемся. Может, даже получится выпросить его у Алики. Я как раз недавно обнаружила очень любопытный рецепт на его основе… М-м-м, ты будешь в восторге.

— Стоп, — воскликнула я, осененная просто гениальной идеей. — Эдельвейс, он ведь увеличивает магическую силу в растениях. Это одно из его свойств. А что если…

Не договорив, я молнией метнулась из ванной. Пронеслась по коридору, мельком оглядела пустую комнату, затем стремительно спустилась вниз. Взгляд зацепился за знакомую фигуру: Алика стояла у окна, ссутулившись, и с грустью смотрела на осенний пейзаж за витражными стеклами — явно расстроилась.

Я на секунду замерла, ощутив укол вины. А потом решительно шагнула к ней, распахнув руки для объятия.

— Али, — радостно воскликнула я и растянула губы в улыбке. — Ты же знаешь, что я тебя люблю… И ты самая лучшая в мире подруга. И…