Глава 14. Магия, страсть и замороженная ягодка…

Я резко оглянулась. Он стоял в дверном проеме, небрежно прислонившись к косяку. Руки скрещены на широкой груди, а одна бровь иронично приподнята. Игра света и тени подчеркивала внушительную фигуру мужчины и резкие черты лица: острый подбородок, четко очерченные скулы.

Мое дыхание вдруг сбилось, а губы закололо, стоило ему задержаться на них своим пронзительным взглядом: тяжелым, изучающим, манящим.

— А там, — кивнул он в сторону непонятных звуков, — новая дверь и стол.

— Как мило, — криво улыбнулась я, стараясь спрятать волнение за напускной холодностью. Голос на миг дрогнул, но я тут же взяла себя в руки. — Только вот не припомню, когда я позволила вам распоряжаться в своем доме?

Сказала и внутренне скривилась. «Сама себе противоречишь, Кэрри, — вздохнула мысленно. — Утром ведь ему про эту чертову дверь говорила… и про стол». Но сказанного уже не вернуть. Делаем моську кирпичом и упорно гнем свою линию. Это не я тут веду себя словно истеричка малолетняя, это он дурак. Хотя… кого я обманываю.

— Мы вновь на «вы»? — хмыкнул он, и в его голосе прозвучала едва заметная насмешка, словно это единственное, что его смутило в моей фразе.

Не отводя взгляда, он медленно, словно хищник, подбирающийся к добыче, сделал шаг вперед. Затем ещё один. Каждый его шаг отдавался в моей груди гулким стуком сердца. Он приблизился вплотную, нависнув надо мной несокрушимой скалой.

Его терпкий, пьянящий запах — смесь древесных нот, кожи и чего-то неуловимо мужского, окутал меня, затуманивая разум. Я невольно вдохнула глубже, и от этого голова пошла кругом. Глаза его опасно сузились, губы сжались в тонкую линию, но это не пугало. Напротив, внутри вспыхнуло острое, почти болезненное желание — прижаться к нему плотнее, ощутить тепло его рук на своем теле, утонуть в этих бездонных глазах.

Я не нашла в себе сил оттолкнуть его. Как зачарованная, стояла и млела от близости с тем, с кем мне вскоре предстоит попрощаться. «Да что же с тобой, Кэрри, ты совсем с ума сошла?», — бился в сознании лишь один вопрос, но он потонул в шуме крови, стучащей в висках.

Долгую секунду он смотрел на меня не мигая, словно взвешивая каждое слово, каждую эмоцию, промелькнувшую на моем лице. Затем, резко притянув к себе вплотную, опалил своим горячим дыханием щеку. Я невольно вздрогнула, но отстраниться не могла, это было выше моих сил.

— Мне казалось, что мы уже достаточно близки, Огонечек, — прошептал он, и его голос прозвучал так низко, что отозвался дрожью во всем теле, — Достаточно, чтобы я мог позволить себе не только заботу о тебе… но и маленькие вольности…

«Достаточно близки», «маленькие вольности» … Его слова, словно острые шипы, вонзились в мой мозг, вызвав приступ паники. Сердце подпрыгнуло вверх и заколотилось где-то в горле, ладони предательски вспотели, а в висках застучала кровь.

Это ведь не то, о чем я подумала? Не мог он… Никак не мог помнить ту ночь. Он обычный маг — не дракон. Магу не под силу справится с «Сумеречной дымкой». Тогда?

— Что… ты имеешь в виду? — я всё же смогла каким-то чудом отстраниться. Пусть меня и не выпустили окончательно из объятий, пальцы Ардена всё ещё мягко, но цепко держали меня за талию, но небольшое расстояние позволило мне наконец взглянуть ему в глаза.

В них плескалось что-то опасное, дразнящее, почти хищное. И в то же время — теплое и нежное, почти ласковое. От этого контраста у меня перехватило дыхание, а мозг упорно отказывался анализировать происходящее. Все эти намеки… Взгляды… Казалось, он дразнит меня. Играет. Знает. Точно знает. Но упорно молчит.

Я замерла в ожидании его ответа, чувствуя, как внутри всё сжимается от смеси страха и непонятного, почти болезненного предвкушения.

— Мы уже спали в одной кровати и даже под одним одеялом, — мурлыкнул этот… демон, внимательно отслеживая мою реакцию. И она была, хоть я отчаянно пыталась её скрыть. Губы дрогнули, дыхание сбилось, а щеки предательски вспыхнули. И он это точно заметил.

Хитро улыбнувшись, глядя на мои округлившиеся глаза, он вновь подался вперед. Так близко, что я почувствовала его горячее дыхание на своей коже. Медленно, почти невесомо он провел губами по моим губам… щеке… скуле… проложив дорожку из едва ощутимых поцелуев.

— Мне напомнить, с кем ты проснулась этим утром, Огонечек? — опалил он горячим шепотом мое ухо, и от этого низкого, бархатного голоса по спине пробежала волна дрожи.

Я прикрыла глаза, не знаю, от облегчения или скорее от досады. С одной стороны, я откровенно выдохнула — он не помнит ПЕРВУЮ нашу совместную ночь. С другой…

Если бы он каким-то чудом не забыл её и, несмотря ни на что, сейчас с такой нежностью, настойчивостью прижимал меня к себе, это означало бы только одно: я ему небезразлична. А ещё то, что он не злится и готов принять меня даже после попытки обмана. Но нет. Все это — лишь игра. Легкая, дразнящая, но все же игра.

Глубоко вдохнув, я собрала остатки самообладания и резко выпрямилась, стараясь вернуть контроль над ситуацией… и над собой.

— То, что ты воспользовался моей беспомощностью, не значит, что я добровольно впустила тебя к себе под бок, — оскалилась я, стараясь вложить в голос как можно больше яда.

Арден на мой выпад лишь насмешливо приподнял бровь. В его взгляде отчетливо читался немой вопрос: «Ничего не напоминает?» — а в уголках губ затаилась едва заметная улыбка, от которой внутри вновь всё перевернулось.

Прикусив язык, я чуть не хлопнула себя по лбу. Сама ведь точно так же поступила пару дней назад с ним — воспользовалась моментом, чтобы пройти инициацию. Но ведь он не знает… А я ему об этом и под заклинанием правды не признаюсь. Наверное.

Установлю сеть, заберу оплату и пусть катится на все четыре стороны. Красная ему ковровая дорожка. Земля пухом… Ой, не в ту степь меня что-то унесло.

— Если что, я буду очень даже рад, если ты воспользуешься мной в том же ключе, — его красиво очерченные губы изогнулись в мягкой, немного насмешливой улыбке, а во взгляде блеснул озорной огонек.

Я резко дернулась и отстранилась, что, на удивление, легко удалось сделать. Застыла, лихорадочно соображая, что сейчас произошло, и чуть не ляпнула: «Так уже… Уже воспользовалась. И мне даже понравилось». Благо, вовремя прикусила язык.

Не нужно ему об этом знать. Или… Нет. Точно не нужно.

— Не дождешься! — резко бросила я, отвернувшись. Затем гордо вскинула подбородок и зачем-то добавила: — И вообще, это ничего не значит. Я была в бреду, не совсем в себе, и… Максимум завтра ваш заказ будет готов, и мы навсегда распрощаемся. Так какой смысл сотрясать понапрасну воздух?

Каюсь, вырвалось. Обида и злость на себя, да и на Ардена, отозвались глухой болью где-то в груди, и я не сдержалась. Выпалила то, что занозой сидело внутри меня.

На что я рассчитывала?

Я сама не знала. Может, на то, что Арден, как сказочный принц, встанет на одно колено и растечется передо мной лужицей в пространных признаниях о внеземной, внезапно вспыхнувшей любви? Ну или просто скажет, что я нужна ему, что хотел бы остаться хоть на время…

Глупо…

Он молчал, сжав кулаки. Его взгляд вмиг потемнел, стал острым, опасным, с прищуром, от которого по спине пробежал холодок. «Амба, карапузики, — завопил кто-то в моей голове на высокой, почти истеричной ноте. — Вот и пришел тебе конец, глупая ведьма».

— Ничего не значит… Расстанемся… — повторил он глухо, медленно растягивая слова. И вдруг усмехнулся — искренне так, светло, словно ему предложили корону и полцарства в придачу. «Чурбан бесчувственный, радуется он», — мелькнуло в голове. Стало ещё обиднее. Но опомниться Арден мне не дал.

Резкий выпад — и он вновь прижал меня к своему телу: властно, безапелляционно, даже жестко впечатал в себя, сломив мою попытку сопротивления, будто вовсе её не заметил.

— И не мечтай, — хрипло проговорил он, в очередной раз опалив дыханием кожу за ухом. — Смирись, Огонечек! Ты моя! — и куда тише, почти шепотом, добавил: — Мой Огонечек!

«Жучечки-паучечки, — как любит говорить Сель, — И что это значит? — мысли в голове заметались, как испуганные птицы. — И что мне теперь делать? И как мне выкручиваться?»

Довыпендривалась… Может, уже пора признаться и не мучить себя, да и его…

Но как же страшно.

И… приятно.

Его слова прозвучали как приговор. Жестокий и беспощадный, без права на обжалование. Но такой сладкий… Глупое девичье сердечко отчего-то пустилось вскачь. Забилось в волнении, надежде и ожидании чуда.

Или полного краха…

Признаться. Нужно признаться, пока ещё все не зашло слишком далеко, пока я ещё буду в силах его отпустить… если придется.

«Попала ты, Кэрри. По самые уши, попала» — сдалась я хотя бы перед самой собой. Вскинув голову, посмотрела прямо в глаза мага, решив сделать этот шаг. Куда он меня приведет? Может, прямиком в бездну отчаяния? Во всяком случае, даже это уже будет лучше, чем жить в постоянных метаниях, опасениях, страхе…

Прикрыла глаза. Втянула побольше воздуха в легкие, собираясь с силами.

— О, вы уже тут, — внезапно раздался бодрый голос Эйнара, который ворвался в кухню беспощадным ураганом, не дав мне завершить свой отчаянный шаг.

Я шумно выдохнула и промолчала. Не при Эйнаре ведь исповедоваться. Может, это к лучшему?

Арден бросил на друга короткий взгляд и нехотя разжал объятия, выпуская меня на волю. Его пальцы напоследок скользнули вдоль моей руки, оставив после себя обжигающий след, от которого по коже словно магические разряды пробежали.

— Рано… — надулась Сель, ставшая нашим невольным свидетелем и недобро глянула в сторону мужчины, словно готова была превратить его в ледяную скульптуру.

— Что? — не понял Эйнар, но предусмотрительно затормозил подальше от саламандры.

— Явился, говорю, рано, — хмыкнула она, дернув хвостом. — Не мог ещё немного пошляться? На самом интересном ведь! Эх… — после чего отвернулась, теряя к нам всякий интерес.

Теперь всё её внимание было приковано к разнообразию блюд на столе.

— А? — вопросительно протянул тот и обвел нас ничего не понимающим взглядом. Его брови сошлись на переносице, в глазах читалось искреннее недоумение, а в воздухе так и повис огромный невидимый знак вопроса.

Мы с Арденом синхронно пожали плечами, мол, сами в шоке, и двинулись к столу. Но, прежде чем отойти, я поймала его взгляд: короткий, многозначительный, в котором ясно читалось обещание продолжить этот «увлекательный» разговор позже. Чуть поежившись, вздохнула и села за стол.

Я оказалась напротив Ардена. Эйнар сел рядом со мной, а Айсель… Она была везде. Ловко маневрировала от одной тарелки к другой, и с любопытством разглядывала блюда, принюхивалась и всякий раз фыркала, морща свою милую мордашку.

— О-о-о, — протянула она восторженно, — это форель? Обожаю форель! Особенно когда она не пытается уплыть от меня.

Хищно оскалилась саламандра и вцепилась острыми клыками в сочную мякоть. Арден, глядя на это чудо, усмехнулся и, отпив вина, заметил:

— Не забывай про косточки, малышка, — многозначительно посмотрел он на рыбу в когтях Сель. — Не дай Илария, ещё подавишься.

Айсель возмущенно фыркнула в его сторону, не прекращая лакомиться форелью, и выпустила морозное облачко. Но что-то пошло не так. Облачко, которое, как я поняла, предназначалось Ардену, метнулось в сторону и угодило аккурат в бокал Эйнара.

Тот вздрогнул, уставился на покрывшийся инеем край и осторожно отставил бокал в сторону, с опаской глянув на Сель.

— Айсель, — шикнула я, стараясь сдержать улыбку. — Веди себя прилично.

— Да ладно тебе, подумаешь, промахнулась немного, — беспечно отмахнулась та и продолжила терзать рыбу, замораживая, а затем с хрустом разгрызая косточки.

Покачав головой, я огляделась и остановила свой выбор на пироге. Выглядел он потрясающе: золотистая корочка, соблазнительные завитки теста, а аромат… М-м-м, пряности, мясо и что-то еще, неуловимо домашнее. Откусив кусочек, я блаженно прикрыла глаза, наслаждаясь поистине великолепным шедевром кулинарного искусства. Вкус оказался ещё лучше, чем я ожидала — сочный, насыщенный, идеально сбалансированный.

— Кхм, — закашлялся вдруг напротив меня Арден.

Я резко распахнула глаза и встретилась с его взглядом — пронзительно-темным, пылающим каким-то непонятным, обжигающим даже на расстоянии пламенем. От неожиданности я чуть не подавилась, с трудом проглотила кусочек пирога и вопросительно приподняла брови.

Он не ответил. Покачал головой и, отвернувшись, продолжил есть, будто ничего не произошло.

Мы с Эйнаром последовали его примеру. Следующие минут двадцать за столом повисло молчание, нарушаемое лишь звоном приборов о тарелки и аппетитным чавканьем Сель. Она методично опустошала тарелку с форелью, время от времени довольно фыркала и выпускала крошечные облачка морозного пара.

— Потрясающе вкусно, — промычал Эйнар с набитым ртом, тоже отдав предпочтение пирогу. — Кто бы это не готовил, он однозначно гений кулинарии.

Мужчина выглядел как довольный жизнью кошак: щеки раскраснелись, глаза блестели, а на губах играла блаженная улыбка. Впрочем, я от него не отставала. Почти сутки без еды не прошли даром — голод был такой, что я готова была впихнуть в себя все, что стояло на столе. С удовольствием схомячила ещё один кусок пирога, после чего сытно, даже лениво откинулась на спинку стула, чувствуя, как приятное тепло разливается по телу.

— Полностью поддерживаю предыдущего оратора, — кивнула я, отпивая вино. Оно оказалось легким, фруктовым, с легкой кислинкой — идеальный аккомпанемент к пирогу.

— А как же десерт? — удивилась Сель и оглянулась. К этому моменту она окончательно расправилась со своей форелью и была готова к новым подвигам. — Ага, вижу вишенку.

Взмыв в воздух, саламандра заложила изящный вираж над вазой на другом конце стола и ловко подхватила одну ягодку острыми когтями. Подбросив, выдохнула в её сторону морозное облачко, открыла рот, чтобы поймать… Но в этот момент Эйнару внезапно пришла в голову «гениальная», на его взгляд, идея.

— Дай-ка посмотреть, — выпалил он и, ловко перехватив ягодку, не успевшую спикировать к Сель, без раздумий отправил её в рот.

Опрометчиво, на мой взгляд. Я бы на его месте все же подумала перед тем, как это сделать.

На секунду в кухне повисла тишина. Абсолютная. Даже Сель замерла в полете, широко раскрыв глаза.

Лицо Эйнара вытянулось. Глаза изумленно расширились. Он замер, словно статуя, а потом медленно, очень медленно произнес:

— Холодно… — прошептал он. — Очень холодно…

— Это ещё что, — протянула Сель озадаченно, но это не мешало ей с нескрываемым интересом изучать реакцию мага, препарируя его взглядом, словно подопытного кролика. — Дальше вообще интересно должно быть. Сейчас у тебя онемеет язык, склеятся губы, горло…

— Сель, — простонала я, видя, как у Эйнара после слов саламандры глаза становятся уже квадратными. Щеки покрылись легким инеем, а из носа вырвался крошечный дымок. — Ты сколько энергии вбухала в эту ягоду?

— Много… — машинально ответила та и встрепенулась. — Да кто ж мог знать, что этот полоумный её в рот потащит? Я ведь для себя любимой вкладывалась! — опешила Сель. После чего осуждающе глянула на Эйнара и покачала головой. — Тебе мама в детстве не говорила, что не стоит тащить в рот всякую гадость?

Я не выдержала, прыснула со смеху. Арден, глядя на оцепеневшего друга, тоже не смог сдержать улыбки — уголки его губ дрогнули, а в глазах заплясали смешинки.

Эйнар попытался что-то сказать, но вместо слов из него вырвалось лишь:

— Бррррргх…

Он шумно вздохнул, что ему сейчас явно удавалось с трудом, и жалобно посмотрел на меня. В его взгляде читалась такая искренняя обида, что не хватало лишь скупой мужской слезы и трогательной музыки на фоне…

— Надеюсь ты это надолго запомнишь и больше не рискнешь хватать ягоды Сель, — хмыкнула я и направила на него легкий поток своего пламени. Теплые золотистые язычки магии окутали Эйнара, постепенно растапливая ледяной покров.

Можно было за зельем сбегать, но лень. Да и давно уже научилась справляться с проделками Сель при помощи ведьмовской силы. Полезное умение, когда у тебя в фамильярах ледяная саламандра.

— Фух, — выдохнул оттаявший Эйнар и зябко передернул плечами. — Больше никаких экспериментов в моей жизни. Только проверенные рецепты.

Все ещё улыбаясь, я налила ему горячий чай и протянула чашку:

— Пей. Тебе сейчас это просто необходимо. А пока отогреваешься, объясни, чем ты думал? Это ведь не просто замороженная ягода — своего рода артефакт, по завязку наполненный магией Сель.

Эйнар сделал осторожный глоток, согревая озябшие ладони о горячую керамику. Удовлетворенно зажмурился, наслаждаясь теплом, и улыбнулся.

— Думал я, дорогая Кэрри, — произнес он, слегка шмыгнув носом, — немного освежиться. В конце концов, я же не знал, что она в эту вишенку вбухала столько магии. Не у всех тут в фамильярах ледяные саламандры. А ведь попробовать что-то новое всегда интересно… К сожалению, не всегда безопасно.

Арден молча покачал головой и, хмыкнув, заметил:

— Эйнар, твоя тяга к экспериментам когда-нибудь тебя погубит.

— Зато теперь я точно знаю, — парировал тот с веселым блеском в глазах, — что магия Сель не только красивая, но и вкусная.

Ещё раз шмыгнув носом, он весело подмигнул опешившей от такого заявления Сель. Я не выдержала и расхохоталась, а саламандра возмущенно фыркнула, выпустив в сторону Эйнара крошечное морозное облачко:

— Конечно вкусная, ты как-то иначе думал, маг? — фыркнула она, задрав нос повыше.

Покачав головой, вздохнула. В этом вся моя ледяная девочка: чуть не прикончила мага, но вместо извинений — гордый вид и уверенность в своей правоте. Ну ладно с извинениями, сам по большей части виноват, но посочувствовать могла?

— Ни в коем случае, — в наигранном испуге Эйнар вскинул вверх обе руки, словно капитулируя. — И в мыслях подобной дичи не было. Айсель, твоя магия самая неповторимая, восхитительная, неподражаемая и, конечно, самая вкусная.

— То-то же, — фыркнула она с величественным видом, но продолжить не успела.

Резко распахнулась дверь, с грохотом ударившись о стену, и в кухню влетел мужчина, один из воинов Ардена. Запыхавшийся, с растрепанными волосами и в слегка помятых доспехах. Его глаза горели неподдельной тревогой, а голос прозвучал резко и отрывисто:

— Командир! — выдохнул он, склонив голову перед Арденом. — Демоны прорвали оборону на восточном рубеже. Один из патрулей полностью уничтожен. Нам удалось вовремя среагировать и выставить щиты, но не уверен, что это их надолго задержит. Слишком быстро они справляются с ними.

В кухне повисла тяжелая тишина. Все следы веселья мгновенно испарились. Арден, а за ним и Эйнар резко выпрямились. Лица обоих мужчин словно закаменели, стали жесткими, сосредоточенными, лишенными каких-либо эмоций.

— Нам пора, Кэрри, — глухо проговорил Арден, глядя на меня. — Оставайтесь в доме. Лавку не открывай в ближайшие пару дней. Охрану свою я оставлю. Но сейчас я нужен своим людям.

— Стой! — опомнилась я, когда оба мужчины направились за воином, принесшим не самую радостную весть. — Моя сеть готова. Правда, я не успела её как следует проверить.

— Проверим в полевых условиях, — решительно вклинилась Сель, не оставляя шансов на отступление. Хотя, какие там шансы? Люди гибнут, дальше тянуть просто некуда. Нужно действовать. Причем срочно.

— Кэрри, — протянул Арден, словно боролся с какими-то своими демонами. — Ты останешься тут. Никаких демонов. Мы сами справимся.

Я в полном замешательстве смотрела на Ардена и не могла понять — это глупость или забота? Перевела взгляд на Эйнара, но тот лишь беспомощно пожал плечами, даже не думая оспаривать решение своего командира.

— Ты это… Не глупи, — прищурив ледяные глазки, вкрадчиво проговорила Сель. Её голос прозвучал непривычно серьезно, без обычной насмешки, а во взгляде бушевала настоящая метель. — Я, безусловно, рада твоему стремлению оградить Кэрри от опасности. Но ты, видимо, подзабыл, что влюбился в ведьму, — на этих словах мужчина напрягся и бросил в мою сторону быстрый взгляд. На его лице заходили желваки, а руки непроизвольно сжались в кулаки, но он промолчал. — И, без ложной скромности, очень сильную ведьму. Одну из сильнейших. А ваши демоны, как мы выяснили опытным путем, боятся лишь ведьмовской магии. Так что замри на мгновение и подумай: сколько ещё должно погибнуть твоих людей, прежде чем ты осознаешь, что Кэрри не хрустальная ваза, и что её помощь вам сейчас жизненно необходима? К тому же, в отличии от других, она вполне сможет справиться с демонами. Причем намного эффективнее, чем твои воины.

— Ар, — позвал Эйнар, положив на плечо друга тяжёлую руку. — Сель права. Если сеть готова и есть хоть малейший шанс без потерь остановить нападения, будет глупо им не воспользоваться.

— Хорошо, — сквозь зубы выдавил Арден. Прикрыл на миг глаза, в попытке успокоиться, после чего продолжил уже более ровным голосом. — Что для этого надо?

— Немного времени, — с готовностью кивнула я, стараясь скрыть внезапную дрожь в голосе и радуясь, что Ардену хватило мозгов согласиться с Сель.

В глубине души вся эта ситуация с демонами казалась мне странной, точнее, реакция Ардена. Чего он так бесится? Думает, что я не справлюсь? Что настолько слаба? Так он сам пришел с заказом, а сейчас не дает выполнить мне его условия. Где логика?

Тряхнула головой. Не до того сейчас. Нужно действовать, пока Арден не выбросил очередной финт ушами.

— Осталось провести небольшой ритуал, — четко произнесла я, стараясь смотреть куда угодно, только не на Ардена. — Затем можно будет выдвигаться непосредственно на место пребывания ваших демонов.

— Твоё непосредственное участие в пустоши обязательно? — пригвоздив меня потемневшим взглядом, глухо уточнил он.

— Глупый вопрос, — покачала я головой, поджав губы. Он ведь маг и должен понимать, что ведьмовские чары значительно отличаются от других. Знает, но все равно не оставляет попыток оставить меня в лавке. — Я сейчас вернусь.

Стремительно промчавшись мимо мужчин и, я спустилась в лабораторию. Краем глаза отметила и новую дверь, и новый стол, и чистое, тщательно убранное помещение. Очень хотелось рассмотреть все внимательнее, но сейчас было не до того. Найдя заранее приготовленную карту и сцапав сумку, я побежала обратно.

Влетев в кухню, небрежно сдвинула в сторону тарелки и развернула на столе карту местности.

— Мне нужно точное расположение демонов: от и до, — обведя взглядом мужчин, без предисловий выпалила я.

— Примерно тут, — ткнул пальцем Арден практически в самый центр пустоши. — В этом секторе.

Он указал участок примерно в несколько километров. Его помощник, хмуро осмотрев карту, немного расширил этот участок. Видимо, после прорыва демонов на востоке территория угрозы увеличилась.

— А сейчас не мешайте, мне нужно пять минут, — пробормотала я, отточенными движениями выводя на карте октограмму.

Аккуратно рассыпала магическую пудру: смесь толченого лунного камня, пепла древнего ясеня и пыльцы ночных цветов, по контуру октограммы на карте. Линии тут же вспыхнули тусклым серебристым светом, и я кивнула сама себе, отмечая, что все сделала верно.

— Можем выдвигаться, — объявила я, подняв взгляд на мужчин. — Перенести её отсюда не получится, — пояснила я, увидев вопросительные взгляды. — Октограмма должна быть перенесена непосредственно на местности. Так сеть, с большей вероятностью, ляжет ровно и будет мощнее. Есть предложения, как побыстрее добраться до места?

— У нас есть портальные артефакты, — коротко кивнул Арден. — Покажи на карте место, откуда тебе проще будет установить свою сеть.

— Любой из восьми лучей подойдет, — пожала я плечами и накинула на плечи теплую куртку. Удобная, с рунами защиты и тепла. То, что нужно в полевых условиях.

Арден кивнул и, бросив под ноги артефакт, бережно обхватил мои запястья. Эйнар подхватил со стола карту и посадил Сель на плечо. В следующее мгновение нас окружили вспышки синего света, сопровождаемые легким гулом магической энергии.