Глава 4. Драконы, ведьмы и безумный день в «Дивном Арсенале»

Солнечные лучи, прокравшись сквозь витражные стекла с изображением танцующих огней, раскрасили пылинки в воздухе лавки «Дивный Арсенал» в калейдоскоп цветов. В воздухе, как обычно, витал насыщенный аромат сушеных трав, экзотических специй и едва уловимый оттенок магии. Хотя, нет, сегодня в обычные ароматы вмешался тонкий запах корицы и яблок. Наверное, Алика вчера совершенствовала свои навыки в выпечке.

— Доброе утро, Кэрра Аурелия Фаэрталь, — тихо прошептала я себе под нос, сладко потянувшись, сбрасывая остатки сна подобно ленивой кошке. Не, подобно огненно-рыжей кудрявой кошке.

— Доброе утро, спящая красавица! — пропела моя Айсель, грациозно вытягивая лапки. Её серебристо-голубая чешуя переливалась в лучах солнца, а кристаллы, усеивающие её спину, мерцали, словно искрами новогодней гирлянды. — С прошедшим Днем Рождения.

— Доброе, прелесть моя, и спасибо, — улыбнулась, почесывая её за ушком, чувствуя в теле необычайную легкость и бодрость несмотря на то, что поспала всего ничего. Странно. Думала, буду себя чувствовать сегодня как минимум разбитой, но нет. — Как спалось?

— Да так себе, — фыркнула Айсель, демонстративно отвернувшись. — Всё думала, переживала за одну вредную ведьму. Как там прошла её инициация… А она вернулась и сразу спать. Совести вообще нет.

— Ну, прости, — протянула, улыбнувшись уголками губ.

— Прости, — передразнила меня саламандра и закатила маленькие ледяные глазки. — Небось, тряслась от страха, как желе на ветру?

— Ха! — рассмеялась я. — За кого ты меня принимаешь? Я была само спокойствие. Чес слово, как айсберг в океане.

— Ага, конечно, — не поверила Айсель, сверкая глазками. — А… это, наверное, другая ведьма тут неделю тряслась и дергалась, как кузнечик на сковородке. Заедала страх конфетами и терзала несчастные травы.

— Ой, ну ладно, может, немного и волновалось, — призналась я, стягивая с себя платье. Вернувшись домой, так и рухнула в нем на кровать. Сил не было никаких и ни на что. — В конце концов, я не каждый день пытаюсь забраться в чужую кровать. Но знаешь… главное — всё позади.

— И… и как оно? — не унималась Айсель, подползая ближе и с любопытством заглядывая в мои глаза. — Страшно? Больно?

— Да нет, — отмахнулась я, смутившись от вспыхнувших воспоминаний прошедшей ночи. — Просто… необычно. Зато теперь я полноправная ведьма и уже точно никаких драконов в нашей жизни. Можем спокойно заниматься садом и зельями. И, может, я смогу узнать правду о нем…

— Ну-ну, — проворчала Айсель, устраиваясь на подоконнике. — Смотри, чтобы эта полноправность не привела нас к каким-нибудь неприятностям. Хвостом чую, что-то грядёт. Кстати, ты уверена, что это был не дракон? От тебя несет странной магией.

— Ой, только не начинай! — взмолилась, закатив глаза. — Он точно был не дракон. Никаких неприятностей не будет, а твой хвост просто чует любимое лакомство из зимних ягод.

— Это подкуп и уход от реальности, — назидательно выдала Айсель, встав на задние лапки. Но я-то видела, как она просияла, и её кристаллы заискрились ярче. — Но так и быть, ты меня подкупила, ведьма.

Я рассмеялась, потрепав свою саламандру по голове, и отправилась в душ, а после сбежала вниз на кухню заваривать свой любимый кофе с корицей и сделать для Айсель обещанное лакомство. В лавке все было привычным и понятным: пучки сушеных трав свисали с потолка, развешанные по всем правилам лунных фаз, полки заставлены красочными склянками и флаконами, а мой старый медный котелок бурлил на своем почетном месте… «Вот зараза, опять в угол сбежал», — мысленно фыркнула я и улыбнулась. Мой своевольный котелок опять сбежал из лаборатории и сейчас вовсю распространял по лавке аромат мандрагоры и лаванды.

Ну и ладно, скучно ему в подвале, наверно. Главное — теперь точно никаких драконов, а к перемещениям котелка я уже давно привыкла.

— Что у нас сегодня по плану? — поинтересовалась Айсель, с аппетитом уплетая замороженные ягоды с травами. — Надеюсь, ничего слишком опасного?

— Сегодня у нас день максимально безумных заказов, — довольно флегматично отозвалась я, отхлебнув ароматный кофе, и перевела взгляд на список, висящий на дверце шкафа, прикрепленный к ней магнитами в виде маленьких летучих мышей. — Госпожа Летицкая желает зелье, чтобы её говорящий попугай, гостивший прошлый месяц у её любимой бабушки, перестал выкрикивать непристойности, сопровождающиеся старческим кряхтением. Хотя, в данной ситуации у меня вопросы скорее к бабуле, не могла как все нормальные бабушки просто его откормить? — возмутилась я, закатив глаза. — А вот эр Блэкстер не изменяет себе… Почти… С его лысой черепушкой я, наконец, справилась, теперь он желает, чтобы я сделала его усы ещё более… величественными. Ну и вишенка на торте — старый гном Грумбл просит сделать элексир от икоты, которая длится уже полвека.

— И ты правда собираешься им помогать? — Айсель приподняла голову, её кристаллы на спине заискрились от возмущения. — Кэрри, ты слишком добра. Госпожа Летицкая могла бы просто научить своего попугая хорошим манерам и больше не отвозила бы к бабуле. Эр вообще пусть катится колбаской со своими усами — их уже ничем не спасти, на голове хоть какой-то пушок был. А икота гнома — это скорее наказание богов за его скряжничество, а не недуг.

— Кто я такая, чтобы судить их желания? — пожала я плечами и нагнулась над котелком, медленно помешивая бардовую жижу в нем. — К тому же, это моя работа. Сама знаешь, что мы — ведьмочки, дня не можем прожить, чтобы не причинить кому-то добро и не привить счастье.

— Кэрра, выручай, — не успел звякнуть дверной колокольчик, как мы услышали жалобный стон господина Хэмпла, владельца местной пекарни «пышный Каравай». — Родненькая моя, помоги. Я перепутал ингредиенты, что ты мне давала, теперь мои булочки оживают.

— Оживают? — я в удивлении вскинула брови.

— Да, — всплеснув руками, затараторил господин Хэмпл. Высокий, худой как жердь мужчина, пронзил меня своим умоляющим взглядом. — Они прыгают, кусаются и пытаются сбежать. Я не знаю, что делать.

— Хммм, — глубокомысленно произнесла я, закусив губу и ощупала взглядом полки с уже готовыми зельями. — Вот, — схватив одно из них с надписью «стабилизатор», всучила в сухие трясущиеся руки. — Поставьте в пекарне подальше от булочек на десять минут.

— Вот она, настоящая магия, — хихикнула Айсель, сверкнув кристаллами и проводив насмешливым взглядом удаляющуюся спину мужчины. — Булочки-зомби.

Хмыкнув, потерла переносицу и взялась дальше за работу. На периферии сознания обратила внимание, что наш тихий и уютный городок сегодня кажется слишком оживленным. Посмотрела в окно, за которым в очередной раз пронесся всадник, и нахмурилась. Чует моё сердечко — ничего хорошего от данного оживления ждать не стоит. «А не по твою ли душу весь этот переполох?» — промелькнула тревожная мысль. Но я быстро отогнала её. Нет, вряд ли. «Сумеречная дымка» действует на всех, кроме драконов. Мужчина из таверны им точно не был. Я бы почувствовала. Да и у каждого дракона на предплечье есть вязь — символ рода. Так что, скорее всего, это моя паранойя вышла погулять.

— Может, просто ярмарка в соседнем городе открылась? Или приготовления к празднику? — предположила Айсель, тоже отметив странное оживление.

— Вполне может быть, — вздохнула я.

Самовнушение немного подействовало, но от тревожных мыслей меня отвлекла более насущная проблема — котелок с тихим «бульк» выплеснул часть содержимого на пол, от чего по всей лавке стал распространяться запах озона с примесью тины. Пока я разбиралась с вредным сосудом, колокольчик над дверью вновь звякнул, впуская эру Хуммель — известную на весь город модницу и авантюристку на всю голову.

— Кэррочка, я слышала, ты готовишь чудодейственный бальзам для волос, который делает их шелковистыми, как у единорога, — заговорщически прошептала эра Хуммель. Вдова, но никогда не унывающая — она цвела, пахла и без зазрения совести тратила наследство, доставшееся ей от покойного супруга. — Мне срочно нужно что-то, что поможет затмить эру Пальму на предстоящем балу.

— Конечно, эра Хуммель. Я приготовлю для вас что-нибудь особенное, — улыбнулась я. Эта дама мне даже импонировала — легкая, простая в общении, совсем не похожая на представительницу высшей знати. — Но вы же знаете, что никакой эре не затмить вашего внутреннего света.

— Да-да, конечно, дитя мое. Но и красоты много не бывает, — кокетливо взмахнув веером, рассмеялась она, обнажив жемчужные зубы.

Утро в «Дивном Арсенале», как и весь день, выдалось безумным. Этому не мало поспособствовало отсутствие моей помощницы — Алики. Моя верная соратница и по совместительству лучшая подруга, именно сегодня решила навестить свою троюродную бабку на другом конце нашей величественной Империи Северных Ветров. Империи, что занимала значительную часть нашего мира Флораэля, и правили ею драконы.

Огромные, внушающие трепет ящерицы, лишенные эмпатии и сострадания. Ладно, это я так утрирую — личная аллергия на всех драконов, ну кроме отца, разумеется, дает о себе знать.

Они появились в нашем мире всего пятьсот лет назад — по меркам продолжительности жизни сущий пустяк, и сразу показали свои острые, начищенные зубки. Ведьмочки же, вместо того чтобы испугаться, начали потирать ручки в предвкушении разработки новых зелий. Ещё бы, столько добра само в руки пришло: чешуя, клыки, когти, да и магия драконов весьма любопытна.

Драконы, рассчитывающие на кровавые сражения и легкую победу, столкнулись с неожиданным сопротивлением. Не с оружием, а с женским любопытством и жаждой экспериментов. Мужская гордость и непомерное эго не позволили драконам воевать с женщинами. Они пошли на переговоры и были удивлены, узнав, что большая часть мира разделена на мелкие государства, где никто особо не стремился к власти. Точнее, не к самой власти, а к завоеванию соседних территорий. Природа и климат сами распределили всех существ по уголкам мира, делая бессмысленными любые попытки завоевания.

Да, были и небольшие воины, и конфликты, но они, как правило, носили локальных характер и не приводили к масштабным разрушениям. Жизнь во Флораэле до драконов представляла собой пеструю смесь культур и верований. Разрозненные народы жили своими обособленными жизнями, поклонялись своим богам, вели торговлю между собой и иногда сталкивались лбами. Мир жил своим чередом в гармонии с природой, несмотря на все противоречия и разногласия.

Тихая и почти мирная жизнь закончилась в один миг, когда наш мир столкнулся с неведомым до того врагом. Как их позже стали называть «Ледяные Колоссы». Древние великаны, рожденные самой вечной мерзлотой и каменным сердцем гор. Прежде северные земли считали необитаемыми, за исключением некоторых видов животных и снежных фей. Посему, когда стали появляться и крушить все на своем пути ледяные исполины, достигающие до десяти метров в высоту, жители нашего мира, откровенно говоря, струхнули.

Нет, с ними пытались бороться и даже иногда побеждали. Но какой ценой? Даже сумеречные эльфы, что до этого откровенно скучали в своих лесах, совершенствуя боевое искусство, и время от времени оттачивали его на других, быстро поумерили пыл и смекнули, что и их сил с энтузиазмом маловато.

Ведьмы, глядя на хаос, что творится в мире, объединили силы и обратились к своей Богине Аурэлии с просьбой о помощи. Та не долго думала. Видимо, Боги также не были в восторге от ледяных захватчиков, и послала верховной ведьме видение, как помочь миру. Но предупредила, что ведьмочкам придется расплачиваться своей свободой. Тогда верховная лишь отмахнулась, куда важнее на тот момент было победить с минимальными жертвами.

Не откладывая в долгий ящик, верховная с остальными ведьмами начертили ритуальный круг призыва и, напитав его своей ведьмовской силой, стали ждать. Недолго. Практически сразу круг вспыхнул, и появился первый дракон. Увидав его ведьмочки опешили и даже немного пожалели о содеянном. Но деваться было уже некуда, и они решили, что можно и полюбоваться на неведомых ранее существ. Что уж теперь…

Драконы прибыли в наш мир как небесные громы, несущие надежду и силу. Это были явно древние и могущественные существа. Сколько их прибыло, никто не считал, но достаточно, что бы они в сжатые сроки очистили Флораэль от ледяной напасти. Радовались их победе искренне и все, но недолго. От души поблагодарили и занялись своими делами. Но ящерок крылатых это не устроило. Они по сути своей воины и завоеватели, а ещё жутко себялюбивые скромники.

После ошеломительной победы драконы захотели власти за спасение мира. Вот тут их ждал первый сюрприз, от которого все их шаблоны с треском развалились. Некоторым, до кого ледяные гиганты не добрались, было в принципе пофиг. Те же, до кого добрались, стремились поскорее вернуться к своим делам и прежней жизни. Соответственно, им тоже было фиолетово. Империю так империю… Будете охранять и заботиться? Вообще замечательно. Небольшой налог никого не испугал и уж точно ввязываться в войну с крылатыми ящерами, никто не планировал. Просто оставьте нас в покое и все.

Драконы почесали головы, пожали плечами и умчались осваивать новые территории. Подписали мирные соглашения со всеми народами и подмяли почти всех под свою Империю. В скором времени разделили её между двумя братьями. Так и по сей день в нашем мире две империи — Северных и Южных ветров. Не стали трогать лишь сумеречных эльфов и пещерников с их пустынями. Предполагаю, что это связано лишь с их территориальной расположенностью. Но не суть.

Драконы стали налаживать экономику, юриспруденцию и тому подобное. Возвели для себя Столицу Империи — Азурград, сверкающий город из белого камня, вознесенный над облаками, словно хрустальный замок из детских грез. К чести драконов, можно сказать, что народы трогать они и не думали, их вполне устраивало мироустройство. Новшества были, но лишь в лучшую сторону. Почти для всех, но как оказалось не для ведьм.

Прошло не так много времени с тех пор, как ведьмы, сами того не ожидая, призвали драконов, но достаточно для того, чтобы верховная забыла о предупреждении Богини. Ведьмочки, как и остальные народы, сразу подписали мирное соглашение лишь с некоторыми поправками. Помогли драконам освоиться в их мире, рассказывая о расах и устройстве, после же с чистой совестью и легким сердцем умчались в свои владения. Но вот драконы не забыли о ведьмах. Дерзкие, яркие, свободолюбивые ведьмочки покорили сердца ящеров. Чем? История умалчивает. Но с тех пор драконы словно сговорились: их мало волновали магини, они целенаправленно охотились за ведьмами.

Ведьмочки в большей степени были не против. Вначале. Сильные, властные, великолепно сложенные мужчины их так же покорили в самое сердечко. Но счастье было не долгим. Как водится у медали две сторон. Драконы оказались жуткими собственниками и стали своих ведьмочек прятать от чужих глаз, проще говоря запирать в замках и доставать по праздникам как бабушкин сервиз. Мы же в свою очередь чахнем в неволе. Не может ведьма жить взаперти. И никакая любовь не сможет изменить нашей сути.

Со временем всё более-менее улеглось. Пару проклятий, и драконы поняли, ну или почти поняли свои ошибки. Стали прислушиваться к своим избранницам. А ведьмочки стали задумываться над тем, а стоит ли красивое тело и мордашка таких жертв. Постепенно жизнь налаживалась. Драконы исправно охраняли периметр своих владений. Истребляли ледяных гигантов, если те появлялись и… охотились на ведьм. Ведьмочки в свою очередь стали играть, можно сказать, с огнем.

Пройти инициацию с драконом и сбежать — вот что стало делом чести и настоящим вызовом для каждой уважающей себя ведьмы.

Появление драконов в нашем мире принесло не только перемены, но и удивительные открытия в области магии. Благодаря им мы получили множество полезных изобретений, существенно облегчающих повседневную жизнь. Одним из таких новшеств стали телепорты.

Именно благодаря этой технологии моя подруга сможет завтра вернуться от родственницы, которая ведет борьбу с сединой столь же упорно, как и с серыми буднями, используя для обеих целей весьма экстремальные средства.

— Кэрри, ты опять витаешь в облаках! — Айсель недовольно подпрыгнула на своем нагретом месте, от чего ее изумрудные чешуйки вспыхнули короткими искрами раздражения. — О чем ты там мечтаешь? О принце на заколдованном единороге?

— Так, воспоминания нахлынули, — неопределенно пожала плечами я, чувствуя, как щеки предательски теплеют. Решив срочно сменить тему, я нарочито небрежно спросила: — Как думаешь, Ефросиния в какой цвет решит выкрасить свои кудри на этот раз?

— О, эта уникальная в своем роде женщина наверняка выберет что-то совершенно эпатажное, — хихикнула Айсель, возвращая себе благодушный вид. — Что-то ярко-зеленое или вызывающе-фиолетовое и непременно с россыпью блесток.

— Скорее всего, — согласилась я, доставая из холодильного сундучка ингредиенты для сложного алхимического заказа. — Кстати, нужно было в прошлый раз настоять на новом составе для закрепления цвета. Старый уже явно не справляется с её неуемными экспериментами. Боюсь, скоро она будет больше похожа на радужного дикобраза, чем на почтенную магичку.

— Я думаю, в скором времени она сама явится к нам во всей красе, — хмыкнула Айсель, почесав задней лапкой за ухом и вальяжно растянувшись на прогретом солнцем подоконнике. — За чудодейственным зельем для роста волос, разумеется. Боюсь, с её экспериментами от некогда пышной шевелюры скоро мало что останется.

А шевелюра у бабушки Алики в молодости действительно была пышная, видела на снимках. Я невольно рассмеялась, живо представляя трехсотлетнюю бабулю Ефросинию, с абсолютно лысой головой, усыпанной все теми же блестками. Получилось нечто воистину… сюрреалистичное. Нет, такое лучше не представлять даже в самых смелых фантазиях. Передернув плечами, я поежилась от неприятного ощущения, когда в дверь снова нетерпеливо постучали, заставляя старенький колокольчик над входом мелодично зазвенеть. На пороге стояла молоденькая девушка в простеньком холщовом платье, с большой плетеной корзиной свежайших трав в руках.

— Госпожа Кэрра, — робко поклонилась она, с опаской поглядывая на ухмыляющуюся Айсель. В прошлый раз моя саламандра умудрилась довести бедняжку до продолжительной икоты, незаметно пробравшись в любимые травки и коварно заморозив их прямо там, в корзине… вместе с самой корзиной и, о ужас, с руками девушки. Что поделать, любит она свежую мяту всем своим ледяным сердцем и готова на любые опрометчивые поступки, дабы завладеть лакомством. — Я принесла утренний заказ от госпожи Миры. Травы, как всегда, отобраны лично.

— Спасибо, Амелия, — только и успела сказать, как лукошко подозрительно быстро перекочевало в мои руки, а юная травница начала медленно пятиться к выходу, глядя огромными испуганными глазами на внезапно вставшую в боевую стойку Айсель. — Передай Мире мою благодарность.

Девушка икнула, торопливо кивнула и шустро испарилась за дверью, а мы переглянулись и тихо рассмеялись. Моя любимая саламандра хоть и весьма ласковая, добрая, но отказать себе в мелких проказах не может. Особенно, если реакция на её детские выходки такая яркая и искренняя.

Пока я разбирала свежие травы, аккуратно раскладывая их по специальным ящикам с названиями и температурным режимом, Айсель с жадным любопытством, гастрономического плана любопытством, наблюдала за моими манипуляциями.

— Ну вот, опять всё самое лучшее, для этих твоих любимых клиентов, — картинно вздохнула она, обиженно надувая щеки. — А как же маленькая и всеми забытая Айсель? И вообще, я считаю, ты слишком добра к нашим посетителям. Некоторые из них того не стоят.

— Зависть, Айсель, не самое светлое чувство, — мягко улыбнулась я, поддев мелкую вредину. — Каждый заслуживает немного внимания, тепла и нашей поддержки. Даже если порой кажется, что в этом нет абсолютно никакого смысла.

— Да на здоровье, — фыркнула она, но тут же многозначительно и выразительно посмотрела на уже разобранные травы. — Но травки мои любимые, как попали в этот список? Хочется делать добро? Делись и вниманием, и теплом, и прочими эфемерными штучками, но травы… травы могла бы и своей единственной любимице отдать.

— Угу, конечно, чтобы ты сразу их все умяла и от переизбытка внезапного счастья заморозила весь город? — усмехнулась я, припомнив один весьма забавный случай из недавнего прошлого.

Айсель на мгновение смутилась, отводя взгляд, но потом быстро взяла себя в лапы.

— Между прочим, это было всего один раз! И вообще, ледяная мята — это как… как… — она задумалась, явно подыскивая подходящее сравнение. — Как свежий мед для голодного медведя. Перед этим божественным ароматом просто невозможно устоять. И уж тем более улежать или усидеть на месте…

— Ага, а последствия потом расхлебывали все жители северной части города, — хмыкнула, вспоминая, как в срочном порядке пришлось варить мощное антиобледенительное зелье для местной пекарни. — Помнишь, как господин Хэмпл возмущался, что все его свежайшие булочки превратились в замороженные скульптуры? Они были несомненно искусными, словно работы великого мастера, но…

— Зато эти самые скульптуры потом раскупались как эксклюзивная лимитированная партия прямиком перед самым Новым Годом, и, между прочим, в три раза дороже, — гордо парировала Айсель, её чешуя заискрилась от удовольствия при ярком воспоминании. — «Булочки от саламандры» — звучит вполне оригинально и заманчиво, правда?

— Звучит… как смертельны приговор для моего и без того тощего кошелька, — вздохнула я, поправляя стопку заказов. — Ладно, не дуйся. Я отложу для тебя немного твоей любимой морозной мяты, но только самую малость. И под моим чутким присмотром, чтобы избежать повторения ледникового периода локального масштаба.

— Вот это совсем другое дело! — просияла Айсель, радостно виляя своим длинным чешуйчатым хвостом. — А можно мне ещё совсем чуть-чуть волшебного кристалла-зимы? Просто посмотреть, обещаю!

— Только посмотреть, — строго предупредила я. — И никаких экспериментов с магией без моего ведома. Иначе пеняй на себя, поджигательница ты моя.

В этот самый многообещающий момент в дверь снова постучали, и я невольно поморщилась, предчувствуя новый заказ. Но отказать клиентам я просто не могла — это было против моих личных принципов и против незыблемых устояв нашего древнего ковена.

— Кто там ещё? — проворчала Айсель, но тут же взяла себя в свои маленькие лапки и приняла деловой вид. — Добро пожаловать в волшебную лавку госпожи Кэрры! Чем мы можем вам помочь?

В дверях стояла молодая, невероятно эффектная эльфийка с тревожным выражением на прекрасном лице. Её длинные волосы цвета спелой пшеницы были заплетены в сложную косу, украшенную россыпью жемчужин, а чуть заостренные ушки пылали алым цветом.

— Здравствуйте, — робко произнесла она, нервно теребя край своего изысканного платья, расшитого тончайшим серебряным кружевом. — У меня… у меня очень необычная проблема. Очень деликатная.

— О, деликатные проблемы — это наша специализация, — тут же навострила ушки Айсель. — Рассказывайте, не стесняйтесь. Здесь вы можете быть абсолютно откровенны, мы сохраним вашу тайну.

Эльфийка с сомнением бросила быстрый взгляд на довольно ухмыляющуюся саламандру и снова обратилась ко мне:

— Видите ли… моя любимая прабабушка… она… она начала превращаться в дерево, — нерешительно протянула она, глядя в пол. А я едва сдержала смешок.

— Такое бывает. Особенно у долгоживущих эльфов преклонного возраста. Это называется «древесная трансформация». У нас есть отлично зелье…

— Нет, дело вовсе не в этом, — перебила она, заливаясь краской. — Она превращается только наполовину. И… и это… не самое приличное место.

Айсель не выдержала и громко прыснула, но быстро взяла себя в руки, искусно маскируя предательский смех под внезапный приступ чихания. «Мда… я, конечно, всегда искренне мечтала помогать, но сегодня даже для моей устойчивой психики день оказался тем ещё испытанием на прочность» — с тоской промелькнуло в моей голове.

Пока мы с Айсель увлеченно занимались составлением рецепта для несчастной прабабушки-эльфийки, день неумолимо клонился к закату. Солнце окрасило небо в нежные золотисто-лиловые тона, а в воздухе запахло озоном — явный признак приближающейся грозы.

Довольная эльфийка уже давно покинула нашу лавку, и я даже на некоторое время вздохнула с облегчением в наивной надежде на то, что больше сегодня посетителей уже не будет. Как же сильно я ошиблась, и поняла это довольно скоро, когда дверной колокольчик вновь оповестил о новом посетителе. Я подняла свой усталый взгляд и буквально замерла на месте. Улыбка медленно сползла с моего лица, как, в принципе, и краска с него же…

На пороге моей лавки стоял он. Нет. Не так. ОН… Высокий, статный, властный мужчина с копной небрежно уложенных шоколадных волос, и пронзительными орехового цвета глазами, в которых плясали насмешливые огоньки. Его открытый взгляд внимательно изучал меня, совершенно не стесняясь и не пытаясь этого скрыть. На мгновение показалось, что он каким-то чудом меня узнал. Да не… не… не… Не может этого быть. Образ наивной дурочки с амулета я стерла ещё утром и сейчас выглядела взрослой, уверенной в себе темноволосой женщиной, с зелеными глазами и твердым взглядом.

— Добрый вечер, — его голос был низким и бархатным, а ещё внезапно пьяняще-чувственным. От чего перед моим внутренним взором моментально предстала совершенно другая картина. Одинокая, медленно догорающая свеча в старинном канделябре… два обнаженных тела, переплетённых на смятых шелковых простынях, залитых ведьмовским пламенем… — Я слышал, что здесь можно найти нечто… крайне редкое и необычное.

Усмехнулся он, не сводя с меня своего пронзительного насмешливого взгляда. Я на мгновение поджала губы, затем нервно их облизнула, и замерла, словно парализованная, отчетливо ощущая, как от его внезапно потемневшего взгляда по телу пробежала волна обжигающего жара.