Глава 13

Мне удалось только слегка пошевелить пальцами, но я уже знала, что эта мысль пришла в нашу общую голову, потому ноги направились подальше от беспечной девушки с ее сумкой. Теперь только вперед: не буду сопротивляться – не буду мучиться. Дождалась зеленого света, пошла по переходу, незачем привлекать к себе внимание. В стороне завизжали тормоза – красная машина едва не врезалась в меня. Ну и хамло! Водитель еще и вылетел на улицу, чтобы на меня наорать, хотя сам попер не по правилам.

Хотя этот экземпляр интересный, я присмотрелся внимательнее. У него на счету точно не двести семнадцать рублей, с такой-то тачкой, хоть и порядком побитой. Неудивительно, если так гонять. И все равно сначала надо уладить дела со мной, а уж потом присматриваться к другим, и этот водитель не готов – нельзя поймать того, кто себя хорошо контролирует, я уже много раз пробовал. Но наглость придурка зашкаливала: он не орал, а схватил меня за плечи и с силой тряхнул, заглядывая в глаза. Я вздрогнул, когда рассмотрел крысу: она шустро забиралась вверх по рукаву какого-то дурацкого средневекового сюртука, пока не уселась на его плече и не вцепилась коготками в ткань.

– Наташ, Наташа! – закричал он. – Очнись!

Ага, похоже, мы знакомы. Это Диминик Эйм. Какое странное имя. Иностранец? Меня немного повело от его близости и этих неласковых прикосновений, просто передо мной был подчеркнуто идеальный представитель отряда самцовых, от таких у всех барышень крышу сносит. Он несильно ударил меня по щеке и снова тряхнул, а держал крепко – не вырваться.

– Ты вообще меня слышишь? – он продолжал допрашивать, сводя с ума видом своих длинных темных ресниц. – Наташа, ку-ку! Что это за гребучая магия?!

Видимо, это и есть магикоп. Хотя нет, это же Диминик – он ненавидит магикопов, он всех их стер бы с лица Вахарны. И меня ненавидит, но сейчас как будто донельзя испуган моим состоянием. От него надо как-то отделаться, чтобы он ни в коем случае мне не помог. Да-да, инкуб, помоги мне любым способом, умоляю!

Крыса на его плече снова запищала, а он резко наклонился и прижался к моим губам, вынудив все тело одеревенеть. Поцелуй инкуба – это яд, отравление всего организма, делящий эмоции на до и после. Он вызывает во всем теле вихрь искр, невозможное желание и бесконечное стремление уйти в чувства целиком. Секундное касание кожи к коже, но будто током прошибло – и такая доза яда оказалась целебной. Следующий судорожный вдох я сделала сама! Чужое сознание было так поражено неизвестной ему силой, что его вышвырнуло из меня без остатка. Я почти повисла в руках Диминика и уже собственными ушами слышала в стороне веселый мужской голос:

– Эй, молодежь, это, конечно, мило, но проехать-то дайте! Можно сосаться, не создавая пробки?!

Инкуб дернул меня за локоть, усадил в машину и уже через несколько секунд рванул с места. Я пришла в себя поразительно быстро, а теперь шумно дышала, пытаясь выдохнуть накатившее облегчение. И обязана была сказать:

– Спасибо тебе! Ты мне жизнь спас!

– Просто у нас сделка, – напомнил он уже совсем спокойным голосом. – Теперь ты выполнишь свою часть – обещаю, тебе не понравится.

Мне даже угроза не смогла испортить настроения – я ведь только завтра этим займусь. А сегодня я избежала собственного убийства! Причем выглядело бы со стороны так, будто я сама с собой это сотворила.

– Все равно спасибо, Дим, – повторила я. – Я знаю, что ты рисковал. Через пару домов отсюда отряд магикопов – и ты мог бы им попасться. Но если бы ты этого не сделал, то меня уже не было бы.

– Ну да, и не было бы никого, кто так изящно на меня ругается, – он улыбнулся. – Так что это было вообще? Никогда ничего подобного не видел. Какой-то новый контроль разума?

– Хорошо, что напомнил, – я достала смартфон и нажала на последний вызов. Инкубу мои объяснения точно не были нужны больше, чем сверхполиции. И когда Николас ответил, я сразу выпалила: – Передай всем магикопам, это очень важно! Ведьмак применяет не контроль разума – он арканит людей, как альтеров!

– Нет, невозможно, – после паузы ответил оборотень. – Ни один ведьмак на подобное не способен, таких сил в природе не существует. Талья, с чего ты взяла?

– С того, что он только что был в моей башке! – я подняла тон. – И я абсолютно уверена!

– Что? – голос Николаса просел. – Ты в порядке?!

– Да, смогла освободиться. – Я вновь начала улыбаться.

– Как?!

Я скосила взгляд на задумчивую улыбку инкуба и соврала:

– Смогла перехватить контроль. Уроки не проходят даром. Но изложи эту версию нашему Владу – он подтвердит, что тогда сразу все сходится. Хоть и невозможно. Кстати, он был прав – ведьмак из неучтенных. Он даже про Вахарну и сверхполицию ничего не знал, хотя из моего сознания несколько фактов вытащил. Я завтра сообщу подробности в управлении.

– Хорошо. Отдохни как следует. А я как раз присмотрю за тобой, чтобы ничего больше не случилось.

– У нас собрался заночевать? – поняла я.

– А чем не повод? Пусть Марина привыкает, что я всегда где-то поблизости.

Я рассмеялась. Даже оборотни-магикопы становятся романтичными дурачками, когда подбивают клинья к понравившейся девушке.

Диминик довез меня до нужного дома – адрес ему спрашивать не было нужды. Я еще раз заверила:

– Я все еще злюсь на тебя из-за машины, но, разумеется, я не сдам тебя – мне самой не по себе от мысли, что тебя накажут за мое спасение. И коробку я твою доставлю. Но на этом мы будем квиты. Договорились?

– Еще бы. – Он впервые с начала поездки посмотрел на меня. Затем поднял руку, на которую с плеча перепрыгнула крыса, и протянул в мою сторону. – Ты красавицу мою забыла.

Меня это немного удивило:

– Хочешь вернуть ее назад в мою тюрьму?

– Почему нет? Я теперь здесь бываю редко – и мне спокойнее, когда Крыся живет в сытости и тепле. И даже платить за ее проживание не приходится.

– Кажется, ты просто хочешь продолжать за мной следить. – Я растянула губы, хотя и сама понимала, что в этом объяснении есть прокол: следить-то как раз проще не из клетки. И поэтому сама придумала другой довод: – Или ты действительно о ней очень заботишься.

– Забочусь, – признал он. – Потому что мне теперь больше некого любить. Ты ведь поняла, что я назвал ее в честь Кристины?

Я хмыкнула, не представляя, шутит он или нет. Крыса по имени «Крыся» – это сокращение от «Кристины»? Да ни в одной здоровой голове такое не уместится. Но зверька я забрала, засунула под куртку и побежала в свой подъезд. Я все равно ему задолжала, мне не сложно присмотреть за питомцем. Мы с Маринкой ее в любом случае перемещаем в ванную, если не хотим быть услышанными.

Я опять трогала альтера инкуба голыми руками, но навязанные сны с эротическим подтекстом мне не снились. Возможно, Диминику было не до того, чтобы заниматься их внушением – ему теперь надо незаметно вернуться в Вахарну. Или он посчитал, что с меня на сегодня хватит. Это не так уж и важно. Я и без того долго крутилась перед сном, не в силах сомкнуть веки. Все еще прошибало током от воспоминания о секундном прикосновении его губ к моим. Инкуб не придумал лучшей встряски, магический арсенал у него небогат, и я чрезвычайно благодарна, что не стал мелочиться и использовал ту силу, которой обладает с лихвой. Но даже интересно, что испытывает девушка от настоящего поцелуя с таким существом? Захлебывается его ядом и уже не имеет шанса когда-нибудь позабыть?

* * *

Я просчиталась, назвав предыдущий день самым психологически тяжелым за всю свою жизнь. Следующий без труда побил этот рекорд.

Началось все того, что магистр Веллес вообще отменил занятия, поскольку меня ждали в управлении сверхполиции с подробным докладом. Я детально еще раз пересказала события вчерашнего вечера целой толпе: магикопам, их начальству, ведьмам и ведьмакам со значками на груди. И уверенно подтвердила несколько раз:

– Да, я не сомневаюсь! Ведь мне есть с чем сравнивать. Преступнику даже не надо было ко мне приближаться – просто посмотреть и заарканить. Я ощущала соседство чужого сознания точно так же, как когда управляю птицами. Он поймал меня, а сам сразу надежно спрятался – ему больше не было нужды держаться поблизости. Почему вы мне не верите?

Но они верили, а переспрашивали скорее от невозможности осознать. Часть ведьм обреченно качала головами, другие приходили в чистый восторг и шептали задумчиво:

– Самородок… Бриллиант!

Начальник полиции, крупный берсерк в солидных годах, уточнил у одного из слушателей:

– Что вы имеете в виду, магистр Чаркинс?

Старик, к которому обратились, подтянулся, направил на командира круглые от изумления глаза и повторил:

– Бриллиант! Вы ведь понимаете, что он сильнейший ведьмак из всех нас? Но даже не знает, что является существом. Заарканить человека?! Да еще так цепко, что она едва вырвалась – в голове не укладывается! Мы нашли самородок, равных которому я за свой долгий век не видал!

– Поумерьте радость, магистр, – устало осек его начальник. – Он едва не убил нашу курсантку. И, вполне возможно, нескольких ограбленных им же людей. Да и не нашли мы его пока что. К величайшему сожалению. Влад, – он нашел в толпе вампира, – а ведь теперь все сходится с твоей версией…

– Именно так, – кивнул вместо подчиненного Ион. – За исключением того, что мы искали группировку, но наткнулись на ведьмака, который по силе равен целой группе существ. Сказал бы, что мы приблизились к закрытию дела, но на самом деле я не представляю, как его поймать. Если раньше он даже не прятался, то теперь подозревает о нашем существовании, пусть и без подробностей. И фоторобот мы не составим – Талья видела его мельком. Нам известно только, что он немного выше ее ростом, примерно ровесник по возрасту и обладает шевелюрой темного оттенка. Не брюнет, волосы каштановые или темно-рыжие. С такой наводкой он даже из Москвы может не уезжать – мы его никогда не найдем.

Я неловко мялась на стуле, будто была главной актрисой на арене цирка, от которой замершие зрители ждут магического фокуса, способного всем помочь. Проклинала свою невнимательность, ведь преступника не разглядела! А сейчас одолевали сомнения, что я даже эти характеристики правильно перечислила. Меня не ругали за то, что я случайно уничтожила альтера-наблюдателя, но пожурили за риск. Хотя сразу после Ланда мне шепнула, когда никто не слышал:

– Молодец, Талья! Мы представления не имеем, что ведьмак сделал бы с Михаилом, если бы ты не отвлекла его на себя. Дурная недоучка с безумной отвагой. Из тебя получится отличный боевой товарищ, которому я точно доверю прикрывать мне спину.

Но почувствовать гордость у меня не получалось. И особенно сильно давила необходимость врать. А старик Чаркинс не уставал переспрашивать:

– Талья, милая, расскажи еще раз, как тебе удалось избавиться от его влияния! Ведь альтеры не могут самостоятельно избавиться от контроля, но мы никогда не рассматривали человека в роли альтера!

Снова засосало под ложечкой. Я знала, что неправа, прикрывая Диминика. И не могла поступить иначе, поскольку была ему обязана собственной жизнью. Вся ночь прошла во взвешивании этой дилеммы, но итоговая мысль сомнению не подлежала: инкуб не был обязан ради меня рисковать, но сделал это без раздумий. Он рванул мне на помощь сразу, едва через Крысю уловил непонятную опасность. Видимо, я все-таки ужасный магикоп, раз даже вероятности не допускала его сдать. Пусть его накажут по всей строгости закона – видит каждый зрячий, он заслужил! Но точно не за вчерашнее.

Магистр Чаркинс послушал наклонившегося к нему Влада и продолжил какую-то подкинутую мысль:

– Да, действительно… Талья, милая, а теперь еще раз – как именно ты почувствовала, что тебя заарканили?

Я повторила и этот момент, пока не понимая, почему вампир закивал головой и щелкнул пальцами. Но Чаркинс с трудом встал и тоже затряс руками, обнадеживая присутствующих новой восторженной интонацией:

– Ведьмы и ведьмаки, обратите внимание! Талью поймали не сразу – он бежал за ней по подъезду, а потом и по улице. Сколько она еще пронеслась до дороги? Метров двести? А сколько требуется нам времени, чтобы заарканить альтера, которого мы уже видим?

– Секунда, – поняла молодая женщина с другого конца зала. – А если животное уже было твоим альтером, то хватит и сотой доли секунды. Промедление можно было бы объяснить тем, что он совсем новичок – но это не так, ведь мы знаем уже нескольких его жертв. Значит, заарканить человека сложнее и дольше, чем животное! Или требуются какие-то дополнительные условия, какой-то удачный момент уязвимости…

– А какие нужны еще условия, кроме потери контроля? – возбужденно добавил Чаркинс. – Если человека и можно поймать, то только в том случае, если он сам себя в данный момент не очень контролирует. Талья в страхе убегала, ее накрыло паникой, вряд ли такое сознание можно назвать идеально контролируемым. Верно?

– Верно, – кивнула я, когда он уставился на меня. – Я, кажется, в тот момент вообще ни о чем не думала – просто неслась, пока не увидела машину седьмого отряда.

Начальник управления видел радость, понятную только ведьмакам, и нервно переспросил:

– И к чему это нас приводит, магистр?

Старик почти хохотал, но на самом деле его восторг пока был не оправдан. Он напоминал безумного ученого, пришедшего в экстаз от малюсенького научного прорыва:

– К тому, что даже такой самородок не может заарканить любого человека в любом состоянии. Если совсем просто, потенциальный альтер должен быть немного не в себе: от страха, волнения, шока или чего угодно еще. То есть далеко не каждый прохожий на улице находится под угрозой, если гипотеза верна.

– Хоть что-то оптимистичное, – протянул Ион.

Но Влад продолжил мысль старшего коллеги и монотонно прогундосил:

– А я почти уверен, что эта гипотеза – в самое яблочко. Объясняет, почему он снова пришел к Михаилу. Не только потому, что у того на счету осталась круглая сумма, но еще и по причине, что тот уже был его альтером. То есть ему проще было вернуться к старому носителю, чем найти нового. Логичненько?

– Какие же вы у меня молодцы, – расцвел начальник. – Капитаны отрядов, ищем преступника где-то неподалеку от его прошлых жертв. Удвойте… Нет, утройте количество альтеров рядом с ними! – Он покосился на меня и добавил тише: – А то мало ли, кто еще из курсантов захочет ими перекусить. – Дождался, пока я начну краснеть, и продолжил громко: – Рейды должны быть рассортированы таким образом, чтобы за полминуты добраться до любого из нужных адресов. Мы или возьмем его с первой попытки, или он узнает все о наших возможностях – и тогда прощай мой долгожданный отпуск. Все, за работу!

Среднее настроение в зале заметно поднялось, а я была рада оказаться хоть чем-то полезной.12727c

* * *

Эта часть дня была простой и приятной, но я знала, что должна закрыть долг. Ведь я сама предложила сделку, а Дим перевыполнил свою часть на тысячу процентов. И я шла в забегаловку «Сизый грифон» с отчетливым пониманием, что ни к чему хорошему это не приведет, но все равно передвигала ноги.

Стоило мне только сказать, что я от Диминика, как там сразу поняли причину визита и затащили меня в подсобку. Какой-то заполошный мужик всучил мне небольшую коробку и спешил скорее выпроводить. А я все мялась в ожидании, что мне хоть что-нибудь объяснят. Он озирался по углам в малюсенькой каморке, будто боялся там обнаружить мелкое животное или насекомое, а говорил быстро и едва слышно:

– Там уже все распаковано и подписано. Вали. И надеюсь, что ты наняла охрану – вряд ли сама отобьешься, если кому-то приспичит это барахло отобрать.

– Отобрать? – пискнула я. – Подождите, там что-то дорогое или запрещенное?

– Да что ты, как можно! – он театрально выкатил глаза. – Подарочки для детишек от Деда Мороза. Вали уже, и, если что, я тебя не видел. Себе возьмешь десять процентов, это обычный тариф.

– Мне не нужны ваши грязные деньги! – возмутилась я.

– Тем лучше для наших грязных денег. Иди уже!

На этом пришел конец нашему спешному знакомству. Я шла по крайней улочке города, вжав голову в плечи. Не удержалась – остановилась за углом дома и заглянула внутрь. В коробке были навалены небольшие пакетики, на каждом подписан московский адрес, а внутри – разносортные деревянные, каменные и металлические амулеты разных форм и размеров. Я тяжело вздохнула и поспешила дальше. Контрабанда, как она есть, от этой мысли уже никуда не деться. И если меня поймают с этой ношей, то заморозят не только Диминика.

– Ты домой, Талья? – крикнула Ланда издалека, заставив мое сердце остановиться. – Отдохни, молодчинка наша!

Я ойкнула и прибавила шага. Почему Диминик сам не увез эту коробку в человеческий мир? Злость разбирает! Как какую-то дуру спасать – так это запросто, ни секунды промедления, а как контрабанду доставить – так ему некогда?! Что мужик в подсобке про охрану говорил? Конечно, я никого не наняла, у меня денег на это нет! И отбиваться мне нечем, руки коробкой заняты.

Я едва не забыла сменить одежду, но вовремя вспомнила и свернула к переодевалке, чтобы избавиться от платья принцессы и выглядеть в Москве не так подозрительно.

– Что наворовала? – раздался откуда-то снизу противный голосок, когда я уже вышла из прямоугольного магического склада.

– Ничего, Аго, отстань, – процедила я. – Учебники несу! Я ведь учусь, понял?!

– Ишь, какие мы нервные, – тролль увязался за мной. – День не задался, или вся жизнь? Хотя не отвечай – я ведь рожу твою видел. Ты такой нос в мамочку или папочку отрастила? Или это какой-то протест против законов физики?

Он был в своем репертуаре, а у меня сегодня было еще меньше настроения с ним общаться, чем обычно. Но через пару шагов я остановилась и посмотрела на него. Низкорослый тролль напоминал карикатурного уродца, но все-таки он был мужчиной. Не лучше ли выбрать такую компанию, чем гулять по Москве с бесценной ношей в полном одиночестве? И он, кажется, туповат, то есть я как-нибудь смогу прикрыть настоящую суть дела.

– Аго, – я выдавила улыбку и заговорила с ним ласковым голосом: – А ты драться умеешь?

– Получше некоторых магикопов!

Хвастовство доверия не вызвало, но других охранников я под рукой не имела, поэтому задала новый вопрос:

– А ведь ты ни разу не бывал в Москве, я правильно поняла?

– Че мне там делать? – карлик обиделся.

– Так, может, вместе пойдем? – предложила я. – Покатаемся по разным адресам, я тебе город покажу. Там так красиво!

Я его полностью обезоружила – тролль даже в страхе отступил и вылупил на меня большие глазища.

– Чего эт ты? Влюбилась? – Он рассматривал меня с подозрением.

– Просто ищу компанию, чтобы не скучно было.

Уговаривать его не пришлось. Аго теперь несся впереди и орал на всю округу:

– Влюбилась, влюбилась! А я еще при первой встрече понял, когда ты мне глазки строила, страхолюдина!

Еще до портала было понятно, что я об этом решении пожалею. И все же именно его общество лучше всего отвлекало от гнетущих мыслей и служило будто прикрытием – мой бегающий взгляд и нервные движения сразу списывались на странную компанию, он своим присутствием даже от коробки внимание отвлекал. А мне оставалось просто поддакивать, не слишком раздражаться и думать о работе.

Да уж, других профессий в человеческом мире больше нет, все жители и гости столицы устроились в доставку: Маринка работает курьером, преступник-ведьмак притворяется курьером, а теперь и мы с троллем – курьеры. Слово-то одно, а такие разные судьбы…