Глава 11

Этьен

Спустя несколько часов я добрался до бывшей гостиницы, ставшей моим штабом на время поисков Таис.

Распахнув двери, я увидел своих охранников, развлекающихся с девками прямо в холле. Впрочем, командиры тоже не отставали — Матис неистово трахал одну из оборотниц прямо на бывшей стойке администратора — и девка жалобно скулила, явно не в состоянии принять Матиса полностью.

Новенькая значит.

Увидев меня, парни подобрались, но я махнул рукой, разрешая им расслабиться — перед тем как выслушивать отчеты и планировать новое наступление, мне всё — равно следовало сначала поесть и принять душ.

То есть сначала принять душ, а только затем поесть, — решил я, принюхавшись к себе.

На лестнице меня встретил счастливый Марк.

Запыхавшись — как будто только что пробежал сто километровку, мой бета радостно воскликнул:

— Альфа, вы вернулись!

Я хмуро кивнул, понимая, что радость беты пока преждевременная.

— А Луна? Она…

Я отрицательно махнул головой, хорошо, впрочем, понимая, о чем он только что подумал: раз я здесь, и раз я в нормальном состоянии, то Таис должна быть где- то рядом со мной.

— Я не нашёл её, Марк. Сжав руку в кулак, я поинтересовался. — У вас есть какие — то новости?

— Да, мы произвели полный анализ всех доступных данных по медицинскому оборудованию, сравнив их с данными видеокамер.

— Результат? — мгновенно насторожился я. Марк, едва ли не посерев, покачал головой.

— К сожалению, Альфа. Ничего.

Я кивнул, понимая, что ещё не всё потеряно. Раз мальчишка передал мою силу Таис и дочери, значит, у нас ещё есть время.

Чтобы вернуть мою пару домой.

— Подготовь отчёт по всем событиям, — произнес я, по пути в свою спальню. — И прикажи принести обед в мой кабинет через полчаса. Неделю не ел человеческой еды.

— Десять дней, — поправил меня Марк.

Десять дней… Совсем близко к полнолунию. Что ж, теперь я ещё больше понимал радость Марка. Ещё бы чуть — чуть, и ему пришлось бы связаться с Баевым.

Сузив глаза, я посмотрел на своего преданного бету.

— Ты же…

— Нет, как можно. — Воин не отвёл взгляда, демонстрируя свою преданность во взгляде. — Я подчинялся вашему приказу, Альфа.

Я кивнул и открыл дверь в свою комнату. Не тратя время на ненужные телодвижения, прошёл прямо в ванную комнату. От меня пахло землей, разило псиной — и волчьими дикими обедами. Пока я бегал в состоянии почти одичалого Альфы, местная фауна значительно сократила своё поголовье.

Но всё — равно хотелось поесть нормальной человеческой еды — чтобы убедиться, что ещё не отвык. Зверь… зверя во мне стало определённо больше.

Намыливаясь гелем для душа без вкуса и запаха, я внезапно почувствовал запах извне и замер, надеясь, что глупая самка не посмеет проявить инициативу. Но эта дура явно не знала правил, установленных в замке Ангулема.

— Альфа, я помою вас язычком, — промурлыкала фигуристая сука, залезая ко мне по душ. Опустившись передо мной на колени, она уже была готова втянуть мой стоячий колом член в свой пухлый рот…

Сочная сучка улыбалась, зная, какой чести она удостоилась находиться рядом с Альфой.

И в другое время я бы обязательно отымел бы эту красивую девку во все щели, но… даже я не мог наслаждаться радостью плоти в тот момент, пока Таис, испытывая неимоверную боль, пытается сохранить моего ребенка.

Приподняв девку за шею, я прорычал ей в лицо.

— Кто разрешил тебе войти в мою комнату?

— Альфа, я подумала…

— Сама? — рыкнул я, нависая над развратной сукой.

— Ч- что?

— Сама подумала? — ощерился я. — Или подсказал кто?

— Ребята внизу говорили, что вы… что вам…

— В спальню Альфы без приказа не входят, — рыкнул я, вышвырнув суку из душевой кабины. Пошла отсюда.

— Да, Альфа… простите, Альфа… Я не хотела, Альфа…

Я снова коротко рыкнул — и переключил резко воду с горячей на холодную. Чтобы не говорил мне сейчас моё разум, тело требовало женщины.

Я представлял себе, чтобы было бы, окажись сейчас здесь Таис. Покорная, жаждущая меня внутри своего тела, моя самка.

Я ударил кулаком по стене.

Она могла бы быть сейчас рядом со мной — подо мной, если бы не этот идиот бета.

Зря я тогда пожалел его — растерзал бы, и не было бы никаких проблем.

Правду всё — таки говорят старики — Альфа не должен знать жалости.

Я заскрипел зубами, понимая, что ошибка уже сделана — и прошлого не вернёшь.

Теперь у меня был один путь — вернуть во чтобы бы то ни стало Таис. С ребенком… или хотя бы ему саму.

Но вернуть!

Не став тратить время на бритьё, я выключил воду и обмотался полотенцем. Проверил время по большим часам на стене спальни: прошло уже двадцать пять минут. Значит, на сборы у меня осталось менее пяти минут.

Несмотря на то, что из замка привезли только самое необходимое, нужная одежда обнаружилась не в гардеробе, а на дополнительной стойке у окна.

Вещами явно занималась одна из моих прежних шлюх — была в списке моих особых личных горничных одна глупая блондинка, которая нормально соображала только в спальне. Гмм… вот какого ляда именно ей доверили упаковать вещи — ведь надо было додуматься привезти сюда деловые костюмы. С кем я тут буду дела вести — с горными козлами???

Пробежавшись взглядом по вешалкам, я выбрал удобные спортивные брюки черного цвета и серую футболку — решив, что после совещания с Марком отправлюсь в зал попинать боксёрскую грушу — чтобы хоть как — то выпустить пар.

А пока меня ждали неприятные новости.

Несмотря на то, что Марк уже вкратце сообщил мне о том, что поиски не увенчались успехом, я всё же надеялся, что при полном его докладе смогу уцепиться — за какую — то мелочь; какую — то деталь, которую пропустили остальные.

Марк, как обычно постарался на славу — несмотря на то, что у поваров было всего полчаса, на столе меня ждали мои любимые блюда, в том числе запеченный каплун, которого умели готовить только на моей родине.

После долгого рациона одичалого, на мясо с кровью меня уже не тянуло — и я с удовольствием насладился другими блюдами.

Под детальный рассказ Марка о том, что было сделано.

— Альфа, все возможные данные сведены — но Луна как будто под землю провалилась. Нет никаких совпадений!

— А что насчёт медицинского оборудования?

— Мы проследили всё, что могли…сейчас пополняются данные из ещё одного источника. Однако меня напрягает, что при сравнении всех данных по медицинскому оборудованию и камерам, ничего не выявлено.

Сделав глоток вина, я усмехнулся.

— На самом деле, это было более чем ожидаемо. Вряд ли Бай стал бы отсылать Таис в людное место. Она ему зачем — то очень нужна…

Я задумчиво посмотрел на Марка.

— Сделай- ка больше акцент на медицинские центры по географической привязке, которую предложил док. Не трать больше время на камеры.

Марк коротко кивнул.

— Будет сделано, Альфа.

Дальше мы коротко обсудили текущие проблемы в стае — в той её части, за которую отвечал Марк.

Он также сообщил, что Бернанд — другой мой бета из Кале — приедет отчитаться об охотничьих угодьях завтра.

— Хорошо. — Легко согласился я, понимая, что за прошедшие десять дней работы накопилось немерено. — Но напомни ему, что пока мы не вернули Луну назад — совещание только по самым необходимым вопросам.

— Как скажите, Альфа, — кивнул Марк. — Ещё вас искал Грег.

— Он оставлял какое — то сообщение?

— Нет. — Запнувшись, Марк осторожно посмотрел на меня. — Он хотел поговорить с вами лично, и я сообщил ему, что вы уехали руководить поисками на месте.

— Он, разумеется, не поверил, — криво усмехнулся я.

— Разумеется, — подтвердил Марк, сжав зубы. Я, даже особенно не применяя свою силу, легко догадался, о чем думал сейчас мой бета: если бы я не вернулся до начала полнолуния, он был бы вынужден связаться с Баевым. И наверняка сразу потерял бы свой пост.

Что могло значительно осложнить…ситуацию, в которую он попал.

Я видел тревогу, которая съедала Марка — и знал о её причине. Что ж… надеюсь, он справится с теми трудностями, которые у него возникли — по крайней мере, у него есть для этого все средства.

— Ты мне нужен будешь во время этого полнолуния. — Ровным тоном произнес я, пристально посмотрев на своего подчинённого — и в то же время на своего друга. — Сразу после этого можешь взять отпуск. Оставь за главного Матиса под присмотром Кристофа.

Марк переменился в лице.

— Альфа?

Я коротко кивнул. Да, парень. Мы все в одной лодке — и если тебе нужно решить проблему со своей самкой — я буду счастлив тебе хоть чем — то помочь.

И пока Марк отправился планировать …уж не знаю, свой медовый месяц, я набрал номер бостонского Альфы.

- Этьен? — услышал я изумленное. — Это и правда ты?

— А ты уже записал меня в одичалые? — вопросом на вопрос ответил я. — Ай- ай — ай, как не хорошо.

— Но как? — продолжил «не верить» Грег. — Сколько ты уже ищешь свою самку?

— Достаточно, чтобы сойти с ума, — подтвердил я.

— Твой бета сказал, что ты отправился руководить операцией прямо с места событий, но я никак не мог дозвониться на твой личный номер… Не могу поверить. Это медикаменты, да? Скажи, что ты колешь — Демиэну пригодится.

Я громко хмыкнул в трубку.

— Грег, медикаменты если и помогают, то ненадолго — и не сильно, — честно признался я. — Так что твоему брату лучше бы не допускать подобных ситуаций.

— Но ты…

— Почти одичал, — признал я очевидное. — Но мне помогли.

В трубке послышалось громкое дыхание бостонского Альфы.

— Неужели ты её видел? — восторженно спросил он. — Как она выглядит? Она сильно отличается от нас?

— Она выглядит точь в точь как её Альфа — самки.

— Она… разговаривала с тобой?

— Да, разумеется… Но я был не в лучшей своей форме, поэтому не очень проникся моментом. —Понимая, что Грег всё — равно вытащит из меня подробности, я признался. — Она сделала кое — что, благодаря чему у нас снова есть в запасе небольшое количество времени.

— Не могу в это поверить! Она вмешалась.

Мы на какое — то время синхронно замолчали.

— Ты понимаешь теперь, что я просто не могу проиграть? — поинтересовался я у Грега.

— Именно из — за этого я и звонил тебе, Этьен, — торжественно произнес бостонец. — Мы готовы.

Я ощерился.

Отлично. Ловушка почти захлопнулась. Почти — потому что в этот раз я не собирался давать Сирильо возможности меня обставить.

— Круг сужается — ответил я Грегу. — Когда Баев выбросил меня в тихой захолустной гостинице, я чувствовал, что он готовил для меня какую — то подлость… Мой кузен совсем не прост. Теперь мой черед удивить родственника.

Закончив разговор с Грегом, я какое- то время поработал в одиночестве — надиктовав целые списки дел для своих помощников и бет.

Кроме прочего, пришлось ещё связаться по личной связи с Паскалем — квебекским альфой. Когда — то территория Квебека была частью стаи Валуа, ведомой всего лишь бетой. Своего альфу территория получила меньше ста лет назад. Причём выбрали они себе вожака из рода нашего заклятого врага, который сумел в поединке одолеть присланного моим прадедом наследника… И несмотря на то, что Валуа вернули себе контроль над Францией, до Квебека дотянуться мы пока не смогли.

И если я не верну Таис назад, то уже никогда и не сможем, раздраженно подумал я, прося Паскаля временно возглавить проект по развитию и поддержке французского языка.

Несмотря на натянутые личные отношения, мы все же занимались одним делом, сохраняя общее же наследие.

Высокомерный тон этого деревенского ублюдка в конце концов вывел меня из себя — и включив компьютер, я отправился снимать напряжение в спорт зале.

Несмотря на то, что время приближалось к полуночи, в зале горел свет и то и дело раздавался восторженный свист моих парней.

Заглянув внутрь я увидел пару девок, которые используя допотопные канаты, проявляли чудеса гибкости и стриптиза. Суки танцевали голыми, отрастив хвосты — что ещё сильнее заводило несвязанных самцов.

Девки явно выкладывались — очевидно, пытаясь заполучить постоянного любовника, в то время как суки попроще просто обслуживали своим телами разгоряченных парней.

Судя по запаху, всё только начиналось — даже подстилки казались ещё свежими, а те, которые крутились на канатах — вообще не пахли недавним сексом.

Я цинично усмехнулся, прекрасно понимая, что в другое время с удовольствием подмял бы под себя обеих сук— заставил бы скакать на моём члене, пока они бы не выдохлись, но…

… сейчас это были просто тела. На которые даже похоть не просыпалась.

А вот от одного воспоминания о том, когда моя жена — смущённая, беременная, с нелепо выпирающим хвостом из — под платья пряталась от меня в ванной комнате — от одного только воспоминания об аромате её возбуждения — меня аж затрясло.

К этому времени присутствующие в зале уже заметили моё появление — и девки, разумеется, отыскали глазами бугор на моих штанах… наивно считая, что у меня встал на них.

И я мог бы использовать их тела для того, чтобы слить накопившуюся сперму… Я даже задумался об этом, взглядом выбирая самую симпатичную, самую сочную суку, которая смогла бы принести мне больше всего удовольствия.

А самки, не смея приближаться — игриво выгибались передо мной — позабыв обо всех остальных своих зрителях.

Я усмехнулся, и…

… ведь не полегчает. Нисколько. Буду только драть — и ещё больше распаляться. А дальше не смогу удержать волка — и точно кого — нибудь убью.

— Пошли все вон, — резко произнес я, демонстративно поморщившись. — Матис, устраивай вечеринки в пристройке для персонала. Главный корпус для работы, а не для пирушек.

Спустя несколько минут зал был полностью свободен… чего не скажешь о моей памяти.

Поиграв немного с боксёрской грушей, я решил, что если стану удерживать ещё и силу, точно сойду с ума — а потому отправился к ближайшей скале крушить горную породу. И пока я ломал скалы, я только и думал о том, что бы сделал с Таис, окажись она сейчас рядом со мной.

***

Тая

Остаток дня прошёл тихо. Я разумно полагала, что за один день невозможно кардинально изменить свою жизнь; да что там — даже принять по- настоящему взвешенное решение за такой короткий срок тоже невозможно: слишком многое предстояло мне обдумать, прежде чем сделать окончательный вывод.

А потому я просто гуляла, ела и приходила в себя.

В одиночестве.

Без Гильермо и Фернандо, без Али и врачей клана Рамзи.

Совсем одна.

Правда, уже вечером, когда я сидела в небольшой укромной беседке недалеко от замка, меня нашла Лика.

— Не возражаешь, если я присяду? — спросила она, кивая на скамейку рядом.

— Ничуть.

— Только что уложила сынишку, — сообщила Лика, поворачивая голову в сторону вечерней зари. — Умоталась.

— Можно спросить? — осторожно поинтересовалась я.

— Нужно. Я за этим и пришла.

— Альфа Разми усыновил Даниэля?

— Это его сын. — Немного помедлив, она насмешливо фыркнула. — Вот ведь знала, что рыбак рыбака…

— Я работаю с данными, — пожала я плечами. — И привыкла заниматься аналитикой.

— Что меня выдало?

— Ты сторонишься незнакомых мужчин — Гильермо, Фернандо… И нервничаешь, комкая одежду.

— Надо же, — удивилась Лика. — Не замечая за собой. Думала, уже всё прошло.

— А в глазах твоего мужа, когда он разговаривал со мной, я прочла безграничное сочувствие. Знаешь, я может за это время порядком очерствела, но…Нет, пожалуй, это просто здравое размышление о том, что Альфа Рамзи почти не знает меня, чтобы сильно меня жалеть — он явно перенёс эти чувства с кого — то близкого ему… И вот.

— И правда, получается всё как то очень просто, — кивнула Лика.

Мы ещё какое — то время просто смотрели на обжигающий своими яркими красками ночное небо закат.

— У меня всё было по- другому, — тихо произнесла моя собеседница. — Он не было истинным, и был настоящим ублюдком. Не по рождению, а как ругательство, — на всякий случай пояснила Лика. — В этом, знаешь, Аля всё же права: за Валуа раньше подобных наклонностей не замечалось.

— Тогда зачем ты мне помогаешь?

— Помогает мой муж, отплачивая долг Насте Баевой.

— Именно поэтому ты пришла сюда? — с любопытством повернулась я к Лике. Выдержав мой взгляд, она покачала головой.

— Ты права… а мы можем сильно ошибаться. Никто не может быть точно уверен в том, что происходит за закрытыми дверями спален.

Словно под влиянием какого — то момента, она рванула немного в сторону горловину своего тонкого свитера — демонстрируя мне множество мелких шрамов на своей ключице. И ведь это были явно не все следы — а только те, что я смогла увидеть в вечерних сумерках.

— Оборотни считают, что опасны только одичалые, — нехорошо усмехнулась Лика. — Как по мне, Альфы бывают куда более опасными, чем эти потерявшие человеческий облик, несчастные.

— Ещё бы — с их- то властью, — мрачно подумала я. Спросив вслух то, о чем не решалась спросить никого из тех, с кем общалась прежде.

— Как это — жить не с истинным?

— Не могу сказать тебе точно. — Лика громко хмыкнула. — Как я уже сказала, мой неистинный был настоящим монстром, о котором я хочу забыть раз и навсегда. Истинные — это дар, это чудо… Но ты зря считаешь, что истинная связь — обязательная составляющая успешного союза. Большинство оборотней как раз живут в договорных браках. Правда, тянут до последнего, перебиваясь случайными связями… Но если женщины готовы ждать сколько угодно, у мужчин всегда маячит сумасшествие.

— Какой прок от неистинных?

Лика усмехнулась.

— А ну да — ты же всегда была окружена теми, кто подталкивал тебя к истинной связи. — Она покачала головой. — Тай, если бы все оборотни ждали истинной пары, то наша раса давно бы вымерла. И твоего Этьена бы не существовало.

— А зачем тогда жениться — детей ведь можно получить и без этих формальностей? — цинично спросила я.

— Во — первых, оборотни тоже люди — и им тоже хочется семью. Нормальную человеческую семью — с мужем и женой, с детьми; с отпусками, новогодними праздниками и каникулами в деревне.

— Допустим, — согласилась я, вспоминая своё детство — лучшие его моменты.

Лика вздохнула.

— Дети у нашей расы, Тая — редкий подарок. Чаще всего малыши рождаются в истинных парах, реже — в парах по договору, и уж совсем редко от временных любовниц. Если оборотень не Альфа, не занимает высокое положение в стае — вряд ли у него будет много возможностей с разными самками. А договорной брак и волка чуть придержит, и жизнь наполнит смыслом.

Ты нравишься и мне, и моему волку. Мы, к сожалению, не истинные, но истинные пары находятся редко… Я хотел бы предложить тебе союз прямо сейчас, но прекрасно понимаю, что для тебя это ещё очень рано.- Вспомнив слова Гильермо, я согласно кивнула.

Выходит что так.

— Бета испанской стаи выглядит понимающим парнем. И он на самом деле приложил много усилий, чтобы добраться сюда, — протянула Лика. — Алекс не пускает на свои земли ни людей, ни тем более оборотней просто так.

— Значит, ты на стороне Гильермо? — улыбнулась я. Лика помедлив, осторожно покачала головой.

— Так или иначе, но твоя дочь будет наследницей Валуа.

Ну спасибо! Как будто я об этом не думала.

Мы обе замолчали — каждая из нас погрузилась в свои невесёлые мысли. Хотя почему невесёлые — возможно, у Лики они были куда светлей и радостней, чем у меня.

— Не засиживайся долго, — предупредила меня Лика, поднимаясь со скамьи. День почти догорел — и время откровений, видимо, тоже прошло. — Вечерами здесь холодно.

— Я не долго, — улыбнулась я, оставаясь снова одна.

Нет, не одна — с дочкой, которая сейчас сильно пиналась. Улыбаясь, я гладила свой живот и в то же время обещала себе, что ради дочери, ради себя самой я сделаю всё, чтобы снова не оказаться в лапах Этьена.

Я могу прямо сейчас навсегда запереть тебя в какой — нибудь из дальних комнат необитаемых башен замка. Чтобы не сойти с ума, мне будет достаточно трахать тебя по паре раз на дню, и неважно будешь ли ты привязанная к кровати или прокованная к стене. Я даже могу жениться на самке своего круга, которая станет воспитывать тех щенков, что я заимею от тебя.

Кажется, у Этьена уже тогда был запасной план — на случай, если я не подойду на роль герцогини. И правда, если у оборотней так широко распространены браки по уговору…

Я вдруг отчётливо поняла, что для самого Валуа это было бы идеальным решением всем проблем. Я не француженка, полукровка с проблемным зверем — ну какая из меня герцогиня?

Сглотнув, я перевела взгляд в сторону догорающей зари.

Как забыть его обжигающие поцелуи, проникающие в кровь? Его нежные взгляды, заботливые руки. Его ежедневное (точнее, ежевечернее) чтение малышке и мне на его родном языке — чтобы дочка привыкала к присутствию родного отца, и чтобы я учила французский.

Как забыть его внимательность, его чуткость — когда он ругался с врачами Альфы Баева по поводу моего вегетарианства (и в конце — концов, Этьен оказался прав), его заботу о моей волчице — и ни с чем не сравнимую гордость, когда я впервые почти обернулась.

Не могло это быть всё ложью, не могло!

Я закусила губу, почувствовав, что из моего горла вырывается тихий вой.

Говорят, что риск — дело благородное, но я не могла позволить себе рисковать.

На улице меж тем стало по настоящему свежо — и я пошла назад к замку, по пути натолкнувшись на безмолвную статую — у одной из стен, изображая неподвижный камень, меня караулил Гильермо.

Не задавая лишних вопросов, он поднял меня на руки — и как драгоценный сосуд понёс на второй этаж, в мою комнату.

— Ги…

— Не надо, Тая, — улыбнулся воин с какой- то сердечной теплотой во взгляде. — Не трать свои силы понапрасну. Я обещал, что буду тебе верным другом и надёжной опорой.

Я кивнула, как никогда понимая, что настало время принять окончательно решение.

И все же, так страшно было сделать ошибку!

Только об этом я и думала, когда принимала душ; когда позволила Фернандо наклеить новые датчики (на всякий случай); и когда ворочалась в кровати, не в силах заснуть.

Я горько усмехнулась, понимая, что во всей этой череде быстро меняющихся событий, я не могла быть уверена ни в чем. Кроме, пожалуй, одного: я точно знала, что правильно поступила, сбежав от Этьена с неродившейся ещё дочкой.

Неизвестно, собирался ли он просто держать меня при себе как покорное домашнее животное, или сразу же планировал спрятать куда подальше, выбрав себе супругу из родовитых француженок — но так или иначе, жизни в его стае все равно не было бы.

Только вот…

Я заставила себя дочитать до пятидесяти. Сначала по английски, затем на латыни, а затем… Да, по французски.

Моя дочь родится наполовину француженкой, скорее всего, оборотницей и уж точно наследницей Валуа.

Официальной, законной дочерью Этьена, контролирующего огромную территорию, владеющего бесчисленными активами как во Франции, так и за её пределами.

Н-да…

Когда-то давно Этьен давил на это, предупреждая, что дочь будет стыдиться своей простой матери. И шмотки будут у меня не те, и еда на столе не будет соответствовать высокому статусу рода Валуа.

Я тогда поддалась на его слова. Немного — но поддалась.

Испугалась.

Вспомнила как сама винила в своих бедах то мать, то отца — и напугалась, что мой ребенок тоже станет меня винить.

А сейчас Этьен просто не оставил мне никакого выбора.

Тогда я заставляла себя пользоваться его деньгами, рассчитывая на то, что худой мир лучше доброй войны… Но с Этьеном никакого мира не возможно. Ни худого, ни доброго — одна Война. И поэтому мне следовало как можно тщательнее продумать своё будущее без него.

Деньги? Да, пусть у Валуа имеются деньги, власть и влияние — зато у него нет и никогда не будет нормального микроклимата для ребёнка. Ему просто не хватит душевной теплоты, чтобы вырастить маленькую девочку нормальным человеком.

А что я? Что может обыкновенная сибирячка — полукровка со слабой волчицей?

Внутри меня что — то обиженно рыкнуло.

Прости, девочка, я не хотела. Я знаю, что он — твоя пара, но он распущенный садист, который уничтожит и тебя, и меня… дочку.

Я снова принялась за счёт, чувствуя, как успокаивается что — то внутри меня.

Валуа богат — очень богат… но я всегда могла воспользоваться помощью Альфы Баева. Да, пусть это и будет подачкой, милостыней, но я знала, что Альфа Баев не даст мне пропасть.

И никогда не попрекнёт затраченными усилиями.

…триста пятьдесят девять, триста шестьдесят…

Альфа Баев, пожалуй, был даже излишне великодушен. И почему — то именно это больше всего меня смущало: проведя меньше года в мире оборотней, я уже не верила в бескорыстную помощь оборотней.

Я сбилась, и поэтому снова заставила себя начать считать на латыни.

Один, два, три…

Альфа Баев был родственником и близким другом Этьена… Он же выкрал меня из замка Этьена. При этом сам Этьен делал всё, чтобы не допускать врачей Баева до ведения моей беременности. При этом Кирилл Баев вроде бы убеждал Этьена, что действует ему во благо, и в тоже время горячо поддерживал мою независимость от Этьена. Как он сам говорил несколько раз — дабы искупить ошибку прошлого. Мол, один из его бет ошибся, бросив меня — несчастную сиротку — на произвол судьбы. Вроде как он сам даже и не знал о моем существовании… Только вот… доброго мецената, который отвалил кучу денег бабушке и дедушке, звали не как нибудь, а Владимир Баев.

Кирилл Владимирович упомянул, что это, мол, обычная практика в их стае. Но как так могло получиться, что мне не забыли выплатить материальную помощь, но забыли взять в стаю?

Всё ли было так, как говорил Альфа Баев — или его сожаление об упущении беты всего лишь повод…

Не думаю, что наследник не поинтересовался, по какой причине была переведена крупная сумма со счета его отца.

Впервые я серьёзно задумалась об этом.

И отчётливо поняла, что без личного защитника меня попросту сожрут. Не одни, так другие…

..семьсот восемьдесят три, семьсот восемьдесят четыре…

Мир оборотней слишком патриархален для выживания в одиночку. Особенно в моём случае.

..семьсот восемьдесят пять, семьсот восемьдесят шесть…

А что если Гильермо не просто так появился в Шотландии? Да ещё сразу после того, как альфа самки помогли мне. Что если это знак присмотреться к бете?

..семьсот восемьдесят семь, семьсот восемьдесят восемь…

Гильермо — сильный, обладающий властью воин, способный защитить и меня и мою дочку. Да он на самом деле был идеальный кандидатом.

…семьсот восемьдесят… Сбилась!

Накрывшись с головой одеялом, я тихонько хихикнула.

— Здравствуйте, меня зовут Тая. Мне тридцать годиков. Я беременна, насильно увезена оборотнем во Францию, собираюсь родить ребёнка со дня на день… А ещё я собираюсь выйти замуж по расчёту за… хм …не отца своего ребёнка.

Звучит как тема ток шоу.

Внутри меня что — то недовольно рыкнуло.

— Молчи, — рыкнула я в ответ своему внезапно проявившемуся сумасшествию. — Нам без него будет только лучше.

Сумасшествие — то есть волчица, явно не соглашалась с моими выводами, но я не желала её слушать. Перевернувшись на бок, я сладко зевнула, и…

Увидела немигающие жёлтые глаза оборотня, склонившегося надо мной.

— Отрасти хвостик, — протягивая жадные руки к моей набухшей груди протянул Этьен по — английски. И не спрашивая разрешения, атаковал мой рот.

Это неправильно, это вредно… я, кажется, забыла обо всём на свете.

— Отрасти хвостик, — прошептал Валуа, кусая моё ухо. — Ну…

Я резко дернулась и… проснулась.

С ужасом осознав две вещи: я возбудилась. И у меня вырос хвост.