Глава 52

Арина вернулась к себе и сразу же отправилась в кухню, чтобы развести для сына лекарство. Голова страшно гудела, внутри все дрожало мелкой дрожью. А все от того, что она не видела выхода из сложившейся ситуации, она словно зверь, которого обложили капканами со всех сторон, и куда теперь ни ступит, везде будет больно. Под угрозой оказалось сразу всё. Работа, свобода, жильё, ведь жить там, где ею можно вот так легко пользоваться, она не сможет. Даже возвращение на родину под угрозой.

— Ты как? — показалась мама.

— Нормально, — взяла чайник и случайно задела локтем кружку, отчего та полетела на пол. От звона стекла Арина вздрогнула, а кипяток из чайника вылился на вторую руку. — Блин! — взвизгнула от боли. — Блин, блин, блин! — скорее подставила запястье под холодную воду.

Мама сейчас же помчалась за аптечкой, ребёнок от грохота и шума заплакал, а Арина точно окаменела.

— Давай руку, — вернулась Карина Федоровна с спреем и бинтом, — обработаем ожог.

Но дочь не отреагировала, в итоге женщина сама выключила воду, затем отвела Арину к столу, усадила на стул и принялась за ожог.

Больше мама ничего не спрашивала, и так было ясно, что дочери плохо, а лишние причитания сделают только хуже. Карина замотала ей руку стерильным бинтом, после чего поторопилась к внуку. Арина тем временем с трудом, но пришла в себя и сквозь боль закончила начатое — развела Дане лекарство. Руку так жгло, что хоть плачь, будто с нее кожу живьем содрали. А вечером еще Кронов явится, пропади он пропадом.

К счастью уговаривать ребенка долго не пришлось, он выпил противную суспензию, затем бабушка помогла одеть его, и Арина с малышом пошли на улицу. День прошел более чем спокойно, удалось, и погулять, и навести дома порядок, определиться с меню на завтра. Несмотря на боль, Арина потрудилась на славу, осталось последнее — перебрать продукты в холодильнике, тогда она усадила сына в стульчик, дала ему банан, а сама взялась за дело.

Дракон и на еду знатно потратился, ибо все купленное было раза в три дороже того, что продается в здешнем магазине. А глядя на то, как Даня с аппетитом уплетает свежий фрукт, она вдруг поняла насколько Стеша права. Главное не принципы, не гордость, главное — благополучие семьи. Ее ребенок чуть было не отравился низкокачественной дрянью, в их крохотной квартирке нет ни кондиционера, ни нормальной мебели, в ванной комнате в каждом углу зеленеет плесень. Разве это та жизнь, которая ей нужна? Разве этого они достойны? Пора снять розовые очки. И потом, если Кронов получит то, что хочет, возможно, отстанет или хотя бы успокоится и перестанет следить за каждым ее шагом. Надо усыпить его бдительность, заслужить доверие, ведь уже ясно, что просьбами, мольбами и слезами от него ничего не добиться.

К вечеру Арина окончательно убедила себя в том, что надо попробовать плыть по течению. Против она пыталась, не вышло.

— Мам, — зашла в комнату, первым делом посмотрела на мирно сопящего сына в кроватке, — я скоро уеду.

— Куда? — тут же всполошилась та. — Еще и на ночь глядя.

— За мной вот-вот приедет Кронов.

— А ну-ка, — схватила ее под руку и повела в кухню, — объясни мне, что это ты собралась сделать.

— Я собралась согласиться на его условия.

— Совсем с ума сошла, — закрыла рот руками. — Нет, Арина. Об этом не может быть и речи. Ты не такая, я тебя растила хорошей девочкой. Отца вспомни, он так гордился тобой.

— Я и осталась хорошей девочкой, — грустно улыбнулась, — и папу я ни на секунду не забывала. Давай не будем сейчас ссориться, я все равно поеду.

— Да как же… — не смогла сдержать слез. — С этой поганой ящерицей.

— Если ты хочешь, чтобы мы отсюда уехали живыми и невредимыми, я должна пойти на сделку с драконом. Да и потом, мне не впервой ошибаться, мам.

— А если он тебя не отпустит? Если причинит тебе вред? Я не переживу, нет, нет…

— Перестань, все будет хо…

— Хватит. Я только и слышу каждый раз, что все будет хорошо, но ничерта не хорошо, Арина. Все становится хуже с каждым днем.

— Пойми, — постаралась выглядеть спокойной, хотя внутри все сжималось от страха и стыда, — так надо, чтобы нам позволили вернуться на родину.

— И куда он тебя повезет?

— К себе домой. Вернусь завтра утром.

На что мама покачала головой, но дальше взывать к разуму дочери не стала. Арина же поторопилась в ванную, надо было подготовиться к встрече. И правда, она дарила себя всю без остатка подонку Вадиму, хотя он пальцем о палец не ударил ни ради нее, ни ради сына, в итоге вообще сбежал, а тут дракон согласный платить за развлечения. Арину аж перекосило от этих мыслей, но это правда.

Она забралась в ванну, включила воду. Хотелось верить, что Кронов останется доволен…

А дракон прибыл вовремя. И когда увидел девушку, с лица которой еще не спал румянец после душа, да и волосы местами были влажные, то едва не потерял дар речи. Эрдан до конца не понимал, отчего так реагирует на нее. Откуда столько трепета внутри, столько жара, что болью и удовольствием расплывается по телу от одного ее взгляда.

— Я здесь, — подошла к нему, — и, кажется, готова ехать.

— Кажется? — усмехнулся.

— Да, кажется. Я все еще надеюсь, что ты передумаешь.

— Зря надеешься, — и достал из папки файл с документами внутри, — это твой обходной лист и новая медкарта. Через два дня начнем обход, — отдал ей файл.

Они сели в машину. В нос Арины тотчас ударил уже знакомый аромат. У дракона есть любимый запах — запах меда и цитрусов. Теплый, вкусный, расслабляющий. Чего-чего, а расслабиться бы ей не помешало.

— Что с рукой? — только сейчас заметил краешек бинта, что выглянул из-под рукава блузки.