Глава 17

Когда наступает день, который для многих девушек является одним из самых счастливых дней в жизни, я нахожусь на грани полнейшей безысходности и отчаяния. Проведя две предыдущие ночи без сна, ощущаю себя ходячим зомби. Почти не помню, как меня забирают из дома и везут в место, где состоится церемония бракосочетания. Три часа надо мной раздражающе суетится целая толпа профессионалов, но я абсолютно безучастна во всем. На все вопросы нравится ли мне, я просто молча киваю. Все, что мне хочется это чтобы этот день как можно скорей закончился. Но когда я думаю о том, что завтра я уже не буду прежней Эверин Риччи, мне хочется просто уснуть и больше не просыпаться от этого кошмара.

– Мисс Эверин, вы меня слышите? – из прострации меня выводит чей-то голос.

– Д-да? – хрипло отзываюсь пересохшими губами.

– Мы закончили, – одна из девушек тепло улыбается мне.

– Спасибо, – без эмоционально отвечаю, не в силах даже выдавить из себя улыбку.

– Всего доброго, мисс Эверин. Желаем вам счастья с будущим мужем.

Девушки покидают комнату, и я впервые направляю взгляд на свое отражение в зеркале в полный рост. Кто бы сомневался, что Адриан выберет платье в греческом стиле, которое к тому же идеально сядет на моей фигуре. И, надо сказать, вкус у мерзавца отменный и не впервые совпадает с моим.

На мне надета модель с прямым приталенным силуэтом и длинной струящейся шелковой юбкой, расширяющейся книзу с небольшим подолом. Верх визуально отделен от низа красиво задрапированным атласным поясом. Верхняя часть без рукавов, открывающая острые плечи и держащаяся на шее импровизированными бусами из натурального жемчуга, завязанными сзади тонкой атласной ленточкой. В центре глубокий треугольный вырез, но он настолько узкий, что открывает всего лишь небольшой участок кожи от шеи до талии, полностью скрывая грудь. В этой детали нет ни грамма вульгарности, а скорее какая-то загадочность. Стилист по прическам уложил мои волосы крупными волнами, оставив несколько прядей спереди. Закрепил волосы сзади красивым гребнем, не поднимая их наверх, и ко всему этому, добавил второй главный элемент свадебного образа – это длинную прозрачную фату. Мое лицо не стали портить тонной косметики, а лишь подчеркнули природную красоту. Несмотря на то, в каком ужасном настроении я нахожусь, не могу не отметить идеальную работу девушек.

– Ты такая невероятная красавица, сестренка, – нежный голос Тейлор отвлекает меня от лицезрения себя.

Я уже и забыла, что она все это время была здесь и незримо поддерживала меня.

Повернувшись к ней, пытаюсь натянуть улыбку.

– Спасибо, Тей, – стараюсь говорить без дрожи в голосе, хоть внутри меня сейчас дуют ураганные ветра, способные снести все вокруг.

– Волнуешься? – в серо-голубых глазах сестры отражается сочувствие.

Хочется закричать, что я в бешенстве! А лучше разбить что-нибудь об стену!

– Немного, – все, что выдавливаю из себя, не желая показывать при сестре, что со мной творится.

– Тебе он нравится, Эверин?

– Кто? – непонимающе хмурюсь.

– Твой жених? Ты говорила, что вы были знакомы раньше. Вас что-то связывало?

– Ничего нас не связывало, Тей. Я мало что знаю о нем, – я уже уяснила, что в некоторых моментах он может меняться до неузнаваемости.

– Ну ты ведь могла отказаться, и, возможно, сейчас я была бы на твоем месте.

– А ты бы хотела? – пытаюсь разглядеть во взгляде сестры намек на печаль.

Возможно, я упустила тот момент, что он мог сильно ей понравится.

– Нет, – уверенно отрицает, замотав головой. – Я еще совсем не готова к браку, я точно это поняла. Сначала я хочу отучиться и построить карьеру.

– И это правильные мысли, сестренка.

– Мама считает, что Адриан влюблен в тебя.

– Маме показалось, Тей, – горько усмехаюсь.

Адриан – самовлюбленный павлин, которому нравится управлять людьми, вот что я точно успела понять.

– А мне кажется, мама права. Он ведь лично приезжал к папе и настоял на том, чтобы свадьбу сыграли на две недели раньше.

– Что? – пораженно открываю рот.

– Ты разве не знала этого?

– Не знала.

– Может, стоит присмотреться к нему, и со временем между вами зародится настоящая любовь? Ты не думала об этом?

– Я не верю в сказки про любовь, Тей. Все мужчины алчные и полигамные существа. Они привыкли завоевывать, а, как только покоряют одну территорию, сразу идут на поиски другой. Адриан именно из этой категории, как и…Го…отец.

– Возможно, ты ошибаешься, сестренка. И для него ты станешь той единственной.

– Не стану, Тейлор, – с абсолютной уверенностью заявляю, ощутив ужасную сухость во рту. – Хочу пить, – начинаю осматриваться вокруг в поисках воды.

– Я сейчас принесу, дорогая, – сестра поднимается со стула и выходит из комнаты.

Оставшись одна, бросаю взгляд в окно на открывающийся пейзаж озера, в котором завораживающе отражается голубое небо с плывущими по нему редкими белоснежными облаками. Сейчас солнце спряталось за одним из облаков, выпустив несколько лучей, которые падают на аккуратно подстриженную лужайку перед особняком.

Так хочется босиком пройтись по этой траве, ощущая прохладу на ступнях, и отбросить тяжелые мысли. А после лечь на спину, расправив руки и ноги и, смотреть на небо, как мы часто делали с тетушкой Мэри. В такие моменты я будто сливалась с воздухом и ощущала себя невесомой песчинкой.

Как же ты сейчас нужна мне, тетушка!

Ей всегда удавалось найти правильные слова, и все переживания разом уходили на второй план.

Спустя несколько минут дверь в комнату открывается, и я поворачиваюсь с полной уверенностью, что Тейлор принесла мне попить.

Сердце пропускает удар, подпрыгивая к горлу, когда я вижу вошедшего Чарли. Черные волосы торчат в разные стороны, грудь вздымается от тяжелого дыхания, будто он только что бежал. В карих глазах буря из неведомых мне эмоций.

– Что ты здесь делаешь, Чар? – шокировано восклицаю. – И как ты прошел? У входа охранник.

– Я вырубил его, – в два шага оказывается передо мной, схватив за плечи. – Что ты, мать твою, творишь, заноза? – хрипит срывающимся голосом.

– Чар, тебе лучше уйти, – его нахождение тут слишком опасно.

– Я уйду только с тобой, Эверин.

– Что? Ты чего, Чарли? – непонимающе хлопаю глазами.

– Я идиот, потому что слишком долго ждал. Нужно было раньше сказать тебе. Больше не могу держать в себе эти гребаные чувства. Я люблю тебя, Эверин. Так безумно и отчаянно, что схожу с ума.

– Что ты такое говоришь? Мы…мы ведь друзья, – перестаю что-либо понимать, ощущая, как сбилось дыхание и зашкаливает пульс.

– Друзья, верно, – голос полон горечи. – Я всегда был для тебя только другом. Но ты не видела очевидного, заноза. Когда мы впервые переспали ты прямо сказала, что это ничего не значит, и я принял твою игру. Думал, ты оттаешь со временем. Молчал, боясь спугнуть тебя. А теперь вообще нахрен теряю! Кто этот мудак? – встряхивает меня.

– Уходи, Чарли! – выкрикиваю, пытаясь оттолкнуть его.

– Не верю, что ты так быстро влюбилась. На тебя не похоже. Я, как никто тебя знаю! – отчаянно кричит, обхватив мое лицо холодными ладонями.

– Не знаешь! Влюбилась, да! – я должна сделать все, чтобы он как можно скорее ушел, пока его не схватили люди Адриана. – Уходи! – толкаю его в грудь, но он резко хватает меня за затылок и впивается в губы жадным поцелуем.

В следующую секунду дверь резко распахивается и ударяется о стену с громким стуком. Отскакиваем друг от друга и повернувшись, сталкиваюсь с леденящей душу сталью в сером взгляде. Тело обдает холодом, болезненно вонзаясь острыми сосульками под кожу, заметив нарастающую ярость на лице жениха.

Сразу за ним входят два амбала из его охраны, один из которых знаком нам с Чарли.

– Адриан… – шепчу пересохшими губами, но выходит просто беззвучное хрипение.

– Не помешал? – растягивает губы в устрашающей ухмылке.

– Нет. Чарли, уже уходит, – тараторю осипшим голосом.

– Какого хрена? Это ведь… – Чарли нахмуривается, узнав, кто перед ним.

– Босс? – охранники поворачиваются к Адриану.

– Взять его, – указывает на Чарли, и те стремительно настигают парня, схватив с двух сторон.

– Уже уходит? А я думал, ты нас познакомишь, – сейчас я вижу перед собой совсем другого человека, а не того, с кем была на свиданиях.

– Это ни к чему, – мой голос звучит жалко.

– Так вот, кто жених… – к Чарли приходит осознание. – Отвалите от меня, ублюдки! – дергается, но его габариты не сравнимы с шавками Адриана.

– Лучше не дергайся, приятель, – говорит один из охранников.

– Вопрос в другом, – животный ужас стягивает грудную клетку, когда я наблюдаю, как Адриан заносит руку за спину и достает из пояса брюк пистолет. – Если жених я, какого хера ты лапаешь чужую невесту, сучонок? – сняв предохранитель, он направляет дуло прямо на Чарли.

– Нет, Адриан! – выбегаю вперед, стараясь закрыть друга собой. –

– Отошла в сторону, – даже не смотрит на меня, продолжая сверлить взглядом шокированного парня.

– Не надо! – судорожно мотаю головой, ощущая захлестывающую панику, и выставляю дрожащую руку перед собой.

– Я сказал, отошла в сторону, bella, – злобно цедит сквозь зубы. – Я должен преподать сучонку урок.

– Вот за кого ты собралась замуж, заноза, – вместо того, чтобы промолчать, Чарли вступает в диалог, рискуя схлопотать пулю.

И что-то мне подсказывает, что Адриану ничего не стоит убить человека. Весь его воинственный и властный вид кричит об этом.

– Чарли, замолчи!

– Хм…засранец и заноза, какое отличное сочетание, – на шее жениха дергается кадык, а на лбу вздуваются вены, говоря о том, что он в бешенстве.

– Дай ему уйти, Адриан, – пытаюсь поймать его взгляд. – Умоляю, – в порыве отчаянной смелости подхожу к нему ближе, и сейчас дуло находится рядом с моим лицом.

Холодные глаза переключаются на меня, и я выдерживаю взгляд, полный ярости и чего-то еще мне неизвестного.

– Разве в нашем разговоре я не был достаточно убедителен, bella?

– Хочешь, накажи меня, но не трогай его, – я просто не переживу, если с Чарли что-то случится.

С минуту мы смотрим друг на друга в безмолвном противостоянии взглядов. Я будто стою у края пропасти, который должен вот-вот обрушится и унести меня в бездну.

– С тобой я потом разберусь, – снова переводит взгляд на Чарли.

– Тебе повезло, засранец. Потому что меня очень просят. Считай сегодня твой второй день рождения. Сейчас ты свалишь отсюда и если хочешь жить, больше никогда не приблизишься к Эверин. Ты меня понял?

– Понял, – обреченно произносит.

– Уведите, – небрежно кивает охранникам.

Дрожа словно в ознобе, боковым зрением вижу, как Чарли волокут из комнаты и только слышу, как за ними закрывается дверь, скрываемая мощной фигурой Адриана.

Ублюдок прячет пистолет назад, засунув руки в карманы брюк.

– Да кто ты, мать твою, такой?! – сжав руки в кулаки, выкрикиваю срывающимся голосом, ощущая скатывающиеся по щекам обжигающие дорожки слез.

– Я твой будущий муж, bella. Но, кажется, ты об этом забыла, когда позволяла этому щенку целовать тебя. Видимо, я был слишком неубедительным в своих словах о том, что моя доброта к нему закончится. И, похоже, я был слишком доверчив, понадеявшись на твою верность.

– Какой же ты подонок! Ненавижу тебя! – едва стою на ногах, продолжая смотреть сквозь пелену слез на своего палача.

– Это пройдет, bella. И будет для тебя уроком, – протягивает руку, чтобы коснуться моего лица, но я отпрыгиваю от него словно от открытого пламени, способного обжечь.

Скривив губы в алчной усмешке, он разворачивается, направляясь к двери.

– Возьми себя в руки и приведи в порядок, Рини. Ты должна будешь изображать счастливую невесту перед гостями, если не хочешь, чтобы сегодня же твой «бывший любовничек» снова вернулся за решетку.

Дверь за ним захлопывается, и какое-то время я стою посреди комнаты в парализующем ступоре. Внутри все горит огнем, будто в меня залили раскаленное масло, оставляющее после себя глубокие ожоги. Боль распространяется по всему телу и даже становится трудно дышать.

Спустя полминуты в комнате появляется Тейлор со стаканом воды.

– Я только что видела Адриана. Он зачем-то попросил помочь тебе поправить макияж. Разве не плохая примета, чтобы жених видел невесту заранее в свадебном платье? – ее голос звучит непринужденно, ровно до того момента, как она направляет взгляд на меня. – Эверин? Сестренка? – подбегает ко мне, окинув встревоженным взглядом.

Пошатываясь, зажмуриваю глаза. Судорожно всхлипываю, прижав руку к груди, за которой неистово колотится сердечная мышца. Меня разрывает изнутри от отчаяния и неминуемой катастрофы всей жизни. Я сбежала из золотой клетки, возведенной родным отцом, а в итоге попала в клетку с настоящим чудовищем.

– Вот попей, дорогая, – сестра вкладывает в мою дрожащую руку стакан с водой, часть которой сразу выливается. – Вы поругались с Адрианом?

Мотаю головой, залпом осушая стакан и тяжело дыша, возвращаю его сестре.

– Ничего не спрашивай, Тей, – отрезаю осипшим голосом и вытираю рот тыльной стороной ладони.

Я должна быть сильной! Просто так я не сдамся! Этот сукин сын еще узнает, кто такая заноза!