Глава 34 - Подарок

Я замираю. Лицо моё застывает.

- Каримов? - тут же улавливает меня Макар.

- Аха...

Плавно спускает по себе вниз. Не отпуская из рук несколько раз с чувством впивается в губы короткими поцелуями. Я чувствую, как его захлестывает адреналином, азартом и злостью. Держит за талию по хозяйски, так, что кисть лежит на моем животе, почти неприлично.

Уверена, делает это намеренно. Поэтому я не дергаюсь.

- Обнимай меня. Улыбайся, моя самая красивая девочка, - шепчет мне на ушко. - Назло этой твари. Пусть видит, что ты счастлива, что ты любима и недоступна для него!

Поднимаю глаза на Громова. Получаю еще несколько поцелуев - в лоб, нос... Обнимая за скулы, решительно прижимаюсь к нему губами сама, ловя его улыбку.

Пусть видит, да! Пусть увидит, каким может быть мужчина. Вот, Громов - это настоящий мужчина. А не то, что он пытался скормить мне всё это время.

От этих откровенных демонстраций кровь внутри меня кипит так, словно я подошла вплотную к клетке с хищником и дразню его. И где-то глубоко внутри я знаю, что рано или поздно этот хищник до меня доберется.

Но именно сейчас мне плевать!

Мы проходим в двух метрах от Арая, я встречаюсь с ним глазами. Это всего секунды три. Но эти три секунды растягиваются и превращаются в диалог.

Я вижу, как льется из его глаз ничем не завуалированная ненависть. Мстительно опасно прищуривается. Замечаю, как его кулаки несколько раз сжимаются в бессильной злобе. Пальцы поправляют галстук, чуть расслабляя его. И узел на этом галстуке завязан плохо! Тоже мстительно отмечаю я про себя. В лицо ему бросается кровь, он идет пятнами. Его побелевшие губы что-то беззвучно шепчут мне. Догадываюсь что.

Меня начинает трясти, мне хочется заорать, как банши из злой сказки, чтобы его голова взорвалась! Или перевернуть этот шведский стол, за которым он стоит. Стол огромный, но во мне сейчас столько адреналина, что мне кажется, я сделаю это легко. И вообще именно сейчас мне кажется, что я сильнее этой сволочи, что так долго мучила меня.

Вижу на его губах оскал.

Бросаю холодный пренебрежительный взгляд, прижимаясь скулой к плечу Громова.

Мак разворачивает меня в сторону стола, где застыл Арай.

 Рядом с ним пожилой мужчина в светлом костюме. Пузатенький невысокий... Что-то доброжелательно говорит стоящей рядом невысокой женщине, его комплекции.

- Петр Иваныч, - тянет руку ему Громов. - Здравствуйте. Громов Макар. Вам должны были позвонить.

- Звонили, да. Приветствую! Очень рад. Такие люди нам нужны!

Жмут друг другу руки.

- Поздравляем с юбилеем! Серьезная дата, - Громов дарит подарок, говорит стандартные, но хорошие слова.

Я стараюсь спокойно улыбаться и смотреть в глаза Петру Ивановичу. Не знаю получается ли. Что говорит Громов я не слышу. В ушах шумит от толчков крови и бешеного стука сердца.  Мы стоим с Араем друг напротив друга. Нас обоих потрясывает. Я даже чувствую через узкий стол запах его парфюма. Я ненавижу этот запах...

- Жена моя, Лилия Павловна.

- Очень приятно, Лилия Павловна! А это Эля, моя невеста, - прижимает меня крепче.

- Невеста - это хорошо! Мы в отделе любим мужчин серьезных, семейных, да Арай?

- Мхм...

- Красавица какая... - умиляется Лилия Павловна.

- Спасибо, - бормочу я, опуская взгляд.

- Хорошая девушка, - благодушно и чуть пьяненько улыбается Федосеев. -  Когда свадьба?

- Да вот... С работой решу и сразу...

- У меня должность в отделе освобождается, да вот, - показывает она на Арая, - в отдел Каримова и приходи. Поработаете, там будет видно, кто в замы пойдет. Познакомьтесь, кстати...

- А мы знакомы, - переводит на него взгляд Макар.

- Знакомы, да, - подтверждает Арай, не спеша, как и Мак протягивать руку.

Петр Иванович протягивает нам бокалы.

- Ну и отлично. С твоим послужным и рекомендациями тебе, видимо, Макар, на моё место и садиться, как на пенсию уйду, коли сработаемся.

Вспоминаю, как многократно Арай говорил мне, что если я буду хорошей девочкой, то стану молодой женой начальника. А если буду плохой - то начальник будет вдовцом. И как страшно и обидно мне было это слышать.

Внутри меня разворачивается тугой узел. Громов говорил провоцировать...

- А я буду хорошей девочкой и молодой женой начальника, - говорю я негромко в параллель смеющемуся какой-то шутке Громова Петру Ивановичу, глядя в наливающиеся кровью глаза Арая.

- А Араю прямая дорога в замы, - продолжает Петр Иванович. - Если доживем, конечно...

- Мхм... Дожить надо, - кивает Арай, поджимая тонкие побелевшие губы.

- А ты чего, Арай, без жены?

- Приболела, Петр Иваныч, - не сводя глаз с бокала в моей руке.

- Не беременна ли случаем? Так ты хвастай, если отцом стать готовишься. Я тебе премию выпишу.

- Нет... - бормочет Арай, ведя пальцами по своей скуле. - Косметолог плохой попался. Повредил лицо...

- Ой, ужас какой... - хватается за сердце Лилия Павловна. - Бедная девочка.

- Такому косметологу тоже не помешает, чего-нибудь повредить, - вздрагивают агрессивно ноздри у Громова. - Репутацию, руки, посадить его, в конце концов...

 - Посадить - это вариант... посадить - это выход, - с ледяной улыбкой кивает Арай.

Лицо подрагивает. Вижу, как прорывается сквозь черты его лица то чудовище, которое я боюсь до ужаса. Но стоя рядом с Макаром, здесь, я вдруг чувствую не страх, а омерзение. Понимаю, что он ничего не может сделать мне сейчас. Что мне не надо возвращаться в его квартиру и оставаться с ним наедине, где он снимет свою маску сдержанности и будет методично прессовать меня в своей настоящей личине. А после этого я должна буду просить у него прощение и клясться в своих чувствах.

- А вы, Элечка, не планируете? - подключается Лилия Павловна. - От такого мужчины грех не рожать. Красавец! - смотрит по-матерински на Макара. - Всегда сына хотела, да вот поди ж... одних девок нарожала.

- Да, - киваю я, прижимаясь к Громову. - Такому можно и роту сыновей родить. Из всех настоящие мужчины вырастут!

Еще несколько минут обмена любезностями. Я допиваю своё шампанское не чувствую вкуса от волнения.

 Петра Ивановича и Лилию Павловну отвлекают еще какие-то только что прибывшие гости. А мы остаемся втроем, смещаясь чуть дальше.

- Давай, так, - начинает Арай скрипучим голосом, показательно съедая оливку с вилки. - Ты, Громов, исчезаешь с моей территории и этого города. И я больше никогда не слышу о тебе. Блядь эту можешь прихватить с собой. Тогда... так и быть... Я отпущу вас обоих с миром. Слово мужика даю.

- Да какая же она блядь? - усмехается Громов. - У нее до меня и мужчин не было. Невеста у меня невинная... была.  А на счет твоего предложения... Был бы ты мужиком, Каримов... - допивает одним глотком шампанское Макар. - Я бы подумал. А так... хочу к свадьбе жене подарок сделать, - делает многозначительную паузу Мак. -  Шкуру козла. Всех благ!

Подхватывая меня за талию, уводит.