Совет 23. Спорить со жнецом – бесполезная трата жизни

– Какое угрюмое личико, – сладко шептал наемник, крепко прижимая меня к себе, – неужели, кто-то желал большего, чем поцелуй.

Меня кинуло в жар от его слов и действий.

Коварный жнец! Он водил руками по всему моему телу, особенно нежно задевая чувствительные места, и при этом даже не раздел меня! Я уже готова была попросить его, но это означало бы мое поражение.

Нет, еще слишком рано. Нельзя так просто сдаваться. Охотник не любит легкую добычу. Интересен сам процесс, а не его результат. И я держусь. Уже почти неделя, как наемник пытается вывести меня на сильные эмоции, а я с поистине титаническим упорством до сих пор держусь.

Это игра, своеобразное противостояние, что кончится победой для обоих, нужно лишь выбрать лучший момент для капитуляции.

– Только скажи, и я продолжу, – легко поглаживая мое бедро и внутреннюю его сторону, прошептал Мак.

О, как я желала в данный момент, чтобы ткань штанов была тоньше. Как жаждала этих прикосновений, но показать этого не смела. Таковы правила.

– Убери, пожалуйста, руки, – холодно осадила Шута, отстраняя сильные ладони от себя, – у нас всего десять минут привала, и я хочу успеть отдохнуть. Мы не можем позволить себе задержаться на дольше.

– Знаешь, мне, в каком-то смысле, нравится твоя рассудительная и неэмоциональная часть, но постоянное пребывание в ней грозит ударом по моему самолюбию, – в своей любимой шутливой манере произнес Мак, наблюдая за мной.

– Это грозит тебе воздержанием, не более того, – я слегка улыбнулась и присела на расстеленный плед.

Нам действительно стоит отдохнуть. В нескольких километрах от нас находится город оборотней, Рилук. Именно там нужный нам портал. Стоит подготовиться к неприятностям и неожиданностям. Не верю я, что нас так просто отпустили. Скорее всего дикие давно прочесывают местность, и большие города с порталами их первоочередная цель. Мало того, что мы свидетели их бесчинств, так еще за меня и выкуп хороший дадут.

Вообще странно, что до сих пор никто не сообщил о грабежах и стае диких, что орудует на границе. Неужели они всех свидетелей убивают? Тогда пора забыть на время свои игры и сосредоточится на выживании.

– Сегодня ты особенно задумчива, – наемник сел рядом и откинулся назад на локти. Теперь я смотрела на него сверху вниз.

– Неужели предпоследний день нашего пари так сильно влияет на тебя? – и снова непонятно, серьезен он или издевается.

– Меня волнует, почему никто не слышал о такой большой стае диких. На нас напала лишь малая часть. Многие стаи оборотней боятся их, – я задумчиво начала водить пальцем по траве, закручивая уже довольно длинные травинки в спирали.

– По всему выходит, что они захватили если не все земли оборотней в свою власть, то значительную их часть. Почему же правящий клан молчит? – от нервозности я слегка перекрутила растение и изумрудные стебельки, не выдержав, порвались, истекая свежим соком.

– А что он может? – спокойно заговорил жнец.

Он прикрыл глаза и подставил загорелое лицо весеннему солнцу.

– Правящий клан давно потерял свою власть. Все стаи живут по своим собственным законам. Никто не вмешивается в дела других.

– Да, но сейчас это прямой захват власти. Дикие уже в самом сердце страны оборотней. Если ничего не предпринять, у нас будет агрессивный и настроенный на войну сосед, – попыталась объяснить свою точку зрения как можно яснее.

– Именно поэтому они так яро хотят тебя поймать. Одно дело, когда о их бесчинствах говорит простой торговец, другое, если обвинение выдвинуто главой могущественного клана вампиров, – он кинул многозначительный взгляд на меня, – они рискнули напасть на тебя, значит, крепко пустили свои корни. Другое дело, что серых они не ожидали увидеть и теперь всячески будут пытаться убить и нас тоже.

– Еще бы. Одно дело отряд серых, другое армия жнецов, что придет на зачистку территории. Вам ведь все равно, кто дикий, а кто нет. Всех сотрете на своем пути, – я не могла скрыть горечи в своих словах.

Но еще больнее было от того, что я сказала истинную правду. Если орден серых даст приказ о зачистке, никто не будет разбираться и искать виновных. Они просто всех уничтожат.

– Может наши методы и жестоки, – голос Мака стал сухим, – но они эффективны и помогают избежать еще больших жертв.

– Чьих? Человеческих? – я пыталась сдержать себя от криков и обвинений, и пока мне это удавалось. И тут причиной было даже не пари, а бессмысленность истерики.

– В первую очередь, да, – он даже не стал увиливать. Сказал все, как есть.

Меня одновременно и бесит его твердость убеждений, и восхищает. Мак не из тех, кто будет кормить ложными обещаниями мира, когда он невозможен. Жнец прямо сообщит, что настал конец.

– А как же столько невинных душ. Неужели оборотни не достойны спасения? – я внимательно посмотрела на Мака и увидела лишь твердость и непоколебимость, – я в это не верю.

Я четко обозначила свою позицию. Если он устроит зачистку, в стороне стоять не стану. Слишком хорошо я знаю, что это такое.

Хитрый Рах, за что ты сделал моим мужем жнеца?

– Нам пора.

Я встала с пледа и направилась к Дижи. Фляга с водой и жареное вчера на костре мясо были прицеплены к седлу скакуна, а мне срочно нужно было промочить горло. Лучше бы чего покрепче, но выбирать не приходилось.

Сзади послышалось шуршание одежды, а после и шаги. Мак подошел ко мне вплотную и еле-еле касался своей грудью моей спины. Каждый его вздох приближал горячую кожу к холодной моей, а выдох неумолимо разлучал их. Это так странно, любить вопреки всем доводам разума и предстоящим опасностям. Я практически ненавижу его сейчас, а тело отзывается на его близкое присутствие и желает быть еще ближе. Парадокс разума и чувств. Сути и внешних проявлений.

– В городе держись рядом со мной и не отходи ни на шаг, – серьезно предупредил Шут, – не делай глупостей.

– У нас разные взгляды, но я не самоубийца, – и развернулась, чтобы твердо взглянуть в его глаза.

Шут поднял свою настоящую левую руку и повернул запястьем ко мне.

– Я хочу, чтобы ты была во всеоружии, – и тонкая кожа коснулась моих губ.

В месте прикосновения сразу закололо, а клыки непроизвольно удлинились. Я давно не ела. Глупо было отталкивать такой дар. Пол литра крови ничуть не сделают этого несгибаемого серого слабее.

До города мы ехали на Дижи. Нерационально расходовать наши силы, когда они могут пригодиться в битве. Это даже скарх понимал, отчего легко согласился везти нас. К тому же, ему было стыдно за свое явное недовольство нашими нежностями. По большому счету, Дижи просто в какой-то момент начал ревновать, поскольку я почти перестала уделять ему время. Глупо, и скарх осознавал это. Сейчас он вел себя покорно, словно обычная послушная зверушка. Не знай я, как хорошо ему дается эта роль, поверила бы в его полную неразумность.

Рилук представлял собой большое поселение с одноэтажными домиками и гравийными дорогами. Никаких площадей, памятников или увеселительных заведений. Загон, вот единственное место, где развлекались оборотни. Бои на выживание, за самку или за титул в стае – все это происходило здесь и собирало уйму народа.

Оборотни сильно отстали от нас в развитии. Их города не растут, не совершенствуются, страна в упадке и без единого правителя. Каждый клан за себя, никто не помогает друг другу. Неудивительно, что накопилось достаточное количество диких для осуществления переворота. Эти не понаслышке знают цену стаи. Вот почему они сплоченная, сильная и озлобленная армия, что так опасна.

Перед нами прямой пример угасания расы. Печальный и почти необратимый.

– Ты смотришь на них, как на осиротевших детей, Раэль, – прошептал на ухо наемник.

Я сидела перед ним, так что ему легко было незаметно общаться со мной. К слову, мне пришлось накинуть сворованный у первого же дома проеденный молью плащ с капюшоном. Нельзя, чтобы меня узнали. По крайней мере, сразу.

– Не забывайся, они звери, что в любой момент растерзают тебя, потому что ты нарушаешь установившийся порядок. Дрянной порядок, но он для них уже привычен. Такова природа всех существ. Ты можешь быть тысячу раз права, но это ничего не изменит.

Он говорил жестокие, но верные слова. От этого мне хотелось кричать.

Я знаю, что такое быть под гнетом. Возможно, мне суждено было сгнить в Сальши, если бы удар со стороны Алиира не побудил меня к действию. С тех пор я не покоряюсь судьбе, я предпочитаю сражаться, даже если поражение неизбежно.

– Перестань говорит мне, что мир черный, – горько выдохнула я, – он такой, если ты веришь в это. А я не верю. Исход не ясен до последнего вздоха последнего существа.

– Ты говоришь в точности, как моя мать, – хмыкнул Мак, и больше я не слышала от него ни слова.

Наемник просто ушел в себя, не отвечая на мои вопросы, а я и не стремилась переспрашивать или лезть в его переживания. Чужая душа – потемки. Это истинно так, вот только душа Мака сплошной мрак, в котором мне никогда не разобраться.

Интересно, что за женщина была его мать.

На удивление, на нас никто не обращал внимания. Наоборот, все отводили от нас взгляд и старались убраться подальше.

Похоже, все в курсе, кто мы и кто за нами охотится. От запуганных жителей помощи нам ждать не стоит. Хоть не нападают, и то хлеб.

– Мышка, – вырвал меня из мрачных раздумий шепот жнеца, – сейчас вы с Дижи со всех ног поскачете прямо по этой дороге, – он незаметно указал пальцем на ответвление, что уходило немного вправо от центра города.

– В конце улицы стоит древняя арка портала. Вас попытаются остановить дежурные оборотни, но вы скачите напролом. Я задержу их и сразу следом.

– Может, лучше с нами? – нервно спросила я, сглатывая вязкую слюну.

– Нет, мышка. Тогда никто не уйдет. Запомни, "Уваил грэм Сальши"[1]. Произнесешь это, когда попадешь в портал, – продолжал незаметно шептать через капюшон Мак, а я совершенно запуталась.

– Ты спятил! – прошипела в ответ, – портал настраивают заранее. Им нельзя управлять изнутри!

– Ошибаешься. Делай, как говорю, – он повернул мою голову к себе за подбородок, отчего ткань плаща съехала с головы, открывая мое лицо, – верь мне.

В его вновь желтых глазах плескалась сила, и я вынуждена была поверить. Такой страсти поцелуя я не помню за нами. Мак будто хотел меня поглотить, как утопающий хватал последние глотки воздуха и не мог надышаться. Это пугало.

– Не жди меня, Раэль, и не оборачивайся, – жнец скользнул губами по моим, после поцеловал в лоб и ичез.

Только его спина на миг мелькнула перед глазами и больше я не видела его.

– Беги!

И я послушалась. Точнее, послушался Дижи. Такой скачки у нас со скархом давно не было. Всего несколько минут, и я увидела арку перехода. Красивая, старинная и почти разрушенная, но голубое марево портала все еще сверкало в ее пространстве. Переход действовао. Оставалось только надеяться, что Мак не ошибся насчет слов управления.

Десять оборотней, что дежурили возле арки, и это явно больше, чем обычные портальные, тут же кинулись нам наперерез. Стоит отдать должное Дижи, он на бегу умудрился разорвать двоим глотки, а троих отшвырнуть от нас с глубокими царапинами. С остальными пришлось справляться мне. Я сразу поняла, зачем Шут дал мне крови.

Ха, продуманный серый. Как только он все успевает просчитывать? Его самолюбие взросло не на пустом месте. Только этого я ему никогда не скажу. И так слишком гордится собой.

– Агония! – гаркнула я во все легкие, что даже у самой зазвенело в ушах.

Оставшиеся оборотни и еще с десяток прохожих рухнули на землю, как подкошенные, и стали биться в конвульсиях нестерпимой боли. Больше препятствий к порталу не было, и я рискнула обернуться. Если бы я могла побледнеть сильнее, чем есть, то я бы это сделала. Не представляю, какой ужас был у меня на лице, но он был оправдан.

Посреди улицы стоял окровавленный Мак. От его куртки не осталось ничего, лишь кроваво-кожаное месиво. Правая рука была раздроблена, а левая с трудом держала тонкий серебряный клинок. Но даже в таком состоянии он ехидно скалился в лицо врагам и атаковал последних держащихся на ногах нападавших. А со стороны города на него шло не меньше полусотни оборотней…

Даже веря в его необычные способности, я с ужасом осознавала, жнецу не выстоять. Какой бы огромной не была его сила, границы есть у всего, и сегодня Шуту предстоит познать их.

Новая волна диких накрыла наемника и скрыла его от меня. С полным отсутствием мыслей и в странном оцепенении я влетела в арку, и искаженная пространственная воронка поглотила нас с Дижи. Тишина. Такая приятная и такая угнетающая.

Я что-то должна была сделать. Ах да, слова…

– Уваил грэм Саль… – а дальше горло свело спазмом от беззвучных рыданий.

Я понимала, что это ошибка, что все труды Мака могут пойти прахом из-за моей несдержанности, но ничего не могла с собой поделать.

Рывок, и нас выбросило из портала, как волны выбрасывает море. Удар об землю был сильным. Сознание померкло мгновенно.

Возможно, так даже лучше.

_________________-

[1] Уваил грэм Сальши – Центральный портал Сальши.