Глава 3

Кашлянув в кулак, дядюшка Эйдана присел на край кровати, около своего племянника не только укрытого одеялом, но и обложенного тяжелыми бархатными подушками, и впился взглядом в худосочного пожилого мужчину, который все время нервно тер ладони в углу комнаты. Его одежда состояла из поношенного балахона темно-зеленного сукна с потёртыми застежками.

Солнечные лучи, проникающие через единственное окно, освещали комнату, наполненную ароматом целебных трав.

— Так скажи-ка мне лекарь, каково состояние моего племянника? — голос Аласдэра звучал обманчиво мягок.

— Дядя!.. — постарался возмутиться укрытый по самые щеки в одеяло Эйдан, на что получил только небрежный взмах руки от дяди.

Мы, три женщины, синхронно перевели взгляды на мужчину — лекаря. Его костлявые пальцы продолжали теребить край балахона, а на шее заметно пульсировала жилка. Нервно сглотнув, он выдавил, заикаясь:

— С-сильная магическая отдача…

— Сильная магическая отдача. Ну бывает и такое…, — проговорил на автомате Аласдэр, но вдруг резко вскинув голову. — Что?!

Его взгляд стал таким пронзительным, что лекарь едва не вжался в стену. Казалось, его самая большая мечта сейчас — исчезнуть из комнаты прямо сквозь пол. На его лбу выступили капельки пота, а руки заметно дрожали.

Аласдэр в защитном порыве потрепав по руке молчащего племянника, снова обратился к лекарю, теперь уже с явным недоверием:

— А у нас магия теперь словно ветер по графству летает? Я, конечно, застал времена, когда все пользовались артефактами, но сейчас…

— По всем признакам, именно так, — пролепетал лекарь, не смея поднять глаза. Его потрёпанный балахон слегка шелестел при каждом движении.

— А монстры могли вызвать такую магию? — поглаживая подбородок уточнил Аласдэр.

— Нет, — замотал головой лекарь, как-то уж совсем странно смотря на меня. — Но все возможно, если учесть, что лорд Эйдан упал в ущелье, взбираясь по тропинке к старому храму в поисках леди Анны-Луизы.

— Думаете, сами божества какой-то знак нам послали? — продолжал допытываться дядя Аласдэр.

— Дядя! Давай ты не будешь тут вести свое расследование? — возмутился лежащий в кровати Эйдан. — Я жив и это главное. А, что поражен был магией, то мог бы и сам об этом догадаться. Раз даже пальцем руки не смог пошевелить. Хотя там и была весьма странная тварь…

И в этот момент он так красноречиво на меня посмотрел, что я поняла одно — пора переводить тему разговора на что-то другое, помня, что сказал мне этот гусь недоощипанный про хозяйку этого тела и артефакт.

«Стоп! — мысленно подумала я, смотря в пристальный янтарный взгляд Эйдана. — Я же попаданка в чужое тело! А в этом мире, если люди узнают, что я неместная, то что меня тогда ждет? Пламя костра? Пытки? Я, конечно, долго прожила, но все же…»

После чего я резко развернулась к женщинам и, стремительно подойдя к Тесс, схватила её за руки. В моих глазах должна была читаться искренность, хотя внутри всё трепетало от страха быть разоблачённой.

— Послушай, может, нам с тобой забыть старые обиды и начать всё с чистого листа? — произнесла я с жаром, надеясь, что мой голос не дрожит.

— Прости, что? — пролепетала Тесс, растерянно глядя на меня. Её глаза были полны недоумения.

Помимо нее на меня непонимающе уставились и все присутствующие в комнате. Солнечные лучи, пробивающиеся сквозь оконное стекло, создавали причудливые блики на их лицах, делая сцену ещё более драматичной. И если я желала перевести тему разговора, то сейчас мне это в полной мере удалось.

— Ну, я хотела у тебя спросить…— протянула я, лихорадочно ища выход из этого тупика. — На какой день у вас объявленная свадьба?

Вот сказала такую ересь и даже глаза слегка прикрыла! Вот вообще зачем мне эта информация!

— Ах, верно. Тебя же не было на этой церемонии! — пропел Аласдэр и, быстро вскочив на ноги, ухватил за руку растерянную мать Тесс. — Анна-Луиза очень хочет помириться с вашей дочкой.

— А нам это разве нужно? — задрав голову, женщина произнесла эти слова, словно какую горечь проглотила.

— Да и правда, а нужно ли вам это, — произнес дядя Эйдана, и так задумчиво выделил слово «вам», что даже у меня по спине пробежали холодные мурашки.

На что женщина побледнела и стала извиняться за свой язык, о её слова были адресованы исключительно Аласдэру. Эйдан лишь глаза закатил и сделал вид, что он тут просто как предмет мебели лежит.

Тесс, сжавшись от напряжения, быстро схватила меня за ладонь:

— Да, я согласна начать все с чистого листа! — её голос звучал почти умоляюще, словно она искала защиты...

***

— Вот и отлично! — хлопнув в ладоши и растерев их, дядя Эйдана подхватил под локоток мать Тесс, увлекая ее прочь из комнаты, по пути говоря: — Пусть пока молодые побудут одни, а мы с вами обсудим кое-какие детали предстоящего церемониального обеда.

И вот мы остались вчетвером: я, Тесс, Эйдан и лекарь. Последний, неловко помявшись, поспешно покинул комнату под каким-то уважительным предлогом.

— Что же, — протянула я, — пожалуй, и мне пора.

Я уже почти успела выйти отсюда, как окрик Эйдана заставил меня остановиться и мыслено взмолиться всем небесным силам, как моего мира, так и их.

— Постой, Анна-Луиза! Объясни мне, что за нечисть тебя схватила там, в ущелье? И как ты выжила?

И, как я сейчас буду ему объяснять истинную форму агента этого БДСМ и причину моего выживания? Да и Тесс тут рядом стоит, уши греет. Я, конечно, предложила ей мир, но раскрываться перед ней…

— Дорогой Эйдан. — в этот момент промолвила Тесс. — Не стоит сейчас поднимать такие вопросы. Вам нужен покой, а не волнения.

И, подхватив юбки, она, стремительно подойдя к кровати, опустилась на ее край, схватив Эйдана за руку.

— Главное, что вы целы и сейчас находитесь в безопасности. А все остальное позже.

— Наверное, ты права, — слегка неуверенно произнес мужчина, но все продолжая смотреть в мою сторону.

Я же только бровь приподняла. Вот чувствуя, что он чего-то от меня ожидает и видно, как даже слегка подобрался. Но мысленно я задала себе один вопрос: «Милый, а мне это надо? Конечно, нет!» Поэтому я только мило улыбнулась им двоим и уже снова повернулась к спасительному выходу, как теперь уже и Тесс меня окликнула.

— Сегодня вечером, где вы будете ужинать, Анна-Луиза?

«Стой! Это мне сейчас вопрос кто задал? Сама Тесс? А как же ее ревность ко мне? »

— У себя дома, — неуверенно уточнила я. Мысленно надеясь, что дом Анны-Луизы стоит где-то в этом поселении.

— Это не серьезно с твоей стороны, Анна-Луиза! — строго заметил Эйдан. — Твой дом находится далеко у озера, а дорога от Линвера до него составляет полдня! Так что ты, как всегда, сегодня отужинаешь в моем доме с моей невестой, ее матерью. А компанию вам всем составит мой дядя. После чего и переночуешь тут. А сам я еще немного полежу, и нужно будет разрешить пару вопросов с дикими зверями.

Вот после таких его слов нужно было видеть лицо Тесс, только что оно зеленным от злости не стало! Как бы мне ни было все равно на него, но спросить я должна была.

— А ужинать ты…то есть вы, где будите? — быстро поправив себя, я строго посмотрела сейчас на лежащего в кровати мужчину.

— Как всегда — в пабе, — последовал слегка удивленный ответ.

На такие слова у меня снова бровь дернулась, а после, я и вовсе руки на груди в недовольстве скрестила, и не выдержав, стала целенаправленно подходить к кровати:

— Проясним кое-что, Эйдан? Если вы не против, конечно? — и опустившись с другой стороны от Тесс на кровать, я строго посмотрела в глаза Эйдану.

Ну куда девать мой опыт воспитания юнцов? Сколько раз мой племянник пытался нарушить постельный режим после получения травм и убежать из дому погулять с друзьями? И сколько раз я его ловила и заставляла не только сидеть дома, но и ужинать со всеми домочадцами? Просто не счесть! И сейчас, быстро считывая эмоции лежащего мужчины: усталость, раздражительность и необходимость вместо отдыха включаться в жизнь своего народа я понимала, что это тот еще уставший упрямец! Вот, даже черные тени под глазами залегли.

— Я, если и останусь в Линвере на ночь, — мысленно я радостно вздохнула, что наконец-то знаю хоть как называют это поселение. — То где-то в гостинице. А что касается ужина, то и вы будете сидеть за столом и сегодня вечером никуда не пойдете! Как и говорила Тесс, вам нужен отдых!

Смотря в эти неверяще расширяющиеся глаза, я только ещё и головой утвердительно кивнула в усилении своих слов.

— Что с тобой произошло там, в ущелье? — тихо прошептал Эйдан, схватив меня за руку. А после, повысив голос, чтобы его слова услышала еще и Тесс, произнес: — Анна-Луиза, ты всегда оставалась в моем доме, если выбиралась из своего замка. И ночевала тоже в моем доме, даже не помышляя о гостинице!

— Ну, — протянула я, вынимая руку из его ладони, чувствуя в этот момент на своем затылке ревнивый взгляд Тесс. — Сейчас вы уже почти муж вот этой.

Не удержавшись, я все же «тыкнула» Тесс и еще позволила себе такие действия, как легкий кивок в ее сторону. Но быстро поправилась:

— Прости меня, Тесс, если обидела. И Эйдан, я должна же, наконец, принять тот факт, что вы женитесь, — проговорила я, при этом кокетливо взмахнув ресницами. «Ох, во мне снова заговорила шальная императрица!». — Вот и сейчас я не буду раздражать вашу невесту своим присутствием тут дольше, чем того требуют нормы приличия.

Честно, готова поспорить, что в возникшей гнетущей тишине я явственно слышала, как работают их шестерёнки в голове. И кто-то мысленно явно поднимает челюсть с пола.

После чего, встав с кровати и почти бегом выбежала из комнаты, бросив на ходу:

— Жду вас двоих внизу, на ужине!

Фаския (лат. fascia)

Древнеримская повязка на грудь для женщин. Изготовлялась обычно из ткани, реже из кожи. В античных источниках нет точной информации, все ли женщины носили такую повязку.