Глава 64

Нервно облизнув свои, вмиг пересохшие губы, я боролась с желанием схватить полотенце с пола. Но неожиданно меня саму эта вся сцена взволновала. Во мне проснулась та самая женщина, которая просто желает, чтобы ее любили и восхищались. Но не просто все, а именно он — Эйнар МакАйнар, лорд северных земель.

«И отчего это он здесь решил выбрать долг, а не меня?», прошептала та самая, давно забытая во мне женщина.

Все же, сжалившись, я, ухватив полотенце и быстро прикрывшись им, подошла близко-близко к мужчине.

— Я спросила тебя, Эйдан, — прошептав свой вопрос очень близко к его уху, я даже еще и с выдохом облизнула губы.

Замерев, я почувствовала, как его дыхание сбилось. И вдруг... испугалась. Не его — себя. Все это было лишком быстро. Слишком смело. Отступив на шаг, и прижимая полотенце к груди, я прошептала.

— Прости. Я, наверное, смутила тебя. — я говорила всю эту ерунду, отвернувшись от него, нервного проводя пальцами по лбу. — Это все просто видимо эмоции… или скоро придут «женский дни»…

«Блин, — шипела на меня-скромницу, моя же внутренняя женщина. — Он же был у меня в руках. А сейчас? И причем здесь «женские дни»? Вот же Я дура!»

Но дальше самобичеванием мне не позволили не заниматься, ни говорить.

Пальцы Эйдана сжали моё предплечье — не больно, но так, что я не могла вырваться, даже если бы захотела. А я и не хотела.

И в следующее мгновение его губы накрыли мои.

Мир перестал существовать.

Не было больше ни сорочки, ни корзинки, ни Бриджит, ни бала. Не было долга, традиций, леди Тесс. Был только он. Только мы.

Его губы были настойчивыми, почти требовательными — как будто он боялся, что я исчезну, если он ослабит хватку. Но в этой требовательности не было грубости. Было что-то первобытное, драконье — желание удержать, заявить права, не отпускать.

Я отвечала. Сначала медленно, а потом все смелее. Мои пальцы, все еще сжимавшие край полотенца, дрогнули, и ткань снова упала к ногам. Но я даже этого не заметила. Или не захотела замечать?

Его рука скользнула с моего предплечья на талию, притягивая ближе. Я чувствовала жар его тела сквозь ткань рубашки, чувствовала, как бешено колотится его сердце — или это мое? Я уже не различала.

Одна его ладонь легла на мою щеку и пальцы запутались в волосах. Он целовал меня так, будто ждал этого всю жизнь. И я запустила пальцы в его волосы, притягивая ближе к себе. Он выдохнул — прямо в мои губы — и этот выдох был горячим, почти стоном.

— Анна-Луиза, — прошептал он, отрываясь от моих губ на долю секунды. — Что же ты со мной делаешь?

Даже мое имя в его устах сейчас звучало иначе. Не так, как всегда. В нем было что-то новое — жадное, собственническое, голодное. А во мне ликовала женщина, та, что так старательно соблазняла его.

Он целовал меня снова и снова. То нежно, едва касаясь, дразня, заставляя тянуться за ним. То глубоко, так, что у меня подкашивались колени, и только его рука на талии держала меня на ногах.

Я чувствовала, как его пальцы сжимаются на моей талии, как напряжены его плечи — он сдерживал себя. Я чувствовала это кожей, каждой клеточкой. Он хотел большего, но не позволял себе переходить черту.

Оторвавшись от его губ, я с улыбкой провела по его носу и остановившись над верхней губой, произнесла:

— Что я с тобой делаю? Я просто стараюсь заинтриговать тебя — дракон. Получилось?

Спрашивая это, я явственно чувствовала подтверждение своим словам, в мой живот сейчас упирающийся пульсирующий бугор.

— Нет, милая, — произнес он, смеясь. — Ты не просто заинтриговала меня. Ты меня, Анна-Луиза, сейчас нечестно соблазняешь. Но это у тебя отлично выходит.

Нежно проведя в ответ по моему носу, он снова легко поцеловал меня в губы.

— Ты просто нечто, моя Анна-Луиза…

Я купалась в его нежном взгляде, но неожиданно резкий стук в дверь заставил нас с Эйданом вздрогнуть.

— Анна-Луиза, пора собираться. Бал по поводу свадьбы лорда с леди Тесс скоро состоится, — прозвучал голос Лесли.

Я замерла, просто не мигая смотрела в глаза своего дракона, а он... Он тоже не шевелился. Даже не дышал.

Стук повторился.

— Можно мне войти? — спрашивала она, стоя сейчас за дверью.

На этих словах вся магия, что царила между мной и Эйданом рассеялась. Реальность неожиданно ворвалась в наш с ним мир, разрушая все на своим пути.

Я сделала шаг от него, даже не вспоминая, что осталась без полотенца. А он… Зажмурившись и крепко сжав кулаки, он медленно выдохнул. А после открыв глаза покачал головой, призывая меня никого сейчас не впускать к себе в комнату. Хотя я и так бы этого даже не подумала сделать.

— Ох, — послышался вдруг голос Джона. — Я же вас искал, Лесли. Там внизу, вроде никто не может понять, куда именно нести доставленные только что рулоны тканей. Помогите им пожалуйста, Лесли.

— Странно, — в замешательстве произнесла она. — Ну хорошо. Леди Анна-Луиза, я скоро подойду. Сейчас, только разберусь с тканями.

И уже удаляясь, я услышала, как она отчитывает видимо идущего за ней следом Джона:

— Отчего сам не смог разобраться? Вроде как новый наш управляющий, или моего бы мужа послал для этого. Мне же собирать мою девочку нужно. Эх, мужчины!

В это время Эйдан смотрел на меня не мигая, и в его взгляде было столько всего, что я не смогла бы назвать это одним словом. Боль?.. Желание?.. Нежность?.. Отчаяние?.. Любовь?..

— Я пойду, — прошептал он лишь в итоге.

Я только кивнула, не в силах произнести ни слова. Он развернулся и не оглядываясь вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

А я стояла посреди комнаты, все еще голая и чувствуя вкус его губ на своих. Прикоснувшись к губам, я только сейчас поняла, что по моим щекам текут слезы.

— Дура, — зло прошептала я, вытирая влагу. — И чего разревелась? Ты же знала, что он чувствует к тебе. Поняла сейчас, что его тело желает тебя. Но этого видимо недостаточно. Это его чувство долга все еще стоит между нами!

В раздражении я схватилась полотенце и зло сверкнув глазами, продолжила, смотря на свое отражение:

— Сейчас мне просто нужно вызвать еще одну от него эмоцию, ту, которая станет решающей. Испытав которую на нем, я пойму, будет ли Эйдан бороться за свое счастье или нет, или чувство долга победит.

И бросив взгляд на лежащую на кровати новую сорочку, лукаво усмехнулась.