Глава 25

Маркус спихнул со стопки бумаг отвергнутую кобуру и принялся рыться в чертежах. Он был занят и упустил, когда генеральша, нахмурившись, перевела полный недоумения взгляд на Флоренс.

Она словно впервые увидела ее. Только что перед ней стояла девица, способная стать помехой для воссоединения семьи, и вдруг обнаружила человека, который не только неравнодушен к ее сыну, но и делает все, чтобы к нему вернулся вкус к жизни.

— Спасибо, — произнесла графиня одними губами и, резко развернувшись, пошла прочь.

— А как же чертежи? — крикнул ей вдогонку Маркус, потрясая бумагами.

— Я в вас верю, — не оборачиваясь, произнесла генеральша и направилась к гостевому дому, где жил маленький Луи. Там стояла карета, на крышу которой грузили детскую кроватку.

— Она выглядит ошарашенной, — прошептал плотник, глядя ей вслед.

Флоренс выдохнула. Подняла упавшую со стола кобуру и вытерла фартуком пыль.

— Кто смастерил эту красоту? — спросила сиделка, разглядывая тонкую работу. — У кого такие таланты?

— У нашего садовника, — охотно подсказал мистер Кэррот. — Он тоже мечтал порадовать милорда. Хозяин хранит револьвер где ни попадя. А на подлокотнике коляски было бы удобное место.

— Можно, я возьму кобуру с собой? Я при случае покажу ее графу, — Фло перевела взгляд на Маркуса.

— Ну раз матушке полковника она не пришлась по вкусу… — протянул мастер Гудвилл, делая оскорбленное лицо. — Садовник так старался, а от его кобуры категорично отказались.

Флоренс поблагодарила друзей и побежала к себе. Ей нужно было подумать.

Она закрылась в своей комнате и, сев на кушетку, разложила на столе «добычу»: лист с вопросами и красивую кобуру. Она переводила взгляд с одного предмета на другой, размышляя, с чего начать, но в итоге прижала обе ладони к кобуре и закрыла глаза. Она видела, так делал маг в полицейском управлении, когда исследовал привезенные из усадьбы игрушки.

«Ты эмпат, ты должна почувствовать», — убеждала себя Флоренс.

Узнав от плотника, что графиня — магический вампир, она по–другому взглянула на ее протест, когда Маркус хотел прикрепить кобуру к подлокотнику. Если до того ей казалось, что резкий отказ — это нежелание, чтобы у сына был револьвер под рукой, то теперь Флоренс казалось, что генеральша почувствовала в предмете магию. По аналогии с тем, как хищники идут на запах крови. Но если графиня почувствовала магию, то вывод очевиден: над кобурой работал садовник, а значит, он и есть тот самый затаившийся маг.

«Давай, напрягись!» — приказала себе Фло, но сколько бы она ни зажмуривалась, грея в руках кобуру, в голове было пусто.

Раздосадованная, Флоренс вернула кобуру на стол. Чего она хотела? Нафантазировала непонятно чего и едва не объявила невиновного садовника врагом. Да, она одарена способностью улавливать и исправлять эмоции людей, заговаривая цветы, но никогда до сих пор не чувствовала в предметах магию. Чего не дано, того не дано.

Вспомнив, что карман фартука до сих пор оттягивает револьвер, Фло осторожно вытащила его и вложила в кобуру, а сама взяла в руки лист с вопросами. Сейчас и они казались глупыми.

Флоренс глубоко вздохнула. Ее взгляд невольно притягивала кобура. Потерев рукой грудь, где поселилось щемящее чувство тоски, сиделка вновь вернулась к вопросам. Внезапно сердце начало биться чаще. Тревога нарастала валом. Тяжело дыша, Фло вскочила на ноги и побежала к двери. В коридоре было пусто. Прислушавшись, она уловила воркование полковника и заливистый смех его сына.

Постояв, поймала себя на том, что улыбается.

— Уф, отпустило! — прошептала она и вернулась к столу.Только села, как ощутила новый наплыв паники. На лбу выступил холодный пот. Все внутри мелко задрожало. — Да что со мной такое?

Воздуха не хватало, и Флоренс кинулась к двери, ведущей на балкон. Вышла на него и вдохнула полной грудью, но мучительная тоска не отпустила.

— Лучше умереть, чем так жить, — прошептала она и… нажала на спусковой крючок.

Лишь услышав сухой щелчок, Фло недоуменно посмотрела на руку, в которой держала револьвер. С криком она разжала пальцы. Оружие клацнуло о каменную балюстраду и улетело вниз.

У Флоренс подкосились ноги, и она рухнула на пол. Тоска отпустила, но пришли слезы. Фло плакала с полной отдачей. С причитаниями, завываниями и ударами кулаком в собственную грудь. Будь револьвер заряжен, сейчас ее кровь заливала бы белый камень балкона, а дочь барона Саттона лежала бы с дырой в голове.

В дверь постучали. Не получив ответа, ее вышибли. На пороге стояла служанка, привезенная генеральшей, и потирала плечо. Отпихнув ее в сторону, порог переступила старая графиня. Стуча сапогами, прошла на балкон и села рядом с Флоренс.

— Чего ревешь? — генеральша пихнула сиделку локтем.

— Я только что чуть не застрелилась, — прошептала Фло, давясь слезами. — Но пули в барабане не оказалось.

— Из–за клятвы, которую я с тебя стребовала? — графиня нахмурилась.

Фло помотала головой.

— Это вы разрядили револьвер? — спросила она, всхлипывая.

— Да. Нельзя хранить оружие заряженным

— Спасибо, — Фло облизала опухшие губы и вытерла мокрое от слез лицо фартуком.

— За что? — графиня поднялась и протянула сиделке руку.

— Вы спасли мне жизнь. Идемте, я кое–что вам покажу.

Флоренс села на кушетку напротив стола, на котором лежала кобура. Похлопала ладонью, чтобы миледи опустилась рядом. Та подчинилась, но, увидев кобуру, недовольно поморщилась.

— Зачем ты притащила ее сюда?

— Скажите, что вы почувствовали, когда увидели ее впервые?

— Злость. Эти дураки не понимают, на что толкают моего сына. У него не должно быть под руками револьвера, чтобы не испытывать соблазна. Минуты слабости у всякого случаются.

— Только злость, не магию, исходящую от кобуры? — Флоренс покосилась на графиню.

— Я не чувствую магические вещи на расстоянии. Даже если в руки возьму, не пойму, пока не скажут.

Фло вздохнула. Как же она ошибалась, строя нелепые догадки!

— Недавно я нашла на пороге комнаты вашего сына раздавленную розу. Ничего не подозревая, я собрала лепестки в карман. А когда вытряхивала фартук, поняла, что роза заражена порчей. Но порчу может насылать только обладатель дара. Причем из тех, кто не гнушается темной магии. Тогда я поняла, что в усадьбе завелся маг, который скрывает свой дар. Кобура — тоже его рук дело. Она ничем не была приметна, пока я не вложила в нее револьвер. Не прошло и пяти минут, как я приставила дуло к виску и выстрелила.

Генеральша побледнела. Стоящая у дверей служанка торопливо налила хозяйке воды. Миледи пила большими глотками, проливая воду на красный китель.

— Где револьвер? — спросила она, ставя стакан на стол. Самообладание и командный голос к ней уже вернулись.

— Где–то под окнами. Я выронила его, обнаружив в своей руке.

Служанка молча вышла за дверь. Она чеканила шаг точно так же, как и ее госпожа.

— Кто сделал кобуру? — генеральша правильно поняла, для кого готовилась ловушка и кто волею случая избежал смерти.

— Садовник.

— Сиди здесь. Никуда не уходи, ни с кем не разговаривай, — убедившись, что Флоренс кивнула, графиня встала.

— Подождите, — Фло схватила ее за рукав. — Есть еще кое–что, о чем вы должны знать.

Сиделка протянула генеральше исписанный листок. Леди Ферфакс торопливо пробежалась по строкам глазами и перевела взгляд на замершую Флоренс.

— Умная девочка, — сказала она, сминая бумагу. — Да, если в садовнике есть магия, я почувствую ее так же легко, как почувствовала в тебе. Если магия не обнаружится, я проверю каждого, кто живет в усадьбе. Насчет этого не сомневайся. Для высасывания магии достаточно сосредоточиться. Обычно я вытягиваю немного, чтобы человек не почувствовал, но могу высосать досуха. Месяц уйдет на восстановление. И на последний вопрос ответ тоже «да», но в силу возраста я больше не участвую в боевых операциях. Достаточно того, что я охраняю границу.

— Спасибо за искренность, — Флоренс поднялась и порывисто обняла генеральшу.

Та выбралась из неожиданных объятий и, прихватив кобуру, покинула комнату. Закрыв дверь, Фло легла. Лежа ждать удобнее. Не заметила, как уснула.

Ее разбудил требовательный звон колокольчика. Полковник вызывал к себе. Флоренс соскочила, не понимая, ночь на дворе или ранее утро. Умываясь, ужаснулась: лицо было, как подушка. Наскоро расчесавшись и надев свежий фартук, сиделка выскочила за дверь.

— Ты забыла о перевязке? — с улыбкой упрекнул ее полковник.

— Простите, — Фло присела в поклоне, — я нечаянно заснула.

Она полезла в шкаф за коробкой с лекарствами. Вооружившись ножницами, принялась срезать старые бинты.

— Не смотрите на меня так, — сказала она, чувствуя на своем лице взгляд полковника.

— Как?

— Пристально.

— Ты плакала, — он не спрашивал, слезы оставили некрасивый след на лице. — Сегодня тебе досталось.

— Мама рассказала?

— Да. Перед тем как уехать.

— Уже⁈ А как же… Я хотела попрощаться с маленьким Луи.

— Мама не стала трубить в горн. Кое–кому требовался отдых.

— Вы тоже устали?

— Я о тебе. Мне жаль, что тебе пришлось пройти настолько страшное испытание, — его рука, освободившись от повязки, легла поверх ее.

— Вы о визите вашей мамы? — Флоренс мягко, но настойчиво вытащила свою ладонь из–под мужской и принялась перебирать склянки.

Полковник рассмеялся.

— И это тоже.

— Она нашла мага среди обитателей усадьбы? — Флоренс поморщилась, когда неприятно запахло заживляющей мазью. Доктор Хендрикс прислал свежую партию с улучшенными характеристиками, но с отвратительным запахом.

— И да, и нет, — граф тоже сморщил нос. — Садовник действительно обладал магией, но очень слабой. Мама с глотка его магии даже не взбодрилась. Садовник признался, что порчу на тебя наслал он. А вот кобуру ему оставила перед тем, как уйти, Мэри.

Флоренс подняла глаза на полковника. Хотелось спросить, чем новенькая сиделка не угодила мистеру Марди, но сейчас ее больше интересовала другая персона.

— Мэри? Опять Мэри? Игрушки Луи давала она, теперь еще кобура. Вам не кажется, что эта парочка просто сваливает все на нее?

— В полиции из них выбьют признание. Теперь я уверен, что тирзальские деньги, письма и колбу с мортексом подсунули в мой кабинет тоже они. Сейчас оба сидят в подвале под присмотром Гуго. Уве отправился с отчетом в Балтон.

— Миссис Марди тоже закрыли?

— Тоже. Но в разные камеры, чтобы не договорились. Утром за ними приедут с наручниками.

Фло была поражена. Совсем недавно она считала Мэри исчадием ада, теперь переживала за нее. Вдруг она тоже нашла свой конец в зимнем саду? Ведь о том, что она сбежала, все знали только со слов миссис Марди.