Глава 11. Горные тропы

Через расселину мы вышли на маленькую каменистую площадку на склоне. Она словно парила в воздухе будучи открытой с трех сторон. В одном месте примыкания площадки к стене была небольшая горизонтальная щель заросшая колючим кустарником. Сразу и не заметишь.

— Там змей нет? — кивнула я.

— Сейчас проверю, — Ян прихватил прут подлинней и пошарил им в расселине, — нет там ничего, только мох.

— Мелковата площадочка — то, — констатировала я.

— Палатку поставить и развести костер хватит места, — огляделся Ян и поежился, — ветренно тут.

— В палатке ветра не будет, — хмыкнула я, — костер разводить будем?

— Будем, хоть отвара горячего попить, — Ян опять поежился, — надену я куртку, замерз.

Я сняла рюкзак и достала из него мешок с травками и пороховыми горшками лежащий сверху.

— Надо его вниз куда-нибудь складывать, так неудобно, — я отложила его в сторону и проворчала, — ну вот, карман в джинсах порвался. Надо зашить.

Я отложила в сторону котелок и огниво. Камень от огнива раскололся на две части. Даже хорошо, он был большим и не слишком удобным. Я сунула одну часть в целый карман.

— Завтра утром зашьешь, сейчас надо успеть палатку до темноты поставить, — поторопил меня Ян, отвязывая кошму от рюкзака, — я палатку поставлю, а ты костер разведи.

Я надрала веток с каких-то хвойных низкорослых кустов и стала разводить костер. Ветки сильно дымили, но загорались хорошо.

Ян взялся за завязки палатки и вдруг замер.

— Ты слышишь?

— Копыта. Лошади, — определила я. И вдруг вспомнив свой сон подскочила, — Ян! Быстро под ту скалу наши рюкзаки!

— Инь?

— Быстрее! Сейчас начнется!

Что начнется я толком сформулировать не могла, просто подсознание подстегнутое странным сновидением вопило о приближающейся опасности.

Мы поспешно затолкали рюкзаки и полуразвернутую палатку под скалу расправили кустарник и отошли подальше от нее.

— Ох, Вечность, сумку с горшками забыли! — Ян дернулся в сторону, но было поздно, всадники уже въезжали на место нашей стоянки. Сумерки и дым от недогоревшего костра надежно укрывали от посторонних глаз наш тайник с вещами.

Четверо. Два конных, два пеших. Лошади нагружены тяжело, видимо, ездили за припасами.

Я схватила Яна за руку.

С замызганной темно — каштановой лошади на меня смотрел никто иной как рыжый и рябой Дерк. Тот самый, который обсуждал свои планы с Арано в его доме. Я его узнала.

Надо же было так неудачно столкнуться.

— Блин горелый! — шепотом выругалась я.

— Инь, что ты делаешь? — удивился Ян.

— Молчи, радость моя, — я носком сапога отодвинула котелок подальше от скалы.

Отдельно остались лежать подстилки под спальники и мешок с травами и горшками.

— Ой девка, да одета как, — рыжый хмыкнул и поднял мешок, — блуда, чтоль. И горг с ней.

— Это рыжый Дерк, — тихонько шепнула я Яну, — приплыли. Мультитулы надо спрятать.

Судя по тому как округлились глаза Яна он понял, что речь идет о том самом человеке, который беседовал с Арано в бибилиотеке дома в Равенхальме

— Эй вы, двое, — Дерк близоруко прищурился, — что тут забыли?

— Идем, вот, к озеру, — пояснил Ян не поднимая головы кивком обозначив направление с которого мы пришли.

— Одеты странно, — Рыжый немало не смущаясь сообщил нам же свои умозаключения по поводу нашей с Яном одежды, и спросил сам себя, — может вы шпионы? — тут же ответил, — нет. На шпионов вы не похожи, но вот твоя физиономия, — он ткнул указательным пальцем Яну в грудь, — мне почему-то знакома.

— Так может они? — спросил подошедший ближе кряжистый высокий мужчина достал из-за пазухи лист, — вроде похожи. У девки волосы только не двухцветные. Слышь, ты травница?

Я выпрямила спину и слегка приподняв бровь, оглядела мизансцену, скривилась и поинтересовалась.

— По вашему, эрр, я похожа на собирательницу растений?

Ян опустил голову пряча усмешку. Ну да. Решила Инга из себя высокомерную аристократку изобразить. Смешно ему.

— Руки ее глянь. Коли травница да еще и деревенская руки должны натруженные быть, — посоветовал тот, что сидел на лошади. Слезать ему было бы очень неудобно, бедное животное было навьючено тюками со всех сторон как мул.

Я хмыкнула и протянула руку вперед. Дерк близоруко щурясь принялся осматривать мои ладони.

— Красивые руки, мягкие, гладкие, такая небось тяжелее шелкового платочка и не держала ничего.

— Убедились? — Сквозь зубы процедила я.

Вот они, суровые местные нравы, у кого оружие тот и вопросы задает.

— Я Дарбай Канорус, а это моя жена Линара Савель, — заносчиво ответил Ян, слегка задвигая меня к себе за спину, — нам сказали что в горах есть озеро, которое помогает …лечит разные болезни.

— А откуда? — вкрадчиво поинтересовался рыжий.

— Из Гольтема, — почти дружелюбно ответил Ян.

— Ножички извольте сюда, — вежливо попросил рыжий.

— На каком основании? — в тон ему спросил Ян.

— Основание? — Дерк достал клинок из ножен, — нас четверо, вас двое.

— Нагло, — хмыкнул Ян и повернулся ко мне, — дорогая, отдай эррам нож.

Я дернулась, но большой нож отстегнула, и подмигнув Яну неловко оступилась, потеряла равновесие, и упала. Он, охнув, кинулся меня поднимать.

Пока я вставала, Ян успел отстегнуть мой мултитул с пояса и уронить его мне же в карман, мульт через прореху в кармане благополучино свалился в сапог. Было неудобно.

Я громко всхлипнула и понесла снятый с пояса нож нашим похитителям.

Ян, пока внимание было приковано ко мне и моим всхлипываниям, успел запихать мультитул за пояс и, судя по тому как переступил, тоже уронил его в сапог.

— Ваша очередь, эрр! — усмехнулся Дерк.

Ну, погоди, рыжая сколопендра, мысленно ругнулась я.

Ян спорить не стал, тоже со вздохом отстегнул клинки, запутавшись в ремнях, и отдал их рыжему.

Обыскивать нас в наступающей темноте и снимать с нас обувь наши похитители не стали. Видимо сильно торопились.

— Ну пошли, — нам в спину ткнули клинками, — ждать будете, пока эрр догонит. Может и узнает кого из вас, а?

Это нам предлагают дождаться пока явится Арано и порежет нас на кусочки?

Милое предложение. Только почему- то я совсем против. И Ян, судя по упрямому выражению его лица тоже. Однако с вооруженными людьми не поспоришь, а драться с четырьмя вооруженными людьми затея неумная. Проще убежать.

— Мешок прихвати, может у них, что интересное там есть, — посоветовал рыжий своему пешему спутнику.

Прихвати, прихвати, мысленно покивала я головой, и не вздумай выкидывать, там очень нужные нам вещи.

Конвоировали нас с Яном связанными, на веревке, следом за лошадью. Шли медленно-горная тропинка была опасной, поэтому нам удавалось сохранять силы.

Однако есть за ночь и день пути очень хотелось, и пить тоже. Лишь единожды, на короткой остановке возле ручья, нам удалось напиться. Вода в нем была ледяная, зубы ломило от холода.

Фляжка осталась там, на месте нашей последней стоянки. Как ни странно я этому радовалась, иначе бы она отошла в качестве призовых нашим похитителям. За ножи я не переживала в рюкзаках были запасные, и там же остались мои короткие клинки.

Чашу, судя по всему, мы обходили стороной, и продвигались как раз к началу путепровода идущего к ней.

Интересно нас выведут к месту раскопок? Если да, то дело плохо. Посторонним такие вещи не демонстрируют, а значит нас будут убивать. В который раз. Может мне сменить имя и фамилию на «Кощея Бессмертная»?

Хотя и сейчас за жизни Дарбая Каноруса и его супруги я не дала бы и ломаного гроша. Останавливало наших конвоиров то, что им нужна была информация. А владеем мы ей или нет, они не были уверены. А опознать нас мог только Арано. Он знал в лицо меня и Яна. По крайней мере меня точно, видел он, Керио и ехавший с нами отряд алорнцев. Из которого только один, возможно, остался в живых.

Шли мы в основном молча, позволяя себе только нейтральные высказывания вроде «Будь осторожнее, дорогая» или «Как ты себя чувствуешь, дорогой?». Наши конвоиры только хмыкали услышав подобное.

Под конец дня мы вышли к поляне. Судя по всему, неподалеку от того места где они вели свои раскопки.

Значит, пока что убивать нас не будут. На поляне уже горело два костра и сидело шестеро мужчин в темных латах ночной стражи.

Похоже, коррупция косит их ряды полномасштабной косой.

С нашими сопровождающими я насчитала десять человек. Я осторожно оглядываясь по сторонам видела как Ян окинул быстрым взглядом поляну и слегка нахмурил брови.

Ну да, с десятью справиться сложнее, чем с четырьмя.

— Этих к тем двоим, — распорядился рыжый Дерк кивнув на дальний край поляны.

Двоим? Кого там еще нелегкая припрятала в темном углу поляны? Я настороженно пыталась разглядеть в наступающих сумерках хоть что-то.

Нашу веревку отвязали от лошади и потащили нас туда, куда показал босс.

— А обыскать? — один страж жадно покосился на меня.

Я тихо зарычала, представители этой профессии снова начали мне активно не нравится.

— Эрр приедет, допросит, хоть заобыскийвася! — рявкнул рыжий.

Я спиной ощущала напряжение Яна. Воздух просто таки искрился от с трудом сдерживаемой жадности наших конвоиров, и желания добраться до меня. Сколько они тут уже в лесу сидят? Судя по сопению сзади, Ян просчитывал все возможные варианты для выхода из ситуации. Ничего компрометирующего у нас с собой не было, карта была надежно спрятана в металлическом тубусе на дне одного из рюкзаков. Кольцо было там же.

Сапоги для мультитулов были, конечно, не самым лучшим хранилищем, но пока слишком дотошно нас не обыскивали, видимо очень торопились. К счастью.

— А хороша эрра, ручки мягкие, белые, — заржал один, — так бы и съел.

— У меня дежавю, — тихо сказала я.

— Да, — Ян меня услышал, — у меня тоже.

— Что это за дежавю? Больная что-ль? — с подозрением уставился на меня страж.

— Больная, — кивнула я, — видишь волосы короткие, да платком завязаны? У мужа моего тоже. Это, чтоб заразу вокруг не сыпать.

— Мы же на озеро лечиться шли, — добавив в голос серьезности напомнил Ян.

— Ну ты это, вихрами — то не тряси тогда, — испуганно пробормотал он, отходя от меня на чуть большее расстояние.

Нас подвели к деревьям в конце поляны, недалеко от костра, и привязали к ним, стянув руки за спиной.

Рюкзак мой, мельком туда заглянув и не найдя там ничего ценного, небрежно бросили рядом с сосной недалеко от нас.

Потом все разошлись по своим делам, оставив нам одного конвойного, который, усевшись на бревно возле костра сначала что- то ел, потом пил из фляжки, а потом и вовсе, расстелив плащ у костра и привалившись спиной к бревну, вроде бы задремал.

— Надо пару часов отдохнуть, — прошептал Ян. Я привалилась к дереву и попыталась заснуть. Сон не шел, любое движение на поляне напрягало и заставляло коситься в сторону ходящего.

Продремав часа два, я проснулась от богатырского храпа доносящегося с другой стороны поляны.

У соседнего дерева кто-то застонал. И зашевелился. Вот это да! Я чуть не вскрикнула от удивления.

— Имириэль?! — шепотом воскликнула я вглядевшись в темноту, в полутьме трудно было различить черты алорнца, но это был именно он, — как вы здесь очутились?

Блондин, а это был тот самый, белокурый и синеглазый «эльф» с которым я беседовала миллион лет назад у костра под Равенхальмом, близоруко прищурился и отрыл рот собираясь здороваться.

— Эрра И…

— Вы меня не помните? — быстро, пока он не произнес моего имени, перебила его я, — мы встречались в Лерте, я Линара Савель, а это мой супруг, эрр Канорус. Рада видеть вас в добром здравии.

— Да, да, эра Линара, — кивнул он, — тоже рад вас видеть. А мы тут вот, по делам, искали кое-что.

— «Мы»? — уточнил Ян. Надо отдать ему должное, время он не терял. Достав из сапога мультитул быстрыми четкими движениями резал веревки.

Имириэль кивнул в сторону,

— Эрр Керио тоже тут, с нами немного побеседовали перед вашим приходом, — он поморщился, — ему здорово досталось по голове.

— Как вас сюда занесло? — не удержалась я от расспросов, — ведь эрр Керио должен быть в Алорне.

— Видите-ли. Эрр Арано охотится за венцом древних. Он считает, что это даст ему возможность стать правителем Алорны.

— Ага, — съехидничала я, — а эрр Керио решил его убедить в обратном?

Имириэль смутился.

— Смелее, — хмыкнул Ян.

— Он искал вас, И… Линара. В Лерте ему сообщили, что вы отправились в горы и он решил вас разыскать здесь, но нам не повезло.

— Зачем ему меня искать?

— Он… у него к вам…вопросы, — Имииэль смутился.

В ответ на вопросительный взгляд Яна я только пожала плечами. У меня лично к эрру Керио вопросов не было.

— Он, что, знает? — спросил Ян подразумевая информацию о том кто я такая.

— Нет конечно! Знаешь ты, знала Анея, больше никто. И надеюсь, не узнают.

— Хорошо, — удовлетворившись моим ответом кивнул Ян.

— Ар…а тот козел где? — спросила я у Имириэля.

Имириэль икнул, выпучил глаза, от удивления, но о ком идет речь понял.

— Говорят, поехал сопровождать какой-то очень важный груз, — Имириэль кивнул головой в сторону основной стоянки на краю чаши, — он вывозил оттуда какой — то каменный блок на двух шестерках лошадей.

— Понятно, — сделал вывод Ян и зло усмехнулся, — значит поэтому мы все еще живы. Без начальства нас убивать не будут.

— А ведь только он знает нас всех в лицо, — подытожила я, — кстати, Имириэль, как вы выжили, тогда, после засады в конюшне?

— Убежал, — нервно дернул плечом алорнец, — меня Алт раненного подобрал, в какой-то подворотне. Дальше вдвоем выбирались. А вы?

— А у меня нет привычки тащить в рот, что попало, поэтому и удалось сбежать.

Я тоже не стала вдаваться в подробности моих приключений в Равенхальме.

— Надо было присоединиться к нам, эрра И…,-Имириэль сбился, но вовремя исправился, — Линара. Мы, безусловно, защитили бы вас.

Конечно, защитили бы, а потом эрр Керио начал задавать вопросы. И некоторые из этих вопросов были бы весьма неприятными. Благодарю покорно.

— Женщина, — хмыкнула я, — слабое беззащитное существо, от которого невозможно спастись.

Ян и Имириэль хихикнули. Думаю, каждый из них воспринял мою шутку по своему.

— Враг моего врага мой друг? — с усмешкой спросила я у Яна. Он кивнул:

— Похоже так. Временно. Вариантов немного, а вчетвером проще.

Нравится мне с ним разговаривать, с полуслова друг друга понимаем.

Лежать на земле, связанной, очень неприятное занятие. Особенно ночью, когда земля холодная и сырая. Так и насморк подхватить недолго.

Ян тихо возился, пытаясь разрезать веревки, как он умудрился достать из сапога мультитул я так и не поняла. Но главное, что это ему удалось.

к вопросу о том, что такое мультитулы:

Имириэль осторожно швыркал разбитым носом, верхняя губа у него была вся в засохшей крови, а Керио все никак не приходил в себя. Имириэль время от времени дотягивался до него ногой и тихонько подталкивая шепотом окликал:

— Алт, очнись же, Алт!

Наконец, действия Имириэля возымели эффект.

Керио дернулся, пытаясь высвободить руки, застонал и открыл глаза.

— Что тут, во имя вечности, происходит, — он уставился на Имириэля, — Ими, ты?

Тот снова швыркнул и прошептал:

— Да, ты как себя чувствуешь? Тебе здорово досталось.

Керио перевел мутный взгляд на меня, что-то пробормотал, отрицательно помотал головой, страдальчески сморщился и закрыл глаза.

— Пожалуй хорошо, так хорошо, что у меня видения, Ими, — достаточно громко прохрипел он не открывая глаз.

Это он меня за видения принял?

— А ну заткнулись, — сонно рявкнул сидящий у костра охранник, — сейчас рты всем своими обмотками позатыкаю.

Мы замолчали. Я дотянулась до шишки лежащей недалеко от моей ноги и пнула ее в Керио. Шишка пролетела мимо. Имириэль с философским видом наблюдал за моими действиями. Ян был занят веревками и не особо обращал внимания, что я делаю.

Я нашарила еще одну шишку, покрупнее. Раз, два и шишка полетела прямиком в идеальный подбородок. Керио вздрогнул открыл глаза возмущенно уставился на меня. Мало того, что я видение, так еще и шишками в лицо кидаюсь, понимаю, я б тоже возмутилась.

— Лови, — одними губами произнесла я и потрясла ногой. Тяжелый металлический мультитул выскользнул из сапога на землю. Я, натренировавшись в хвойном футболе, со всей силы запнула мульт под пятую точку алорнца, тот моргнул втянул носом воздух и сделал зверские глаза. Зато окончательно пришел в себя. Ну что убедился, что я не видение? Я пожала плечами, подумаешь, одним синяком больше, одним меньше. Пусть скажет спасибо, что не в голову прилетело, я вполне могла и промахнуться.

Всегда подозревала, что у эрра Керио эквилибристическая задница: Через пару минут мультитул переместился из- под его пятой точки к нему же в руки и он увлеченно начал пилить им веревку.

Ян, уже свободными руками, передал свой мульт мне. Через пару минут, благодаря пилке и мои руки были свободны. Я пристегнула мульт к поясу. Керио передал мультитул Имириэлю.

— Вы в мяч играли в детстве? — шепотом поинтересовалась я и указала глазами на мешок лежащий неподалеку от Ими. Ими проследил мой взгляд вопросительно вскинул брови, но тем не менее, потянулся, дернул завязки и уронил мешок за близлежащую сосну. Из мешка на траву, глухо сбрякав, выкатились горшки.

Имириэль пожал плечами и вопросительно уставился на меня. Дескать, ну, горшки и чего?

Я показала глазами на горшки потом на костер. Керио, сразу сообразив о чем идет речь, кивнул.

— Какие знакомые вещички, — насмешливо прошептал он.

— Рада, что у вас память хорошая, — огрызнулась я.

Ян внимательно наблюдал за нашей пантомимой. Имириэль передвинул один горшок Керио, Ян прошептал.

— Мне сюда тоже.

Следующий горшок оказался в ногах у Яна.

— Слабоумие и отвага наше все! — нервно хихикнула я.

Керио шепотом приказал.

— На счет десять. Я в дальний, а ты, Экита, в ближний, Инга и Ими отвлекаете как можете.

Все дружно кивнули.

— Три, — шепотом отсчитал Керио

Я прикрыла глаза отсчитывая секунды. Внутри все мелко дрожало от страха.

Через десять секунд, я с визгом откатилась со своего места в сторону, Керио подскочил и зафутболив горшок в костер начал как заяц носится между деревьев, при этом он громко и отчаянно ругался. Между руганью слышно было как он отсчитывает секунды, надо же не забыл. Охрана вскочила и кинулась за Керио не убегавшим, а наматывающим круги как можно ближе к костру в который он в суматохе уронил горшок.

Ян одновременно с Керио, ловким движением из положения лежа, подцепил глиняную посудину на носок сапога и молниеносным движением зашвырнул в ближний костер. Потом рывком сел, растер руки.

— Затекли от веревок, да еще и выкручивать их пришлось чтоб веревки разрезать, — пояснил он.

— А?Что? — пока наш охранник пытался проснуться и встать, его уронили и успели оглушить. Имириэль тоже времени не терял.

— Держи, — Имириэль подал Яну одно из лезвий стражника лежащего на земле. Второе оставил себе.

— Спасибо, — Ян кивнул, и встав на ноги текучим движением рубанул летевшего на нас во всеоружии стража. Тот навзничь упал на землю. Ян оглядел лезвие, невозмутимо вытер его о рукав рубашки.

Я уж было хотела возмутиться по поводу неаккуратного обращения с вещами, но решила промолчать. В конце — концов, в рюкзаке у него было еще три рубашки на смену этой.

— Горг, сзади! — рявкнул Имириэль, тыкая клинком куда- то за спину Яна, — шевелись, иначе станешь похож на листья крилы!

А да, помню я такое растение с листьями размером с хорошие лопухи. И были эти листья все в мелкую дырочку, как сито. Меня разбирал смех, я усилием воли подавила наступающую невовремя нервную реакцию. И снова метнулась в сторону, чуть не налетев на Яна.

Ян рывком откинул меня подальше, кинулся на помощь алорнцу, который в одиночку рубился с четырьмя нападавшими.

— Двадцать три! — Заорал Керио перепрыгивая через огонь, — киньте мне клинок!

Я подползла к одному из убитых и взяла оружие. Оно было мокрым теплым и скользким от крови.

— Керио! — крикнула я, он повернулся ко мне, — ловите!

Я швырнула клинок за рукоятку от себя. Еще один, короткий, прихватила себе, мало ли.

Керио в подкате подхватил клинок с земли.

— Девчонка, — усмехнулся он, поднимая оружие и громко крикнул, — тридцать!

— От костра! — скомандовала я, в траве что-то блеснуло, я успела ухватить брошенный в спешке на траву второй мульт. Ян подхватил меня подмышку, и рыбкой нырнул за ту же сосну где лежал мой мешок. Горшки взорвались, по поляне пополз едкий пороховой дым.

— Лесной пожар бы не учинить, — забеспокоилась я.

— Самое время об этом думать, — саркастично усмехнулся Ян, и уточнил, — ты говорила дым ядовитый?

— Очень, — подтвердила я. Дымовая завеса на поляне получилась впечатляющая, за плотной белой пеленой почти ничего не было видно.

В подтверждение моих слов со стороны поляны раздался кашель.

Ян одной рукой держал меня, второй прихватил мой мешок и бросился бежать.

— Отпусти, на руках ты меня далеко не унесешь — потребовала я.

— Теперь моя очередь геройствовать, сиди здесь! — он быстро поцеловал меня и исчез в дыму.

Из- за белой дымовой завесы раздавалась ругань и перезвон клинков. Кто-то отчаянно ругался всякими нехорошими словами.

Эх, не доросли местные, не доросли, у нас любой прораб на стройке гораздо доступнее формулирует свои мысли с помощью соответствующей лексики. А тут периодически слышалось жалобное в стиле: «Вечность тебя прихвати» или злое.

Я спряталась на всякий случай в кусты держа наготове трофейный клинок и почти сразу же из дыма на тропу вылетела рыжая кляча.

На ней сидел Ян. Как хорошо, что он не заставил себя долго ждать.

— Она без седла, давай руку.

Без лишних слов, я протянула руку, меня моментально вздернули вверх, на лошадь. Я почувствовала как он пятками стукнул ее по бокам.

— А эти двое? — поинтересовалась я.

— Сами разберутся, мы и так им очень помогли.

— Лошадка в темноте, по лесу, ноги не переломает?

— Надеюсь нет, — отрывисто ответил Ян пытаясь удержать меня и справиться с поводьями, — Инь, не возись.

— Нам нужно вернуться туда где мы были, за снаряжением! — я обняла его за шею, — без него нам не подняться к входу.

— Уверена?

— Без снаряжения нам не подняться наверх. И думаю, только поднявшись наверх, мы уйдем от преследования.

— Ты права, — Ян еще раз проехался пятками по бокам лошади. Она осторожно двинулась в ту сторону откуда мы пришли.

— Через сколько они начнут нас догонять. Как думаешь?

— Вполне возможно, что сейчас. Я заколол двоих, и еще одного когда забирал лошадь. Еще двух этот алорнец, Имириэль. Это тех, что я видел. Думаю, Керио тоже не остался в долгу.

— То есть, из десяти вы вывели из строя больше половины, — констатировала я.

— Да. Жалко, что не всех.

Такой Ян был мне мало знаком, он был похож на того Яна из Равенхальма, с сурово сжатой неулыбчивой линией губ, слегка надменным выражением лица и развернутой идеальной осанкой. Я молча втянула ноздрями воздух и уткнулась Яну в шею побоявшись смотреть на него-такого. Его рубашка пахла порохом, дымом, чужой кровью и как ни странно, ставшим уже привычным, запахом лимонного мыла.

Он поежился, хихикнул и пояснил.

— Щекотно.

— Нужно сделать факел, — предложила я, — в темноте ехать невозможно.

— Да, только у нас огниво осталось на стоянке.

— Обижа-аешь, — протянула я, — в кармане у меня обломыши кремня лежат. Не спички конечно, но искру выбить можно.

— Умница моя, — Ян крепко меня расцеловал, — а ножи?

— А клинки на что? Кстати мульты я прихватила с собой, — хихикнула я, — не люблю вещи бесхозными оставлять. Там и пилки есть.

— Предположим, на тряпку я свою рубашку могу пустить, — размышлял Ян, осторожно направляя лошадь вперед, — только вот смолы или жира у нас нет, чтоб ее пропитать.

— Можно индейский факел сделать, — предложила я, — тогда из расходов только шнур.

— Какой факел?

— Это когда вокруг толстой ветки, полешки приматывают, как финскую свечу.

— Инь, милая, — устало сказал Ян, — ты забываешь, что я не понимаю названия которые ты используешь. Объясни толком, как делают тот факел о котором ты говоришь?

— Берется палка, — начала я, — высокая. К ней с одного конца привязывают поленья. Но тут их нет, значит толстые ветки, между ветками, как в стакан, набивается кора и прочий розжиг.

— Все, понял о чем ты. Да, такую штуку можно сделать. И скорость увеличится и будет шанс, что эта …это. эта кобыла не свалится в пропасть.

— Да, ты ценитель конских статей, как я погляжу, — пошутила я.

— Ценитель или нет, я не знаю, но в состоянии отличить клячу от лошади с хорошими данными, — мягко срезал меня он.

Разумеется, это я в лошадях ничего не смыслю, а у него небось своя конюшня «с выездом».

Мы отошли как можно дальше от опасной поляны и Ян используя клинок как топор, срубил подходящее по высоте деревце. Рубил долго, клинок, конечно, для рубки дерева не подходил, но Ян упрямо нахмурившись продолжал замахиваться и высекать осколки светлой древесины.

— В лесу раздавался топор дровосека, — сообщила я, удерживая лошадь за повод.

— Это опять что- то из твоих фокусов? — поинтересовался, отдуваясь, Ян.

— Стихи это, потом переведу, расскажу, — пообещала я.

— Я запомнил, — улыбнулся он продолжая собирать нам светильник.

— Сюда бы фонарь, — размечталась я, — представляешь, нажал на кнопку и светит метров на десять вперед, а то и больше.

Ян наконец — то справился с деревяшками, сделал факел, разжег. Обращался с кремнем он намного более ловко чем я.

— Ну вот, примерно круг гореть будет, — сказал щурясь, глядя на то, как разгорается огонь и протянул его мне, — подержи-ка, сейчас еще один комплект для факела с собой прихватим.

Мы снова забрались на лошадь и двинулись через лес к месту нашей неудавшейся стоянки.

— Инь, а почему ты сказала, что Арано-козел? — задумчиво спросил Ян.

— А он не козел? — хмыкнула я.

— Хм, а знаешь, если про поведение речь, то да, похож, — задумчиво ответил Ян поправляя поводья, — хочет съесть всю траву вокруг.

До места старой стоянки мы добрались меньше чем за полсуток, загнав бедную лошадь. Примерно в пятистах метрах от стоянки она легла на тропинку и уже не встала. Ян даже не стал ее понукать.

— Может отойдет еще, — неуверенно сказал он, снимая с нее повод, — дышит ровно, и даже не в мыле.

— Жалко лошадку, — я осторожно погладила лошадь по голове между ушей, — дышит вроде.

— Жалко, — согласился он, — вот только убегать верхом на лошади быстрей и удобнее, чем пешком по лесу. Если бы не она мы бы все еще шли.

— Ты прав, — снова вздохнула я с жалостью глядя на темно рыжие уши.

— У меня рука не поднимается ее убить, — сказал он положив руку на клинок, — но придется.

— Нет! Ты что! Разве можно! — я не могла поверить своим ушам, — она же живая!

— Инь, мы ее загнали, понимаешь, а загнанные лошади не выживают. Она умрет чуть позже, но очень сильно мучаясь. Или останется совсем слабой.

Я схватилась за голову и повторила,

— Она же живая, нельзя ее убивать. Она не виновата в том, что мы ее загнали. Пусть будет слабой, зато живой.

Умом я понимала, что он прав и что он говорит правду: загнанная лошадь не проживет долго. Но эмоции бунтовали. Я представила, что он подойдет к ней и проведет лезвием по золотистой шкуре, а потом мы пойдем прочь, потому, что смотреть как вытекает жизнь из живого существа, моральных сил не хватит. А потом на запах крови слетятся-сползуться-сбегутся поедатели падали. И будет у них над горной тропинкой пир.

Меня передернуло.

— Она ведь еще живая, — повторила я.

Ян убрал руку от рукоятки клинка.

— Иногда милосердие оказывается во вред, — он развернулся и пошел к месту стоянки.

Я поплелась за ним следом ощущая непонятное чувство вины. За свою излишнюю гуманность. За жалостливость которая, он был прав, во вред. Когда мы отошли метров на триста сзади раздался шум, я обернулась. Лошадь, отряхнувшись стала на ноги и развернувшись уныло побрела в сторону откуда мы приехали.

— Ян! — окликнула я, — смотри!

— Ну, может еще не все потеряно, — проворчал он, неодобрительно глядя ей вслед, — тоже польза, хоть следы запутает. Ладно, идем скорее, круги идут.

«Круги идут»-аналог нашего земного выражения «время тикает». Казалось бы все разное, но столько похожего.

— Пить хочу, — пожаловалась я.

— И есть, — подхватил Ян, — на ходу перекусим.

Все вещи, к нашей радости, были на месте. Даже куртка, которую Ян так и не успел надеть.

Посовещавшись мы наоставляли ложных «следов» в сторону озера, чтобы наши возможные преследователи запутались и пошли по ложному пути. Мелочи: сломанная ветка на кустах, якобы по направлению движения. Ниточки на ветках, с определенной стороны. Следы в грязи оставленные задом наперед.

Наспех упаковав вещи и палатку, мы двинулись в сторону «Кристальной» горы. Успевая на ходу жевать сухари, полоски вяленого мяса и запивать это все чистой и прохладной водой из фляжки.

Через шесть дней торопливого и изнурительного пути мы стояли у ее подножья.

— Ну и марш-бросок в полной выкладке, — я сбросила рюкзак с плеч, — не знаю хорошо ли мы сделали так торопившись, вымотались, хватит ли силенок подняться?

— Хватит, а как подниматься будем? — Ян похлопал ладонью вертикально уходящую вверх каменную стену.

— Не здесь, хотя, на мой взгляд, тут удобнее.

— Почему?

— Обвалиться может, — я кивнула на провалившуюся местами линию шахты, — да и из лагеря Арано нас могут заметить болтающимися на стене.

— Избавь нас вечность от такого счастья, — усмехнулся Ян, — чем дальше, тем больше начинаю испытывать неприязнь к алорнцам, а раньше за собой такого не замечал.

Он болезненно сморщился, потер ладонью шею и покрутил головой.

— Болит? — спросила я, сразу же прикидывая, чем можно вылечить боль в шее, хотя вероятнее всего это от усталости. Устали мы сильно, даже несмотря на неплохую физическую форму.

— Да ерунда, — Ян снова потер шею, — от рюкзака усталость.

Мы слегка обошли гору так, чтобы линия нашего пути наверх приходилась как раз на место стыковки площадки со стеной.

— Предлагаю отдых, и с утра пойдем вверх, — предложила я, — сейчас, после дороги, мы уставшие, и подняться до темноты не успеем.

Мы расположились на ночлег, развели под прикрытием скалы огонь, поели, выпили отвар и легли спать.

Утром я проснулась от того, что Ян сидел и снова тер шею. Еще не рассвело, я высунула нос из палатки, далеко над горами виднелась полоска посветлевшего неба. Вне палатки было холодно, и хотелось вернуться обратно в теплый, мягкий уютный спальник.

— Доброе утречко, ранняя птичка, — я поцеловала Яна в щеку, — чего не спится?

— Болит, — пожаловался Ян, — кладу руку, пока тепло не болит, убираю, начинает ныть как больной зуб.

— Просквозило? — я нашарила в рюкзаке платок и протянула ему, — так бывает если сквозняк, завяжи как шарф.

— Давай еще поспим, — предложил он, — все равно еще темно и ничего не видно.

Мы с ним обнялись и заснули. Когда проснулись над палаткой ярко светило солнце, но было прохладно, значит, утро еще раннее и мы ничего не проспали.

— Ян, — я потянула его за плечо, — Ян, подъем, пора наверх.

— Ммм, Инь. Еще немножко поспать, — зевнув, сонно пробормотал он и перевернулся на живот. В полутьме палатки было отчетливо видно, что платок на его шее потемнел.

— Твоя рана на шее, — от неожиданности я не могла справиться с голосом и потому начало фразы прошептала, — Ян, твоя рана на шее снова открылась. Она ведь полностью затянулась тогда, Ян.

— М, ну подумаешь, рана, Инь, ерунда какая, — пробормотал он не просыпаясь, махнул рукой и снова задремал.

Я решила дать ему поспать, решив, что от моих испуганных разговоров толку не будет никакого. Оделась, вышла из палатки, развела костер. Механически привычные действия успокаивали и придавали спокойствия, пусть даже ложного.

Ян вышел из палатки когда солнце уже начало пригревать. Я сидела на большом камне с кружкой давно остывшего отвара и созерцала горы вокруг.

— Ты меня будила? — он сел рядом и заглянул в мою кружку.

— Ага, — я выплеснула отвар подальше, все равно холодный пить невкусно, — ты слышал о чем я тебе говорила когда будила?

— Сквозь сон. Да. Извини, не смог проснуться, — он сел со мной рядом и обнял.

— Надо возвращаться в Лерт, — я покачала головой глядя на каменную гряду уходящую вдаль, над ней кружила какая-то птица похожая на коршуна, — здесь тебе оставаться нельзя.

Птица пару раз лениво махнула крыльями, поднялась выше и завидев добычу камнем упала вниз.

— А как же твои ожидания? Ты так рвалась сюда, с такой надеждой.

— Нужно правильно расставлять приоритеты. Мой мир подождет, а ты здесь и сейчас.

Судьба в очередной раз поставила меня перед выбором не оставив по сути вариантов. Остаться здесь, полезть наверх, подвергнуть испытаниям выносливость Яна, или вернуться в Лерт. Успеем ли.

— Инь, подожди, не горячись, Мы почти дошли, мы здесь. То, что происходит со мной, должно было случиться рано или поздно.

— Лучше поздно, — перебила я его, — я не потащу тебя с собой наверх и не брошу возвращаться одного, и…

Ян прижал указательный палец к моим губам.

— Сейчас мы умоемся, позавтракаем, проверим снаряжение и пойдем наверх. Так как планировали в самом начале.

Я попыталась открыть рот чтобы возразить.

— Но…

— Я сказал.

— Еще кулаками по груди постучи, — огрызнулась я.

— «Утонешь, домой не приходи», я помню, — он усмехнулся, — это мое решение: идти с тобой, и я не отступлю. К тому же, — он хитро сощурился, — мне очень хочется увидеть, что же там, наверху, такое. И удостовериться, что ты вернулась домой.

— Или нет, — вздохнула я признавая поражение в этом споре.

— Или нет, — он согласно кивнул, — неделя, полторы у меня в запасе есть. Ну что, собираемся?

— Собираемся, спорить с тобой все равно бесполезно, как я понимаю- нехотя согласилась я, — давай хоть пластырем заклеим.

— Верно понимаешь, — подмигнул он.

Я с сомнением покачала головой, но возражать больше не стала. Это был его выбор и его право этот выбор сделать.

Ближе к полудню мы поднялись примерно на сотню метров. Подъем был легким, шли мы параллельно друг другу решив не использовать «связку».

— В темноте наверху будем, — сказал Ян, поднявшись еще на пару метров вверх.

— Не раньше, — я отдышавшись догнала его, — там выше видишь «ступенька»? На ней отдохнем и пойдем дальше.

— Первый раз встречаю эрру которая чувствует себя как дома даже на скале, — фыркнул Ян и полез дальше с упорством лося перебегающего автомагистраль.

К середине дня мы добрались до ступеньки, места тут хватало только на то, чтобы разложить кошму и присесть.

— Если будет дождь, то нас смоет, — Ян жевал ломтик вяленого мяса.

— Надеюсь, нам повезет.

Я прикинула путь наверх.

— Большую часть мы прошли, если поднажмем, то успеем до темноты. Ты как?

Ян сидел прислонившись затылком к камню и, казалось, дремал.

— Все хорошо, просто устал, — он успокаивающе улыбнулся.

А я в который раз поразилась его мужеству. Он не отказался от меня под давлением родственников считающих меня аферисткой, защищал от бандитов Арано, ворвавшихся в наш дом. Позаботился обо мне, чтобы я не осталась на улице когда его не станет, и не бросил меня одну в этом приключении. Хотя ему тоже, наверное, страшно, так, как может быть страшно человеку оказавшемуся перед лицом неизбежного.

Я осторожно придвинулась к нему ближе.

— Знаешь, я хочу тебе спасибо сказать, за то, что заботишься и…ну…вообще.

Мое косноязычие оценили, улыбнулись и покивали.

— Это я должен тебя благодарить. Знаешь, Инь, ты как будто мне новый мир открыла. Я понял, что жизнь может быть совсем другой, чем та, которая была у меня. Та, прошлая, кажется какой то несерьезной, что-ли. А сейчас другая совсем. Когда каждый день что-то новое происходит. Пусть даже самая мелочь. Когда интересно жить, смотреть на мир и понимать, что еще не видел огромное количество вещей. И что эти вещи не ограничиваются даже одним миром, — он вздохнул, — жаль, что до меня поздно дошло. Это, как заглянуть в замочную скважину и увидеть за ней бескрайность. И вот здесь, сейчас, даже будучи на грани, и, честно скажу, боясь этого, я счастлив. Счастлив разговаривать с с тобой, — он усмехнулся, — мясо это жесткое пережевывать. На горы смотреть. Оказывается, чтобы быть счастливым достаточно совсем немного.