Глава 11

Он махнул рукой и первый вышел из столовой, а мы с братом, настороженно переглянувшись, отправились за ним.

Библиотека у нас была небольшой, но очень уютной, всё моё детство прошло здесь и мало какая книга осталась непрочитанной. Разве что совсем скучные и глупые. Помню, как-то нашла на дальних нижних полках подборку любовных романов и даже тщательно изучила парочку, но потом поняла, что они до зубовного скрежета слащавые и однотипные, и забыла про тот стеллаж.

Сейчас же я первым делом утянула брата на диван и мы сели рядышком, оставив для гостя кресло, куда он сел с подозрительным хмыком, заложил ногу на ногу и внимательно уставился на нас.

— Итак, мистер и мисс Алейно, о чем мы с вами будем беседовать этим вечером? До которого часа, кстати?

— До девяти, — буркнул Тьен и я невольно бросила взгляд на часы, которые показывали лишь половину восьмого. — На чем мы остановились? Геополитическая карта. Вы дочитали книгу, которую я вам дал?

— Нет, — поморщился Дарий. — Она безумно скучная. И, честно говоря, никогда не любил политику. Давайте своими словами и только то, что действительно важно. Я уже понял, что наши миры отчасти похожи географически и у вас тоже несколько континентов, но исторически развитие шло совершенно иначе именно из-за магии. Благодаря стационарным порталам, раньше путешествовать было намного проще и освоение земель шло семимильными шагами. И стран у вас в разы меньше, и язык единый, хотя и с диалектами, что в моём понимании довольно удивительно. Сколько их всего сейчас?

— Двадцать семь, — уверенно произнёс Тьен. — На пяти континентах это империи, причем на каждом континенте всего две-три страны, и россыпь княжеств на трех архипелагах. На нашем континенте три империи. Это наша — империя Солэйн, затем южане — империя Альбадиэйра, и на западе относительно небольшая империя Торафия. Наши страны разделены преимущественно естественными географическими границами — это широкая река на западе и скалистые пики на юге, через которые есть лишь два проходимых перевала и один сквозной туннель, созданный великими магами прошлого. Путь по туннелю длиной в пятьдесят миль и обычно его проходят за два дня. Каких-либо серьезных конфликтов на текущий день между нашими странами нет, но… — Тьен пожал плечами, — не скажу, что всё безупречно. Есть контрабандисты, есть производственный шпионаж и определенные диверсии. Это не афишируется, но это есть. На текущий день именно наша страна числится передовой по части технологий, причем в первую очередь благодаря иномирцам и их вкладу в развитие нашего прогресса. Многими ценными наработками император делится с учеными из соседних стран, но далеко не всеми. И это логично, правда?

— Естественно, — согласился с ним Дарий. — И что? Неужели никто из соседей до сих пор не завидует вам настолько, что не украл главную технологию по призыву иномирян?

— Её невозможно украсть, — улыбнулся Тьен и я тоже не сдержала улыбки. — Главная её суть не только в самой магической формуле призыва, но и в месте, где призыв осуществляется. На планете есть всего одна точка и она находится в нашей столице. Наши маги называют её «пуп мира». Именно в этой точке примерно раз в квартал создаются особые магические завихрения, облегчающие прокол пространства, и маги получают возможность найти подходящего под наши нужды специалиста. Есть ещё один важный момент. Раз в три года наш император позволяет союзникам воспользоваться этим особым магическим местом и совершить призыв специалиста, который уезжает в страну-призывателя. Договор об этом был составлен между империями ещё двести с лишним лет назад, когда маги только-только вычислили само место. С тех пор договор всё ещё продолжает действовать. Понятно, что другие страны были бы рады пользоваться нашей добротой чаще, но даже так никто не ропщет и не устраивает нелепых диверсий. Тем более само место защищено надежно. Может даже надежнее дворца императора.

— Очень интересно, — кивнул Дарий. — Я сам, честно говоря, мало что помню из момента перемещения. Всё белое, туннель, голоса… А потом раз — и я уже в палате и практически здоров. Удивительно, конечно.

Он качнул головой и задумчиво потер подбородок, после чего пристально взглянул на меня, отчего я невольно подобралась и не ошиблась, услышав не самый приятный вопрос:

— Роза, расскажите мне о том, на кого вы хотели меня променять. Опустим момент, что я подлец и не оправдал ваших ожиданий. Мне просто непонятна сама ситуация. Значит ли это, что меня могут в любой день передать новому куратору? Или вы в любой день можете от меня отказаться? Хотелось бы прозрачности в этом вопросе.

— Всё… — я поморщилась и неловко облизнула губы, — не так. Просто сложилась определенная ситуация. Очень нетипичная. Я прощу прощения за свои грубые слова и тон. Я… вспылила.

— Я понимаю, — спокойно произнёс Дарий. — Не стоит извиняться, просто объясните.

Просто… Если бы всё было просто!

Стиснув пальцы, я собралась с мыслями и начала с главного:

— Как вы уже знаете, гостя из другого мира передают в семью куратора на социализацию сроком на полгода. По истечении этого времени иномирец должен сдать определенный экзамен на знание реалий и законов нашего мира. Стать полноценным гражданином империи.

— Да, это всё я уже знаю.

— К сожалению, — я развела руками, — далеко не все гости обладают крепкой психикой и реально ценными знаниями. По статистике примерно пять процентов уходят в запой, ещё три — не могут смириться с потерей прошлого, и примерно шесть — являются пустышками. То есть людьми, которые не обладают реально ценными знаниями. Часть из них не способны сдать экзамен с первого раза. С ними работают психологи, целители и центр профориентации. Иногда таких гостей после первого провала передают другому куратору, который ищет свой подход к подопечному. Иногда это срабатывает, иногда нет. Когда и через год социализации результата нет, такого гостя отправляют в специальные «работные дома». Там им дают койку, бесплатно кормят и предлагают низкоквалифицированную работу.

— Хм, жестко…

— Государство заботится о людях, — возразила я. — Но если сам человек ни к чему не стремится, то зачем он государству? За год можно найти хорошую работу. Закончить курсы, найти себя. Но если человек изначально ничего не хочет и это отчетливо видно, то никто не будет возиться с ним вечно. Это бессмысленно.

— Ну, в принципе… да. Согласен. Так что там с моей заменой?

Точно!

— Сегодня в министерстве состоялась еженедельная планерка, — вернулась я к главной теме разговора. — На ней разбирался в том числе вопрос с неудачной социализацией гостьи, которую пригласили к нам полгода назад. Это молодая женщина. Она завалила первый экзамен на знание мира и… не является ценным специалистом ни в одной важной для империи сфере. Когда подняли вопрос о передаче её новому куратору, то лорд Грэхэм, наш начальник, предложил мне попробовать себя в кураторстве. — Я снова стиснула пальцы, заново переживая этот очень волнительный для себя момент. — Так сложилось, что в министерстве работают лишь мужчины-кураторы. Женщин этому не обучают. В министерстве в принципе мало женщин. В ключевых отделах трудятся лишь две целительницы, одна дама-пространственник и три секретаря, включая меня. Мне сложно сказать, почему господин Грэхэм выделил именно меня. Но по его словам, я опытный сотрудник и могла бы попробовать себя в этом. Помочь женщине найти себя именно потому, что я сама женщина. Если бы всё прошло удачно, меня бы перевели в полноценные кураторы.

Тут я тяжело вздохнула и качнула головой.

— Я отказалась.

— Почему?

— Потому что в одной семье можно социализировать лишь одного подопечного, — произнесла со вздохом. — Это правило ввели, когда в министерстве работал куратором господин Шефелтон и двое его сыновей. С тех пор правило не менялось, но я считаю это разумным. Гостю из иного мира необходимо прежде всего погрузиться в наш быт и культуру, а не в быт и культуру другого гостя. Да и нагрузка на семью выходит большая. У нас опять же просто нет ещё одной гостевой комнаты. Ну и, — я качнула головой, — когда я напомнила об этом господину Грэхэму, добавив, что Тьену только на днях позволили взять шефство над новым гостем, он предложил отдать вас другому куратору. Ему было важно проверить, сможет ли женщина работать куратором. В итоге я отказалась.

Дарий задумчиво прищурился и на какое-то время на библиотеку опустилась тишина, но потом он произнёс:

— И всё же я не понял главного. Почему вы отказались? Я правильно понимаю, что вам предложили карьерный рост?

— Знаете… — я мимолетно усмехнулась, — не уверена. Мне кажется, руководство желало поставить эксперимент. В нашем мире почему-то не принято доверять женщинам действительно значимые дела. Никто бы не удивился, если бы у меня ничего не вышло, но репутацию я бы серьезно испортила и себе, и брату. Я вам больше скажу, когда министр об этом объявил, я увидела в глазах присутствующих столько негодования, что не удивилась бы, начни они мешать мне намерено. Наше общество не готово признать, что женщины, рожденные в империи Солэйн, на что-то способны. При этом где-то четверть приглашенных гостей из иных миров — дамы. В основном это медики, учителя… Не знаю ни одного инженера-женщину. И тут такое фантастическое предложение! Но ради чего? Чтобы министр провел эксперимент ценой карьеры моего брата? Учитывая то, что мне предстояло социализировать пустышку? Нет. Я отказалась.

— Какие всё-таки интересные страсти кипят в вашем министерстве, — покачал головой Дарий. — Что ж, — он с усмешкой кивнул мне, — спасибо, что не променяли меня на даму. А теперь давайте к главному. — Он резко посерьезнел и я снова напряглась. — Обозначьте мне четкие границы поведения. Вот прям совсем-совсем четкие. Как близко я могу к вам стоять?

— Полметра, — произнесла, не раздумывая.

— За руку брать можно?

— Без разрешения нельзя. Незнакомую женщину — нельзя. Без действительно уважительной причины — нельзя.

— Например?

— Например, если на улице упала женщина и вы видите, что без вашей помощи она не сможет встать. При этом нельзя касаться её груди, бедер и… — я кашлянула, тщательно давя в себе неловкость, — попы.

— Понял. Хорошо. Как обращаться к незнакомым людям?

— Госпожа, господин, мадам. Если юная — мисс. Вас могут поправить, это не страшно. Ближайшие полгода вам не рекомендуется выходить на улицу в одиночестве, только в сопровождении куратора, а он обязательно подскажет остальное. Знакомиться на улице — неприлично. В идеале — через знакомых в парке или на званом ужине. Театры, музеи, выставки — там тоже можно, но… умеренно. Навязываться недопустимо.

— Хорошо, тут всё понятно. Ещё вопрос. Когда мы пойдем на свидание в музей, — он пытливо прищурился, — я же могу держать вас за руку?

Вот тут я… почему-то облизнула резко пересохшие губы и неловко дернула плечом.

— Если девушка позволяет держать себя за руку, это значит, что она поощряет ухаживания кавалера. Я… — я бросила нервный взгляд на Тьена и пускай он никак не мог мне помочь решить этот личный вопрос, всё равно попыталась поискать у него поддержку, — не хотела бы торопиться. И в музей мы пойдем втроём!

— Не доверяете? — прищурился Дарий.

— Нет, — ответила прямо.

По мужскому лицу промелькнула тень обиды, но потом он хмыкнул и качнул головой.

— Ну, наверное… вы правы. Мы слишком мало знакомы. Но у меня всё равно вопрос. Могу ли я взять вас в жены до того, как сдам экзамены?

— В… а… жены? — выдавила я из себя кое-как.

— В жены, — уверенно кивнул Дарий и мы с Тьеном переглянулись, причем на его лице читался точно такой же шок, как и на моём. — Нет, это не предложение. Это вопрос. Вообще. На будущее. Было ли в вашей практике такое, чтобы кто-то из иномирян женился или выходил замуж до конца срока социализации? И случалось ли такое, чтобы кто-то сдавал экзамены досрочно? Допустим, через месяц или два?

— Это… — пробормотала я, — очень… серьезный вопрос. Простите, не могу ответить на него вот так сразу. Тьену стоит поискать прецеденты в архиве.

— Гляну, — кивнул брат, не дожидаясь прямой просьбы. — И всё же я бы не рекомендовал шутить такими вещами, как брак. Сейчас рядом никого, но если вы заявите такое прилюдно, то не удивляйтесь, если я дам вам в морду.

— Тьен, — шикнула на него.

— Хорошо-хорошо, — закатил глаза брат. — По лицу.

Со стороны Дария послышался смешок, но когда мы посмотрели на него, он вскинул руки ладонями к нам.

— Забавные вы всё-таки ребята. Я в хорошем смысле. И мне очень нравится видеть, как ты, Тьен, защищаешь сестру. Я серьезно. И вы можете не верить, но я понимаю, что можно обсуждать в приватной беседе, а что стоит говорить на людях. Сейчас у нас именно приватная беседа. Да же?

Мы с братом кивнули, на что Дарий мимолетно улыбнулся.

— И у меня снова вопрос! — заявил он. — Когда я стану гражданином империи, мне придется вкалывать с нуля, верно? Или у вас предоставляют специалистам корпоративное жилье и подъемные?

— Корпоративное? — заинтересовалась я незнакомым словом.

— М-м… это значит, от работодателя, — переиначил Дарий. — Вот, допустим, сейчас мне предоставляет жильё куратор, — он кивнул на Тьена. — А потом? Придется снимать самому или как?

— Самому, — кивнул Тьен. — Есть доходные дома, гостиницы и даже трактиры, где сдают комнаты посуточно. Но выгоднее всего — доходные дома. Там сдают полноценные квартиры и можно выбрать количество комнат. С кухней или без. Прачечные обычно общие, в цоколе. На первом этаже частенько есть общая трапезная, где за отдельную плату можно столоваться. Допустим, однокомнатная квартира в таком доме в районе средней руки без питания стоит двести соларов. Это вполне приемлемая сумма.

— Да, вполне, — согласился Дарий и тут же поинтересовался. — А сколько стоит такой дом, как ваш?

Вот тут Тьен почесал в затылке и не очень уверенно ответил:

— Ну, примерно тысяч пятьдесят. Может, сто. С нуля такое точно не купить. Но если работодатель выступит поручителем, то можно взять долгосрочную ссуду в банке. Годовой процент не самый большой, десять-пятнадцать, зависит от суммы и кредитной истории.

— Неплохо.

Следом Дарий задал ещё ряд уточняющих вопросов по банковской системе и даже расспросил о научно исследовательском институте, тем самым давая понять, что сам в этом очень даже неплохо разбирается, а потом ходики бомкнули девять раз и мы дружно посмотрели на часы.

— Девять, — констатировала я. — Можем расходиться?

— Торопитесь от меня сбежать, прелестная Золушка? — хмыкнул Дарий.

— Кто? — не поняла его я.

Мужчина вздохнул и махнул рукой.

— Проехали.

— Куда? — озадачилась я лишь сильнее.

На меня посмотрели крайне странно, потом снова вздохнули и качнули головой.

— Не обращайте внимания, Роза. Это слэнговые слова и понятия из моего мира. Боюсь, я избавлюсь от них ещё не скоро.

— Но вы вполне можете нам их объяснить, чтобы мы в принципе друг друга понимали, — возразила. — Вы же сами видите, что… кхм, между нами очень велико недопонимание.

— Ну, если вы настаиваете, — он загадочно улыбнулся, — то с радостью. Слово «проехали» в данном случае скорее жест, чем, собственно, слово. Обозначает «уже не важно». Вы меня не поняли, но это не принципиально. Как-то так.

— Понятно, — кивнула. — А кто такая Золушка?

— О, это персонаж из детской сказки, — Дарий улыбнулся шире. — Прелестная девушка, которая сбежала с бала, потому что её карета в полночь превращалась в тыкву.

— Как? — мои глаза округлились от шока. — Это же… высшая магия трансформации!

Дарий почему-то странно кашлянул.

— Это сказка, Роза. И, боюсь, вам нужно услышать её целиком, чтобы вы меня поняли.

— Расскажете?

— О-о… — он почему-то смутился и потер нос, — знаете, я не великий сказочник. Сам в детстве смотрел мультик и помню преимущественно урывками.

— Мультик, — повторила я многозначительно. — Что это?

— Это… — Дарий со вздохом потер лоб. — Своего рода театр. У вас же есть театры?

— Да!

— Вот. Примерно такое. Давайте так. Я сегодня напрягу память и попытаюсь написать эту сказку на бумаге, а завтра дам почитать вам. Если вам, конечно, интересно.

— Интересно, — кивнула, хотя сама не понимала, почему.

Может, потому, что он зачем-то сравнил меня с этой Золушкой? И мне хотелось точно знать, что меня не оскорбили!

— Договорились, — усмехнулся Дарий и рывком поднялся с кресла. — Что ж, тогда до завтра. В котором часу вы завтракаете по субботам?

— В восемь.

— Не обещаю, но постараюсь. Доброй ночи.