Глава 15

Утро воскресенья, как по заказу, выдалось приятно солнечным. Тучи ушли дальше на восток, позволяя увидеть глубокую синеву осеннего неба, и настроение было просто замечательным. На завтрак я шла с улыбкой, но стоило увидеть откровенно сонного Дария, который едва не клевал носом за столом, как не смогла не спросить:

— Вы поздно легли или так тяжело вставать утром?

— Поздно, — кивнул Дарий с наполовину закрытыми глазами. — Очень поздно. Даже скорее рано. Простите. Зачитался одной весьма любопытной книгой о магии. Есть за мной такой грешок.

— Тогда, может, сейчас спать ляжете? — предложила с сомнением.

— Нет! Нет-нет! — иномирец резко открыл глаза и мотнул головой. — Я в порядке.

Естественно, я ему не поверила, потому что прекрасно видела, в каком он порядке, но вслух решила ничего не говорить. В итоге мы дружно поели, причем Тьен составил нам компанию, переоделись и снова отправились в музей. Пока шли, Дарий и впрямь взбодрился, а когда добрались до музея и прошли в нужный зал, он первым делом попросил смотрителя предоставить нам какой-нибудь поддон с ковриком, куда я могла бы лечь, чтобы не ложиться прямо на пол, и мы устроились под поездом уже втроём, причем я с широко распахнутыми от восторга глазами, и именно Дарий начал рассказывать мне обо всём, что знал сам.

Сначала объяснил, почему у паровоза настолько мощная рама, потому что на самом деле основную тяжесть даёт котел, да и остальное оборудование тоже сделано исключительно из металла, а он весьма тяжел. Затем объяснил назначение вместительного отсека непосредственно под топкой. Оказалось, что это «зольник» — своего рода бункер для золы, куда попадает прогоревший уголь, шлак и зола. Заодно уделил отдельное внимание специальным створкам — дамперам — через которые регулируется подача воздуха в топку.

Следом подробно объяснил назначение штук под названием «буксы» — это огромные оси для металлических колес поезда, которые удерживают его вес, и именно к ним подведены буксовые узлы с подшипниками, которые требуют постоянной обильной смазки для плавного хода поезда.

Помимо этого мы изучили и систему мощных листовых рессор и балансиров, которые располагались между рамой и колесами. Она была нужна, чтобы гасить удары от рельсов и распределять многотонный вес локомотива по колесам равномерно.

Также снизу была видна и тормозная рычажная система, которая выглядела, как настоящая сеть из рычагов и тормозных цилиндров.

Честно говоря, уже на этом этапе я поняла, что в миниатюре настолько подробная детализация невозможна, да и бессмысленна, и Дарий со мной согласился, предложив вполне здравую идею:

— Можем упростить без потери смысла и ходовой возможности, всё вполне реально. Я помогу с проектированием, не беспокойтесь. А вот тут, обратите внимание, расположены инжекторы. Часть их необходима для бесперебойной подачи воды из тендера в котел, часть — для сброса лишнего давления, а вот через эти и вовсе подается песок под колеса для борьбы с пробуксовкой. В принципе, всё самое главное я вам показал. В идеале бы, конечно, глянуть в разрезе котел, но… Нам сейчас это не нужно. Если будут вопросы, задавайте, с удовольствием отвечу.

— Спасибо, — произнесла с чувством и неловко улыбнулась. — Боюсь, как минимум половину я уже забуду уже по дороге домой. Очень сложный механизм, я думала, всё намного проще.

— О, это ещё просто, — усмехнулся Дарий, пока Тьен помогал мне выбраться из-под паровоза. — Когда доберемся до высокоточной электроники — вот там действительно без четкого понимания сути не понять вообще ничего. Но это, боюсь, будет ещё не скоро.

После чего глянул на часы, выяснив, что время к полудню, улыбнулся персонально мне и заявил:

— Роза, как вы смотрите на то, чтобы прогуляться в сторону реки и поискать какое-нибудь хорошее кафе там? Сегодня довольно солнечно и безветренно, хотелось бы посмотреть на вашу реку, пока снова не начались дожди. Как думаете, стоит?

Я действительно задумалась, мысленно пробегаясь по карте старой части города, и медленно кивнула.

— Да, у нас очень красивая набережная и там есть три кафе, которые достойны внимания. Тьен, что думаешь?

— Я не думаю, — хмыкнул братец. — Я сопровождаю. И вообще, у меня до сих пор каша в голове от всех этих ваших индукторов и инжекторов. Жду не дождусь, когда мы пойдем в спортзал.

И выразительно наставил палец на Дария.

— Завтра! Вы мне обещали!

— Я помню, — сосредоточенно кивнул Мэйншторм. — Обязательно сходим, я сам в этом заинтересован.

Ну а потом мы, забрав одежду из гардероба, отправились на набережную.

Благодаря тому, что небо было ясным и как никогда потрясающе глубоким, синим, солнце пригревало почти по летнему, и гулять было приятно. Отошедший от «индукторов и инжекторов» Тьен охотно рассказывал Дарию, почему главная река столицы называется Пьенна, что переводилось с древнего наречия, как «пенная», и пускай я знала эту легенду, всё равно с удовольствием послушала, как в давние времена по лету с гор сходили снега, превращая обычную реку в бурлящее пенное безумие, и она выходила из берегов, безжалостно снося на своём пути всё, что ей попадалось.

Это происходило далеко не каждый год, примерно раз в десять-пятнадцать лет, когда жара сменялась резкими обильными дождями и снова наступала жара.

К счастью, времена «сокрушительной Пьенны» давно ушли в прошлое. Ещё несколько веков назад, когда сильных магов было больше, а мудрых умов ничуть не меньше, император повелел соорудить в истоках сеть дамб и глубоких озер, которые усмиряли крутой нрав реки ещё в предгорьях и не позволяли ей отнимать человеческие жизни.

— Повезло вам с мудрыми правителями, — уважительно отметил Дарий и выразительно осмотрелся на набережной. — Да и в целом у вас очень приятный мир. И воздух такой чистый…

Он глубоко вдохнул и с мечтательной улыбкой выдохнул, а я не смогла не спросить:

— У вас не так?

— У нас… — он поморщился, — не так. К сожалению. Прогресс далеко не всегда идет в тандеме со здравым смыслом. Очень высока загазованность и это едва ли не главный бич современности. Знаете, ваши правители невероятно мудры, что запрещают трогать нефть. Это не только прогресс, но и бензин, а также пластик. Не тот биоразлагаемый, который изобрели у вас, а тот, который копится веками и наносит невероятный вред окружающей среде. Вот только он настолько прочно вошел в нашу жизнь, что отказаться от него уже невозможно. Он везде. В быту, в производстве, в медицине…

Дарий покачал головой, не скрывая своего осуждения, но потому улыбнулся.

— Так что спасибо вашим магам и просто миру, что он существует. Я рад, что очутился здесь. Так где, говорите, ближайшее кафе?

— Там. — Я взмахнула рукой и сочла нужным предупредить: — Оно специализируется на рыбных блюдах. Если вам больше по душе мясо, то лучше дойти до следующего. А в последнем, говорят, варят аж десять видов кофе, но сама не знаю, не была. Да и кофе не люблю. А вы?

— О, я знатный кофеман, — загорелся взглядом Дарий, но потом чуть прищурился и пытливо посмотрел на меня. — А вы любите чай, да?

— Да, — кивнула. — Кофе горький. Не понимаю, за что его так любят.

— Дело привычки, — пожал плечами иномирец и вдруг спросил: — А что вам больше нравится: мясо или рыба?

— Мясо.

— Отлично, — улыбнулся. — Мне тоже. Тогда пройдемте во второе кафе. Не против? Тьен, вы с нами?

— Естественно, я с вами, — фыркнул брат. — И спасибо, что спросили. Я тоже люблю чай и мясо. А ещё пироги с персиками и тушеной капустой.

— Одновременно? — невозмутимо поинтересовался Дарий.

— По очереди, — проворчал Тьен, но я заметила, как оба усмехаются, и поняла, что что-то общее у них определенно есть.

И искренне за это порадовалась. Ну и за себя тоже, когда поняла, что Дарий выбрал второе кафе именно потому, что там подают чай и мясо, которые одобрила я. Хотя имел полное право настоять на третьем, где делали кофе!

И пускай это был лишь штрих в огромной картине реальности, но мне было приятно.

Сегодня был выходной, да ещё и такой — приятно солнечный, так что гуляющих людей на набережной хватало, но мы успели прийти чуть раньше основного наплыва посетителей, и нас усадили за очень удачный столик у окна, откуда открывался просто замечательный вид. Официант был расторопным и улыбчивым, обслуживание быстрым и уже через полчаса мы наслаждались заказом, причем на десерт тут подавали именно персиковый пирог и мы все его заказали.

И не пожалели!

При этом за столом мы обсуждали такие приземленные вещи, как продукты и привычные в наших краях блюда, а Дарий всё расспрашивал, делают ли у нас такие странные вещи, как «пельмени», «пицца» и «суши». И если первое и второе было мне незнакомо ни по названию, ни по рецептуре, хотя пицца искренне заинтересовала (сыр я любила!), то суши…

— Мне кажется, такое делают на южном архипелаге, — протянула я не очень уверенно. — У них развита морская кухня и вот эти все крабы, креветки, осьминоги… бр-р! И рис у них выращивают. Знаете, в центре, в квартале Белых Лотосов, где есть представительство той страны и проживают выходцы с островов, есть небольшой семейный ресторанчик. Мне кажется, там вполне могут такое подавать. Если хотите, Тьен вам покажет.

— А вы?

— Я? — удивилась.

— Вы, Роза, — повторил Дарий, внимательно меня рассматривая. — Хотели бы сходить со мной в ресторан?

И снова он смутил и ошеломил меня своим предложением, причем я прекрасно видела, что это приглашение не просто на прогулку, а нечто большее. В итоге я, чувствуя, как волнение лишь растет, тем не менее призналась честно:

— Я не большой любитель экзотической кухни. Не хотелось бы идти зря. Рис я люблю, но сырая рыба… и кхм, осьминоги меня… м-м, не прельщают.

— О… — Дарий неловко кашлянул. — Понял. Вы правы, для человека, который такое ни разу не пробовал, блюда могут показаться странными. Что ж, сходим на разведку с Тьеном. Да же, господин куратор? Не откажете мне в экскурсии по уникальным местам вашей столицы?

Тьен сосредоточенно кивнул.

— А я для вас, Роза, — Дарий загадочно улыбнулся, — я приготовлю пиццу. Вам понравится, обещаю.

— Сами? — я удивленно округлила глаза. — Вы умеете готовить?

— Ну-у… — мужчина неловко рассмеялся, — что-то грандиозное вряд ли смогу, но элементарную яичницу пожарить сумею. Да и пиццу тоже делать не сложно, поверьте. Простейшее тесто на воде, побольше начинки с сыром — и идеальная пицца всех времен и народов готова. В моем мире это настоящее национальное достояние. Не в моей стране, правда, но тем не менее — любят её во всем мире.

— Уже хочу попробовать, — призналась я. — А какие пиццы бывают? Только с беконом и сыром или ещё какие-нибудь?

— О, видов пиццы десятки! — воодушевленно заявил Дарий. — Только с сыром, причем сразу четырех видов, с помидорами, с копченой колбасой, с оливками… Если даже любители пиццы с ананасом и анчоусами! Редкостная дрянь на самом деле. Я в этом плане предпочитаю классику: немного мясного, томаты и тягучий сыр. Для разнообразия: маринованные грибы и оливки. Больше не стоит.

— Томатов у нас точно нет, надо купить, — задумалась я. — Из мясного есть окорок. Подойдет?

— Конечно.

— А сыр какой нужен?

— В моём мире это моцарелла, сулугуни и пармезан. Но я не знаю, как это называется у вас. В принципе подойдет любой сыр, который, если расплавить, будет тянуться.

— Знаю такой.

Мы подробно обговорили сразу три рецепта, потому что Тьену захотелось пиццы с грибами и оливками, а мне было интересно, какова на вкус пицца «четыре сыра», после чего отправились на рынок и я быстро закупилась всем необходимым.

Несли мужчины.

Домой мы вернулись в районе трех, отнесли продукты на кухню и я сразу ошарашила Дэйзи новостью, что мы сейчас будем готовить сами, причем не я, а Дарий. А мы с Тьеном будем ему помогать.

— Страсти какие! — всплеснула руками служанка. — Ох, чем бы дети не тешились… Ладно, посмотрю, чего удумали. Помочь, может, чем?

— Только на этапе выпечки, — уверенно произнёс Дарий и покосился на нашу печь. — Скажу честно, с такой техникой дел ни разу не имел. Так что тут ваша помощь будет кстати.

— Сделаем, — разулыбалась Дэйзи.

Ну а потом мы дружно переоделись и начали творить самую приятную магию: кухонную!

Первым делом Дарий сам замесил тесто. Я с интересом наблюдала, как он обстоятельно вливает в муку воду, затем взбивает яйца и смешивает это с тестом, добавляет масло и потом тщательно вымешивает получившуюся массу.

Через пару минут поймала себя на том, что как завороженная слежу за его руками, которые методично двигались с завораживающей грацией, и торопливо отвела взгляд в сторону, чувствуя, как полыхают щеки.

Замесив первую порцию, Дарий взялся за вторую, а следом и третью, сразу объяснив, что одного «шарика» теста хватает как раз на одну пиццу и так удобнее вымешивать, чем один большой ком, а потом мы начали дружно резать начинку. На тонкие квадратные пластинки копченое мясо. На тонкие аккуратные кружочки томаты. Сыр натерли на терке, оливки разрезали не четыре дольки, а маринованные грибочки — аккуратными кусочками.

Как раз «дошло» тесто, Дэйзи достала нам противни и Дарий сам раскатал тончайшие круглые лепешки, смазал их томатной пастой и предупредил:

— Если хочется классику, то начинки надо умеренно. А если хочется посытнее, то это будет скорее пирог, а не пицца, но всё равно очень вкусно.

— Давайте сначала классику, — попросила я. — Хочется понять само блюдо.

— Хорошо.

Под чутким руководством Дария, мы с Тьеном выложили на «свои» пиццы начинку, сам Дарий тоже без дела не стоял, обстоятельно раскладывая по тесту сначала кусочки окорока, затем томатов и сверху щедро посыпая сыром, ну а потом оставалось только ждать, когда это всё испечется.

— В среднем, думаю, надо минут пятнадцать, — прикинул Мэйншторм. — Но надо смотреть.

И мы запаслись терпением.

Так как первая пицца, которую мы отправили в печь, была его, то я совсем не удивилась, когда уже через десять минут по кухне поплыли одуряющие ароматы запеченого мяса под сырной корочкой, отчего Тьен гулко сглотнул, хотя вроде бы никто из нас не был голоден, а Дэйзи одобрительно заметила:

— Пахнет вкусно.

— Поверьте, на вкус это ещё чудеснее, — с улыбкой заверил её Дарий.

А я в который раз за день отметила то, как доброжелательно он общается с людьми. Не делает различий между нами. Что с дядей, что со мной, что со смотрителем в музее, что с Дэйзи — для него все равны!

И мне это нравилось. Нравилось, что он такой… естественный!

Наконец корочка первой пиццы стала того самого золотистого оттенка, который устроил Дария, и Дэйзи ловко вынула противень из духовки, сразу же сунув выпекаться пиццу с сыром.

Мы все сгрудились над пирогом, но, понятное дело, никто не торопился тянуть к нему руки, ведь все прекрасно понимали, что он горячий. Только из печки. Таким только обожжешься, никакого удовольствия. Тем не менее Дарий аккуратно его разрезал и проверил на готовность в разрезе, удовлетворенно кивнув.

— Да, идеально. Кстати, к пицце лучше всего подойдет сладкий крепкий чай. В моём мире её ещё едят с газировкой, но это не самый полезный напиток, так что лучше с чаем.

— О, чай — это мы мигом! — воодушевилась Дэйзи и тут же распахнула буфет, перебирая мешочки с чаем. — Покрепче, да?

— Можно что-нибудь с цветочными травами, — предложил Дарий. — В принципе подойдет любой чай.

В итоге выбор пал на селийский с липой, от которого по кухне поплыл уже медовый аромат, а со стороны коридора раздалось дядино ворчание:

— Вы чего тут удумали, молодежь? Я там, значит, сижу, скучаю! А они тут развлекаются? Чего на кухне собрались? Места больше не нашлось?

— Мы стряпаем! — заявила я, торопливо перебивая его ворчание. — Дарий рассказал о блюдах своего мира и нам стала интересно. Подходи, посмотри. Это называется пицца. Правда, вкусно пахнет?

— Сомнительно… — буркнул дядя, но подошел и внимательно изучил то, что у нас получилось. — А чего тонкий такой? Не пирог, а смехота.

— Это пицца, — спокойно пояснил Дарий. — Его суть не в начинке. Хотя… Вкусы у всех разные. Подождите, сейчас будет готов второй. Присаживайтесь. Кусочек?

Ловко усадив дядю на стул у окна за маленьким столиком, Дарий приятно поразил меня тем, как быстро налил дяде чай с сахаром, затем отрезал треугольный кусочек, положил на блюдце и переставил к нему. И всё сам. Невероятно быстро и ловко.

Заметив мой внимательный взгляд, вдруг подмигнул, заставив смутиться, после чего нарезал пиццу до конца и взял ближайший кусок прямо руками.

— Всем приятного аппетита!

И с таким удовольствием откусил, что я невольно сглотнула.