Глава 5

Уйдя из мастерской прямиком в свою спальню и не забыв первым делом запереть дверь на засов, я медленно дошла до дивана, чинно на него села и только после этого шумно выдохнула.

Да, я обиделась. Обиделась! А кто бы на моём месте не обиделся? Вот так стараешься, стараешься… А в ответ тебя выставляют глупой и просто насмехаются!

Пусть теперь без меня социализируется!

Стиснув пальцы и какое-то время просидев именно так, я успокоилась и очень нехотя, но признала, что эмоции взяли верх над разумом. Я ведь понимала, что он иномирец, но всё равно мерила его привычными мерками. Это непрофессионально. Да, я не куратор, всего лишь секретарь, но довольно долго проработала бок о бок с опытными наставниками, да и Тьену во многом помогала в учебе, особенно когда он не успевал написать все полагающиеся рефераты, нередко обсуждая по вечерам лекции, которые ему читали преподаватели в институте, так что, можно сказать, получила дополнительное образование заочно.

И всё равно допустила главную ошибку новичка: начала мерить иномирца привычными рамками. Вот только делать это бессмысленно. Это не просто другая страна, это другой мир и даже эпоха. Он сам сказал, что паровозы у них изобрели уже давно, а значит уже много чего изобрели после.

Подумать только… Электропоезда!

Невольно подумалось о том, что электричество в чем-то подозрительно напоминает магию, но в то же время не совсем. Было во всём этом что-то откровенно мистическое… Но в то же время я точно знала, что Дарий не маг. Чувствовала это.

Как он там сказал? Превращаем механическую энергию в электрическую… Потрясающе!

Тщательно обдумав эту фразу, поняла, что она мне невероятно нравится. И наверное… Да. Надо будет попросить дядю, чтобы он выделил Дарию комнату на первом этаже под мастерскую. Ту же музыкальную гостиную. Почему нет? Мы уже давно никого не принимаем, да и в принципе хватает центральной гостиной, где намного уютнее. А там пусть Тьен поможет ему оборудовать рабочее место, чтобы к завершению контрольного срока Дарий не только сдал экзамен по социализации, но и представил на комиссию всё, что умеет. И если окажется, что электричество — это действительно экологичный вид энергии, который сможет заменить масляные лампы и паровоз, то…

Это станет прорывом столетия! Самым настоящим прорывом!

И может быть даже Тьену сразу дадут повышение?

Стиснув пальцы и чувствуя, как меня переполняет волнение, тем не менее сначала я призвала себя к спокойствию, и только после этого, убедившись, что время ещё не самое позднее (половина десятого), поднялась к дяде. Обычно он ложился поздно, частенько страдая от бессонницы и проводя время с книгами, так что я совершенно не удивилась, снова обнаружив его в кресле у камина.

— Думал, уже не придешь, — проворчал дядюшка, жестом приглашая присоединиться и присесть в кресло напротив. — Хотел обсудить с тобой нашего гостя, пока опять не убежала на работу. Ну, как он тебе?

Немного удивилась тому, что наши желания совпали, но потом присмотрелась к дяде, отмечая подозрительный блеск глаз, принюхалась… И с осуждением качнула головой.

— И для чего только просил пунш без рома? — позволила себе ворчливое замечание.

— Для того, дорогая моя, чтобы вам не досталось, — фыркнул дядя и недовольно отмахнулся. — Прекрати. Я держу себя в руках и ты прекрасно это знаешь. В моей жизни и так не сильно много радостей. И нет, алкоголь в них не входит, мне просто… — он вдруг вздохнул и неожиданно признался: — Нинэль погибла именно осенью. Каждый раз думаю, что мог это изменить.

Тихонько охнув, я прикрыла рот пальцами. Никогда прежде дядя не говорил об этом, всегда держа в себе. О том, что случилось прежде, я знала со слов Дэйзи, которая уже тогда работала на него, будучи совсем юной девушкой. И вот сейчас… Почему сейчас?

Но дядя уже взял себя в руки и деловито заявил:

— Давай, рассказывай. Точно же знаю, что пришла не просто так. Как он тебе?

— Умный, — выпалила первым делом. — Очень умный и… наверное, полезный. Показал нам с Тьеном электричество.

— Это что ещё за зверь? — озадачился дядя.

— Это… — улыбнулась невольно и попыталась объяснить словами то, что до сих пор вызывало во мне бурю эмоций, — это как магия. Только рукотворная. Он смог собрать совсем несложный прибор из магнита и проволоки, потом покрутил и появилось свечение. Я… Не знаю, как объяснить! Это надо видеть! В общем, я подумала… Давай оборудуем ему мастерскую на первом этаже? Пусть соберет этот прибор там?

— Ничего не понял, — мотнул головой дядя. — Давай заново. Он собрал прибор?

— Да.

— И тот светится?

— Да!

— Сам?

— Не совсем. Он сказал интересную фразу: превращаем механическую энергию в электрическую.

— Ага… А зачем?

— Чтобы было светло! — рассмеялась я, не удержавшись, и махнула рукой на столик. — Это вместо масляных ламп. Дарий говорит, что таким образом можно собирать энергию с воды, ветра и даже солнца. Затем делать из них батарейки и вставлять их в приборы. И те будут светиться!

— Хм-м… Как артефакты?

— Думаю, да, — кивнула. — Только без магии.

— Занимательно… — дядя потер подбородок и качнул головой. — Как, говоришь, энергия называется?

— Электрическая!

— Ни разу не слышал, — хмыкнул дядюшка. — Может и впрямь какой прорыв. А чего ещё она может? Только светить?

— Не только, — заверила я его, и пускай уже сама позабыла большую часть незнакомых слов, которыми так и сыпал Дарий, сказала главное, что запомнила: — Он сказал, что можно делать электрические двигатели. И электропоезда. А ещё персональные электроповозки. Как дилижансы, только с электрическими двигателями. Понимаешь? Понимаешь, что это значит?

— Мы вытянули настоящего джокера, — вполголоса пробормотал дядя, но его глаза сверкнули азартом, после чего он наставил на меня узловатый палец. — Роза! Никому ни слова! Если об этом узнает Олафсон, то обязательно начнет вставлять нам палки в колеса!

— Зачем? — изумилась.

— А затем, наивная моя девочка, — скривился дядя, — что этот упырь будет всеми силами стараться забрать у нас перспективного переселенца и передать его своему непутевому зятю. Да-да, тому самому прохиндею, который полгода назад знатно опростоволосился с подопечной, оказавшейся пустышкой, и до сих пор ходит с подмоченной репутацией.

Вот тут я сморщила нос и сдавленно кашлянула, в принципе не желая обсуждать Бастиана и его довольно неоднозначную репутацию в отделе. Попутно порадовалась тому, что дядя не стал напоминать, что пять лет назад он был моим женихом. И где только были мои глаза в те годы? Я совершенно не видела очевидного! Того, что Бастиан элементарно… глуп!

Единственное, что он умел хорошо — это производить неизгладимое первое впечатление. Вот только потом оказывалось, что за яркой оберткой… попросту ничего нет. Пустота.

— Так что мы поступим следующим образом, девочка моя… — тон дяди вдруг понизился до заговорщицкого шепота, он сам склонился ко мне, а глаза его засверкали азартом. — Ты будешь изображать, что влюблена в нашего гостя без памяти!

— Что⁈ — из моего горла вырвался придушенный писк и я в шоке уставилась на дядю.

— Да не шуми ты! — шикнул он и жестом призвал к тишине. — Слушай дальше! Будешь изображать влюбленную и всюду сопровождать Мэйншторма на прогулках, пресекая все попытки посторонних навязаться ему в друзья, чтобы выведать планы и реальные полезные знания. Ты сама прекрасно понимаешь, Тьен — ещё мальчишка. И полагаться только на него, это всё равно, что полагаться на предсказания наших синоптиков!

Я с осуждением цокнула. И если по поводу синоптиков возражений не было, то в Тьена я верила намного больше.

— Не спорь! — сердито шикнул дядя. — Завтра сам переговорю с нашим гостем, пусть покажет мне свой чудо-прибор и расскажет всё, что может предложить в дальнейшем. И если всё действительно так, как ты сказала, то я оборудую ему такую мастерскую, что вовсе от нас не съедет. Даже через полгода! А теперь иди к себе и хорошенько подумай о том, чтобы сменить свой унылый гардероб. Мужчины, дорогая моя, любят глазами. Запомни!

— Я не буду идти у тебя на поводу! — возразила строго. — Ты думаешь, я не поняла, что ты просто жаждешь поскорее выпихнуть меня замуж? А ты про гостя подумал? Его жена бросила! Любимая и родная женщина! В невероятно сложный и тяжелый для него момент! Ты правда думаешь, что ему сейчас хочется, чтобы на него вешалась престарелая девица?

— Так, всё! — дядя снова рассердился и зашикал на меня, но я прекрасно знала почему. У него просто кончились аргументы. — Иди уже отсюда! Тоже мне, престарелая… Вот я — престарелый. Дэйзи тоже не молодка. А ты… дуреха. Кыш!

Даже и не подумав спорить, я поднялась с кресла, но всё равно сначала поцеловала его в щеку, желая спокойной ночи, и только потом ушла. Главное я сказала и могла быть абсолютно уверена в том, что завтра дядя сделает всё необходимое. В этом плане на него можно положиться.

Сейчас же мне стоило зайти к Тьену…

Спустившись на второй этаж, я постучала в дверь покоев брата и он открыл мне почти сразу, причем выглядел при этом немного хмурым и одновременно взъерошенным. Внимательно изучила его лицо, с трудом удержала руки при себе, чтобы не поправить его непослушные каштановые вихры, но всё равно спросила:

— Всё в порядке? Выглядишь… уставшим.

— Устал, — хмыкнул брат, жестом приглашая меня к себе, и первый проходя к креслам у окна. — Никогда не думал, что кураторство так выматывает. Вроде бы ничего особенного сегодня не делал, а чувствую себя, как выжатый лимон.

Он тяжело вздохнул и рухнул на кресло, сразу растекаясь по нему в совершенно неприличной позе с расставленными ногами и безвольно висящими руками. Перехватил мой взгляд и выразительно закатил глаза:

— Роза, не начинай. Я всё помню. Но здесь и сейчас гостя нет. У меня позвоночник уже ноет от того, как приходится каждую минуту напоминать себе как минимум о дюжине пунктов поведения. И если ты зашла, чтобы меня отчитывать…

— Нет! — произнесла торопливо и посмотрела на брата а легким укором. — Совсем нет. Тьен, ты знаешь, даже если я ворчу, то не потому, что ты такой плохой. Я просто хочу, чтобы всё было идеально. Прости. Я зашла узнать, не нужна ли моя помощь. Хотя бы с одеждой для гостя. Я заметила, что костюм сидит на нём мешковато. Не нашелся подходящий размер или…

Я не стала договаривать «ты ошибся», но Тьен и сам всё понял, фыркнув.

— Удивишься, но я не при чем. Это Дарий нестандартный. Высокий, но не толстый. Я и сам заметил, придется отдавать вещи в ателье на подгонку. Либо шить с нуля. А с нуля, сама знаешь, не особо дешево, да и по времени займет как минимум пару недель, а ему уже надо сейчас что-то носить. В итоге взял ему пока один комплект верхнего и куртку. Остальное надо смотреть либо в других местах, либо сразу с расчетом на перешивку. Ну и… — он кашлянул и посмотрел на меня с легким смущением, — буду благодарен, если составишь нам компанию. Всё-таки ты в одежде лучше меня разбираешься, да и Дарий пока ещё не особо ориентируется в наших реалиях. Давай через пару дней, в субботу? Я пока озадачил его книгами, завтра ещё сходим в спортзал, познакомлю его со своими приятелями по секции. Он вроде тоже спортом увлекается. Заодно побольше разных знакомств заведет. Глядишь, будет легче влиться в наше общество. Он в принципе мужик неплохой, адекватный. Довольно любознательный. Вопросы задает логичные…

Тут он странно усмехнулся и даже хрюкнул под конец, а когда я заинтересованно приподняла брови, сначала отмахнулся, но потом сказал:

— Спрашивал, изобрели ли у нас туалетную бумагу. Заверил его, что уровень прогресса нашего мира в этом вопросе на высоте.

Я рассмеялась и, видя, что у Тьена всё преимущественно под контролем, а с остальным я ему обязательно помогу, кивнула.

— Договорились. Я пока подумаю, что стоит приобрести в первую очередь, и загляну к Марше, чтобы договориться на большой заказ по подгонке, а вы уделите прежде всего внимание истории и этикету. Спокойной ночи, Тьен.

— Спокойной ночи, сестрёнка.

Уйдя к себе уже с хорошим настроением, я умылась и легла спать, уснув практически сразу с улыбкой на губах, и всю ночь мне снилось, как я держу в руках полупрозрачную коробочку, которая называется «батарейка», а внутри неё сверкают самые настоящие молнии. И эти молнии слушаются меня так же, как моя собственная магия, только я точно знаю, что их мощь в миллион раз больше, чем я привыкла. И это вызывало во мне такой восторг, что я любовалась и любовалась… Любовалась и любовалась!

Так восторженно любовалась, что утром проснулась с улыбкой и просто замечательным настроением, даже несмотря на то, что за окном хмурилось, давая понять, что к вечеру точно будет дождь. Пусть будет, дожди тоже нужны. Просто стоит взять зонтик и распорядиться, чтобы Дэйзи сделала побольше пунша. Может даже с лимоном, который тоже очень полезен.

Пока же я умылась и оделась потеплее, выбрав на этот день не атласное, а шерстяное платье и теплые чулки, и спустилась к завтраку. Обычно по утрам мы ели вдвоём с Тьеном, дядя вставал лишь ближе к десяти, порой ложась лишь под утро, так что я совершенно не удивилась тому, что не увидела его за столом. А вот присутствие зевающего и откровенно сонного Дария удивило. Как и его легкомысленное приветствие:

— Утречка, Роза. Чудесно выглядите. Вы жаворонок?

— Простите? — растерялась, пытаясь понять, при чем тут птица. И как это может быть связано со мной.

— Ну… жаворонок, — многозначительно повторил иномирец, а когда не увидел в моих глазах понимания, смущенно кашлянул. — Понятно. Аналогия вам не знакома. В моем мире довольно много, м-м… понятий, которые обозначают то или иное… кхм, состояние. Жаворонками называют людей, которые легко встают по утрам и бодры с самого раннего часа. Тех, кто лучше чувствуют себя по вечерам и их продуктивность выше в сумерках, называют совами. Это как бы… ну, шутка.

— О, очень интересно, — улыбнулась, радуясь, что это не просто какое-то там прозвище, а почти научно обоснованное. И вместе с тем шутливое. — А бывают другие птицы?

— Бывают, — рассмеялся Дарий. — Бывают ещё дятлы. Это те, кто всех задалбывают в любое время суток.

Я оторопело моргнула, на что гость сдавленно кашлянул в кулак и извинился.

— Простите. Постоянно забываю, что у вас… более консервативное общество. А можно вопрос?

Я медленно кивнула, почему-то заранее ожидая подвох.

— Вы ведь маг?

Я снова медленно кивнула, но сразу сочла нужным уточнить важный момент:

— Мой дар очень слабый и общей направленности.

— Это неважно, — отмахнулся Дарий, при этом глядя на меня с подозрительным восторгом. — Покажите. Ну, что-нибудь. Как это вообще выглядит и ощущается?

— О, ну… — я даже слегка растерялась от его напора, ну а так как мы сидели за столом, то внимательно изучила прежде всего его. И, подумав, взяла в руки кружку с чаем и капнула пару капель на скатерть. Так, чтобы Дарий их видел. — Вот. Большое пятно вывести уже не смогу, не хватит дара, а маленькие мне вполне по силам.

После чего просто провела ладонью над скатертью и та снова стала чистой.

— Та-а-ак! — Дарий всем телом подался вперед и впился взглядом в стол. — Как вы это сделали? Куда исчезла вода? Испарилась? Или впиталась в вашу руку? Или вернулась в кружку? А можно повторить?

И вроде бы умом я понимала, что его интерес логичен и такая яркая, даже отчасти восторженная реакция весьма льстит моему самолюбию, но в то же время не смогла не заметить:

— Дарий, вы очень увлекающаяся натура, да?

— Что?

Мужчина перевел непонимающий взгляд на меня и пару раз моргнул.

— Мы завтракаем, — напомнила ему с учтивой улыбкой. — Если вам действительно интересна магия и всё, что может современный маг, мы поговорим об этом вечером. Хорошо? Сейчас мне нужно позавтракать и идти на работу. Я бы обязательно уделила вам больше внимания и времени, но в министерстве не любят сотрудников, которые опаздывают.

— О… — Иномирец кашлянул и смущенно потер нос костяшками. — Простите. Я действительно веду себя, как неандерталец. Конечно. Не смею отвлекать.

После этого в столовой повисла немного напряженная тишина, но я предпочла сосредоточиться на своём завтраке, а как допила чай, то поднялась из-за стола первая и учтиво кивнула мужчинам.

— Доброго дня. До вечера.

Дарий с отчетливым напряжением улыбнулся, следя за мной неотрывно, Тьен взмахнул рукой и я вышла из комнаты. Первым делом заглянула на кухню, где поблагодарила Дэйзи за завтрак и попросила получше протопить центральные комнаты первого этажа и наши спальни, чтобы к вечеру не отсырели постели, набрала себе еды на обед, который всегда предпочитала брать с собой, а не столоваться в трактире напротив министерства, где (будем честны) не всегда готовили вкусно, отдельно проговорила момент про пунш и пообещала вызвать сантехника — в раковине на кухне снова забился слив.

Так уж повелось, что последние лет десять именно я заведовала финансами семьи и ключевыми бытовыми моментами, держа на контроле многие вещи, о которых периодически забывал дядя и не придавала значения Дэйзи. Оно и понятно. Дядя уже в возрасте и многое кажется ему либо скучным, либо не особо важным, а Дэйзи вовсе прислуга.

Я же именно с подачи дяди получила очень хорошее для девушки образование и могла при желании работать даже управляющей в большом имении, но… зачем? У меня есть собственный дом и мои родные мужчины, за которыми я охотно приглядываю, а ещё любимая работа, которая меня вполне устраивает. А то, что знаю и умею многое, это только мне самой в плюс.

Не затягивая со сборами, я зашла к себе и взяла сумочку, прихватив и шаль, внизу переобулась в высокие кожаные ботиночки, накинула пальто, не забыла взять зонт и поторопилась на работу.

Я любила приходить чуть пораньше, минут за десять до восьми. Этого времени как раз хватало, чтобы спокойно раздеться, переобуться, приготовить начальнику его любимый чай с бергамотом и встретить его деловой улыбкой.

Вот и сегодня, первым делом доброжелательно поздоровавшись с дежурным, я взяла ключи от кабинета и поднялась на третий этаж, где располагался наш отдел. Помимо технического комитета на третьем этаже располагалась и вся остальная администрация: финансовая и кадровая службы, отдел юридического сопровождения и кабинеты начальников отделов. Глобально министерство подчинялось непосредственно императору, но формально руководителем числился лорд Дьюк Грэхэм, министр по связям с иными мирами, его кабинет располагался в торце правого крыла и у него был личный секретарь Вэлиант, который меня почему-то недолюбливал.

На втором обитали провидцы, пространственники, кураторы и располагалось целительское крыло, а на первом — архив и служба порядка, где трудились рабочие.

Это только кажется, что в министерстве трудятся только маги и кураторы, а на самом деле ещё ни одно учреждение не сумело долгое время обойтись без уборщиц. Неделя — и кабинеты просто зарастут грязью без уборки, особенно по осени.

Вот и сейчас, идя по коридору, я доброжелательно поприветствовала миссис Дрюммер, которая убирала наш этаж, ловко орудуя шваброй.

Помимо уборщиц, в службе порядка трудились и истопники, и сантехники, и плотники, и разнорабочие — много кто на самом деле. У министерства был даже собственный дворник, который следил за чистотой улицы непосредственно перед зданием и по мере необходимости прибирался на заднем дворе.