Глава 3

Это был юг страны. Погода отличная. И если бы не приятный морской ветерок, я бы вспотела в блузке и пиджаке. В итоге: сняла капроновые чулки и туфли надела на босу ногу. Благо обувь у меня отличная, не натирала.

Волосы распустила и, когда вышли из старого отеля, просто вдыхала тёплый воздух и наслаждалась жарким солнцем.

Здесь море, и я обязательно окунусь. Туристический сезон окончен, и никто не заметит, что я в нижнем белье.

Местные ходили в плащах и куртках. Непривычно было видеть укутанных людей среди пальм.

Белоснежные каменные здания прошлого столетия, плитка на дорожках, колорит местный. Пальмы растут. А главное — природа. Идёшь по городу — город. Поднимаешь глаза, а за городом, ввысь уносятся небольшие горы поросшие лесами. И небо бесконечное, южное. Она с облаками тёмно-голубое. И кажется низким. Воздух субтропического климата пропитан запахом растений, каких у нас на севере нет.

Запахи.

Их было так много. Нос прочистился или он всегда был таким чувствительным… Я не понимала, отчего я так отчётливо чувствую запахи. Проходящие люди имели кроме синтетических, искусственных ароматов, запахи тел. Мой собственный запах въелся в нос. Странно, но мне показалось, что я пахну, как Тупенькие, как моя бабушка.

А вот Ярик, кроме того, что пах дымом вонял шерстью. Натуральной собачей шерстью. И раньше бы мне показалось, что это действительно вонь. А теперь это было естественно.

А потом зрение. Лес вдали я могла рассмотреть, движение улавливала почти за спиной, хотя кругозора, по сути, не должно хватать, но… Инстинкт что ли… Я слышала…

Слух.

Я улавливала движения не только зрением, но и слухом. Стала различать мужскую поступь и женскую. Могла по слуху определить вес человека.

Кровь.

В метрах двухстах шла женщина, у которой месячные. Несколько мужчин от белых зданий через дорогу, в парке, у набережной были ранены. Царапины кровоточили после драки. А почему была драка, потому что тромбы под кожей тоже имеют свой запах…

— Мамочки, — ахнула я и припала к Ярославу.

Ярославу не хватало автомата Томсона, сигары кубинской во рту и гангстерских гамаш. Шляпа из-под которой торчал волевой подбородок, перчатки и костюм делали его неотразимым, и я уже получала эстетической удовольствие, находясь рядом с ним.

— Что, Лап? — обеспокоенно посмотрел на меня, обхватив талию рукой.

— Яр, со мной что-то не то, — испугалась я, оглядываясь по сторонам. — Я мир стала чувствовать по-другому.

— Это хорошо, — он снял шляпу и припал к моим губам.

Но целоваться я не хотела. Глядела по сторонам, как потерявшийся ребёнок.

— Пообещай мне, что у бабки своей спросишь о своей семье, — он прижал меня, пытаясь защитить.

А я рассматривала людей вокруг.

— А ты? Ты ведь что-то знаешь? — я отстранилась. — Расскажи.

Я втянула его запах, в голове щёлкнули рецепторы. У нас было что-то общее. Он пах псиной и горьким дымом. Но запах дыма, тоже присутствовал во мне!

— Мы родственники? — удивлённо уставилась на него.

Ярослав опешил, округлив глаза. Хотел что-то сказать, уже рот раскрыл. Но промолчав, надел шляпу, и поля скрыли его взгляд в тени.

— Яр, мне страшно. Расскажи мне, — обхватила руками плечи. Я была не готова к такому изменению в себе.

— Слишком дальние родственники, чтобы это учуять, — в голосе было кроме удивления, некоторое недовольство. — Пойдём, пообедаем.

Он повёл меня к ближайшему кафе. Завтрак мы проспали и обед, кстати тоже, так что это был скорее полдник. Я опять семенила в своей узкой юбке, вцепившись в ремень сумки.

— У меня здесь дело, — пыталась сосредоточиться на главной цели своей командировки.

— Подождём немного, нам помогут, — загадочно ответил Ярослав.

Наша пара привлекала внимание. В городе почти никто не одевался так, как мы. У меня костюм, у Ярослава тоже. Ещё и шляпа. И мне захотелось купить себе какой-нибудь милый котелок.

Решено! Меняю образ.

Кафе очень нам подходило. За белоснежными балясинами, с террасы был шикарный вид на море. Белая плетёная мебель и всё такое чистое и прекрасное, что захотелось остаться в этом месте на пару месяцев и потратить все свои сбережения.

Вышел статный официант, подал нам меню. Посетителей на улице было совсем мало, поэтому официант далеко от нас не уходил, дождался, когда мы сделаем заказ.

Обратила внимание, что Ярослав заказал всё мясное.

Аппетит был зверский. После страстной ночи, я изголодалась. И с трудом соблюдала нормы этикета. Положила белую салфетку на колени и приступила к своему салатику, наслаждаясь видом на море.

Приятный ветерок неожиданно принёс запах шкур.

По белой мраморной лестнице, на террасу кафе поднимались три молодых парня. Одеты так себе, я бы назвала их гопниками. Спортивные костюмы, кепочки.

— Расслабься, Лапа, — попросил Ярослав. — Это мои.

— Волковы, — констатировала я.

Как жаль, что приходилось всё додумывать самостоятельно.

— Доброго утречка, — приподнял кепочку один из парней. Блеснули его карие глаза. Дикие, страшные. Он смотрел именно на меня.

— Здоров, — ответил Ярослав. — Лап, дай им распечатку.

Я, с подозрением глядя на незнакомцев, залезла в сумку и вытащила документы на пластического хирурга с фотографией. Отдала вначале Ярославу, а он уже парням дал.

— Что это? — нахмурился главарь, кто разговаривал с нами, двое других стояли за его спиной.

— Найдите этого человека, — приказал Ярик, именно приказал, вальяжно развалившись на стуле, яко крёстный папа всех местных Волковых-гопников. — В любом состоянии привезите в аэропорт.

— Исполним, — главарь отдал документы одному из парней в спортивном потрёпанном костюме, и тот сразу же отделился от компании, побежал из кафе.

Салатик застрял у меня в горле. Волковы накренились над нашим столом. Ярослав напротив хмурил брови и кривил губы, в задумчивости.

— Проблемы? — тихо спросил он.

— Да, можно вас на пару слов, — почесал затылок главарь.

— Посиди, Лапусь, — Ярослава я не узнавала. Он был такой серьёзный, что казалось, его папаша Родион со мной завтракал. Деловой, сосредоточенный.

Они отошли в сторону, а я высыпала сахарный песок из пакетика в свою чашку и стала размешивать чай, глядя в охристо-красный напиток, источающий аромат ненастоящего чая.

Я сидела, ничего не слышала, но стоило прислушаться, напрячь слух, как я услышала то, чего слышать не должна была.

Я услышала, как официант официантке рассказывает пошлый анекдот, как у набережной мать отчитывает ребёнка…

— …обратиться не дают, — раздосадовано жаловался парень в кепке моему Ярославу. — Мало того, людьми жить не дают. У Ашота бизнес отжали, он уже думал в диаспору обратиться. Представляете, до чего дошло. Их уже пятнадцать человек. Если волком морду сунешь, серебряными пулями сразу бьют. Альфа, как хорошо, что один из вас приехал. Спасай, пятьдесят особей за год перебили, вместе с детьми….

— Охотникова, — позвал меня приятный женский голос.

Я резко обернулась.

У лестницы из кафе, в тени деревьев стояла молодая черноволосая девушка. В розовом платье с рукавом до колен и белых кроссовках. Волосы собраны в хвост, за плечами рюкзак.

— Охотникова, сумку бери и беги ко мне. Убьют, если медлить будешь, — шептала девушка, глядя на меня чёрными глазами.

Далеко стояла.

Я спокойно взяла сумку, поднялась с места. Это не утаилось от взгляда Ярослава, который напрягся. Волосы на его голове встали дыбом, выбив из меня последнюю смелость. Глаза сверкнули, и он оскалился настоящими клыками.

Скуля и спотыкаясь, я метнулась к лестнице.

Клан, иначе я бы не назвала. К девушке, до которой я на каблуках с трудом добежала, подтягивались со всех сторон другие люди. Среди них не было женщин, одни мужики. Прилично одетые, простенько одетые. Старые и молодые. Всего восемь персон.

Ярослав близко не подходил. Он, сунув руки в карманы брюк, закинул, в горделивом молчании, голову и внимательно смотрел, как меня окружают его противники, его враги.

Мне стоило давно признаться себе в том, что я подозреваю, кто такие волки, и кто такие охотники. Только это немного отличалось от общепринятого человеческого понимания. Нет, мы не враждующие бандитские группировки, хотя сдавалось мне, разборки будут не менее напряжёнными и кровавыми.

Мы настоящие охотники, а они волки в людском обличии. И слово «обратиться» увы, не относилось к врачам или полиции. Это означало, что Ярослав с компанией оборачиваются в нелюдей.

Он жил по соседству, оборачивался в зверя, сожрал бабкину козу и сделал из шкуры несчастного животного коврик у своей кровати. Он подглядывал, что я курю, поэтому при первой встречи раскрыл в машине пепельницу. Ему баба Валя пробила плечо, и на утро я встретила парня с перевязкой. Рану на его плече почувствовал охотник из фамилии Тупенький и ткнул ножом, потому что волк угрожал моей свекрови.

Он неугомонный и дерзкий, он не сидит на месте, потому что внутри зверь. Он хочет его сдержать, но в бане, когда я пришла, не смог справиться. Ярослав боялся навредить мне, поэтому грубо прогнал.

Оборотень.

Серый волк и я, Иоанна. Смешно. И грустно.

— Так — так — так, — протянул рядом со мной высокий седой мужчина, улыбаясь тоже не по-доброму. Он, кажется, что-то красил недалеко от этого места, на нём был рабочий костюм и пах он строительными материалами. — Альфа. Настоящий Альфа волков пожаловал.

— На них серебро не действует? — опасливо спросила девушка.

— Надо проверить, — хохотнул кто-то за моей спиной.

Ярослав нисколько этому не смутился. Прищурил глаза и огляделся. Курортный город был тих: по набережной гуляли люди, по дороге ездили машины, и с пешеходной дорожки на нас обращали внимание.

— Лап, тебе лучше уехать отсюда, — спокойно сказал он. — Сейчас твоего хирурга найдут, и лети домой.

Я хотела крикнуть: «А ты?». Зачем от меня скрывал? Зачем они все от меня скрывали правду?

— Хитрый Альфа, смотрю, пометил одну из наших, — мужчина рядом внимательно рассмотрел мою шею. — Так никуда она не поедет, мы ей мужа найдём, чтобы тебе неповадно было заглядываться на чужих женщин.

— Ты ничего не сделаешь, против её воли, — утвердил Ярослав. — Иоанна Андреевна Охотникова — царевна.

Я усмехнулась. Иоанна царевна и серый волк.

Охотники уставились на меня.

— Покажите, пожалуйста, медальон, — вежливо попросил мужчина рядом.

Я смотрела на Ярослава, расстёгивала верхние пуговицы блузки. Его взгляд залип на моих пальцах. И была в нём волчья печаль. Он изначально знал, что мы не можем быть парой, но на что-то надеялся… А я вообще не в курсе, что здесь происходит, только догадываюсь.

Охотниковы ахнули, немного отступив от меня, получилось, что встали за спину.

Вот и стояли мы теперь с Ярославом по обе стороны баррикад.

— Что желаешь, царевна? — спросил пожилой мужчина.

— Как он сказал. Я забираю человека и улетаю отсюда.

Как бы мне хотелось, чтобы на этом всё закончилось. Но не суждено…

— Дарья, отвези царевну на серпантин, — скомандовал мужчина в рабочем костюме, — мы следом поедем. Волчонок вроде в ту сторону метнулся.

Ярослав отвернулся от нас и быстрым шагом направился в сторону дороги. Его волки припустили следом.

Вот так мы расстались с ним.

И было горько мне и даже обидно. Но я, как всегда, вида не подала, гордо шагала следом за девушкой по имени Даша к её старой, развалюхе машине.