Глава 5

Мутация, которую не выявили учёные. Когда удавалось поймать оборотней, медицина была на уровне «наркоз-палкой по голове». В современности оборотни уже не попадались на глаза.

Когда произошёл раскол в стане оборотных людей, никто не помнит. В раннее средневековье или позднее. Но часть оборотней смогла победить в себе зверей. Просто перестали оборачиваться, слившись со своей звериной сущностью.

Так появились те, кто чувствуют запахи, как звери, имеют чуткий слух, острое зрение, обострённые инстинкты. Охотники — те же оборотни, только без оборота. Они объединились в одну семью и стали преследовать род, который оборачивался в волков. А всё потому, что оборотни начали нападать на людей. Зверьë нужно было контролировать.

У волков своя иерархия. Сильные правят слабыми. Силу определяет именно животная сущность. Чей волк крупнее и хитрее, тот и прав. Волки — все мужики, жён берут из людей. А это — проблема. Не каждая женщина согласится быть с волком. Поэтому семьи они формируют редко. Если уверены, что женщина способна смириться с их странностями, то ставят ей метку. Кусают в шею. Волк пометивший женщину, никогда от неё не откажется. Оборотни моногамны и хранят верность одной единственной… самке. Самки имеют неприкосновенность, их никогда не трогают и при гибели мужа, такая женщина не останется одна.

Оборотни имеют форму простых животных. Но рождаются среди них Альфы. Это особенные звери, они имеют человекообразный торс и передние конечности, похожие на руки, огромную силу, лютую злобу. Подчинение такому существу в крови. Куда бы ни попал Альфа, к нему тут же прибиваются местные оборотни. Как в случае с Ярославом. Он приехал в курортный городок. Моментально к нему подоспели местные волки. Альф бывает несколько и, конечно, они не любят друг друга.

У оборотней три фамилии: Волковы, Серовские и Хвостовы.

А у Охотников фамилий гораздо больше. Это связано с тем, что дочери у них рождаются, и могут составляться пары между дальними родственниками.

У Охотников тоже есть Альфы, но так их не называют.

Цари.

Особенность царей в том, что они способны убить зверя без оружия. Что-то вроде гипноза, телепатических способностей. Власть над зверем.

Альфы и Цари власть по наследству не передают. Это таланты, которые появляются неизвестно откуда и дают о себе знать в подростковом возрасте. И если с волками всё проще, у охотников…

В общем, меня использовали.

Мои родители и родители Саши решили меня полностью отгородить от знаний рода. При этом мой дед был царём и отдал амулет именно мне. Я талантлива и недоразвита во всех аспектах оборотного мира. Это было выгодно. Ведь что скажет царская особа, так все охотники и будут поступать. Имея меня в своих невестках, Тупенькие всем указывали, как жить и во что верить. Прикрывались мной.

— Таких талантов в современном мире всего два. Ты, да старик один в Америке живёт, — говорила бабушка, открыв старый фотоальбом.

— О каких талантах ты говоришь? — скорбно спросила я. — Не умею ничего, не знаю.

Мы сидели на чердаке. В маленькое круглое окошко лился солнечный свет, дорожкой стелился на старых досках. Под крышей стояли коробки и старые вещи. Бабуля села в кресло-качалку у двух свёрнутых ковров.

В старых ящиках и чемоданах лежали вещи моего деда. И хоть талант по наследству не передавался, ему повезло отдать амулет внучке. Как он определил, что во мне что-то есть, бабуля объяснить не смогла.

У деда был пистолет, старый кольт с серебряными пулями. Часы на цепочке тоже хранились в старинном чемодане. И фотография.

На фото высокий весёлый парень, одетый по моде прошлого века, обнимался с таким же высоким и крепким мужиком. Стояли на фоне какой-то лесопилки. Фото хоть и было цветное, но веяло от него чем-то древним.

Я перевернула фотографию. На задней стороне была надпись: «Иван Охотников и друг Григорий Хвостов».

— Они дружили, — опешила я, показывая бабушке фото.

— Да, — кивнула бабуля.

Она сняла очки и стала протирать их краешком своего пухового платка. Лицо её старое совсем сморщилось, и потекли слёзы.

— Баб, — позвала я. — Плохо дружба кончилась?

— Плохо, Ва́нюшка, — прохрипела баба Валя. — Гришка Хвостов в полнолуние не справился со зверем своим, а Ванюшки рядом не было. И загрыз Альфа трёх человек… Убить пришлось.

Я закрыла глаза и почувствовала душевную боль. Да, нужно признать, что Альфа неадекватен. И зверя внутри он держать не может.

— Альф нигде не любят. Волки их боятся, хотя и уважают. Но жить рядом с таким не хотят. Люди не принимают, потому что в облике человеческом хулиганят, да бедокурят. Вот и ходят такие волки, пока не наткнуться на своего охотника, который им пуля в лоб пустит. А серебро на них не действует, поэтому и убить их сложно.

— Бабуль, — тихо вздохнула я. — Ты вещи собирай, мы здесь жить не останемся. Завтра на квартиру съезжу, попрошу квартиросъёмщиков жилплощадь освободить. Будем в городе жить.

— Никуда я не поеду, здесь мой дом, — возмутилась бабушка.

— Так почему я царевна, а не царица? — важно, со знанием собственного достоинства, поинтересовалась я.

Бабуля перестала качаться в кресле и кашлянула в кулак. Лицо её стало растерянным, она надела очки и немного растерялась.

Вот оно как работает!

Царственность то моя действует. И будь бабуля обычной женщиной, не стушевалась бы. А сама отчасти оборотень, а у них иерархия.

— Родишь, царицей станешь, — пояснила бабушка. — Ты подумай, Ванюшка, может не надо в город. Чёрт с ними, хвостатыми, не убьют же нас. В посёлке будем жить. У них и врачи лучше, чем у людей.

— Я не останусь в волчьем клане, — заявила я и закрыла дедушкин чемодан. Подошла к ней и протянула руку, помогая встать.

— А давай кресло вниз спустим, уж больно хорошее, — плаксиво попросила бабуля, и я помогла ей спустить кресло-качалку.

Сотовая связь появилась.

Быстро волки работают. Я посмотрела сообщения. Ярик не писал и не звонил. Закралось в душу неприятное чувство беспокойства.

Убьют же неуёмного. Убьют моего дурного Альфу.

Первым делом я позвонила квартиросъёмщице. Она отнеслась к моей просьбе с пониманием и попросила дать ей пару дней на сборы и поиск новой квартиры.

Так тоскливо стало. Я сама не хотела уезжать.

***

Это был четверг. Химчистка работала круглосуточно, поэтому я сдала три комплекта рабочей, офисной одежды и получила три обратно в пакетах.

Город только просыпался. На лужах была кромка льда, изо рта валил пар. Время с туфель переходить на сапоги, но я, в отличие от многих людей, могу позволить ещё долго бегать в туфлях. Я аккуратно сложила костюмы в багажник своей красной машинки и поехала на работу.

На работу приехала рано. Охранники мне чуть не кланялись. Я не просто «любовница Гамлета» я — лицо фирмы. Над охранным пунктом висел плакат с моим профилем и виноградной лозой. «Вина и соки».

В приёмной царила тишина, но с моим нынешним слухом, я слышала, что пиар-команда в полном составе засела у Гамлета в кабинете.

Сварила себе кофе и просмотрела почту. Составила список дел и с блокнотиком вошла в кабинет босса.

Гамлет, весь в коричневом, как главнокомандующий над картой, склонился над столом, рассматривая восемь фотографий на формате А-2.

Его попугаи замерли по углам, на диване и двое стояли у двери.

— Доброе утро, Гамлет Ратмирович, — поздоровалась я и встала около старика в стильном костюме.

— Доброе, — задумчиво отозвался Гамлет, мял подбородок пальцами и рассматривал проекты для нового ресторана.

Я раскрыла блокнот и стала читать:

— Сегодня у вашей правнучки, Изольды день рождения. Ей четыре года. В семь вечера вас ждёт семья.

— Купи подарок, — кивнул Гамлет.

— В одиннадцать открытие стройки, где у вас помещение под ресторан.

Гамлет кинул на меня взгляд, внимательно разглядел лицо. Это он проверял, хорошо ли я с ним буду смотреться.

— Хорошая помада, Иоанна Андреевна, — похвали он.

— На моих губах нет помады, Гамлет Ратмирович, — строго ответила я.

— Ещё лучше, — расплылся в улыбке старик.

— Пять предложений встретиться от журналистов. Это связано со скандальными фото.

— Что думаешь? — поинтересовался босс.

— Думаю, нужно сделать хорошую фотосессию: вы с бутылкой вина и лозунг «Я молод душой и телом, потому что пью вино».

— Арсений, займись разработкой текста, — загорелся Гамлет. — Сегодня в три часа дня назначу фотоссесию. Иоанна Андреевна, на три часа пригласи всех журналистов.

Я всё записала в свой блокнот, нужно будет Арсения проконтролировать.

Гамлет подошел ко мне ближе. Одну руку положил мне на талию, другой взял руку с блокнотом.

— Внимательно посмотри и скажи, ресторан, с каким интерьером, ты бы с удовольствием посетила.

Я кинула взгляд и не раздумывая ткнула пальцем в ближайший из проектов.

«Да», — услышала еле слышное сорвавшиеся с губ молодого человека за моей спиной.

— Обоснуй, — задумчиво смотрел на проект Гамлет.

— Величественное место сбора патриций. Всё чинно, неброско. В этом помещении можно и о политике говорить, и заговор чинить, и оргии устраивать, с разбавлением вина до цвета аметиста.

— Восхитительно, — Гамлет словно только что увидел проект. — Идите, Иоанна Андреевна, работайте.

Я развернулась и чинно прошагала из кабинета в приёмную.

Матрёшка и Ждун приуныли, они больше не «любимая жена». Зато молодой Петушок-Золотой гребешок в пиджаке горчичного цвета и тёмно-синих джинсах был в восторге. Поблёскивал его зелёный взгляд и лип к моей попке.

Я вернулась на рабочее место. Сразу отправила приглашение журналистам. Посмотрела на свой телефон.

Почему Ярослав не писал?!

Я бы сама позвонила, но не царское это дело, первой любовнику писать, особенно после того, как он чудищем страшным обернулся.

Как же сложно любить.

Позвонила в элитный магазин детских игрушек. Ответили сразу. Приятный женский голос спросил, чем они могут помочь.

— Подарок для девочки четыре года, любит розовой цвет, сладкого нельзя, — выдала я.

Там народ сообразительный, уже поняли, что секретарша или гувернантка звонит.

— Предлагаем гардероб. Шкаф, метр на метр с половиной, натуральное дерево, цвет розовый. Стиль прованс. На резных ножках, с резными элементами и зеркалом в натуральной позолоченной оправе, на внутренней стороне створки. К шкафу прилагаются: вешалки миниатюрные и двенадцать платьев, четыре из которых-маскарадные…

Она продолжала описывать, а у меня слюни потекли. Мне б кто в двадцать пять такое подарил. Эх, сама себя не побалуешь… Ярослава-то нет.

Пока консультант говорила, наводя сказку на мой разум, я открыла магазин женских шляпок и покидала в корзину, что понравилась. Добавила сообщение о том, какие аксессуары я бы хотела. Попросила быстро привезти это в офис.

— … семь пар обуви на специальной полке. Какой размер ноги у девочки?

— Рост метр пятнадцать, ориентируйтесь на возраст, — строго ответила я. — Гардероб поместите в розовую коробку, с боку должен быть большой бант, который ребёнок самостоятельно сможет развязать. Доставка в офис в обеденное время.

Я ещё говорила по телефону, а из кабинета Гамлета высыпались попугаи и, курлыкая на своём попугайском языке, отправились к себе в курятник. Возле моего стола нарисовался Петушок-Золотой гребешок.

Как же я соскучилась по Ярославу!

— Иоанна Андреевна, вы прекрасно выглядите, — парень лукаво щурил изумрудные глазки и подсовывал мне большую плитку шоколада.

Интересно, для чего он её с собой носил? Не Гамлету ведь предлагать.

— С орехами? — строго спросила я, набирая номер Руслана — нашего охранника.

— Нет, чистый молочный шоколад, — похотливо шептал Петушок-Золотой гребешок.

— Шоколад без орехов — деньги на ветер, — высокомерно ответила я, пальчиками отшвырнув его подарок. Ответила Руслану. — Руслан, я бы хотела научиться стрелять. Вы бы не могли записать в ваш тренажёрный зал?

— Как водка без пива, — услышала я Петушка и кивнула.

— С превеликим удовольствием, Иоанна Андреевна, — обрадовался Руслан, как будто я ему свидание назначила. — Когда будет удобно?

— Сегодня, я отпрошусь у Гамлета Ратмировича на час раньше и спущусь к вам.

— Буду рад помочь.

Петушок-Золотой гребешок продолжал стоять у стола и лыбиться.

— Неужели действительно вы так неприступны? — шебуршал он.

— Не знаю о чём вы, — вскинула бровь, — покиньте приёмную, если у вас нет дел к Гамлету Ратмировичу.

— У меня есть дело к тебе, кошечка, — Петушок накренился надо мной, уложив локти на стойку, как делали десятки мужчин до него.

— У меня с вами нет дел, — напряжённо и угрожающе сказала я и зло посмотрела на парня. Взгляд видимо получился тяжёлый, Петушок отпрянул и натянув улыбку чуть заметно поклонился. Уходил, оглядываясь.

Далеко вам всем до Ярослава Волкова. Такой наглости и настойчивости, ни у кого нет.

С тоской посмотрела в телефон. А там, тишина.