Глава 5

Ярослав был… таким классным. Ходил ровно, с раскрытыми плечами и прямой спиной. Солидной такой спиной, с такой картошку можно на огороде копать.

Ми-ми-ми-мечта.

Забор высокий из досок у дороги. А между нашими участками дыра в ржавой сетке-рабице. Придёт ко мне такой богатырь с лопатой и не надо несчастному секретарю корячиться. Бабуля хоть и лежачая у меня, может попросить показать, как её урожай собрали. А одна я не справлюсь.

Если даже у него справка от психиатра, картошке это не помеха. Надеюсь, что он, богатенького папочки сынок, тоже помехой не станет.

Какой мужчина!

Я томно вздохнула, когда Ярослав достиг охранников. Неожиданно спохватился, стал искать что-то, оглядываясь.

Оказалось, меня потерял!

Поманил меня рукой.

Это так тепло на мою душу повлияло. Словно мёд горячий на сердце пролили, и так сладко внутри.

Из конфернц-зала вышла одна из организаторов и затащила Ярика на выступление. Обязательно надо посмотреть, как он будет представлять проект здания.

Архитектор.

Они все такие торкнутые или мне повезло?

Я поправила юбку, осмотрела свои чулки. Юбка отличного качества, на ней не осталось складок и вмятин, можно сколько угодно натягивать, хоть по шею. Чулки были в норме. Я поцокала каблучками и сделал шаг вперёд, элегантно откинув волосы с плеч.

С левой стороны была небольшая дверь с окошком, что вела на пожарную лестницу. Дверь была белая с длинной горизонтальной ручкой серебристого цвета. Почему-то именно это запомнилось, когда дверь махом распахнулась, чуть не стукнув меня.

Из-за двери вылетел высокий костлявый мужик в кожаной коричневой куртке и схватил меня.

Если в случае с Ярославом, я точно знала, что мне ничего плохого не угрожает, только хороший секс, то здесь была явная угроза моей жизни.

Я успела закричать. Мой жалобный вопль улетел в сторону охранников, а меня саму утащили в полутёмное помещение с мрачными лестницами и решётками на окнах.

Сверкнуло лезвие ножа. Оно так медленно взлетало в страшной руке, и уже должно было врезаться мне в живот…

Я это полностью осознала, потому что смерть от удара ножом была неминуемой. Мужчина держал меня за ворот блузки пришпиленной к стене и вес его, как у Ярослава был немалый. Я физически чувствовала эту мощь, эту невероятную силищу.

И свою беспомощность.

Глаза.

Это что-то невероятно лютое, безумное и страшное. У мужчины были ледяные, светло-голубые глаза, на грани белого цвета. С мелким зрачком, хотя в помещении был тусклый свет.

Уродливая морда страшного бродяги исказилась в удивлении. Множество морщин и складок на лице стали менять своё место расположения, располагаясь в удивлённой позиции. Нос картошкой припал к моей шее, и раздулись широкие ноздри прямо над тем местом, где на моей коже остались два бугорка от укуса Ярослава.

Я резко вспотела, дышала украдкой и слышала, как набатом бьёт моё сердце в груди.

Волосы незнакомца темно-русые с сединой были жёсткими, и кололи мою щёку. Они встали дыбом, как загривок у недовольного зверя.

— Пометил, самку из тебя сделал, — рыкнул бандит, дыхнув на меня перегаром.

Нож так и не достиг цели. Остриё надавило немного, порезав пиджак.

На лестничную площадку вывалились охранники во главе с Гамлетом.

Старик был воинственно настроен, попытался первым поймать негодяя, который, бросив меня, рванул вниз с лестницы. Мимо меня пронёсся табун огромных охранников — "бизонов", преследуя нападавшего.

А я тихо зарыдала, закрыв глаза и откинув голову на стену.

— Иоанна, — Гамлет Ратмирович ощупывал меня. Если б не знала, что он действительно беспокоится, влепила бы пощёчину за такие поползновения по всему моему телу.

— Кто это был? — простонала я, открыв глаза и посмотрев на низкорослого начальника.

— Выясним, на маньяка похож, — хмурился Гамлет.

Я стала вытирать слёзы, спокойно не боясь размазать косметику, потому что её не было. А Гамлет внимательно рассматривал моё лицо.

— И зачем же мы красимся? — ласково улыбнулся он и обратился к нашему охраннику, который пожимал плечами и поднимался по лестнице. — Руслан, дай моё успокоительное.

— Выскочил, поймать не удалось, — извинялся Руслан, распахнул свой большой пиджак и достал бутылку абхазского вина «Лыхны». Если что, то без подделок, самое лучшие, с выдержкой. И пластиковый фужер, который от настоящего — стеклянного, почти не отличался.

Руслан зубами скрутил пробку, которую уже открывали и налил мне полный фужер вина.

— Я… я не пью… совсем. Захмелею, — предупредила я.

— Я рядом, девочка. Пей, — обнадёжил меня Гамлет и всунул в руку фужер.

Рука моя дико дрожала, и старик обхватил её своим короткими пальцами, помог поднести ко рту.

Я выдохнула. Так пил водку мой дед. Залпом выпила вино.

Сорт винограда «изабелла» терпким мягким вкусом обвил мой язык и оставил приятное послевкусие с тонким ароматом земляники.

Я продолжала выравнивать дыхание, чувствуя, как мёд любви к Ярославу сплетается с вином, и я хмелею, смелею и радуюсь тому, что осталась жива.

Перед глазами мелькнула дверь. Я в неё чуть не врезалась, захихикала, опираясь на довольного, розовеющего Гамлета.

Мне показалось, ему доставляло большое удовольствие стоять со мной пьяной, чем со строгой и неприступной.

Гамлет Ратмирович вёл меня за собой, поддерживая под локоть. Мы обогнули вход в конференц-зал. Там я увидела солидного Ярослава Родионовича, который указкой показывал свой проект и поставленным, сильным голосом рассказывал, насколько надёжным будет здание.

Я дёрнулась к нему, но Гамлет меня настойчиво вёл к лифту. Там нас сфотографировали какие-то журналисты. К нам присоединился Волков старший. И мы вчетвером, вместе с Русланом загрузились в кабинку лифта, чтобы спуститься на парковку.

Я стояла поодаль всех и тихо смеялась, рассматривая маленького Гамлета и высокого Родиона. Рядом со мной не мог сдержать улыбку Руслан.

Волков старший кинул на меня улыбчивый взгляд через плечо.

— Напал на моего секретаря какой-то маньяк. Я её вином напоил, — пояснил Гамлет. В его голову пришла идея, что отобразилось на съехавшей шевелюре. Он нажал кнопку и остановил лифт. — Руслан, давай, доставай.

Пока охранник доставал бутылку, фужер и два пластиковых стаканчика, Волков повернулся ко мне и внимательно с лукавой улыбочкой рассмотрел.

— Что у вас на шее, Иоанна Андреевна? — спросил он, держал в руках стаканчик, который наполнялся красивым вином.

— У меня на шее? — рассмеялась я и расстегнула пуговки на блузке, аж четыре штуки.

Ворот распахнулся. Показались две мои полные, белые грудки, так сексуально выпирающие из чашечек бюстгальтера.

Грудь трепетно вздымалась от пристальных мужских взглядов. Гамлету повезло меньше, он ростом пониже. Родион Миронович и Руслан смогли лицезреть мою красу в полном объёме. Нет! В полном объёме увидел это Ярослав и умом тронулся.

Глаза Волкова напротив потемнели. Он, как зверь, облизнулся и залпом выпил предложенное вино.

— Фамильная драгоценность, — рассмеялась я, поболтала золотой цепочкой, на которой висел круглый медальон.

На нём выбита морда огрызающегося волка, перечерчена топором и ружьём. По кругу надпись: «Род Охотников на волков».

— Я про укус, — прищурился уже красивый мужчина Родион Волков.

— Порыв страсти, — хихикнула я.

Выпила вино из фужера и поняла, что перед тем, как мир окончательно поплывёт нужно предупредить Гамлета.

— Гам-лет…Ратмирови-ич. Следите за мной, потому что… что я… я могу не уследить, — я залилась звонким смехом на радость присутствующим мужчинам, которые мне казались такими великолепными, красивыми и замечательными, что с трудом поборола желание их всех перецеловать.

— Всё в порядке, девочка, — Гамлет похоже прибалдел от меня. — Поедем обедать в наш ресторан, чтобы никто не мешал нашему веселью.

— А петь будем?! — восторженно выкрикнула я.

— Обязательно, — пообещал Гамлет и чувствуя, что меня не удержит предложил Руслану мою руку, но Волков немедленно встрял и очень опытно приобнял меня за талию.

Лифт двинулся, и открылись створки перед длинным чёрным лимузином.

— Стоп!!! — закричала я. — Мы Ярослава забыли!

— Не думаю, что после укуса, — Волков, обнимающий меня, вздохнул, — Ярослав куда-то от тебя денется.

***

Я нырнула в тандыр.

Всю жизнь мечтала это сделать. Каменная печь, похожая на колодец стояла справа от гардероба, на входе в кухню. Её ещё не растопили, поэтому я туда заглянула, перекинувшись через борт. Волосы упали вниз и дотянулись до приготовленных дров. Когда разведут огонь и начнут печь лепёшки, аромат будет стоять в ресторане восхитительный.

— Ты что сделал?! — услышала я возмущённый голос Ярослава.

— Я?! — рассмеялся его отец.

Меня за пояс юбки вытащили из печи и поставили на место.

— Я бл*дь на минуту отвлёкся, — возмущался мне в ухо Ярик.

Не обращая на него внимания, я полезла трогать стены. На них были прикреплены какие-то красные покрывала с геометрическим орнаментом. Какие они на ощупь, я так и не узнала, Ярик за пояс меня одёрнул обратно в свои крепкие объятия.

— Пр-р-р, стоять, — приказал мне Ярослав, но меня тянуло во все стороны сразу.

Ресторан терялся в пелене восторга, пьяные руки мечтали всё потрогать, пьяные ноги подкашивались, и я решалась избавиться от сдерживающей силы.

Ласково сняла пальцы Ярослава с пояса своей юбки, языком проезжаясь по его подбородку. Парень расслабился, я смылась.

Ковровые дорожки оказались мягкими и хлопковыми. Скатерти на столах тоже хлопковые. Столы и деревянные элементы из дерева, лакированные тёмной эмалью.

Отдельные столы со стульями. Наш-главный у небольшой сцены, где будут музыка и танцы.

На полусогнутых я подкралась к Гамлету. Ноги согнула так, чтобы быть с начальником одного роста.

— Это он? — пьяно-загадочно прошептала я, проводя рукой над собой и глядя на потолок.

— Да, — задумчиво-философски ответил Гамлет Ратмирович. — Это сокол-сапсан.

На потолке кроме страшных люстр висела бутафорская птица.

Гамлет подставил стул, и я рухнула на него. Напротив устроился недовольный Ярослав. Он кривил губы, не убирая взгляд с моей груди. Рядом с ним сел его великолепный отец.

— Кто просил девушку кусать, особенно Охотникову? — спросил Родион Миронович, уже не интересуясь моей грудью. От чего мне стало обидно, и я подумала, а не расстегнуть ли ещё пуговку.

— Я по чьей-то просьбе любить должен? — агрессивно ответил вопросом на вопрос Ярик. И со всей злости ухватил под столом ботинками мою туфлю. Задавил с двух сторон.

Я, почувствовав, что меня держит Ярик, ногу из туфли вынула и ступнёй проехалась по его джинсам.

Поласкала вначале голень Ярослава, потом колено вытянутой ноги, по бёдрам между ног игривой ступнёй залезала.

Ярик сжал ноги. Но я настырно шевелила пальчиками, умирая от удовольствия, что член твёрдый стоит, точнее упакованный рвётся наружу, встать ему не дают.

Я подкусывала губу, смотрела, как Гамлет решил меня споить, налил мне в фужер ещё вина. На стол ставили закуски и фрукты.

Волков старший смотрел на поникшего сына.

— Проблем не оберёмся, — вздохнул Родион и перевёл взгляд на Гамлета, потому что я была недееспособная. — Кто напал на Иоанну Андрееву?

— Мужчина за сорок, худощавый, с очень морщинистым лицом, — ответил мой начальник и взялся за телефон. Ему звонили.

— И холодными голубыми глазами, — добавила я.

Волковы переглянулись. Ярик дал слабину, и я ногой надавила на его твёрдый орган.

А он…

Посмотрел на меня искоса, низко голову наклоня. А это такая адская позиция для взгляда, что страшно становится. И глаза моего любовника, выцветшие стали страшными. В добавок, жуткая ухмылочка.

Я резко убрала ногу от его паха. Коленкой ткнула стол, но мужчины сделали вид, что ничего не заметили. С трудом найдя туфлю, я быстро обулась.

Села прямо, сделав очень серьёзное лицо.

Ярослав диким зверем мне показался. Вот уж мимика! Вроде человек. Бац! Волк.

Надо было выпить срочно. А то напугал.

Ярик попытался через стол выловить фужер из моих рук. Но я откинулась на стуле назад, покачнувшись, и заглотила вино залпом.

— Если Гамлет Ратмирович наливает, я пью, — заявила я, и мой довольный начальник налил мне ещё половину фужера, подтолкнул тарелку с блюдом национальной кухни.

А в зале запахло свежим хлебом. Сейчас горячие лепёшки подадут.

Как от мухи, рукой отмахнулась от ведения. Ярик действительно человек, а не зверь.

— Серовский только человеком не убил, перекинется, дело своё сделает, — приступил к обеду Волков старший. — Глупо раскидываться меткой ради спасения вырожденцев.

— Я не раскидывался! — возмутился Ярослав. — Не ради спасения Охотников, это моя… Моя женщина.

— Так тебе Охотники её и отдали. Они хоть и вымирающие, но, как секта, своих держат, — строго заявил Родион, поглощая мясо. — Если Серовский решил добить, то добьёт.

Я кинула свою голову в сторону Гамлета. Босс чужой разговор не слышал, тихо говорил по телефону.

— О чём речь? — я пыталась въехать в невъезжаемое. Непостижимое моим умом. Но то, что речь шла обо мне и моей фамилии, и оттенок сказанного был негативный, уловила точно.

— О том, что наша компания начинает строить коттеджный городок в деревне Лесное, — заявил мне Волков старший, и лицо его было умиротворённым и немного пофигическим. — Все участки мы выкупили. Остался только ваш. И Ярослав интересным способом решил вас уговорить продать его.

У Ярика отвисла челюсть.

У меня отвисла челюсть.

Даже у Гамлета она отвисла, хотя фиксировалась вроде надёжно.

— Батя, ты ху*ню ляпнул, — сдрейфил Ярик, заметно побледнев. — Иванна, это не так.

— Я не ванна, — горестно прошептала я, застёгивая пуговки на блузке. — Тебе что… только мой участок нужен?

— Нет, не только …

— Да, — кивнул Родион. — Именно участок и больше ничего.

— Нахрена ты это городишь, — оскалился Ярик.

Я залпом выпила вино, но заглушить боль от сказанного, не смогла.