Эпилог 1

– Объявляю вас мужем и женой! – торжественный голос Белобога громом раздался над собравшимися, которые сначала замерли, а потом захлопали, засмеялись, заулюлюкали и принялись обкидывать счастливых новобрачных рисовыми зернышками. – Насть, – голос Волка назойливо ворвался в ушко, опалив чувствительное местечко жарким дыханием, – я ж уже ждать не могу, давай тоже скорее жениться! – Подожди, – отмахнулась она, – ну не время ж сейчас! Смотри, сейчас молодые выходить будут! И в самом деле, из дверей храма, выстроенного в честь бога Света, появились новобрачные. Невеста сияла красотой – в пышном белом платье, фате, шлейфом ниспадающей с головы и подхваченной двумя нарядными малышками в розовых платьицах, с улыбкой на лице, она казалась невероятно счастливой, а уж жених, которого она держала на руках, прижимая к себе, и вовсе был рад. – Валигор как стыдливая девственница, право слово! – недовольно проворчал над другим ухом брат жениха. – Это ж надо, жена его на руках тащит! Дожили! – Не бурчи! – Настя обернулась к Валидубу, – лучше посмотри, как он счастлив! И в самом деле, лицо новобрачного светилось улыбкой. Как он ни противился чувствам, однако, устоять перед красотой Шамаханской царицы не смог, уломала она его, или он ее в честном бою. Первые три дня после памятной битвы девица лежала связанным кулем в углу избы, и даже головы не поворачивала в сторону наглого похитителя. А на четвертый день Валигор проснулся спутанным по рукам и ногам, в сине-золотом шатре. И как уж он туда попал – одному богу ведомо. А уж когда повелительница шамаханов мстить задумала, тут и пришлось признать Горынычу – все его мысли в отношении этой чудо-женщины были просто детским лепетом. Никуда не денешься, пришлось соглашаться и срочно организовывать свадебку, ибо невеста спустя три недели мщения оказалась беременна, да еще, по слухам, тройней! На подходе было новое поколение Змеев, и не уважить их мать, не повести ее к алтарю значило бы уронить честь русских богатырей. В общем, не битьем, так уговорами, кое-как сволокли несчастного под венец. И не сказать, чтоб он особенно сопротивлялся, скорее так, для порядку…