Глава 15. Бестолочь

Серое утро принесло зловещую тишину, даже дети ещё не проснулись. Роман спал всего несколько часов, которые превратились для него в сонную пытку. Обрывки снов были похожи на кадры из триллеров — кровь на снегу, лай собак и вой волков, красный шарф, что висел на дереве в заснеженном лесу словно петля висельника, следы на снегу. Не было только одного — Полины. Она будто исчезла не только из реальности, но и из его снов.

Он медленно поднялся с кровати, разминая затёкшие мышцы. Рома снова с надеждой выглянул в окно, будто надеясь увидеть следы на снегу. Ничего и никого. Даже снег, что валил последние два дня с небольшими передышками, наконец, прекратился. Роман написал сообщение Игорю, тот обещал собрать небольшой поисковый отряд из самых подготовленных волонтёров-поисковиков. Снегопад не давал им выйти на поиски, теперь есть шанс. Однако, Игорь, выходя с братом из отделения полиции при первом допросе, нагнал на Рому страха и безысходности.

— Есть одна проблема, Ромчик, поисковики это не следаки, они могут ненароком улики с места преступления уничтожить. Доказывай потом, что она гуляла в лесу и сама замёрзла, а не ты её убил.

— Хватит, Игорь, — процедил сквозь зубы Рома, дрожа то ли от ужаса, то ли от холода, что пронизывал его насквозь на крыльце отдела полиции.

— Нет, не хватит, Рома. Как там Данте Алигьери на вратах ада нацарапал? Оставь надежду, всяк сюда входящий? — усмехнулся Игорь, кивая на дверь отдела. — Вон там также надо было написать, в твоём случае так точно.

— Она жива! Полина жива! Она просто... Где-то... Ей плохо, она переживает... Обижена...

Брат хлопнул брата по плечу и тяжело вздохнул.

— Данте написал этот девиз на вратах ада не для того, чтобы напугать, а чтобы грешникам хоть немного стало легче принять свою судьбу. Ромыч, ты вдовец и мерзавец, чем скорее ты это примешь, тем лучше. В петлю только не лезь, у тебя двое детей. Тёте Кате только смерти сына не хватало на старость лет.

Роман замотал головой, вспоминая этот разговор по грешным душам с братом. Нет, он не готов принять, что он вдовец, что мерзавец это непреложная истина. Он поплёлся в ванную и сердце замерло, когда он увидел женский уголок жены на столешнице умывальника — баночки, брошенные впопыхах кисточки, незакрытая пудреница, расчёска, на которой было несколько волосков. Рома дрожащей рукой взял её полупустой флакон духов, которыми она пользовалась несколько лет. От этого аромата навернулись слёзы на глаза. Рома вылетел из ванной пулей и больше в неё не входил, законсервировав до возвращения жены. Она вернётся, он точно это знал.

Несколько дней спустя

Гулкие шаги каблуков по пустому коридору офиса, отдавались в голове Ромы словно удары в барабан. Январские праздники только начались, а Серебряков был уже на работе, больше ему некуда было идти. Он перебирал бумаги на столе, когда в дверь влетела Царевна Шлюхояна, ради которой он даже не поднял глаза, не то, что задницу с кресла.

— Ты... ты... ты... Сволочь! Ты выкинул мои салоны на улицу! — взвизгнула Яна.

— Ты получила предупреждение за месяц, не внесла деньги, которые должна была арендодателю. Жди повестку в суд, я уже отдал распоряжение о взыскании долгов, — устно сказал Рома, подняв на неё глаза.

— Ах ты, сука, волосатая! — взвизгнула Яна, краснея от злости. — Ты же знаешь, что меня обокрали.

— Это ты так говоришь, Яна, а по факту я дал тебе наличные и они бесследно исчезли прямо у тебя из сумочки, пока ты шлялась по магазинам. Как удобно, — усмехнулся Рома. — Иди к чёрту, Яна, там тебе самое место.

— А твоё в тюрьме! Ты же жену свою убил! — ехидно усмехнулась Яна, кривя лицо. — Ещё и на меня свалить пытался, да? Я номером один стою в списке её врагов?

Роман нервно сглотнул, глядя на счастливую от чужого горя Яну, которая светилась от радости. В отделении полиции ему задали вопрос для галочки, кто мог желать зла его жене, Рома честно рассказал о Яне — причину, телефон, адрес проживания.

Шлюхояна вдруг открыла в себе великую актрису, приложив руку к груди и скривив лицо гримасой грусти.

— Наша Полиночка пропала, беда-то какая! А ведь ты её так любил! Так любил! Что залюбил до смерти на дороге посреди леса! — хохотнула Яна, так и не пустив слезу на публику. — Не ожидала от тебя, Рома. У вас прям и вправду любовь до гроба, до Полинкиного!

Серебряков схватил со стола первое, что попалось под руку, это оказалась чашка с кофе. Она пролетела несколько метров, Яна успела увернуться и чашка разбилась об дверь.

— Заткнись, мразота! Даже имени её не произноси своим ртом поганым! — заорал Роман, сжимая кулаки.

— Что ж ты этот рот так страстно целовал весь год, Ромочка? — сдвинула бровки Яна. — А не ты ли погань теперь?

У Ромы отказали все тормоза, он почувствовал себя в моменте также, как при ссоре с женой — будто ему нечего терять, он и так всё потерял. Он метнулся к Яне и схватил её за горло, толкая к стене. Она запищала, хватаясь за его руку.

Мысли Романа отмотались на месяц назад, когда он также держал за горло эту тварь и всё ещё думал, что Полина ничего не знает. Она знала уже тогда, а, может, ещё раньше, и молчала, готовя свою месть. Яне она уже отомстила по полной, Роман своей рукой её добил, взыскивая долг. А что Полина приготовила для него кроме развода? Обвинение в своём убийстве? Он замотал светлыми волосами, нет, она не могла предвидеть, что между ними вспыхнет ссора посреди дороги и она окажется на улице. Или... Могла? Специально довела?

— Я беременна, твоим ребёнком...

— Отдашь Гниде Леониде, как родишь! Она готова уже кого угодно в жертву принести, лишь бы выжить, — зарычал Роман. — Вы же с ней это придумали! Под меня тебя подложить, когда я с ума начну сходить от ревности к Арслану! Ты масла в огонь подлила ещё до этого, мне в уши нассала про их любовь давнишнюю. Я поверил в ложь и поверил своим глазам, когда они просто обнялись на прощание, как старые друзья, — процедил сквозь зубы Рома. — Только вы подделали записи с камер видеонаблюдения в коридоре отеля, они выходили из номера вдвоём, а кроме них в люксе было ещё двое. Север Морозов, который строил для холдинга Полины несколько офисных зданий, и финансовый консультант Брюллов.

Это ему рассказал Арслан, который поначалу обещал помочь с поисками, а когда узнал, как пропала Полина, позвонил Роме и сказал, что если с Полиной что-то случится — он приедет и переломает ему все конечности. Вместо Ромы он начал помогать Игорю. Оказалось, что начальник охраны Морозова лучший друг Игоря и его старый боевой товарищ.

— Ух ты, а Полинка у нас любит в три ствола, — усмехнулась Яна, услышав подробности.

Роман сжал горло и смотрел, как её зрачки расширились от ужаса, она начала хвататься за его руку, которая перекрыла ей доступ кислорода. Он сжимал и сжимал ладонь, понимая, что надо было сделать это сразу, ещё в тот самый миг, когда Яна голой дрянью распласталась перед ним, раздвигая ноги. Теперь уже поздно... Серебряков отпустил змею, схватил её за руку и потащил к двери.

— Я беременна! Жди! Посажу на алименты, Бунтарь!

— Получишь только копейки, Яна, даже на пелёнки не хватит! Сама залетела — сама рожай! Мне этот ублюдок не нужен!

— А кто тебе нужен, Ромочка? Жена твоя любимая, которую ты на верную смерть отправил? Я нужна была тебе весь этот год! Ты сам мне первый писал! Сам! Я тебя, может, и соблазнила первый раз, подсыпав соли про Арса, настоящего мужика для Полины, которого ей готовили в мужья всю жизнь. Но все остальные разы ты решал сам, что тебе делать! Сам!

Ор Яны потонул за дверью, которую Рома захлопнул и закрыл на замок. Он прижался лбом к двери и тяжело задышал. Устами змеи говорила правда. В первый раз, когда Яна упала перед ним полуголая на колени прямо в одной из комнат чьего-то особняка на большой вечеринке богатеев, он ещё испытывал стыд и вину, когда расстёгивал ширинку.

Во второй, он подготовился, чтобы никто не смог прервать их случайный секс. Роман оторвался на Яне по полной, считая, что имеет на это право. Полина изменила и пришла в тот день домой, как ни в чём не бывало. Рома смотрел на неё и не мог понять, как можно быть такой спокойной, когда предашь любимого? Оказалось, можно, он был спокоен, возвращаясь к Полине и детям, садился с ними за семейный ужин и держал свою жену за руку.

Надо было закатить скандал, когда он увидел её с Арсом, но, собираясь это сделать, Рома понял одну ужасную для себя вещь — если Полина уйдёт от него после скандала, ему не жить. Без неё это не жизнь. Он смирился с её изменой, тем более Арс жил в Питере, а Полина его терпеть не могла. Никогда туда не ездила за все годы брака Серебряковых.

Рома убедил себя, что секс между Полиной и Арсом был случайностью, вспышка прежних чувств, внезапно нахлынувших наедине. Его отношения не были случайностью — это была спланированная акция. И ему нравилось в ней участвовать. В Яне он видел абсолютное подчинение и поклонение, которого никогда не видел от жены. Больше не увидит, ничего из вышеперечисленного, в том числе и Полины...

Рома отлепил лоб от двери и понуро поплёлся к рабочему столу, рухнул кучей дерьма в кресло и уставился в пустоту. Что он будет без неё делать? Как жить? Как детям смотреть в глаза? Собственные родители его теперь, кажется, ненавидят. Отец не произнёс ни слова после того, как Рома признался и в измене, и в в том, как пропала Полина, мать только плакала. Лишь старшая сестра сказала за всех, что он урод моральный, лучше б сам из машины вышел и потерялся.

Серебряков открыл ноутбук и попытался поработать, но навязчивые мысли скакали в голове кусачими блохами. Его палец замер над клавиатурой, когда он вдруг вспомнил про слова Яны об ограблении. Кто-то вытащил у неё деньги из сумочки? А что если она не врёт? Роман открыл скрытую папку, где хранился доступ к криптокошельку и оффшору, где он хранил средства, которые вывел из компании в обход Полины. Рома до сих пор не мог себе объяснить, зачем он это сделал. Просто подвернулась такая возможность и он ею воспользовался.

Он не мог поверить своим глазам: ноль целых ноль десятых остаток на счетах. Рома судорожно обновил страницу, ещё и ещё, пока не осознал пугающую реальность — сразу после того, как он сделал перевод частями, чтобы снять деньги с одного счёта, а потом с другого, остальные средства в течение суток уплыли на разные криптокошельки. Один за другим, выдоив счета до капли.

Только сейчас Серебряков додумался проверить общий счёт с женой в банке — пусто. Два крупных перевода в компании-застройщики недвижимости и один поменьше — в благотворительный фонд.

Рома откинулся спиной на кресло — вот, что Полина имела ввиду, когда сказала, что он следующий в очереди на месть. Теперь ему придётся жить от зарплаты до зарплаты, которой скоро не станет. Гнида выдавит его из компании своей дочери сразу, как получит свидетельство о смерти, а Рому закатают в тюрягу. Вот она — месть обиженной женщины. Похоже, Полина всё продумала заранее и очень давно...

Несколько дней спустя

Снег и деревья, деревья и снег...

Четвёртый день Рома плёлся в хвосте поискового отряда, с тремя собаками и подготовленными людьми — альпинисты, профессионалы хайкинга, бывшие полицейские и суровые выживальщики, которые в тайге могут построить сруб с помощью перочинного ножа. Рома среди них не отличался выносливостью и терпением, но всё равно продолжал искать жену, не потому что верил, что она где-то здесь, а потому что это было бы слишком подозрительно. За эти дни он приучил себя к мысли, что Полина жива, просто держит его за идиота. И всё же, натыкаясь на подозрительный сугроб, сердце Романа замироло, когда он расшвыривал его и находил лишь снег или ствол дерева.

У них было всего несколько часов в день до темноты, чтобы искать исчезнувшую, но уже четвертый день они возвращались ни с чем. Собаки не брали след, а только отвлекались на запахи мелких зверьков. Игорь уверенно раздавал всё новые и новые квадраты для поисков, они углублялись в лес всё дальше временами, но понемного следопыты начали говорить ему, что она не могла так далеко уйти. Замёрзла бы намного раньше. Игорь стискивал челюсть и волком смотрел на брата, который еле дышал после заходов в лес.

На пятый день возле багажника внедорожника Игоря, он оглядел всех присутствующих обессиленных поисками мужчин, которые держали кружки с дымящимся чаем в руках.

— Всем спасибо за помощь, присоединяйтесь к моему поисковому чату, рад был познакомиться с вами, мужики. Летом, может, встретимся, как потеряшки в лес пойдут без компаса, — устало улыбнулся он, пожимая руки хорошим людям.

Когда все разъехались, остались только два брата, которые смотрели друг на друга, один с пренебрежением, другой с болью.

— Спасибо тебе, Игорь, ты столько людей собрал, ещё и собак где-то достал...

— Я? Я просто их организовал, их работу оплатил Салагаев, собак тоже.

Рома расширил глаза от удивления, глядя на Игоря.

— Хоть один мужик в окружении твоей жены был. И это не ты, — усмехнулся Игорь. — Помнишь, тебя дед вечно бестолочью звал? Я тебя жалел, а теперь думаю, надо было кирзовым сапогом тебя пиздить, может, дурь-то из тебя дед бы выбил.

Двоюродный брат сплюнул на снег и захлопнул багажник.

— Давай, Ромыч, до весны. Она найдётся. Звери, конечно, части растащат по норкам, но что-то да останется.

Серебрякова чуть не вырвало, но он сдержался, а когда машина Игоря скрылась за поворотом, Рома перестал сдерживаться и заорал:

— ПОЛИНА!

Лишь эхо далеко в лесу ответило ему отголосками любимого имени. Никто больше...

Месяц спустя

Роман вздрогнул, когда на экране телефона загорелся звонок от неизвестного номера. Он теперь боялся их как огня. Каждый звонок мог быть приговором Полине и ему заодно. Он пережил несколько допросов, где его пытались уличить во лжи, но Роме нечего было сказать, кроме того, что он уже сказал и сделал.

— Алло, — хрипло сказал Роман неизвестному собеседнику.

Девушка с холодным голосом попросила его сдать ДНК детей или ближайших родственников, чтобы сравнить с найденными за месяц останками неизвестных.

— Простите, не могли бы вы позвонить её матери, мы не общаемся. Она меня на порог не пускает, — сдавленно сказал Роман. — Наши с Полиной дети не её по ДНК.

Девушка взяла контакты Леониды и оставила Романа в ожидании нового звонка, о том, что нашлось совпадение. Она перезвонила через час, раздраженная и нервная, видимо, Леонида её довела до ручки за один разговор.

— Вам нужно найти ДНК жены — волосы, ушные палочки, зубная щётка, — выпалила девушка.

— Её мать отказалась сдавать кровь? Она совсем с ума сошла?!

— Что вы мне голову дурите, Роман Викторович! Что у вас там вообще происходит? И мать, и дети из пробирки? Эта женщина вашей жене не родная мать! Сразу сказать нельзя было?! Обязательно издеваться?!