Глава XXI. Кто же я?

Зря я считала Фреда наивным деревенским мальчишкой, на которого никто не обращал внимания. Брат был умен и наблюдателен. Несмотря на юный возраст, он догадался, что я не Надин Лекрой. В проницательности мальчишке не откажешь.

Вот только как объяснить кто я такая? Что я перенеслась в тело его умирающей сестры, наследницы Лекроима? А он поверит? Вопрос, однако….

Фред упрямый, он не отстанет. Нужно срочно что-то придумать. Может, стоит рассказать часть правды? Сказать, что я путешественница во времени, из далекого будущего. Это звучит абсурдно, но, возможно, легче для восприятия, чем история о вселении души.

Я вздохнула, а потом попросила Фреда отойти от кузницы как можно дальше. Нужно найти укромное место и честно поговорить с братом. Как бы то ни было, а я считаю этого мальчика своим братом.

Честный разговор…. Звучит просто, но как облечь в слова такое невероятное признание? Как убедить Фреда в реальности происходящего, не сойдя при этом за сумасшедшую в его глазах? Слова нужно подобрать как драгоценные камни, чтобы создать из них не просто правду, но и щит, способный выдержать его неверие.

Решение пришло внезапно, как вспышка молнии. Расскажу историю как сказку. Сказку о женщине, жившей в далеком будущем, о мире технологий и невероятных открытий. О том, как она случайно попала в вихрь времени, который принес ее в этот мир, в тело его сестры. Сказка, конечно, но с зерном правды. Может, так ему будет проще принять немыслимое.

Мы вышли к монастырю, но не пошли в дом паломников, а направились в сад. Пока мы шли по дорожкам, я уже собралась с мыслями. Фред смотрел на меня с каким-то странным, изучающим взглядом. Я откашлянулась, приготовившись к своему представлению.

— Фред, сядь, пожалуйста. Мне нужно тебе кое-что рассказать, — начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно и уверенно, — Это будет долгая история, и, возможно, ты не поверишь ни единому слову. Но, пожалуйста, выслушай меня до конца.

Я начала свой рассказ, искусно переплетая правду и вымысел. Рассказывала о технологиях будущего, о невероятной силе науки, способной подчинить время и пространство. Говорила о случайном сбое, о вихре энергии, выбросившем меня в прошлое, в этот мир, в тело Надин.

Закончив, я замолчала, глядя на Фреда с тревогой. Он молчал, его лицо было непроницаемым. Не знаю, поверил он или нет, но в его глазах я увидела… интерес. И это уже было немало.

— Ну и выдумщица ты, сестрица — с иронией пророкотал Фред, — Надин умерла, тетка Хедвига травила и изводила её долгое время. Я знал это, но сделать ничего не мог. Мальчишка тяжело вздохнул, а потом выдал....

Он знал, что его старшая сестра умрет. Это был вопрос времени. Надин Лекрой не то, чтобы сильно любила его или была к нему привязана. Но относилась к нему спокойно. Она знала, что их отец изменял её матери с горничной Эдитой. В результате этой постыдной связи родился Фред. Надин никогда не скандалила, и не унижала Эдиту. Она даже сочувствовала той, когда Филип Лекрой заставил её покинуть замок и выйти замуж. Надин отдала несколько книг и старых игрушек Фреду. Она же научила его читать и считать. Однако она никогда не называла его братом, не дарила подарков, никогда не переживала сыт он или нет, есть ли у него одежда и башмаки или нет.

— Когда ты очнулась, я думал, что Богиня — мать услышала наши молитвы. Пожалела нас несчастных сирот, и у Лекроима будет хозяйка, — строго говорит Фред, глядя мне в глаза, — Но потом я понял, что ты не моя сестра. Надин Лекрой никогда бы не сбежала из родового замка. Она бы лучше умерла от рук своего дяди, но не отказалась от титула и графства.

А еще она бы не раздала больше половины денег слугам, когда у неё самой заштопанные чулки и стоптанные туфли. Надин любила Армель, но никогда не стала бы отдавать ей последнюю воду и пирожок.

— Надин боялась вида крови, она бы никогда не смогла принимать роды и помогать женщинам, — тихо говорит Фред, — Она была гордой магичкой, никого не обижала, не унижала, но и не заботилась ни о ком, кроме Армель.

Фред отвернулся, пряча боль и разочарование в глубине своих детских глаз.

— Ты совсем другая. И я не понимаю, кто ты такая, и зачем пришла.

Голос мальчика дрогнул, словно тонкая льдинка, готовая разбиться от малейшего прикосновения. Он поджал губы, пытаясь сдержать подступающие слезы.

— Я много молился Богине — матери, — продолжил Фред, глядя куда-то в сторону, — Просил, чтобы она вернула мне сестру. Хотя бы на чуть-чуть. Чтобы она защитила Армель. Чтобы Лекроим не остался без хозяйки.

Мальчик замолчал, сглотнув комок в горле.

— Я думал, ты и есть ответ на мои молитвы, — прошептал Фред, повернувшись ко мне лицом, — Думал, что Боги все-таки услышали меня. Но ты… Ты слишком добрая. Слишком смелая. Слишком… настоящая. Надин была словно фарфоровая кукла. Красивая, но холодная. А ты… ты живая. И добрая, и ты говорила, что любишь нас и что мы семья.

В его словах звучала одновременно надежда и отчаяние. Надежда на то, что чудо все же возможно. И отчаяние от того, что реальность оказалась совсем не такой, какой он ее представлял. Я видела в его глазах отражение собственной растерянности. Кто я? И почему оказалась здесь?

Воспоминаний о прошлой жизни Надин Лекрой, которой больше нет, я не видела. Но я видела мальчика и девочку, которые так отчаянно нуждались в защите.

— Знаешь в прошлой жизни я тоже осталась сиротой, когда мои родители погибли. И хотя я была уже взрослой, но очень сильно страдала без них. У меня остались брат Дмитрий, примерно твоего возраста и младшая сестра Вера, — я стараюсь говорить мягко, чтобы не бередить раны Фреда и свои, — Я помню, как было тяжело моим близким без родителей. Я уже была замужем, но поддержки от мужа не видела.

Фред смотрит на меня своими большими, полными слез глазами. В них столько боли и непонимания, что мне становится физически больно. Я протягиваю руку и мягко касаюсь его щеки.

— Я знаю, что тебе тяжело, Фред. Но ты не один. У тебя есть я, у тебя есть Армель. Мы всегда будем рядом. Я выгляжу как твоя сестра, но я ничего не помню о её прошлой жизни, — тихо говорю я, — Я не знаю была ли я хорошей сестрой для тебя. Но одно я могу пообещать тебе. Я буду рядом, Фред. Что бы ни случилось. Ты не один. Я всегда прикрою твою спину.

Я знаю, что мои слова для него сейчас как спасательный круг. Я надеюсь, что они помогут ему выстоять.

Я не знаю, что будет завтра, но я знаю точно одно: я буду рядом с Фредом и Армель. Что в прошлой жизни, что в этой, я буду рядом со своим братом и сестрой. Я буду их опорой, их защитой, их семьей. И мы пройдем через все вместе.

Надежда Ивановна никого и никогда не бросала. И в этой жизни по-другому не будет. Имя другое, образ жизни, время, мода, род занятия, но одно останется неизменным. Я та, кто я есть….