Глава XXXVI. Приглашение

В тот день мы отправились на пикник к озеру вместе с графиней, маленькой Адель и Эриком Родригсом. Солнце искрилось на воде, будто рассыпало горсти золотых монет.

Адель Родригс оказалась очень милой и доброй девочкой. Я видела, что моя сестрёнка явно желает подружиться с этой милой девочкой. Проблема была в том, что Армель по-прежнему не говорила. Её молчание, как непробиваемая стена, возвышалась между ней и остальным миром.

Вечером в замок вернулась Онорина Гестер. Видимо графу удалось убедить её вновь вернуться на службу графине.

Арлета Кэриган Родригс дала мне слово, что больше не будет поститься и не станет слушать чужого мнения по поводу своей беременности. Горничная Присцилла следовала за графиней как хвостик. Графиня решила оставить девицу своей личной горничной, а граф Эрик пообещал прибавить Присцилле жалование.

Эрик Родригес пообещал, что завтра на рассвете родственницы его мачехи будут отправлены прочь из замка. Он выметет их, как сор из дома, чтобы не оскверняли своим присутствием родовой замок Родригс.

На мой вопрос, что он будет делать с лекарем Друзом, получила ответ, что оный джентльмен завтра же отправиться из замка в Гарланд в дом непутёвого сына. Однако теперь рассчитывать на достойную пенсию господину Друзу не придётся. Он предал доверие графов Родригс и не может рассчитывать на их материальную поддержку в старости. Суровое наказание, но всё же справедливое. Предательство, как ржавчина, разъедает даже самые крепкие узы.

Фред скакал как заяц, смешил маленькую графиню Родригс и Армель. Его движения были столь стремительны и комичны, что даже обычно сдержанная Армель не смогла сдержать тихий смешок, будто первый весенний росток, пробившийся сквозь холодную землю. Адель Родригс очень привязана к графине Арлете. Девочке явно не доставало любви и заботы матери. И я делаю вывод, что принцесса Ядвига не проявляла внимания и заботы в отношении девочки.

Вечером мы собрались ехать домой. Я категорически отказалась принимать деньги от графа Эрика, заявив, что помогла от души, не ожидая платы. К тому же сегодня мои услуги повитухи оказались невостребованными.

— Вы показали себя не как повитуха, госпожа Верона, а как верный и преданный друг графини, — тихо возражает граф Эрик, его слова звенят искренностью, — И я от души вам благодарен. Не уверен, что смог бы сам справиться с этой ситуацией. Ваше присутствие — это не звонкая монета, которую можно отсчитать, а бесценный дар, который невозможно измерить. У моей мачехи нет друзей. В её положении очень важно чувствовать поддержку и участие. И ваша помощь бесценна.

Граф Эрик берет мою руку и нежно целует. Я невероятно смущена, особенно когда на нас смотрят три пары детских глаз.

Адель Родригс просит меня и Фреда снова приехать к ним в гости. Она будет рада поиграть с Армель.

А утром на нас обрушился воз подарков из замка Родригс. Вся деревня Малые Лисички была в курсе того, что графиня Арлета прислала дары скромной повитухе Вероне Краузе. Слухи, как лесной пожар, мгновенно охватили каждый дом.

В корзине благоухали зрелые персики и большая дыня из графской оранжереи. Два горшочка мёда радовали своим ароматом. Два кольца копченой колбасы и три головки сыра радовали глаз и рецепторы. Но лучшим подарком стал отрез тонкого сукна ярко синего цвета. Агата тут же заявила, что мне нужно заказать новое платье.

Беда в том, что денег на пошив платья у меня не было. Несмотря на статус повитухи графини Родригс, моё финансовое положение оставляет желать лучшего.

Последние два сольда я отдала, заплатив дровосекам за большую телегу дров. Ночи становились все прохладнее, по вечерам мы топили камины.

* * * * * * * * * * * * *

Сегодня Фред и Армель впервые отправились в школу. Я с теплом и гордостью наблюдаю, как мои брат и сестра, одетые в новые наряды и ботинки, с новыми холщовыми сумками на плечах, идут по дороге к учебному заведению.

Хотя в Малых Лисичках не было бедности, далеко не все дети могли похвастаться обновленной одеждой и обувью в этот важный день. Видимо, не у всех семей хватало средств, чтобы подготовить детей к началу учебного года.

В тот же день я вместе с Агатой тоже надела новые платья и собрала два небольших букета из цветов нашего сада. Мы решили пойти проводить ребят в школу.

Интересно, что все дети деревни смотрели на нас с удивлением — здесь не было традиции устраивать какие-то торжества по случаю первого учебного дня, это считалось обычным делом. Тем не менее Агата зарезала утку, сварила лапшу. А я запекла утку с яблоками и испекла пирог. Урожай яблок в этом году очень большой.

Неделю назад мне несказанно повезло. Наконец-то мне удалось оформить документы для Фреда и Армель. За два дня до этого я принимала роды у внучки старосты деревни, Томаса Илви. Его внучка Корделия родила мальчика, и старик был безмерно благодарен. Я набралась смелости и попросила его помочь с выпиской двух листов о рождении. Томас был удивлен, но я объяснила, что до сих пор не смогла восстановить документы своих племянников. Фреду и Лилиане нужно учиться, а для этого нужна запись в приходской книге.

Мы с Агатой решили, что для Армель лучше взять другое имя — так будет проще скрыть следы. Поэтому я оставила второе имя сестры. Пусть все в Малых Лисичках будут называть её Лилианой.

Томас Илви не отказывался помочь, но и ничего не обещал. Я лишь сказала, что для нас очень важно было, чтобы у детей были официальные бумаги, даже если место рождения будет указано не совсем точно. Староста заметил, что ребята уже достаточно взрослые, и в приходской книге тех лет не осталось свободных строк для записи.

Увидев моё огорчение, Томас Илви предложил выход: у него имелись два бланка листов о рождении из соседней общины Гарланда, которые остались неиспользованными. На этих бланках уже стоит печать Империи, что придаёт им официальный вид. Он согласился заполнить их, указав в качестве места рождения именно Гарланд, чтобы избежать лишних вопросов и подозрений. Это решение казалось нам с Агатой наилучшим — формально документы будут в порядке, а происхождение детей останется в тайне.

Так начался новый этап в жизни Фреда и Армель — теперь они не просто дети без документов, а официально зарегистрированные жители Малых Лисичек, пусть и с вымышленными данными. Это даст им возможность учиться, поступить в Академию, и возможно, в будущем строить свою судьбу без лишних преград. Я чувствую облегчение и гордость одновременно — несмотря на все трудности, мне удалось защитить их и дать шанс на лучшее будущее.

* * * * * * * * * * *

Навестив и осмотрев Терезу, дочь бондаря Нестора Спарре, я тороплюсь домой. Сегодня у нас праздник, скоро придут из школы Армель и Фред. Нас ждет праздничный обед.

У ворот дома стоит карета с гербом графов Родригс. Неужели с графиней что-то случилось? Сердце забилось, предчувствуя неладное.

Зайдя в дом, я с удивлением вижу графа Эрика, который, как молния, быстро встает из-за стола, и его дочку Адель, похожую на нежный бутон розы. Граф одаривает нас улыбкой, теплой, как летнее солнце, и говорит, что они с Адель приехали поздравить Фреда и Армель с первым учебным днем.

— День новых знаний — как первый луч рассвета, рассеивающий тьму невежества, — говорит он, словно мудрый философ, — Адель очень хотела поздравить своих новых друзей. Я заехал заодно спросить, не нуждается ли школа Малых Лисичек в чем-либо?

Я удивляюсь, так как в Большой Гардарике не принято отмечать первый учебный день. Тем более в деревнях. Это казалось столь же необычным, как увидеть снег в разгар лета.

Адель, подобно робкой лани, следует за отцом, ее глаза взирают с любопытством на окружающую обстановку.

Агата тем временем накрывает на стол, двигаясь с грацией танцовщицы. Она говорит, что пригласила графа и его дочку на обед. И те ответили согласием.

Я удивленно вскидываю брови. Неужели граф Родригс будет обедать в скромном доме деревенской повитухи и ее матери травницы?

Эрик Родригс улыбается и говорит, что он не такой уж избалованный аристократ, а во время войны радовался миске пшенной каши у походного костра. Чистая рубашка была малодоступной роскошью, а свежеиспеченный пирог большой наградой. Поэтому для него честь сегодня обедать в нашем доме.

Через несколько минут приходят Фред и Армель. Адель Родригс искренне им рада и вручает небольшие подарки. Мои брат и сестра получают по флакончику чернил и две тетради. Очень даже нужные подарки, особенно учитывая стоимость канцелярских принадлежностей.

Агата ставит на стол горячую лапшу, а я салат с лесными грибами, и аромат наполняет комнату. Мы быстро усаживаемся за стол. Графа не смущает ни глиняная расписная посуда, ни отсутствие столового серебра.

Адель, несмело пробует ржаной сухарик, и ее щеки мгновенно покрываются румянцем. Она говорит, что суп очень вкусный и начинает активно работать ложкой.

Кусочки запечённой утки с яблоками тоже вызывают похвалу графа, как и салат, приготовленный мной.

Позже мы пьем травяной чай с яблочным пирогом. А чуть позже, после того как Адель уходит в комнату сестры рассмотреть немногочисленные игрушки Армель, граф встает из-за стола и обращается к Агате.

— Госпожа Краузе, я прошу разрешения пригласить вашу дочь на бал в замок Родригс, в честь праздника урожая.

— Госпожа Верона для меня будет честью, если вы будете присутствовать на балу, в нашем родовом замке, — говорит он, обращаясь уже ко мне, — Я прошу разрешение у вас и вашей матушки ухаживать за вами официально.

Бум, и я резко опускаюсь на стул. К такому я явно не готова…