Глава 13

Что случилось? Ничего уникального – Фиар срочно отбыл по некоему наиважнейшему делу.

Услышав эту новость, я усмехнулась и подумала, что судьба меня всё-таки бережёт.

Случись между нами что-то кроме поцелуев, я бы, невзирая на весь здравый смысл, почувствовала себя униженной. Ведь что может быть ужаснее мужчины, сбежавшего после первой совместной ночи? Разве что мужчина сбежавший навсегда.

Слова Джиллы я выслушала затаив дыхание, а потом заставила себя кивнуть и выдохнуть.

– Отлично, – сказала, но в голосе прозвучали предательски-нервные нотки. – Значит, я сейчас в замке одна? В смысле, если не считать вас с Джолтом, Леду и снеговиков?

– Да, из господ только вы, – подтвердила Джилла, склоняя голову в поклоне, и меня слегка передёрнуло.

«Из господ» – логичное, но странное сочетание. Лично я госпожа без году неделя, и ещё неизвестно стану ли хозяйкой этого замка.

Поймав себя на этой мысли, я поняла, что исчезновение Фиара ударило по нервам сильнее, чем я надеялась. Настроение ушло в глубокий минус. В такой, что я не сразу поинтересовалась явно болезненным состоянием Джиллы – у женщины словно начинался грипп.

Но вынырнув из некоторой зацикленности, я всё-таки спросила:

– С тобою всё хорошо?

Джилла пожала плечами с заметным недоумением.

– Что-то не так? – не поняла я.

Ответ прозвучал не сразу:

– Леди Искра, я не понимаю, ведь мы с Джолтом никогда не болеем.

– Всё бывает в первый раз, – попыталась пошутить я.

После коротких препирательств всё-таки потрогала её лоб, но это было бесполезно – Джилла ведь состоит из снега, льда и магии, и я не знала, как интерпретировать её холодный, чуть влажноватый лоб.

Чем лечить тоже было не ясно. Зато возник вопрос:

– А как Джолт? Он тоже заболел?

– Нет, – ответила помощница, и я выдохнула, ведь получалось, что болезнь не заразная.

Не зная что предпринять, я отправила Джиллу отдыхать, а сама пошла в столовую, на завтрак. И вот там-то столкнулась с Джолтом, который тоже выглядел неважно. Бодрее, чем Джилла, но всё равно.

Впрочем, самое неприятное ждало впереди – Леда и Вьюго.

Они не жаловались, краснотой глаз и редким, удивляющим самих себя чиханием не отличались, но я чётко видела, что что-то не так. Оба были как будто пришибленными, неразговорчивыми, от их обычного оптимизма остались лишь обглоданные копытца.

При взгляде на вот таких малышей, закралось в мою душу нехорошее сомнение. Догадка, которую я тут же попыталась погасить.

А после завтрака, учитывая отсутствие Фиара и подавленное состояние компаньонов, я отправилась в библиотеку. Джолт, услышав о моём желании взглянуть на книги, сильно удивился, но всё равно проводил.

Помещение оказалось гигантским! Словно сошедшим со старинной картины – с потолком до неба, такими же бесконечно-высокими стеллажами, с лестницами, которые перемещались по каждому сектору и при взгляде на которые к горлу подступал ком страха – если упасть с подобной, точно превратишься в блин.

Ещё тут имелся отгороженный широкими колоннами камин, и слуга трижды извинился за то, что не может его разжечь.

– Я странно себя чувствую, леди Искра, – Джолт виновато уставился в пол. – Боюсь не совладать с огнём.

Я кивнула, заверила, что всё хорошо и камин не нужен, но, когда слуга вышел, поняла, что ошиблась. То ли библиотеку в замке редко посещали, то ли что-то ещё, но тут было ощутимо холодней чем в других помещениях, даже пар изо рта шёл.

Пожалуй, я могла сходить за шубой, но, чтобы найти свои покои, а потом заново отыскать библиотеку, требовалось вновь призвать Джолта. А тому, как и Джилле, явно требовался отдых.

Да и какое удовольствие, сидеть, кутаясь в верхнюю одежду? Даже такую шикарную, как белая мантия, которую подарил Фиар?

После недолгих раздумий я решилась.

Подошла к камину и принялась осматриваться на предмет приспособлений для розжига. Дрова были уже заложены, полагалось лишь отыскать спички. Где, позвольте спросить, представители снежной расы могут хранить огонь?

Это оказался ящик невысокой тумбы, спрятанной за колонной. Я вытащила коробку длинных каминных спичек, а потом кое-что произошло.

Когда чиркала спичкой, собственные руки вдруг стали очень горячими, а вены и вовсе – словно вспыхнули пламенем. Спичка в итоге не просто загорелась, а практически взорвалась.

Зато этого огня хватило поленьям! Они занялись даже раньше, чем растопка – мелкая стружка и веточки, сложенные в самом низу.

Пламя в камине разгорелось быстро, а я отступила, ощущая нервный ужас. Что это сейчас со мною было? Что за ерунда?

Закончив с розжигом камина, я обратила свой взор на книги. Но состояние было уже таким, что даже на изучение корешков сил хватало с трудом. Я наобум выбрала стеллаж и полку, вытащила первую попавшуюся книгу, и нахмурилась, увидев на потрёпанной кожаной обложке стилизованное изображение пламени.

Ну а почитав, вернулась к мысли, которая посетила ещё в столовой, и которая мне категорически не нравилась! Огонь и лёд несовместимы, это всем известно. Более того, они влияют друг на друга убийственно в прямом смысле – лёд гасит пламя, а пламя топит лёд.

Побеждает тот, кто сильней, а Фиар… если верить Ворожее, Тринадцатый подпал под мои чары.

Это взаимно! Я тоже очарована, но симпатия бастарда… кажется, она сделала меня наоборот сильней.

У меня нет и не будет магии! Но я огненная по своей сути, и спички это только что доказали! А ещё, до моего появления, в этом замке не возникало никаких странностей. Существа, пробуждённые магией феникса, не норовили расклеиться и слечь с непонятной болячкой.

А теперь – вот.

Огненная леди, идеальная спутница фениксов в замке, и всё плохо. Да ещё О грозит дополнительными проблемами, чтобы меня отсюда забрать…

Неужели Ледяная Ворожея была права, и наша симпатия – просто ошибка?

Я – ошибка. Крайне опасный промах, который допустил Фиар.

Фиар

Великий Белый Хребет, что уютно расположился на высоком горном пьедестале и простирался на тысячи миль, разделяя Великий Север с Огненными землями, носил ещё одно имя – Колыбель Белой Господинки.

Так издревле звали обширное нагорье из цепи горных вершин и массивов снежные ведьмы, Ворожеи Севера.

Снизу нагорье выглядело монументально и даже пугающе. А с высоты полёта феникса гористая цепь напоминала спящую на боку деву. Если хорошо приглядеться, становились видны даже сомкнутые веки, опушённые белыми веерами ресниц, кулак под щекой и разметавшиеся снежными оползнями волосы.

Сразу за Хребтом начинались Белые Горы – вотчина ворожей, йети, ёкай, снежнорхов и прочего холодолюбивого люда.

Фиар описал круг окрест скалистого пика и опустившись на вершину, принялся вглядываться вдаль.

Фаеро возник неожиданно.

Буквально соткался прямо из воздуха.

Брови Фиара сдвинулись к переносице: он как раз-таки ждал Фаеро, знал, что тот прибудет на встречу.

И не заметил, как брат подкрался практически вплотную!

Не отследил его огненной магии в пространстве.

Это было плохо. Даже откровенно паршиво.

Как сказала матушка? Он утратил своё хладнокровие. Неужели всё дело в этом? Но как же опостылела эта жизнь в вечном ожидании не то нападения, не то подвоха, не то очередной интриги. Не жизнь это, а давно опостылившее существование сторожевого пса.

К тому же сейчас не это главное.

Заметил ли его слабость Фаеро?

– Приветствую, братец! – Огненный опустился на пик напротив и улыбнулся снежному так широко, будто всю жизнь только и грезил о встрече и теперь мечта его осуществилась.

– Ты прислал перо. – Перешёл Фиар сразу к делу. – С просьбой о помощи.

Тринадцатый принц хмурился. Третий же, напротив, был сама безмятежность.

– У меня не было выхода, – сообщил он, пожимая плечами. Поймал отпущенное снежным перо и приложил его к расшитому золотом камзолу. Соприкоснувшись с тканью, перо тут же превратилось в затейливый завиток. – Иначе тебя не выманишь из твоей ледяной берлоги, братец.

Снежный прищурился.

– А я не лисица и не барсук, чтобы меня из норы выманивать. – Буркнул он. – Когда нужно, сам выхожу. Если помощь не нужна, в чём дело, брат? Только не ври, что сильно соскучился. Нет, если очень сильно, можем продолжить с того, на чём закончили.

С этими словами снежный раскинул руки в стороны и кожу изнутри привычно защекотали магические лезвия. По лицу огненного пробежала судорога. Никому не нравится вспоминать о своём поражении. Тем более о таком позорном.

– Не горячись, Фиар. – Как будто искренне попросил Фаеро, демонстрируя раскрытые ладони в знак своей доброй воли. – Ты, хоть и снежный, всё же брат мне. И насчёт помощи я не соврал. Нужна помощь. Вот только не мне.

– А кому?

– Тебе.

– Очень смешно, Фаеро. Если с юмористической программой у тебя на этом всё, я полетел.

– Стой! Да погоди же! Я ведь здесь, чтобы тебе помочь.

Снежный насмешливо приподнял бровь.

– Помочь в чём?

– Ты знаешь.

Какое-то время братья молчали.

Огненный явно ждал какой-то определённой реакции снежного.

Не дождался.

– Ты ведь сам всё понимаешь, Фиар. – Наконец, произнёс Фаеро. – Ну, погорячился малость, с кем не бывает. На Смотрины не пригласили, иномирянку не представили… Кто ж мог подумать, что огненная девушка покажется тебе настолько, хм, достойной внимания. И уж точно никто и предположить не мог, что ты заберёшь её из вредности… Полно, брат. Доказал всем и каждому, всей Империи доказал, что способен бросить вызов огнекрылым. Теперь пришла пора остыть. Отпусти девочку. Не мучай.

Уголки рта Тринадцатого принца помимо воли поползли в стороны.

– Мучить? Брат, ты в своём уме?

Вспомнились поцелуи на заснеженной веранде. Её губы… Поначалу робкие, полные тревожной нежности. И с каждой секундой всё более решительные, всё более доверчивые. Искра таяла и млела в его руках. А он вдохнуть лишний раз боялся, чтоб не спугнуть, не оттолкнуть это рыжее чудо.

– Выбор сделан, Фаеро. – Произнёс Тринадцатый принц спокойно. – Кстати, отец в курсе, что ты пытаешься обойти его приказ?

– Проклятье, Фиар! Это не шутки! Как ты не понимаешь! Разве мог Император поступить иначе? Как и все мы. Ты извини, конечно, я знаю, ты не любишь, когда напоминают об этом. Но ты же…

– Что я? Ну? Говори.

– Смертный. – Выдохнул Фаеро.

– Ещё скажи, что сражался не в полную силу. – Холодно усмехнулся Фиар.

Третий принц мстительно прищурился. Губы его сжались, словно горизонт в степи.

Вот только братец мог сколько угодно петь в уши, что Фиар им родная кровь, и как они всем семейством старались не укокошить ненароком незадачливого бастарда. Как старательно рассчитывали силы в поединке со смертным… Оба феникса знали, что это было ложью.

Знали, что если бы не готовность Фиара скорее сдохнуть, чем уступить иномирянку, Император не отдал бы её.

– Вы не можете быть вместе, Фиар. – Покачал головой огненный. – Опомнись. Одумайся. Верни её.

– Она – не вещь, чтобы её возвращать! – процедил в ответ Тринадцатый.

В глазах Третьего зажглись опасные огоньки.

– Не хочешь по-хорошему, отдашь по-плохому. – Прошипел он.

А Фиар неожиданно усмехнулся.

– Вот теперь и я приветствую тебя, Фаеро. Теперь я уверен, что ты – это ты, а не перевёртыш, притворившийся моим братом. Но если у тебя всё, мне правда пора.

Гулкий хлопок – и крылья распахнулись парусами за его спиной. Снежным облаком взмыли по сторонам мириады снежинок.

– Не спеши, брат.

Голос Брана был невозмутим.

Как и положено быть голосу наследника Огненного престола.

Сам наследник проступил из воздуха рядом с Фаеро, на соседнем пике.

По другую сторону от него вырисовался ещё один огнекрылый силуэт.

– Давно не виделись, братец. – С удовольствием кота, загнавшего мышь в угол, произнёс Сваргус.

На лице Фиара не дрогнул ни единый мускул.

Но только одной Стуже ведомо, чего снежному стоило ничем себя не выдать.

Болван! Так глупо попасться!

Так по-дурацки бестолково угодить в западню…

Внешне же Тринадцатый оставался самой невозмутимостью. Сказывались годы упорной работы над собой. Железный, нет, ледяной самоконтроль.

– Самый сильный. Сила и мощь Огненной империи… – Принялся он с насмешкой загибать пальцы. – Искуснейший маг, – издевательский поклон в сторону Сваргуса и быстрый взгляд на Фаеро. – И самый хитрый. Хитропёрый. Куда ж без тебя.

– Мудрый, – оскорбился Фаеро.

– Как скажешь, – осклабился Фиар. – Что мне, для брата комплимента жалко. Мудрейший! А самые ловкие чем-то провинились, раз их оставили дома?

– Это неправильно, Фаеро. – Раздался вдруг прямо за его спиной голос Ожара. – Неправильно, братья… Я не буду в этом участвовать. Я отказываюсь.

Не оборачиваясь, Фиар дёрнул уголком рта. Кивком поприветствовал младшего, который подлетел и занял место рядом, по левую руку.

С младшими принцами – сыновьями Третьей Королевы – Фиару всегда было проще, чем с остальными. Было между ними некое взаимопонимание. Вроде бы парадокс – любимчики Императора, сыновья от обожаемой жены и бастард… Вот только статус любимчиков отца не способствовал особой теплоте со стороны остальных братьев. Так что у младших просто выбора не было, кроме как стать самыми ловкими. И с Фиаром они подружились, когда тот впервые помог Лабиринт пройти. Правда и отделал после так, что покажись они отцу на глаза – не признал бы. А потому что нечего соваться в смертельно опасные коридоры раньше времени…

Кивком Фиар поблагодарил Ожара и щёки подростка-феникса, и без того румяные от мороза, ещё больше зарозовели.

Ожар смущённо обвёл братьев взглядом.

– То есть не отказываюсь от Искры, конечно, но вот так, все вместе, на одного… Не-а… нет. Так нечестно.

– Благодарю, Ожар. – Искренне сказал ему Фиар. – Честность – качество благородной души.

По лицам остальных, нечестных и неблагородных, Тринадцатый прочитал: бою быть.

Но он не успел даже извлечь магические лезвия из-под кожи, как вокруг закружило, заметелило!

Било снежными иглами и хлестало по щекам так, что Фиар ощутил себя в снежном портале. Вот только ему было не в новинку угодить в такую вот снежно-ледяную кашу, в отличие от огнекрылых братьев…

Сваргус распахнул крылья в попытке взлететь, но не смог. Дёрнулся ещё пару раз, но остался на пике, будто приклеенный.

Лица остальных стремительно теряли решительность.

– Твои шутки? – хмуро поинтересовался Бран.

– Ты хочешь знать, устроил ли я эту засаду, то есть действительно ваш брат по крови, – дёрнул уголком рта снежный феникс. – Или шучу ли я?

– Ты прекрасно понял! Что за бесовщина!..

– Увы, вынужден разочаровать. Подлость никогда не была моим методом. И не будет. – Покачал головой Фиар. – Вы в безопасности в моих владениях, если пришли с миром.

Разбушевавшаяся вьюга понемногу утихала. А скорее – обретала локальный характер. Разделилась на четыре снежных потока, каждый из которых вился по спирали вокруг пришлых. Пеленал, как младенцев, не позволял распахнуть огненные крылья. Кусал морозцем за носы и щёки, впивался сотнями ледяных игл в волосы.

Фиар усмехнулся: тот, что опоясывал Ожара напоминал игривого щенка. Не кусал, скорее покусывал, играя. И щекотал, щекотал! Старшие сдавленно ругались, осыпая Тринадцатого принца проклятьями, а Двенадцатый вдруг довольно рассмеялся. Из вихря высунулась девичья рука и погладила его по щеке, растрепала светлые кудри.

– Не мож-жет быть… – Только и мог вымолвить Сваргус.

Фаеро и Бран потрясённо молчали.

Снежные буруны уплотнялись на глазах.

С каждой секундой в них всё больше прослеживались силуэты дев с длинными белыми волосами и безупречными лицами.

В Белых Горах говорят: Ворожеи – и есть Север.

Его лицо, его сердце. Его Дыхание.

Снежные девы седлают потоки ветра, подчиняют стужу.

Здесь, на своей вотчине, в своей стихии Ворожеи особенно сильны.

Только вот они не вмешиваются в мирские дела.

Люди, фениксы, двуликие – им всё едино.

Если только не крайние обстоятельства…

– Уходите. – Сказал Фиар братьям. – Вам здесь не место.

На лицах принцев – всех, кроме Двенадцатого, проступило облегчение. Ворожея, кружащая окрест Ожара, вдруг приникла своими губами к его рту. Тут же отпрянула, расхохоталась звонко и игриво – словно хрустальные колокольчики зазвенели в воздухе. Ожар зарделся, робко коснулся пальцами губ. Он взмыл над Колыбелью Белой Господинки последним.

Фиар проводил улетающих принцев задумчивым взглядом.

Ворожеи зависли в воздухе напротив и заговорили все разом. Их голоса напоминали бьющийся хрусталь.

– Пришла беда, принц.

– Беда.

– Беда!

– Пришёл огонь.

– Пламя.

– Пришла оттепель.

– Она принесла смерть в Белые Горы!

– Оттепель!

– Жарко!

– Воздух тёплый!

– Горячий!

– Смертельно опасный…

– Тёплый воздух тянется от Ледяной Горы, принц.

Феникс не ответил. Лишь скрипнул зубами.

Как будто он сам этого не знал.

Искра

Это был тот самый кристалл, который неправильный. Он висел прямо в воздухе передо мной и его острые грани мерцали и переливались в отблесках искр, летящих от камина. Я даже не сразу сообразила, что здесь кристаллу этому вовсе не место.

Пальцы сами потянулись навстречу.

Но стоило ощутить под пальцами его гладкую поверхность, как тело тут же сковал холод. Лёд. Неподвижность. Паралич.

Вокруг стремительно потемнело. Стало невозможно дышать. Невозможно пошевелиться.

Чем сильнее я дёргалась, стремясь избавиться от жуткого наваждения, тем только хуже становилось. Я лишь теряла силы. И дыхание заканчивалось…

Тьма вокруг налилась синевой. Мрачной. Равнодушной. Леденящей.

От неё не спасало даже перо Фиара!

Холод надвигался, наваливался со всех сторон, подбирался к самому сердцу…

Я собрала всю волю в кулак и заорала. Из последних сил.

И тут же проснулась!

– Леди разомлела от камина. – Ласково произнесла Джилла, склоняясь надо мной. Хотела коснуться, но в последний момент передумала, отдёрнула руку и потупилась.

Я рывком села, завертела головой.

– И правда, сон. – Всё ещё не веря, пробормотала вслух. – Кошмар… Приснится же такое!.. Чёрт!

Но каким же этот кошмар казался реальным!

– Тебе лучше, Джилла? – спохватилась я.

– Намного. – Радостно кивнула снежная помощница и со знакомой нежностью и теплотой в голосе сообщила: – Хозяин вернулся. И он всё уладил.

Произнесла это Джилла таким тоном, мол, разве могло быть иначе.

Уверенность снежной передалась и мне.

Джилла выглядела отдохнувшей и посвежевшей. Да и я больше не ощущала кожей, что что-то не так… Должно быть, сама себя накрутила, пустившись в размышления о льде и пламени. Отсюда и кошмар…

Конечно же, Фиар всё исправил!

– Где он? – спросила я и потупилась.

Вышло слишком уж… Нетерпеливо.

Джилла хитро улыбнулась в ответ и мои щёки так и вспыхнули.

– Господин в библиотеке, – сообщила она. – Вьюго с Ледой ждали, пока вы проснётесь, чтобы проводить.

Увидев счастливых, довольных жизнью малышей, от сердца отлегло. Кажется, у меня паранойя. Снежное слабоумие или чем здесь принято болеть… Но как же здорово, что я ошиблась!

Вот только когда я увидела Фиара, поняла, что нет. Не ошиблась.