Глава 7

– Ария, беги! – От истошного крика мамы перехватывает дыхание.

Страх липким ручейком скользит по телу, выжигает бессилием.

Я почти в полной темноте. Запинаясь о подол длинного золотистого платья, бегу по узкому подземному ходу, вырытому точно под Королевским дворцом, и тону в редких островках тусклого света вмонтированных в камень ламп.

Враги нагоняют.

Отец, мама и младший брат заметно отстают. Я вырываюсь вперед, стремлюсь первой достигнуть ангара, чтобы активировать защиту королевского звездолета – включить над нами силовое поле, которое спасёт от пуль и любого вида оружия. Босые ноги скользят по гладкому холодному полу; воздуха не хватает, по вискам струится пот.

Грозный шелест лазерных мечей позади вынуждает замедлиться и обернуться.

– Отец, мама! – Кричу, едва различая силуэты родителей в шелковых одеяниях где-то вдали.

– Ария, скорее… Спасайся, - рёв отца обрывает алый всплеск энергетического оружия.

Я невольно зажмуриваюсь и чувствую, как из-под ног уходит опора.

Совсем близко от боли кричат мои родители и младший братик. Мне становится нечем дышать. Горло обжигает ком тошноты. Они догнали нас. Никого из нас не пощадят. Вжимаюсь в ледяную стену спиной и пячусь к ангару, теряя ощущения собственного онемевшего тела. В голове бьётся неутешительная мысль: «Первый Безопасник предал отца, перешел на сторону мятежного клана».

– Вон она, - раздаётся яростный мужской рык, от какого сердце пропускает удар. – Взять девчонку! Она не должна покинуть планету.

Вздрагиваю и бросаюсь по туннелю в надежде обогнать палачей.

Родителям уже не поможешь, а я обязана спастись. Именно этого они бы хотели для старшей дочери, преемницы рода. Я бегу с такой скоростью, с какой прежде никогда в жизни не бегала. Задыхаюсь, выбиваюсь из сил. Видимо, в эту темную ночь Светлая была не на моей стороне. Враги нагнали, сбили с ног, повалили на земляной пол туннеля и главный из них склонился надо мной с торжествующей усмешкой.

– Попалась, птичка. От меня не уйдешь.

Его суровое, лишенное эмоций лицо до боли знакомо. Я хорошо его знаю. С самого детства. Но та часть меня, какая Арией – не является, не позволяет вспомнить имя предателя.

– Рано радуетесь, - рычу, как загнанный зверь, вглядываясь в горящие неистовой злобой мужские глаза. – В своё время вы ответите за все злодеяния.

– Очень в этом сомневаюсь, - усмехается Первый королевский Безопасник. Его жесткий надменный голос ранит слух. – Свяжите ее, сотрите память и отошлите на Весту-Лори.

– Не лучше ли убить девчонку, мой господин?

– Нет.

– На невольничьем рынке за нетронутую мужчиной наследницу рода выложат целое состояние. Она нас всех обогатит, Веридас. Выполняйте приказ!

Последнее воспоминание – как два мордастых амбала в черных форменных куртках подаются ко мне. Один склоняется – я ощущаю резкий укол в предплечье и в состоянии паники, ужаса и отчаяния проваливаюсь в бездонную темноту.

… В себя прихожу с тихим стоном.

Подскакиваю на кровати и долго не могу понять, где нахожусь. Всю меня колотит озноб. На лбу испарина. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Вокруг – полумрак. Я – дома на Земле, в своей постели. Где же еще?

«Какой ужасный ночной кошмар», думаю отрешенно, почти равнодушно. Долго не могу прийти в себя и отдышаться. Наконец, приподнимаюсь и, спустив босые ноги с кровати, сажусь и тихо зову:

– Мам, ты спишь?

В ответ из гостиной – тишина.

– Мама, папа, чего молчите?

Вспыхнувший синеватый свет резанул по глазам. Я прикрыла лицо ладонью и шумно всхлипнула. На дальней стене обрисовалось знакомое симпатичное лицо.

– Приветствую, сеи Ария. Я могу оказать вам какую-то помощь?

Не почудилось! Я не дома, а на борту космического корабля звёздной Империи Шен-Ани, в «гостях» у властной расы энийцев. Сон вовсе не сон, а обрывок воспоминания, прорвавшийся вопреки прочному ментальному блоку. Я видела смерть ее родителей и попытку побега, закончившуюся пленом и потерей всего.

Бессилие и горечь накрывают с головой.

Я – это она. Нравится или нет, мне идти Ее дорогой.

– У вас зафиксирована острая паническая атака, сеи, - подтверждает смутную догадку искин. – Рекомендовано срочно обратиться в медицинскую службу для уточнения лечения.

Пожалуй, бездушный искусственный разум прав. Мне действительно надо в медотсек; принять успокоительное и заодно обезволивающие. Тело страшно ломит, будто два последних часа я изнуряла себя тренировками. В голове шумит, виски раскалываются от ноющей боли.

– Спасибо за совет, - буркнула искину, обулась в тяжелые бутсы и, рассеянная, с растрепанными темными волосами, едва переставляющая ноги, покинула пустую каюту.

Крейсер был охвачен непривычной тишиной. Палубы и коридоры пугали безмолвием. Ориентируясь по неоновым стрелкам-указателям, пересекла часть отсеков и вышла к медицинскому модулю. Тут тоже тихо. И никого. Стальная панель настежь распахнута.

Потирая затекшую шею, глядя строго под ноги, подаюсь к дверному проёму, размышляя о пугающих образах из сна, и тут ощущаю веяние терпкого мужского аромата. Пряного, словно горькая скошенная трава смешанная со свежестью после дождя. Новый шаг – я не успеваю остановиться, и в следующий миг влетают в грудь генерала.

Риат, стремительно покидавший медотсек, был по пояс обнажен.

Упираюсь лицом в твердые горячие мускулы, цепляюсь за широкие мужские плечи, чтобы не упасть и только потом понимаю – с кем столкнулась в пустом переходе.

– Ты дрожишь? – Яростно вопрошает мужчина спустя мучительную секунду молчания, затем собственнически обхватывает мой подбородок, вздёргивает на себя и рычит: – Тебя обидели, напугали? Говори!

– Нет. Дурной сон. Иногда такое случается, - шепчу под нос, невольно робея под пристальным взглядом сине-сапфировых глаз. – Хотела принять успокоительное и вернуться в каюту.

Его пальцы впиваются в мой подбородок, он не думает отпускать – смотрит пристально, изучающе, будто что-то пытается во мне разглядеть.

– Идём, - властно перехватывает за руку и заводит в медицинский отсек.

Сглатываю и следую за внушительным и сильным энийцем. У него какая-то особая энергетика. Мощная, сбивающая с ног – она затрагивает любого, кто находится рядом, а порой лишает воли, сил и способности трезво мыслить.

Чтобы разрядить атмосферу, уточняю:

– То ранение… вас больше не беспокоит?

– Нет. Энды оставили жалкую царапину.

– Ну, как посмотреть. Выглядело оно пугающе, - признаюсь неохотно.

– Ты волновалась за меня?

Риат подводит к мягкой кушетке, кивком головы указывает, чтобы села и разворачивается к прозрачной панели с инъекционными шприцами. Спустя мгновение предплечье жалит легкий укус.

– Естественно, генерал. Я обязана вам спасением. И не хотела бы вашей смерти.

– Это окрыляет, - усмехается таинственный звёздный военачальник. Ловит мой обиженный взгляд, поясняет. – Не бойся. Я не умру. Скорость регенерации нашей расы в три раза быстрее прочих народов Империи. Добавить исцеляющий эффект регенерационной капсулы, и полное восстановление заняло три с небольшим галактических часа.

А я его чуть не похоронила. Вот глупая.

Пока прихожу в себя, ощущая небывалое расслабление мышц и внутренний душевный покой, Риат неотрывно сверлит в упор.

Я тоже позволяю себе рассмотреть его получше. Высокий и сильный. На гладкой рельефной груди мерцают твердые мышцы, на прессе поблескивают упругие кубики. Черные волосы рассыпаны по плечам. Резкий разлет бровей, волевой подбородок… Суровая внешняя красота мужчины приправлена сумасшедшей сексуальностью. Я невольно завидую его жене и тут же себя одергиваю.

Арина, хватит. Ты и генерал из разных миров. Зачем ты вообще позволяешь ему за собой «ухаживать»?

– Спасибо, мне уже лучше. Пойду к себе.

Спрыгиваю с кушетки и, избегая прямого взгляда ему в глаза, рывком подаюсь к дверной панели, как вдруг он перехватывает мою ладонь.

– Подожди, ты забыла…

Генерал обрывается на полуслове. От соприкосновения наших пальцев разгорается Искра. Это не статическое электричество или обман зрения, а самая настоящая вспышка света, обжигающая кожу теплом.

Ошеломленно вырываю пальцы из жадной хватки и отпрыгиваю на пять шагов. Риат, кажется, тоже изумлен. Из его груди вырывается раздраженный рык вперемешку с тяжелым вздохом.

– Элейна? – Доносится до слуха едва различимое незнакомое слово.

Секундная заминка, и Риат приходит в бешенство. Синие внимательные глаза яростно разгораются. На щеках начинают играть желваки.

С непониманием, испуганная столь внезапной переменой в его поведении, в ужасе смотрю на энийеца.

– В чем дело? Я не понимаю.

– Я тоже, - рычит он как зверь, подается ко мне и опять хватает за руку. Крепкие холодные пальцы проходятся по моему запястью, стискивают ладонь. И снова – откуда ни возьмись, от этих жадных, фактически грубых прикосновений возникает загадочная энергетическая искра.

– Невозможно. Ты не можешь быть ею. Только не ты… - резко бросает генерал, на секунду задерживая пристальный взор на моей груди, отчего я искренне жалею, что покинула каюту в одном эластичном облегающем топе, забыв накинуть на плечи куртку.

– Быть кем? – Шевелю одними губами, запоздало понимая, что всё гораздо хуже, чем я думаю.

Властный брюнет ударяет прищуренным взглядом, отпускает мою ладонь и рывком разворачивается к стене.

Вконец сбитая с толку и оскорбленная выпадами мужчины, которого до этой минуты ассоциировала с глыбой льда и считала воплощением невозмутимости и холодности, обхожу его и пячусь из отсека в сторону выхода. Дыхание сбоит.

Риат пугает. Его ярость, бессилие, злость сшибают с ног. Сама удивляюсь, как умудряюсь держаться прямо. Мускулистые мужские плечи напряжены. Он стоит ко мне полубоком, но даже так я вижу, с какой силой он стискивает челюсть, слышу пугающий зубовный скрежет.

– Что происходит? – Раздаётся позади удивленный вопрос Саара. – Приборы в рубке управления минуту назад сошли с ума, зафиксировав на борту сильнейший энергетический всплеск. Риат... Ария? – Тембр принца становится низким, злым, подозрительным.

Он вбегает в отсек, и я ожидаемо влетаю мужчине в грудь. На мое плечо тотчас опускают тяжелую руку, останавливают «отступление», а сам Его Высочество сосредотачивает взор на генерале.

Пауза и новое требование:

– Я задал вопрос.

– Ничего, - сквозь зубы, будто подавляя сильную боль, бросает Риат.

– Ария? – Холодно звучит над ухом.

Я слишком напугана, растерянна, ошеломлена. Нет, не могу трезво мыслить. И тем более, отвечать. Отрицательно качаю головой, не в состоянии выразить собственных чувств. Они ослепляют, жалят, доводят до истерики, разрывают на части.

– Простите, - рвано выдыхаю и убегаю из медотсека, не оборачиваясь.

До слуха долетают осколки фраз, произнесенные грубыми низкими голосами. Кажется, генерал и Его Высочество затеяли спор. Меня это уже не касается.

Я сойду с этого корабля. На первой же космической станции, как только отклонимся от маршрута и сделаем орбитальную остановку.

Да, я решила. Сойду с крейсера звездной Империи Шен-Ани и всё забуду.