Глава 26

Мы поспешно спускались в главный холл, подгоняемые каждая своими демонами.

Я старалась не бежать, но мысли неслись вскачь.

В голове крутились истории о безумных богах, которые по возвращении в мир окончательно слетали с катушек. Óдин, например, с валькириями отжимал души у всех подряд. Бáстет устроила в Египте геноцид и даже не извинилась. А Зевс… ну, Зевс сношал всё, что движется – а “недвижúмое” двигал сам.

Я покосилась на свою ладонь, где под кожей всё ещё теплился след Этема.

Боги – они везде боги. Но если этот начнёт коллекционировать женщин в виде животных, дождя или бытовых приборов – я пас.

Мы миновали проход к подземным лабораториям советника Йоло и свернули в противоположное крыло. Чем ближе мы подходили к концу длинного коридора, тем оглушительнее становился рёв толпы. Он уже не просто доносился – он вибрировал в стенах, в каменном полу, в грудной клетке.

Я сглотнула.

Кажется, Недди не врала.

— Эрра, посмотрите, сколько делегаций прибыло на императорскую церемонию! — сказала она с наигранным восторгом. — Только представьте, сколько зрителей будет в жерле Этема наблюдать за вашим обрядом единения!

Её дальнейшие слова я не слышала. Мимо нас, обгоняя и расталкивая толпу, проталкивалась вереница медиков с пустыми капсулами. Их белые комбинезоны, ещё недавно стерильные, сейчас были сплошь покрыты кровавыми потёками. Я перестала слышать не только Недди – я перестала слышать вообще что-либо. Внутри нарастала тревога. Коридоры, ведущие к арене, гудели как растревоженный улей. Сотни наложниц, словно осы, слетевшиеся на запах мяса, торопились к арене. В этой мельтешащей, обезумевшей от любопытства толпе мы с Недди без труда затерялись.

В конце пути поток вынес нас в огромный грот.

Размером с футбольное поле. Трибуны, высеченные из светлого камня, были до отказа забиты инопланетной публикой, алчно взирающей на алые лужи, расползающиеся по арене. Много луж.

Слишком много пролитой крови для отбора всего двух телохранителей. Крики, лязг металла, визги и скрежет когтей драгов. Бой шёл не на жизнь, а на смерть. Все против всех.

Недди рядом вскрикнула и ослабила хватку, всё-таки получив от меня случайный ожог. Тело действовало быстрее мысли. Я рванула вперёд, скидывая оцепенение. Ноги вынесли меня на арену.

Публика взорвалась. Гул прокатился по рядам, сотни рук зашлёпали по голому камню трибун, приветствуя меня в этой мясорубке. Но мне было плевать, кто смотрит и что обо мне подумают. Мой взгляд был прикован к эпицентру хаоса.

Там творилось нечто невообразимое. Гигантские туши драгов, сцепившись в клубки ярости, давили более мелких противников. В центре схватки я увидела знакомые лица.

И самое удивительное – среди сражающихся был Феррад. Ладно, Олег с божественным безумцем внутри – от них можно ожидать подобного. Но зуг? Но зуг, грациозно, с показной прытью, сокращал число кандидатов. Рядом с ним я разглядела огненно-красную шевелюру. Тело землянина двигалось в смертельном танце с двумя ножами в руках. Даже меня ему удалось сначала обмануть – глаза его были самыми обычными. Но когда наши взгляды наконец встретились, я всё поняла без сомнений. Ради выпендрёжа Этем взял в захват ближайшего воина и с улыбкой продемонстрировал мне, как всаживает нож тому между ребер. По зрительским трибунам вновь прокатился одобряющий оглушительный рокот. Но моё сердце в миг перестало биться, когда я увидела своего драга за эпицентром сражения.

Он отозвался на мой крик, но не поспешил ко мне. Немного приблизившись, я поняла почему. Муха Олега лежала на краю арены и совсем не двигалась. Кайдер не подпускал к ней никого, яростно прикрывал её тело своим будто щитом, и стая драгов теснила его, пытаясь победить крупного зверя числом. Когда я разглядела множественные раны на нём – сердце на миг остановилось, чтобы через мгновение забиться в бешеном ритме ярости. Кто допустил всё это?! Кто посмел привлечь к бою моих драгов?!

Внутри меня что-то оборвалось. Боль, страх за Кая и безумная, всепоглощающая злость на тех, кто устроил этот цирк, чувства спрессовались в груди в тугой, раскалённый до бела ком. Я собрала все частицы ярости в себе, всю злость за то, что они позволили участвовать драгам, и выплеснула всё это на творящийся хаос. Я не выбирала определенного направления – просто изливала всё из себя наружу, продолжала преобразовывать бушующее внутри пламя в геррианскую парализующую силу.

Каждая волна нейтрализующего ветра с электрическим треком проносилась по арене. Первой пала моя свита вместе с Недди – они находились ближе всех ко мне.

Следующими потеряли сознание почти все претенденты, втянутые в мясорубку. Лишь единицы удержались на ногах, устояли против первой волны. И эти гады, прямо на моих глазах, начали перегруппировываться для продолжения боя.

Поэтому во второй выброс я вложила всю волю. Столько силы, чтобы даже последний в зале вздрогнул и прочувствовал мое яростное требование: «Хватит!»

Сжавшийся энергетический кокон разорвался. Волна, ломающая камень арены, прокатилась с низким хрустом, сметая нижние ряды вместе с орущей толпой. Отразившись от стен грота, она схлопнулась в центре слепящей ударной вспышкой.

Зрители умолкли, драги мигом потеряли

интерес к битве, воины беспомощно полегли на арене. Когда свет угас и звон в ушах сменился гробовой тишиной, на ногах остался лишь один — Этем.

Он всё так же улыбался, лениво осматривался по сторонам, будто оценивал проделанную мною работу.