Глава 40

Алира замерла, сердце бешено колотилось.

Но когда тень шагнула ближе, лунный свет осветил знакомое лицо.

Кейрон.

Она моргнула, её дыхание дрогнуло.

— Ты… — её голос был хриплым от сна.

Он ответил не сразу.

Лишь вдохнул медленно, как будто только сейчас позволил себе расслабиться.

— У меня освободилось пару часов до рассвета.

В его тихом голосе звучала усталость.

— Но я так и не смог уснуть… без тебя.

Он сделал ещё один шаг, затем второй, пока не оказался у её кровати.

Алира чувствовала, как внутри что-то дрогнуло, как странное тепло разлилось в груди.

Темнота мягко очерчивала его лицо, отбрасывая серебристые отблески на скулы и густую, короткую бороду. Он выглядел… потерянным. Измотанным.

И вдруг он опустился на кровать.

Просто лёг рядом, поверх одеяла, не сводя с неё взгляда. Просто смотрел, черпая силу и уверенность. Она рядом. Жива. В целости и сохранности.

Его рука оказалась так близко, что она чувствовала тепло его кожи.

И тогда она потянулась к нему сама.

Неуверенно. Осторожно.

Просто обхватила его руками, прижимая ближе.

Его тело было напряжённым, но спустя секунду…

Он выдохнул, позволив себе расслабиться.

Алира зарылась лицом в его плечо, вдыхая запах его кожи, ночи, тепла.

Кейрон обнял её в ответ, его пальцы осторожно прошлись по её волосам и спине, как будто он боялся спугнуть её.

— Так лучше? — пробормотала она, не разжимая объятий.

— Лучше, — согласился он, чуть улыбаясь в её волосы и целуя в висок.

Тишина заполнила комнату.

Но впервые за долгое время она была уютной.

Алира проснулась от мягкого, едва ощутимого прикосновения.

Тепло.

Её ладонь всё ещё лежала на груди Кейрона, а его рука осторожно, почти бережно, поглаживала её запястье.

— Доброе утро.

Его голос был глубоким, тёплым.

Она медленно моргнула, вспоминая, где находится.

Ночь. Его приход. Их объятье.

Но не было неловкости.

Только спокойствие.

Только ощущение правильности.

Кейрон слегка сжал её руку, приподнял и поцеловал ладонь.

— Нам пора. Отец ждёт.

Завтрак проходил не в официальной обстановке, а в гостиной королевских покоев. Когда Алира вошла в комнату вместе с Кейроном, король указал на накрытый стол:

— Проходите, садитесь.

Как только они уселись, дверь бесшумно открылась, и в комнату вошёл капрал с подносом.

Алира заметила, что больше никого не впустили.

Капрал разложил блюда, поклонился королю и молча покинул покои.

Только когда Алира закончила завтрак, король заговорил.

— Ты должна знать, что произошло после ареста Эдрика. Мой брат под стражей. Его сторонники либо арестованы, либо сбежали. Мы уничтожили ядро заговора, но это не значит, что всё закончилось. Ему явно помогал кто-то из самой верхушки власти Сангрейва. Те артефакты, что у него были найдены, невозможно купить. Они хранятся в королевской сокровищнице.

— Тревейн? — выдохнула она.

— Очнулся. Но ещё очень слаб.

Она кивнула, чувствуя, как тяжесть, давившая на плечи, наконец ушла.

— Что теперь?

Король посмотрел прямо на неё.

— Теперь… ты готовишься к балу по случаю объявления результата отбора и помолвки принца.

Алира моргнула.

— Простите?

Король покосился на сына.

— Завтра на балу мы объявим о вашей помолвке.

Тишина.

Алира замерла, пытаясь осознать услышанное.

— Ч-что?…

— Ты будущая королева, Алира, — спокойно сказал король. — Пора сообщить об этом миру.

Она попыталась глубоко вдохнуть, но воздух казался густым, тяжёлым.

Король поднялся на ноги.

— Я оставлю вас. Думаю вам надо поговорить наедине.

Он вышел, закрыв за собой дверь.

В комнате повисла гробовая тишина.

Кейрон первым нарушил молчание.

— Ты в порядке?

Она медленно перевела на него взгляд.

— Почему я?

— Потому что ты моя истинная. Потому что моя магия признала тебя ещё до начала отбора.

Алира затаила дыхание.

Тот момент в коридоре… Видение… Все те эмоции, что нахлынули на неё.

— Ты знал. Ты знал с самого начала.

Он кивнул, его губы дрогнули в полуулыбке — горькой, усталой.

— Да.

Обида вспыхнула внутри.

— И ты мне ничего не сказал⁈

Кейрон тяжело выдохнул, но не отвёл взгляда.

— Как, Алира? Как я должен был сказать? «Привет, ты моя истинная, но мы не можем об этом объявить публично»? Мало того, что убийцу мамы так и не нашли, так ещё и отбор к тому моменту уже начался и его невозможно было отменить.

Она стиснула зубы.

— Ты хоть представляешь, что я чувствовала? Я ломала голову над этими видениями. Переживала что происходит с моей магией, а ты просто молчал!

Кейрон напрягся.

— Я не просто молчал. Я защищал тебя.

Алира горько рассмеялась.

— Меня-то ты защищал… А как насчёт кандидатки которая исчезла с отбора? Её же до сих пор не нашли.

Он замер.

Алира заметила его замешательство.

— Ты подстроил её исчезновение, не так ли?

Он прикрыл глаза, потёр переносицу, потом снова посмотрел на неё.

— Давай я расскажу тебе всё с самого начала.

Кейрон провёл рукой по волосам, словно собираясь с мыслями, а затем заговорил:

— С самого детства я был мишенью. Убийцы, заговорщики, шпионы… Наследников всегда пытались устранить. После смерти мамы, отец и его советники приняли решение — лучший способ защитить принца это скрыть его на виду. Поэтому мы с Тревейном с детства менялись местами с помощью артефактов личины. Только наши истинные и члены королевской семьи могли видеть нас настоящими, когда артефакт был активирован.

Он на мгновение замолчал, будто переживая всё заново, затем продолжил:

— Когда я встретил тебя… Это было как удар молнии. Всё внутри перевернулось. Я знал. Моя. Родная душа. Любовь, радость — всё смешалось в одно целое. Но отбор уже начался. Единственное, что я мог сделать — предложить добавить местных кандидаток и сделать так, чтобы ты попала на отбор.

Его взгляд помрачнел.

— А потом пришёл страх. Мы так и не нашли убийцу моей матери. Я понимал, что они могли быть где угодно. Даже здесь, во дворце. Ты должна была попасть на отбор. Но никто не должен был знать, что ты значишь для меня. Я не мог позволить тебе стать мишенью. И должен был скрывать свои чувства.

Алира молча слушала, сердце билось слишком быстро.

— Но и оторваться от тебя я не смог. Следовал за тобой повсюду, оберегал как мог, — он коротко усмехнулся. — А потом договорился с Тревейном, и мы поменялись местами как раньше, чтобы я и в поездке мог тебя сопровождать.

— А кандидатка? — она сузила глаза. — Ты подстроил исчезновение леди Люсиль?

Кейрон посмотрел прямо на неё, не скрывая правды.

— Да. Я подкупил её. Лично знал человека, которому она доверяла, и тот убедил её отказаться от участия за некие привилегии.

— Магия резонанса всегда была тайной, — продолжил Кейрон. — За пределами дворца о ней знали лишь немногие, и все они дали клятву молчания. Я знал, что рано или поздно она проявится в тебе. Но… я не ожидал, что это случится так… Так быстро и так сильно. Не ожидал, что тебе будет так больно.

Его голос стал тише.

— Видеть, как ты страдаешь из-за усиливающейся магии… Это было невыносимо.

Он откинулся назад, сжав пальцы в кулак.

— Значит королевский артефакт… — начала Алира.

Кейрон кивнул.

— … пустышка. Твоя магия реагировала на мою магию резонанса, которая усиливает магические способности в несколько раз. Я заставил лучших наших магов искать решение. Они изучали твой дар по моим донесениям и своим архивам, пытались найти способ уменьшить воздействие резонанса. Но ничего не помогало.

Алира внимательно слушала.

— Пока со мной не связался магистр Вельтар. Он сказал, что на время можно полностью подавить влияние резонанса… если исключить физический контакт, когда ты выпускаешь магию искр.

— Значит… никакого ранения не было в доме Клары?

Кейрон покачал головой.

— Нет. Я замотал руку чтобы избежать физического контакта когда ты выпускаешь магию искр. Это было единственное, что я смог придумать, чтобы защитить тебя.

Алира прикрыла глаза.

— И всё это время… ты смотрел, как я ищу ответы там, где их не было. Пытаюсь узнать побольше о принце.

— Я жутко ревновал. Каждый раз, когда ты говорила о принце из своих видений, когда расспрашивала о нём, я… злился. Глупо, я знал это. Ведь это мои воспоминания ты видела. Я и есть тот принц. Но я боялся. Боялся, что ты влюбишься в Тревейна, думая, что это он — тот самый. Ты говорила о нём, волновалась… и я едва мог это выносить. Я ненавидел себя за то, что не мог просто сказать тебе правду. За то, что не мог оградить тебя от боли, от моих воспоминаний, которые ты переживала снова и снова…

Кейрон сжал челюсть.

— Старался держаться от тебя на расстоянии. Чтобы никто не догадался, кто ты для меня, до конца отбора… А в итоге убийцей оказался мой дядя. Он почувствовал, как королевская магия резонанса признала вас с Кларой. Ему оставалось лишь дождаться, кто из вас откликнется на меня, а кто — на Тревейна. А затем… убить мою истинную. Он же королевской крови, и единственный, кроме меня и отца, различал нас с Тревейном под личиной! После церемонии я начал подозревать, что он кому-то докладывает о происходящем. Думали, через него выйдем на заговорщиков… начали следить за ним. Но я даже мысли не мог допустить, что мой родной дядя…

Алира почувствовала, как в груди сжалось.

Он лгал ей. Она злилась на него за это. Но вместе с гневом внутри росло и другое чувство — сочувствие.

Ему тоже было тяжело узнать о таком страшном предательстве близкого человека.

Боль за него отзывалась глухим эхом в её сердце. Она хотела обнять его, утешить. Но обида всё ещё саднила внутри, словно свежая рана.

Она не знала, что чувствовать.

Кейрон придвинулся ближе.

Тихо, но искренне он сказал:

— Если ты не готова, я пойму.

Его голос звучал ровно, но в глазах читалось напряжение.

— Ты злишься, не доверяешь мне. Я виноват. Я врал тебе.

Он опустил голову, ненадолго задержав дыхание, словно собираясь с мыслями.

А потом посмотрел прямо в её глаза:

— Но дай мне шанс. Позволь мне завоевать тебя.

Он говорил тихо, но твёрдо.

— Показать, как сильно я люблю тебя, Алира.

— Не на словах. Делом.

Она затаила дыхание.

— Не убегай от меня. Останься во дворце. Не волнуйся насчёт бала. Тебе не обязательно там быть. Я сам разберусь с отбором и с отцом. Отдыхай. Поговорим после бала.

Алира кивнула.

Встала.

И молча ушла.