Глава 14 – Рита

– Что у вас тут есть вкусного? – спросил Шестаков, когда я подошла к нему с меню.

– Ничего, – буркнула я, желая, чтобы парень поскорее убрался. Это моя работа, а не шоу по заявкам. Чего он добивается, не понимаю?

– Серьезно? Настолько все плохо с кухней? Что ж, придется написать отрицательный отзыв, – Витя снова посмотрел на меня, да с такой жадностью, будто изголодавшийся волк, встретивший на дороге белого зайца. Я почувствовала, как начинаю краснеть, пульс участился, и кислорода становилось все меньше. Давно со мной такого не было.

– В округе полно заведений с высоким рейтингом, – прошептала я почти себе под нос. Нам нельзя было вести себя с клиентами подобным образом. Что бы Витя ни делал и ни говорил, он клиент «ДаВинчи», и я должна была обслужить его должным образом.

– Слушай, на улице очень холодно, а я жду тебя здесь с утра. Если заболею, это будет на твоей совести, – уже более мягко произнес Шестаков.

– Горячий салат с говядиной, – сдалась я, скорее из жалости. Вдруг действительно заболеет. Но тут же мысленно одернула себя, напомнив, что теперь нас ничего не связывало. Нет смысла переживать о человеке из далекого детства.

– Отлично, тогда я возьму его и чай горячий, зеленый. Чай можно сразу.

– Хоро… – хотела было сказать я, но тут за спиной послышались шаги. Оглянувшись, я сжала в руках блокнотик – в холле появился Жданов. Его черные лаковые туфли сверкали сильнее обычного, а звук каблуков разносился противным эхом по полупустому помещению.

Мужчина шел в компании двух человек, они о чем-то громко говорили, но увидев меня, Жданов замолчал. Мне сделалось не по себе. После той попойки – а иначе я никак не могла назвать подобные посиделки – и полученной от меня пощечины, товарищ с большим кошельком не заглядывал в «ДаВинчи». Сначала я даже думала, что Жданову стало стыдно за то, что перебрал и полез нагло распускать руки. Но когда Марина Анатольевна устроила скандал, едва не кидаясь в меня подвернувшимися под руку бумажками, поняла – клиенту плевать на границы, для него их попросту не существовало.

Не сказать, что я боялась появления Жданова – в любом случае, меня бы не допустили обслуживать его столик после всего случившегося. Однако уважаемый гость мог запросто надавить на мою начальницу, потребовав увольнения неугодной официантки. Марина Анатольевна в этом плане очень тряслась за репутацию ресторана, «ДаВинчи» и так не хватало лестных отзывов. Как минимум, из-за цен на блюда, а как максимум – людей, посещающих это заведение, в самом деле, было ничтожно мало. Оценивать изыски попросту некому.

– Прошу! – долетел до меня звонкий голос Олеси, провожавшей гостей в противоположный угол зала.

– Что с тобой? – спросил вдруг Витя. Видимо, мне не удалось скрыть растерянность, и она отразилась на лице.

– Думаю, какой чай вам подать, – съязвила я и, развернувшись, направилась в сторону кухни. Затылок опалило жаром, словно туда положили горячую грелку. Уже возле дверей, не выдержав, я все-таки оглянулась: Шестаков пристально смотрел на меня. Было странно снова ощущать волнение, дрожь в коленках и румянец, покрывающий щеки. Давно со мной подобного не происходило, с того самого дня, с выпускного.

Вздохнув, я проскользнула на кухню. Больше всего на свете мне хотелось поскорее закончить сегодняшний рабочий день, сбежать из ресторана домой, в пустую одинокую квартиру, под теплое одеяло. Жаль, мечты не сбываются по щелчку пальцев.

Через пять минут пришлось вновь вернуться в зал, но уже с подносом, на котором стоял прозрачный чайник с китайским чаем. Очень хорошим и довольно дорогим.

– Спасибо, – учтиво поблагодарил Шестаков и даже улыбнулся этой своей фирменной улыбочкой, которая точно разбила сердце не одной девушки. Воздух вокруг нас, казалось, наполнился раскаленными искрами, он обжигал кожу и учащал мой пульс, который теперь напоминал барабанную дробь. В какой-то момент возникло желание попросить Витю перестать так нагло разглядывать простую официантку, но я сдержалась и, горделиво подняв подбородок, ушла в обратном направлении.

Следующие тридцать минут я проверяла телефон в надежде, что Варя, которую я сегодня подменяла, закончит со своими делами пораньше и позволит мне сбежать из этого душного здания. Но она продолжала молчать.

– Заказ готов, – крикнул повар Борис, напоминая, что пора бы вернуться к своим прямым обязанностям. Взяв большое белое блюдо с салатом, от которого исходил приятный запах томленой говядины и вяленых томатов, я аккуратно поставила его на поднос и на негнущихся ногах вышла в зал, стараясь держать ровно спину.

Витя, со скучающим видом подперев подбородок рукой, смотрел в окно на белые снежинки, медленно оседавшие на землю. Из ресторана открывался действительно сказочный вид на горную местность. Заметив меня, Шестаков улыбнулся. Искренне. Так улыбаются только близким людям. Именно так он улыбался мне в далеком прошлом, когда казалось, что целый мир заключен в одном человеке. Что только одному ему подвластно зажигать звезды на моем небе.

Тело обдало странным, но приятным трепетом, отчего я едва не споткнулась на ровном месте.

– Ваш салат, – прошептала я, ставя блюдо на стол.

– Горячий? – зачем-то уточнил Шестаков.

– Конечно, – кивнула я, ощущая, как грудь заливает жаром. Казалось, Витя взглядом касается меня, нежно скользнув от кисти руки к локтю. Спину обсыпало мурашками, я на несколько секунд растерялась, замерла, не в состоянии сделать и шага. Наверное, поэтому не сразу услышала голос Олеси:

– Рита, – администратор возникла из ниоткуда, бросая взгляды в сторону дальнего столика, за которым расположилсяЖданов.

– Да, я уже иду, – пролепетала я, не задумываясь, куда и зачем мне нужно идти.

– Не на кухню, – шикнула Олеся. И только сейчас я поняла, к чему клонила девушка. По-хорошему, нам стоило отойти от столика Вити и поговорить наедине, однако либо я просто плохо соображала, либо от одной мысли, что придется обслуживать противного мужика с большим кошельком, потеряла контроль над собой.

– Что? Нет, Лесь, нет! – категорично прошипела я.

– В смысле – нет? Клиент…

– Я не пойду к ним!

– Тебя уволят, не понимаешь? – изумленно захлопала ресницами Олеся, явно позабыв о том вечернем скандале.

И прежде, чем я успела ответить, Шестаков произнес:

– У вас ведь элитное заведение? – обратился он к администратору. Девушка тут же взглянула на Витю, стараясь оставаться учтивой, как того требовали обстоятельства.

– Конечно, – сверкнув белозубой улыбкой, ответила хостес.

– Отлично. Тогда я бы хотел, чтобы эта девушка, – в его голосе звучала бескомпромиссность, – обслуживала только меня, пока я отсюда не уйду. Иначе какой толк в вашем модном заведении, в котором почти нет людей, если к клиенту нет индивидуального подхода?

– П-простите… – пробормотала Олеся, видимо не понимая, как поступить в этой ситуации.

– А Жданову передайте привет от Шестаковых, – с усмешкой добавил Витя.

– Но…

– Идите уже.

– Х-хорошо, – согласилась вдруг Леся.