Глава 38 – Рита

Дни пролетели быстро. Я не заметила, как подкрался Новый год. А еще не заметила, что Дима неожиданно пропал из моей жизни. Он больше не звонил, не писал, хотя раньше за ним подобного не наблюдалось. Люков стал даже редким гостем дома: забегал на пару минут, не ночевал и практически не разговаривал. Словно я его чем-то обидела, сделала что-то не так. Мне не хотелось терять лучшего друга, в конце концов, я надеялась, что они могли бы подружиться с Витей. Наверное…

Утром тридцать первого декабря я пошла по магазинам и выбрала три подарка. Вите купила теплый свитер темно-бордового цвета. В примерочной я больше из интереса приложила мужскую вещь к себе, а потом смутилась, вспомнив, как проснулась рядом с Шестаковым. Я тогда выскочила на цыпочках из его комнаты, боясь встретиться с мамой или, не дай бог, с дядей Олегом. Было безумно неловко. Зато Витя чувствовал себя отлично, он до сих пор подшучивал надо мной и играл бровями. За несколько дней границы между нами окончательно стерлись.

Второй подарок был для Моти. Я взяла ему конструктор, хотя и без моего подарка у брата теперь был свой собственный набор развлечений. Иногда мне казалось, Матвей забыл об отце, он не спрашивал о нем и все чаще приставал к Олегу Николаевичу с вопросами и просьбами. И тут Витя опять влезал со своими шутками, что скоро все мы породнимся.

А тридцатого декабря папа сам позвонил маме. Он задал всего один вопрос: «Домой не собираешься?», и, услышав отрицательный ответ, скинул вызов. Кажется, гордость была для него и по сей день превыше целого мира, превыше даже своей семьи.

Третий подарок был для Димы. Я не знала, увижу ли его в этом году и вообще в ближайшее время, но не могла оставить без поздравления. Мы многое пережили вместе, мы были друг для друга больше, чем просто соседи по несчастью и квартире. Я выбрала красивую подарочную упаковку, уложила в нее мишуру, а внутрь положила термокружку и перчатки. Димка, возвращаясь из командировок, частенько бурчал, что там было холодно и не обо что даже согреть руки. Ему должно понравиться.

Домой вернулась уставшая, но довольная собой. Легла на кровать, но поваляться не успела, Витя позвонил. Он уже ждал на улице, наблюдая за пушистым снегом, оседавшим на землю, крыши домов и машин. Я подошла к окну и улыбнулась.

Неужели в этот раз у нас все получится? Мы… встретим бой курантов вместе?

Взяв сумку, в которую я припрятала не только подарок, но и праздничное платье, спустилась по лестнице и выскочила на улицу. Лицо обдало морозным ветерком. Я поежилась, но все равно продолжала улыбаться. Шаг. Два. Три. Я сокращала между нами расстояние, не веря в происходящее. Так близко. Моя мечта была на расстоянии вытянутой руки.

Витя повернулся ко мне и тоже улыбнулся, сделав шаг навстречу. И вот мы уже стояли рядом, даря друг другу влюбленные взгляды.

– Ну, привет, – я привстала на носочки и чмокнула его в щеку.

– Ну, привет, – практически пропел Витя и не позволил мне отойти, обхватив руками вокруг талии. А затем наклонился и поцеловал. Нежно. Трепетно. Осторожно. Его губы были такие горячие, они едва касались моих, словно играли, заманивали в хищное логово. Пробуждали запретные желания. Я обвила руками шею Вити, мне хотелось стать чуточку ближе к нему, еще немного, самую малость.

– Ты так сведешь меня с ума, – прошептал он мне в губы.

– Странно, – ответила я, отдалившись. – Мне казалось, я уже свела тебя с ума.

– А мне казалось, я свел тебя с ума первым, – он прищурился, загадочно улыбнувшись.

– Я знала, что ты это скажешь. А все почему?

– Потому что у тебя самый зачетный парень.

Витя наклонился и чмокнул меня в лоб. Затем отошел и открыл дверь машины, приглашая сесть в салон. Я кокетливо намотала на палец прядь волос. Мне почему-то казалось, что сейчас у моих ног красная дорожка усыпанная звездами. То, как Витя смотрел, и как вел себя со мной, все это вызывало уверенность, рядом с ним я менялась.

– Как мило, – шутливо ответила я, усаживаясь на пассажирское сиденье.

– Да я вообще очень милый, не заметила?

– Какая я невнимательная.

– Вот именно, надо исправляться.

Шестаков сел в машину, и мы поехали к нему, по пути заскочив в супермаркет. Магазин был наполнен голосами людей и звуками шелестящих пакетов. В воздухе витали запахи мандаринов, жареной курицы и женских духов, довольно разнообразных, потому что женщин на одной территории было неприлично много.

У отдела с мясом уже собралась очередь, кто-то возмущенно требовал позвать второго продавца, а кто-то лениво кликал по экрану телефона, неторопливо дожидаясь своей очереди. Предновогодняя суета застигла врасплох всех, не оставив никого в стороне.

Мы с Витей купили искусственную маленькую елку, окрашенную белой краской и посыпанную блестками. Потом долго выбирали овощи и мясо, спорили на тему, что приготовить, а в отделе с напитками вообще чуть не завязался скандал за последний апельсиновый сок. Я чудом успела ухватить упаковку перед лицом недовольной женщины. Шестаков наблюдал со стороны и посмеивался, пока я пыталась выиграть предновогодний бой.

Наверное, с виду мы походили на женатую парочку, потому что на кассе девушка нам даже предложила какой-то лотерейный билет, где разыгрывали квартиру для молодых семей.

Я смутилась, а Витя, наоборот, рассмеялся. Но билет не взял, вместо него он купил мне мягкую игрушку – пушистого белого гуся. Вроде как тренд летнего сезона. С боевым набором и гусем мы направились к машине. Гусь еле поместился, заняв все заднее сиденье. Слишком большой, но безумно милый.

– Назову его Витей, – сказала я, когда мой Витя начал выезжать с парковки.

– Этот мир слишком мал для двух Вить, – возмутился Шестаков.

– Придется оставить только гуся, – пошутила я, боковым зрением поглядывая на своего парня. Мамочки! Он был моим! Теперь моим. И сидел рядом. И говорил со мной. А еще целовал, обнимал и мечтал о чем-то большем: о будущем, нашем будущем. Я не могла поверить, что все это происходит в реальности, что мир больше не будет серым.

– Тогда придется зарезать гуся.

– Ни за что! – воскликнула я. – Тогда я никогда не перееду к тебе.

– А ты уже переезжаешь ко мне? – в этот момент, мы как назло остановились на красном сигнале светофора. Витя повернулся, пристально разглядывая меня. Воздух в салоне сделался густым, горячим, и я невольно смутилась.

– Ну… – я схватила шарф, свисавший от шеи до колен, и стала теребить его. – Только в том случае, если ты подружишься с гусем.

– Отлично! Мы с ним уже друзья. Да, гусь? – Шестаков усмехнулся, окинув взглядом мягкую игрушку на заднем сиденье. А я не нашлась, что ответить. Откровенно говоря, может, жить вместе… в самом деле не такая уж плохая идея?!