Глава 7

Тори

К тому моменту, когда внедорожник останавливается перед моим домом, я нахожусь в таком страхе и растерянности, что едва не теряю сознание.

Я даже не могу заставить себя посмотреть на Анджело, когда благодарю его:

– Спасибо за все.

Схватив пакет с покупками, я быстро выхожу из машины и захлопываю дверцу, а потом спешу к крыльцу.

Отче, нам надо серьезно поговорить.

Почему Ты позволяешь этому человеку все время встречаться на моем пути?

Я отпираю входную дверь и захожу в дом. Услышав, как внедорожник отъезжает, я облегченно вздыхаю.

Ну наконец-то.

Я закрываю дверь и, прежде чем пойти на кухню, проверяю, что она заперта.

Поверить не могу в то, что сегодня случилось. Зачем Анджело возил меня по всему городу? Чего он хочет?

Такие люди, как он, ничего не делают, если не ожидают получить что-то взамен.

Я ставлю пакет на кухонный стол и разбираю продукты.

Только теперь вспомнив об оставшихся у меня деньгах, я вытаскиваю их из сумочки и внимательно разглядываю.

Несмотря на то что Анджело приказал мне оставить эти деньги себе, я обязательно верну их отцу Паризи в воскресенье.

А приход может принять продукты в качестве пожертвования от Анджело. Я все объясню отцу Паризи и попрошу его никому ничего не рассказывать.

Отодвинув от кухонного стола стул, я опускаюсь на него и издаю стон.

Кажется, что моя – обычно такая спокойная – жизнь скатывается в пропасть хаоса и насилия, и я не понимаю, почему это происходит.

Внезапно в кухню заходит Джорджио и замечает деньги, прежде чем я успеваю их спрятать. Не говоря ни слова, Джорджио подходит ко мне и выхватывает банкноты у меня из рук.

Черт!

– Это деньги церковного прихода, – возражаю я и поднимаюсь со стула, чтобы забрать у него деньги.

Джорджио засовывает деньги себе в карман и, вторгаясь в мое личное пространство, презрительно усмехается:

– Теперь мои.

Он так сильно толкает меня в плечо, что я падаю и натыкаюсь на стол. Поясницу пронизывает острая боль, но я не обращаю на нее внимания и не свожу глаз с Джорджио.

Я жду, что он снова меня ударит, но, к счастью, одного толчка ему оказалось достаточно.

Когда Джорджио выходит из кухни, я падаю обратно на стул и закрываю лицо руками.

Я так больше не могу. Отче, пусть Джорджио куда-нибудь уйдет, чтобы я могла побыть одна.

Через несколько секунд я слышу, как захлопывается входная дверь – Джорджио ушел.

Спасибо.

Рыдания вырываются у меня из груди, и, обняв себя руками, я даю волю слезам.

Отче, я сделаю все что угодно. Пожалуйста, помоги мне выбраться из этой невозможной ситуации.

Через несколько минут мне удается восстановить контроль над своими эмоциями, и, взглянув на продукты, я поднимаюсь и убираю все на место.

Джорджио, наверное, поехал в клуб «Падшие ангелы», а значит, домой он вернется нескоро.

Слава Богу за эти маленькие радости.

Я иду в спальню, снимаю теплую одежду и, переодеваясь в летнее платье, замечаю свое отражение в зеркале на стене.

Я останавливаюсь и, рассматривая синяки на руках и ногах, чувствую себя ужасно несчастной. Ухватившись за низ платья, я приподнимаю ткань – по всему телу и по бокам у меня фиолетовые, красные и коричневые кровоподтеки.

Все синяки очень болезненные, и я понимаю, что только чудом избежала переломов.

Не желая предаваться жалости к себе, я поправляю платье и выхожу из спальни.

Джорджио ушел, поэтому на ужин я устрою себе настоящий пир и буду есть до тех пор, пока не почувствую, что вот-вот лопну.

Вернувшись на кухню, я сажусь за кухонный стол и начинаю чистить картошку.

Я готовлю крокеты – сицилийское блюдо из картофельного пюре и яиц, обжаренных в панировочных сухарях. После обжарки эти маленькие шарики становятся хрустящими и очень вкусными.

Я также готовлю скаччу – тонкие лепешки с овощами, сыром и мясом.

Когда еда готова, я беру из холодильника баночку газировки и несу тарелку в гостиную.

Сажусь на один из диванов, поджимаю под себя ноги, ставлю тарелку на колени и беру в руки пульт от телевизора.

Я включаю «Виргин Ривер» и, погрузившись в чужие жизни, наслаждаюсь каждым кусочком еды.

Действие сериала происходит в небольшом городке, окруженном лесом и красивой рекой.

Я бы хотела там жить.

Может, когда-нибудь моя мечта сбудется.

Закончив с едой, я ставлю тарелку на журнальный столик и ложусь на диван. Я смотрю серию за серией, и мой встревоженный разум понемногу успокаивается.

Пока я смотрю «Виргин Ривер», нет никакого злого сводного брата, который в конце концов меня убьет.

Нет никакого главаря мафии, который проявляет ко мне странный интерес.

Есть только моя мечта о лучшем будущем.

* * *

Боль пронзает мое тело оттого, что меня внезапно швыряют на журнальный столик.

Проснувшись от сильнейшего шока, я не успеваю защититься. Я распахиваю глаза, и уже в следующую секунду меня хватают за шею и поднимают в воздух.

Когда я вижу, кто передо мной, по моим венам разливается ледяной страх.

Это Вито Страно.

Один из людей Дамиано Фалько.

– Где Джорджио? – угрожающим тоном спрашивает Вито.

– В «Падших ангелах», – хриплю я сквозь крепкую хватку его рук на моей шее.

Он отшвыривает меня, как тряпичную куклу, я ударяюсь о барный шкаф и под грохот бутылок падаю на пол.

Я быстро отталкиваюсь руками от деревянного пола и в состоянии полного шока смотрю на группу мужчин, работающих на одного из главарей «Коза Ностры».

Не говоря мне больше ни единого слова, они громят гостиную и уходят.

Только теперь я осознаю, что произошло. Шок перерастает в хаотическую смесь ужаса, паники и безнадежности.

Такая жизнь меня скоро прикончит. Я в этом уверена.

Поднимаясь с пола, я наступаю на осколок стекла и невольно вскрикиваю. Когда я всем телом налетела на барный шкафчик, одна из стеклянных дверей разбилась. Я этого даже не заметила.

Осторожно, чтобы не наступить на еще один осколок, я хромаю в ванную, сажусь на край ванны и вытаскиваю из ступни стекло.

Я достаю из шкафчика аптечку, протираю рану антисептиком, а потом наклеиваю пластырь.

Безнадежно вздохнув, я разглядываю капли крови на кафельном полу.

Такое случалось и раньше, когда кто-то приходил за Джорджио, но боль мне причинили впервые. Обычно все побои достаются моему сводному брату.

Надеюсь, сегодня они его убьют и я смогу спокойно прожить остаток своей жизни.

Мою душу наполняет чувство вины, и я крещусь.

Прости меня, Отче. Сегодня был очень тяжелый день.

Поднявшись на ноги, я осторожно, не слишком сильно наступая на порезанную ногу, хромаю в гостиную и навожу там порядок.

Как же я устала!

Я бы не отказалась сейчас от помощи.

Не хочу показаться назойливой, Отче, но не мог бы Ты послать ко мне фею-крестную, чтобы она помогла мне навести порядок?

Тяжело вздохнув, я приступаю к работе, и как только гостиная обретает свой прежний вид – не считая разбитой дверцы барного шкафчика, – я плюхаюсь на диван.

Как они проникли в дом?

Вскочив, я бегу к входной двери. Замок не сломан, значит, Джорджио не запер дверь, когда уходил.

Вот мерзавец!

Качая головой, я поворачиваю ключ в замке. Я бы даже заперла дверь на засов, но Джорджио меня убьет, если не сможет отпереть дверь.

– Просто еще один обычный день в «Коза Ностре», – бормочу я, устало вздыхая.

Я иду на кухню мыть посуду и, набирая воду в раковину, шепчу:

– Такая жизнь становится слишком тяжелой. Я просто хочу, чтобы все это закончилось.