Глава 26. Лучшая утренняя зарядка

Утром Иванна обнаружила, что муж в спальню так и не вернулся. Подобное событие произошло впервые. Неприятно. Она помнила, что Марк говорил ей о делах с целителем, и оттого поспешила под окна новой знакомой — не столько, чтобы учиться новой гимнастике, сколько узнать, возвратился ли супруг Шессы.

— Не приходил, — поджала губы миниатюрная девушка с раскосыми глазами. — Значит, вместе они. Как бы не влезли куда…

— Маркус очень аккуратен в делах, — уверенно заявила Иванна, хотя сама страшно переживала. — Думаю, все у них хорошо.

— Надеюсь. Слушай, ты так собралась разминаться? В платье?

Иванна огорченно подергала подол очаровательного утреннего платьица:

— Так мне больше не в чем.

В платье, даже и в просторном, не попрыгаешь. Шесса оглядела с ног до головы молодую женщину и неуверенно предложила:

— Я могу тебе штаны Раиля дать. Ты худенькая. Мои тебе не подойдут, а его — должны в бедрах влезть.

Хихикая и краснея, королева Франкии переодевалась в беседке в просторные мужские штаны с завязками на талии. Они были ей коротковаты, но если немного подвернуть, обнажая не тронутые загаром лодыжки — заниматься в них вполне удобно.

— Я завтра же прикажу портнихе сшить мне приличные штаны, — смеялась Иванна. — Представляю, что она подумает!

Трава колола нежные ступни, Иви ежилась и ойкала, но исправно повторяла за своей наставницей несложные, казалось бы, упражнения. Только через четверть часа она уже тяжело дышала, а еще спустя некоторое время — утирала с раскрасневшегося лица пот полой рубахи. Девушка всегда думала, что сильная и выносливая, ведь она могла долго гулять, отлично ездила верхом и красиво танцевала; теперь она понимала, что ошибалась. Шесса, сжалившись над ученицей, сказала, что для первого раза достаточно, а сама продолжала гнуться, тянуться на носочках, высоко махать ногами и буквально взлетать в прыжках.

Сама же Иванна уселась прямо на траву и принялась переплетать косу — даже волосы были влажные от пота.

— А с палкой не хочешь? — раздался сзади голос Раиля.

Иванна едва не подскочила от неожиданности. За ее спиной стоял степняк — голый по пояс, в одних кальсонах — с двумя черенками от лопаты в руках. Выглядел он неважно, да и пах отнюдь не розами.

— Вы пили! — возмутилась девушка. — А Маркус?

— Он к себе пошел, — пожал вполне мускулистыми плечами степняк. — Да, мы пили.

Иванна невольно залюбовалась его грацией. Двигался он плавно, нисколько не покачиваясь от алкоголя. Красивое гладкое тело, черная вязь татуировки на спине, завязанные шнурком волосы — не слишком длинные, едва ли достающие до плеч. Ее старший родственник, без сомнения, привлекательный мужчина. Приятно на него глядеть.

Он встал напротив Шессы, с поклоном подал ей одну из палок. Глаза у катаянки заблестели, и Иви лениво подумала, что этот поединок однозначно закончится в постели. Она бы на месте степняка непременно соблазнилась изящной фигуркой и точеным личиком. К тому же корсажа или лифа на Шессе не было, и свободное колыхание груди под тонкой, едва ли не прозрачной рубашкой, даже ее взгляд притягивало, а уж Раиль и вовсе исправно глядел вовсе не в глаза супруге и непроизвольно облизывал губы. Эти двое были просто созданы друг для друга, между ними искры летят! Иванна порадовалась за своего родственника.

Медленно ступая босыми ногами по примятой траве, они словно описывали полукруг, не сводя друг с друга глаз. Шесса держала палку двумя руками, едва ли не кончиками изящных пальцев. Раиль стискивал свое оружие более твердо, и атаку начал тоже он и сразу обманным движением: дернув локтем вправо, он попытался достать левое бедро девушки. Она даже не стала парировать удар, просто сделав короткий шаг в сторону. Нападать она не спешила. Здесь она была более опытным бойцом, к тому же разогретым. А Раиль выглядел не слишком уверено, и реакция у него была явно замедленна выпитым алкоголем. Он размахивал палкой, приседал, вертелся — а Шесса даже не двигалась, только легко перетекала из одной позы в другую. Степняк начинал злиться и уставать — по спине уже струились капли пота. Внезапно неуловимым движением девушка выбросила вперед свое оружие, легко коснувшись груди Раиля чуть пониже ключиц и негромким голосом произнесла:

— Убит.

Он замер, опустил глаза и коротко кивнул. Противники поклонились друг другу и разошлись, снова чуть сгибая колени и опуская палки на уровень живота.

Иванна неслышно поднялась с места, подняла брошенное на землю платье и отправилась в свои покои: мыться и одеваться к завтраку. Ее ухода Шесса не заметила, увлеченная разглядыванием явного возбуждения супруга, заметного под тонкими кальсонами. По ее телу прокатилась дрожь предвкушения, щеки залила краска. Как приятно осознавать, что твой мужчина желает тебя! Ей немедленно захотелось поддаться ему, почувствовать горячие губы на своих губах. Он всегда целовался яростно, жадно, буквально овладевая ее ртом, и губы после таких поцелуев опухали и побаливали. Шесса сейчас до покалывания в губах жаждала этих поцелуев. Она понимала, что одно ее слово — и она получит его целиком, но не говорила этого слова, а просто, когда он отвернулся, дернула завязки ворота, распуская его так, чтобы грудь была почти обнажена.

Раиль краем глаза заметил, что единственная зрительница поединка ушла, даже кивнул ей, а потом перевел свой взгляд на свою женщину. Румяная, с растрепавшимися волосами, текучая, будто вода, и сильная, как тигрица, она казалась ему невероятно красивой. Ему нравились такие поединки, они заставляли его тело петь. Редко, когда он занимался физическим трудом, и упражнениями пренебрегал. Его отец, хоть и был целителем, оставался настоящим воином, а Раиль давно забросил тренировки, предпочитая время посвящать более интересным вещам. Шесса же старалась начинать утро с зарядки. Впрочем, искусству боя она училась с детства — девочка и старик, бродящие по Катаю, должны уметь постоять за себя.

Он и злился на то, что она постоянно ускользает от его ударов, и восхищался. Ему так и не удалось ни разу ее коснуться, зато "умер" он уже трижды. Конечно, он был не слишком трезвым, усталым и каким-то опустошенным, да еще постоянно отвлекался на ее грудь, то и дело мелькавшую в распущенном вороте рубахи. Но он и в другое время не мог с ней тягаться, хотя, бывало, и "убивал" ее. Отбрасывая палку, он просил:

— Давай теперь без оружия!

Шесса кивала. Теперь уже она без предупреждения накидывалась на него, а он уворачивался и отскакивал, а потом, перекувырнувшись, хватал ее за ногу и, уронив в траву, падал рядом и тут же подминал под себя. Их поединки всегда заканчивались одинаково. Иногда она его роняла, и тогда была главной, но чаще все же он. По негласным правилам теперь она должна была подчиняться.

— Хочу здесь и сейчас, — шептал он, не то целуя, не то кусая ее плечи, буквально рвя на части ее рубашку.

— В саду? Увидят ведь!

— Плевать, пусть видят, — бормотал Раиль, но потом, заглянув в ее покрасневшее лицо, добавлял. — Нет здесь никого. Еще рано для местных придворных.

— Это была моя последняя рубашка, — жалобно скулила девушка, выгибаясь под его жадными губами. — Хоть штаны не рви!

— Я куплю тебе десяток рубашек, — обещал он, но завязку на штанах все же не рвал, а аккуратно, хоть и торопливо развязывал.

Снять он их не успел, просто разворачивал ее к себе спиной, обхватывал руками и нетерпеливо проникал в нее, тяжело дыша ей в затылок. Отчего-то сейчас ему хотелось говорить ей всякие нежности, но что — он не знал, у него в голове вертелись даже не мысли, а какие-то обрывки фраз.

— Такая сладкая, — шептал он, упиваясь ее судорожными волнами. — Моя Шесса…

Для нее это было почти признанием в любви, внутри всё вспыхивало, и удовольствие становилось нестерпимо острым. Одной рукой Раиль сжимал ее грудь, а другой крепко держал за талию, не позволяя шевелиться. Она ощущала себя в его руках слабой и покорной, и от этого кружилась голова. В конце концов она его и полюбила за эту жесткость и упрямство, которые редко встречались в уступчивых и мирных катайцах. Нет, Шессе нужен был мужчина сильный и властный, и именно такой сейчас был рядом и овладевал ей прямо на траве в чужом саду. Она готова была поддаваться ему, следовать за ним, как вода… даже в удовольствии.

Откуда только у Раиля потом взялись силы едва ли не руках донести ее до постели? Он не знал. Но встать на ноги он ей не позволил. Ему было приятно нести ее, такую миниатюрную и хрупкую. Он рядом с ней ощущал себя большим и сильным, хотя, как и все степняки, был невысокого роста. Заталкивая ее в окно (все же так было гораздо быстрее и проще), он не удержавшись, куснул ее за зад сквозь тонкие штаны и усмехнулся, когда она взвизгнула. Запрыгнул сам, кинул в угол ком одежды и, едва коснувшись головой подушки, провалился в сон, больше похожий на беспамятство. Работа в паре с магом смерти дорого ему обошлась.