Глава двадцать четвертая. Здравствуй, ужас!
- Это же мой бывший, – прошептала я, не веря своим глазам.
- Его нужно напугать, – прошептала в ответ невеста, пока я протирала глаза. Простите, мне бывший муж в них попал! Я не могла его найти, мать его не могла его найти, суд его не мог найти, а тут, совершенно случайненько!
- О, доверься мне, – я закусила губу, глядя на потерянное счастье.
Я уже забыла обо всем. Забыла о том, зачем я здесь. Никогда не думала, что встречу его в этом мире. Есть люди, на которых нельзя держать зло. Но можно держать топор за пазухой!
- Смотри, ты его пугаешь, я подбираюсь к нему сзади! – прошуршала невеста, выслеживая дичь. Мы напоминали двух тигриц, которые разминались перед прыжком. Или двух закадычных подруг, которые приметили одно и то же платье на распродаже.
- Отлично! – потерла я руки, не сводя взгляда с силуэта. Какая встреча!
- Только смотри, пугай наверняка! Стоит ему испугаться, я стану сильней! Я питаюсь страхом мужчин! – заметила невеста.
Она стала красться вдоль кустов. А я привела себя в порядок, плавно выплывая на полянку. Я терпеливо молчала, дожидаясь момента, когда меня заметят.
- Здравствуйте, – усмехнулась я, поднимая брови.
Как там говорили подружки на работе? Чтоб я выходила из лимузина на тонкой шпильке. А бывший сидел с картонкой и мелочью в банке из-под кильки. Чтоб я ему бросила мельком: «Бонжур!». А он мне: «мадам, же не мон па си жур!».
- Д-д-дина? – дернулся бывший.
- Где алименты с октября две тысячи … – начала я, видя, как он седеет на глазах. Мне кажется, что если сейчас злой волчок промахнется и откусит ему пол задницы, он даже не заметит.
А у меня перед глазами промелькнула ночь, когда я рыдала на кухне. А Нюша рыдала за компанию. Хотя не понимала почему. Мама плачет, значит, нужно плакать. И только к бессонному утру, когда я была вымотана до предела, увидела, что не полита драцена, мне удалось успокоиться. Пока я поливала ее, баюкая Нюшу на руках, я поняла. Жизнь не закончилась. Она продолжается. И как-нибудь все наладится.
Кажется, виновник наших соплей и слез сейчас потерял дар речи. Это было на него очень похоже. Он вообще постоянно все теряет. Даже его мама называла его «растеряшкой». Сначала потерял работу, потом совесть, а сейчас дар речи. Да за ним бюро находок должно попятам ходить!
- Так и где мои алименты? Просто Нюше в детский садик нужны: пластилин, фломастеры, краски, кисточки, карандаши, цветной картон, клей, альбом, сдать на подарок воспитательнице, сдать на ремонт группы, сдать на новые шторы… – перечисляла я, загибая пальцы.
Ладно, шучу. Ножницы я взяла из дома. Серое утро новой жизни все еще стояло перед глазами. И только тогда до меня дошло. Ушел-то он вечером, накануне. Но бросил намного раньше.
Сердце кольнуло при мысли, что скоро все повториться. Та же кухня, та же драцена, та же рыдающая Нюша на коленях, тот же остывший чайник и те же салфетки на столе. Но это будет потом.
А сейчас я получила ответ на свой вопрос. Несовместимость его ангельского характера с моим «бесячьим», внезапно ушедшая любовь, пять лишних килограмм, нос, как у хрюшки, и контрольный выстрел в самооценку «на кого ты похожа стала?». Все это были просто предлоги. А причина крылась в том, что пылкий «вьюноша», разменявший третий десяток был не готов к ответственности. Вместо твердого мужского плеча у меня было хлипкое, шаткое сопливое плечико.
На меня смотрели таким взглядом, что волчок мог смело приступать ко второй части попы.
- И вообще! – возмутилась я, видя, как бывший пятится в объятия невесты. – Я, может, тоже хочу устроить свою личную жизнь! Поэтому Нюша недельку поживет с тобой. А там посмотрим!
В этот момент он дернулся так, словно поцеловал высоковольтный провод.
- Попался! – ужасным голосом произнесла невеста, хватая его сзади. – Сейчас я тебя поцелую и…
И тут невеста получила бутылкой по голове. Бывший бросился бежать сквозь лес. Я за ним. За мной неслась разъяренный мертвая невесты.
Нечисти в лесу осталось совсем немного. Почти все уже были на балу. Деревья, разумеется, не позвали, поэтому они возмущенно скрипели, цепляя бывшего ветками. Он несся бешеным зайцем, сверкая лакированными туфлями и испачканными штанами.
На ходу он решил раздеться. И скинул пиджак. Он остался в рубашке. Но мне это мало помогало. Я начинала отставать. Невеста тоже. Ладно, я! Но она то!
- Мы его теряем! – воинственно заорала я, чувствуя себя доктором.
Внезапно бывший муж споткнулся обо что-то, размахнулся руками и загремел в овраг. Я чуть не полетела следом. Если бы ледяная рука не удержала меня. В присыпанном снегом и листьями овраге открылась огромная пасть.
- Все, – заметила невеста, заглядывая вниз и удерживая меня на краю. – Мне очень жаль. Это же был твой бывший… Бедный…
- Да, бедная зверюшка… Отравится… , – заметила я, отряхиваясь и пытаясь отдышаться. Невеста что-то хотела сказать, как вдруг над нами появилась летучая мышь. Она пропищала что-то про «лично в руки».
- Приглашение на бал! – обомлела невеста, глядя на заветную бумажку. – Мне его засчитали!
Я все еще отходила, сползая по дереву и прикладывая руки к разгоряченным щекам.
- А давай попробуем вместе! Ты же тоже хочешь увидеть нашу будущую королеву? – заметила невеста, рассматривая вожделенный билетик. – Хотя… Погоди! Тут их два! Два приглашения! Тебя тоже пригласили!
- О, нет! – запищала мышь, пока я жадно отбирала пригласительный. – Я случайно! Верните обратно!
Дрожащими руками я держала черную бумажку, повторяя за невестой заклинание. Если честно, то не будь ее рядом, я бы не смогла воспроизвести написанное!
Нас дернуло, оторвав наши ноги от земли. А потом бросило в черное облако. Проносясь сквозь клубы тьмы, я очутилась в каком-то мрачноватом помещении. Все-таки у меня что-то с произношением! Если я даже правильно повторить не смогла. Но, может, это к лучшему? Не представляю, что было бы со мной, если бы не помощь трупика. Я вообще не думала, что это так читается!!!
В это помещении стояли метлы и висела какая-то жуткая роба.
Так, я в замке! План такой. Я переодеваюсь, беру метлу и делаю вид, что я тут персоналом подрабатываю. Под черным капюшоном меня никто не заметит! А сама пробираюсь в комнату к Нюше. Хватаю ее и прячу под робой. Мы вместе выходим из замка и … Дальше я не придумала. Но после того, как я прошла весь этот путь, горе тому чудовищу, которое чихнет из кустов в тот момент, когда я буду проходить с ребенком мимо.
Роба была мне велика. А еще предусматривала хвост. Которого у меня на поверку не оказалось в наличии. Для него была отличная прорезь. Так, а какие хвосты нужны? Я вспомнила чудовище, которое Нюша усердно звала поиграть. И стала искать что-то похожее. Но ничего похожего не было!
Зато я обнаружила веревочку, ножницы, кучу непонятных приспособлений для пыток и уборки и ненужный хлам. Интересно, а сказать, что у меня его оторвала принцесса, будет сильно палевно?
Ладно! Так и прорычу! Нацепив на себя робу, взяв метлу, я вышла из кладовки с самым деловым видом. Ничего себе замок отгрохал! Я под впечатлением.
– Главное, не думай о нем, – процедила я, кусая себе губы. Но мысли настойчиво лезли в голову, порождая образы. Я вспоминала его улыбку, жесты, взгляд. Глаза, в которых может утонуть вся сборная по плаванью. И мне становилось горько – горько. Интересно, сколько я еще буду сожалеть о том, что однажды нас свела судьба? Сколько я еще буду вспоминать его за чашкой чая? Может минуту, а может и вечность.
Я шла по коридору, где сновали такие же слуги. Я ничем не выделялась, кроме хвоста.
- Почему одет не по уставу? Где хвост? – прорычал голос, заставив меня мести помелом, как бабушки у подъезда языком.
Вот знала, что спросят! Знала!
- Отор-р-рвала пр-р-ринцесса, – прорычала я, как можно страшнее и горестней.
Меня похлопали по плечу, как бы намекая, что жизнь не закончена. Она продолжается. Пусть без хвоста она уже не будет такой прекрасной, но мне нужно смириться с потерей.
Я опустила голову и закивала. Всем видом я подчеркивала, что потеря невосполнима. Поэтому если завтра меня тут не застанут, то пусть претензий не имеют.
Слуги бегали по коридорам: «Королева уже прибыла?». «Должна была!», – слышались их голоса. Я, скрепя сердце и зубы пожелала этой счастливой женщине счастья, радости, удачи. И направилась искать покои Нюши. Яростно подметая каждый угол, я высматривала комнаты. Ну здесь сто процентов нет, поэтому пойдем дальше.
Пока я продвигалась по коридорам, мне чуть не выписали премию за усердие. Я старательно поднимала пыль, бегая глазами по сторонам.
- Отнесите в покои принцессы! – прорычало что-то рядом.
Я поняла, что нужно садиться на хвост, подметая еще усердней. Главное – не потерять из виду «несуна». Меня сбивали с толку другие слуги. Кто-то бежал, тревожно оповещая всех, что его высочество обеспокоен. При словах «его высочество», я кусала себе самооценку.
- Королева должна была прибыть! Но ее нет! – паниковали в коридорах, пока я пробиралась за слугой. По пути у меня отобрали метлу и вручили ленты. С требованием отнести их в покои будущей королевы. Я делала вид, что несу их именно туда. Но по пути у меня отобрали ленты и выдали какой-то ворох мишуры с требованием незаметно обновить ее в зале. Только я присмотрелась к черным гирляндам, как у меня их отобрали снова. И выдали какой-то поднос.
На мгновенье я потеряла из виду моего невольного провожатого. И перепугалась. Но тут же нашла. Когда мне вручили какое-то украшение, которое решили добавить к свадебному платью. И тут же отобрали. Хоть моего лица видно не было, но где-то все интуитивно чувствовали мою магическую косорукость.
Наконец-то коридор вильнул, и я увидела дверь. Сердце колотилось: «Нюша!». Я представляла, как мы сидим на подоконнике с ногами, чего я раньше не разрешала. Представляла, как бежим наперегонки через весь парк, летом брызгаемся из фонтана, красим волосы дорогой кукле и тысячи мелочей, которые я себе не позволяла.
Провожатый сделал свое дело и бросился по коридору обратно. Он решил присоединиться к нарастающей панике. То, что будущая королева задерживается, знал весь дворец. «Да я б к такому мужику бежала бы быстрее прыткой лани!», – стиснула зубы я, стараясь не завидовать чужому счастью. А горечь осадка оставить до бокала вина и сигареты на кухне в форточку.
Уложу Нюшу, порыдаю на кухне, полью драцену и стану сильней. А Нюше скажу, что ей это приснилось, пока она спала в машине. По дороге домой.
Сердце ухнуло вниз, когда я отворила дверь в красивую комнату.