Глава 17. Пансион

Аластер Дарк

После ливня дорога раскисла и противно скользила под колёсами, заставляя кар вилять на поворотах, но это не заставило меня снизить скорость. Внутри всё переворачивалось от страха за Фелицию.

Времени размышлять о том, что я слишком сильно реагирую на возможную опасность для юной графини, не было, как и желания заниматься самоанализом, а вот ярость… она кипела и бурлила, подстёгивая мою магию.

Пансион встретил меня всё теми же ухоженными газонами и чистыми дорожками. Я с некоторым злорадством отметил тот след из липкой грязи, что оставил мой кар на подъездной дороге.

— Я полагала, что разбираться в ситуации приедет дядя, но раз снова прибыли вы, то хочу выразить вам своё крайнее возмущение. Эта… особа совершенно невоспитанная, не знает как полагается себя вести в обществе, а кроме того эта дикарка… она распускает руки! Посмотрите, что она сделала с моей племянницей! Вики, подойди детка, — мадам махнула пухлой рукой, подзывая какую-то долговязую неприятную девчонку, на лице которой красовались четыре глубокие царапины, а под глубоко посаженными глазами налились синяки.

— Мне неинтересна ваша… племянница. Я хочу видеть Мелиссу, — холодно потребовал я, ощущая, как дрожит от страха маленькая дрянь, которой юная графиня попортила и без того постную физиономию.

— Она в изоляторе. Вы должны были уведомить, что девица необученный маг. Она взорвала зеркало в женском туалете. Только чудом другие воспитанницы не пострадали! — выкрикивала мадам, ярко пылая неприкрытой ненавистью.

— Мне безумно интересно, почему ваши… воспитанницы последовали за Мелиссой в туалет? Всплеск силы у необученных магов вызывают исключительно сильные эмоции. Так подскажите, мадам, чего именно хотели благочестивые девицы от племянницы моего друга в таком месте? — обманчиво тихо спросил я, постукивая пальцами по полированной столешнице директорского стола.

От гнева моя сила впервые за много лет стала самопроизвольно прорываться наружу, рассыпаясь искрами по гладкому дереву.

— Девочки просто хотели познакомиться, а она… — начала глупо оправдываться мерзкая женщина, но я резко прервал её лепет:

— Вы немедленно приведёте сюда Мелиссу, и я спрошу у неё о мотивах «дружелюбных» воспитанниц. Я сегодня же забираю девушку домой. Вы вернёте все средства, что были перечислены на содержание и обучение племянницы моего друга, а уже завтра ждите комиссию и ревизоров. Мне очень интересно, что именно происходит в вашем заведении, — рявкнул я, заставляя директрису побледнеть до синевы.

— Ну, зачем же вы так? Я просто хотела попросить, чтобы родственники приняли решение об ограничении магии необученной девушки. Это опасно в первую очередь для неё, — начала быстро лепетать дамочка, а эмоции её затопило ужасом.

— Я не люблю повторять дважды, но раз вы не меня поняли, то сделаю исключение: приведите Мелиссу и ждите последствий. И про финансы не забудьте, — добавил я, наблюдая, как грузное лицо директрисы начало покрываться некрасивыми красными пятнами, а сама дама стала теребить верхние пуговицы ханжеской блузки, которая едва сходилась под вторым подбородком.

Похоже, эта дамочка явно не рассчитывала, что в ответ на её упреждающую неприятности жалобу явлюсь именно я, иначе триста раз бы подумала о том, стоит ли меня выводить из себя. В уме я уже придумал повод для того, чтобы отправить проверку в эту обитель «благочестия», но в данную минуту меня больше интересовало, что с Фелицией и почему она не позвала меня в момент опасности?

Директриса дрожащей рукой налила себе воды, а потом обратилась к «бедной, пострадавшей девочке»:

— Вики, детка, попроси, чтобы привели Мелиссу, — сказала она, испытывая новую волну страха. — Может быть, чаю, господин каратель? Мы определённо не с того начали наше знакомство. Признаю, я немного погорячилась. Девочка, конечно, проблемная, но ведь наша задача, как педагогов и мудрых женщин в том и состоит, чтобы из любой заблудшей… души сделать истинную леди, — совсем другим тоном пропела дама, пытаясь замять конфликт.

— Не стоит беспокоиться. Мелисса и так очень воспитанная и образованная девушка, а ваши выводы о её… проблемности оставьте при себе. Раз у неё ярко проявились магические способности, то обучаться она будет в другом месте, а вы не тратьте ресурсы пансиона на угощение никому не интересных карателей и ожидайте проверки, — холодно посоветовал я.

— Ну, раз вы заговорили о ресурсах, то из денег, перечисленных на содержание Мелиссы, будет удержано за разбитое зеркало, испорченную форму трёх девушек и заживляющее зелье для Виктории. Не хватало ещё, чтобы у девочки остались шрамы от грязных ногтей, — нагло заявила эта… жаба.

— Но тогда, кроме финансовой и педагогической проверки, к вам прибудут и дознаватели. Они быстро и точно определят, кому именно нужно предъявить указанный вами счёт, — парировал я. Это уже было делом принципа. Естественно, я не стал бы привлекать внимание своего департамента к Фелиции, но и платить этой даме не собирался.

— Ну что вы? Какие дознаватели? Я заплачу из своих средств. Не стоит беспокоить серьёзное ведомство по таким пустякам, как девичья ссора, — почти выплюнула жаба, ярко полыхая в мою сторону ненавистью и страхом.

В дверь коротко постучали, после чего вошла та самая лошадеподобная дама, что провожала нас в прошлый раз, а вслед за ней зашла Фелиция.

Лицо графини опухло от слёз. Тёмное платье из грубой ткани, которого я точно ей не покупал, висело на худенькой фигурке мешком, и было порвано на рукаве, русые волосы немного растрёпаны, но в целом девушка не выглядела избитой.

— Мелисса, собирайся. Мы уезжаем немедленно, — сказал я, закончив осмотр.

— Пусть вернут все мои вещи и тот кулон, подарок мамы, — упрямо сказала девушка, вздёрнув аккуратный носик.

Я просто вопросительно приподнял бровь и посмотрел на директрису.

— Какая ты выдумщица, Мелисс-са, — злобно прошипела дама. — Хильда, разберитесь с вещами девушки. Мы подождём тут, — обратилась она к своей помощнице, снова наливая себе воду в стакан.

Примерно через десять минут она вернулась вместе с чемоданом. Фелиция демонстративно закинула его на стол жабы, перебирая скомканные вещи.

— А вот и кулон. Какая я… невнимательная, — с явным ядом в голосе, мстительно произнесла графиня, демонстрируя подаренный мной амулет связи. Закрыв сумку, Фелиция протянула её так, что металлический замок с противным скрипом прописал на полированной поверхности глубокую царапину.

— Знакомство с вами было… познавательным, — сказал я, подхватывая чемодан, прежде чем покинул кабинет.

Фелиция следовала за мной по пятам, снова согревая меня своими тёплыми, как летнее солнце чувствами.

До кара мы шли молча, и лишь когда машина тронулась, оставляя позади пансион, девушка глубоко выдохнула и произнесла:

— Прости. Я не хотела доставлять лишних хлопот, но это просто невыносимо.

— Поговорим дома, — произнёс я, не желая показывать девчонке, как я рад, что она снова со мной.