Глава 21

— Ты должна соблазнить его… — прошептал голос за моей спиной, пока я озиралась по сторонам, с трудом узнавая в представшем внутреннему взору пейзаже, мой волшебный сад.

Это снова мой сон… Но казалось, будто краски потеряли былую насыщенность, трава пожухла, а птицы умолкли, и даже солнце спряталось в мутном небе от этого мерзкого голоса:

— Будь умницей, Майя! — притворно мягко говорил человек за моей спиной.

Вот оно! Теперь правильная интонация! Голос все тот же, но когда он лебезит, как сейчас, то я начинаю явственно понимать, кто стоит за моей спиной…

Тот человек сейчас до боли сжимал мою шею, посылая по телу парализующий ток:

— Если ты справишься, то я смогу избавить тебя от этого демонического отродья.

Точно! Он рассказал Майе… нет, мне! Он рассказал мне о сущности Амира, представив его в образе отвратительного чудовища. Заверил, что мой Архонт намеревается убить меня, и предложил выход — сделать Амира смертным.

— Тебе всего лишь нужно искусить этого Архонта. Я устал ждать, пока он сдастся сам.

Тогда как тело не подчинялось мне под влиянием силы того человека, разум и вовсе парализовало страхом.

— Чувствую, ты все правильно поняла, Маайяя, — прошипел он. — Но не нужно так бояться. Твоя задача лишь раздвинуть перед ним свои изящные ножки. А после, я лишу его жизни и спасу прекрасную деву, — усмехнулся и отпустил мою шею. — Сделай это сегодня же! Иначе я сам расправлюсь с тобой! — бросил напоследок удаляющийся голос.

Я успела повернуться, и заметить профиль мужчины. Прищурилась, не в силах признать его на весьма значительном расстоянии, и вздрогнула, когда сзади послышался до боли родной голос:

— Майя… — так нежно зовёт меня.

Мое имя из его уст всегда словно музыка…

Я повернулась и заметила Амира у кромки леса. Его бездонно голубые глаза, обрамляясь мелкими веселыми морщинками, каждый раз светились радостью при виде меня, а на щеках, тогда еще не покрытых густой порослью, появлялись ямочки, от лучезарной улыбки, растягивавшей рот, придавая его образу едва ли не ангельскую мягкость.

Что? «Дьявольское отродье»? Он-то? Разве мог он намереваться меня убить?

Тот злой человек уже не раз приходил ко мне. По-видимому, пытался втереться в доверие, и поначалу у него это даже получалось. Ровно до того момента, пока он оставался вежлив. Однако видимо его подвело терпение. Не в силах удержаться он выпалил мне свой план по уничтожению «дьявольского отродья», коим он окрестил в своих рассказах Амира, и не оставляя шанса отказаться, присвоил мне в этой истории весьма незавидную роль. Теперь у меня, по его мнению, всего два варианта: сделать Амира смертным, чтобы он убил его, или же не сделать и тогда он убьёт меня.

Когда он перешёл к угрозам, мне стало стыдно. Стыдно за то, что на какие-то мгновения, когда я находила подтверждения о странном происхождении Амира, смела сомневаться в нем.

Теперь я смотрела в голубые глаза мужчины, сдерживаясь от желания броситься навстречу и обнять его напоследок.

— Я люблю тебя, Амир… — прошелестела одними губами, и он нахмурился, а затем, в удивлении округлив глаза, просиял от счастья, шагнув в мою сторону.

Неужто ветер донёс ему мою тайну?

Нет времени на эти сентиментальные глупости. Важнее спасти его…

Я смахнула слезу и одним рывком сорвала с шеи нить, на которой болталась одна единственная жемчужина.

Мое любопытство вынудило Амира рассказать об этих бусинах, что я время от времени находила у него дома. С его слов это мощнейший яд, который не оставляет шансов выжить никому. Даже бессмертному — тогда я думала, что это шутка…

Он сам отдал мне одну. Повесил на шею, будучи уверенным, что если кто-то станет угрожать моей жизни, я смогу с умом воспользоваться ею.

И я воспользуюсь.

Однако я и предположить не могла, что мне выпадет ситуация, в которой я захочу защитить чью-то жизнь сильнее, чем свою собственную.

Прощай, Амир…

Я видела, как счастье на его лице сменилось ужасом, когда я, быстрым движением сдернув бусину с нитки, вложила ее в рот. Мой бессмертный ринулся вперед, и уже через несколько мгновений, показавшимися мне мучительно долгими, оказался рядом со мной, яростно вцепляясь в мои плечи горячими пальцами:

— Что ты наделала??? — он с силой встряхнул меня, будто надеясь, что это поможет вытряхнуть из меня яд.

Слишком поздно.

— Прости… — я почувствовала, как смертельная пилюля обожгла внутренности, словно кислотой.

— Нет! Нет… Майя! — его лицо исказила гримаса боли. — Ты не можешь оставить меня! Я никогда не прощу тебе…

Я очнулась в холодном поту и стала хватать ртом воздух. Один кошмар перерос в другой… Я все ещё болтаюсь на цепях в темной камере. И очевидно, что я не просто уснула, а скорее отключилась, не в силах вынести побои от этих мерзких Доргов.

Что это ещё за сон?

Нет, у меня уже практически не оставалось сомнений, что мы с Майей имеем нечто общее… Например, душу. Насколько подобное вообще возможно — я рассчитываю позже расспросить у родителей. Если спасусь. Надеюсь им что-то известно об этом. Могу ли я действительно быть Майей?

Если да, то сейчас сон приоткрыл мне новые подробности прошлого: значит, я предпочла умереть сама, под влиянием того человека. Но тогда почему в предыдущих снах, виновным в моей смерти выступал Амир? Насколько я могу доверять этим расходящимся по смыслу видениям?

Внезапно в голову пришёл способ убедиться в правдивости своих сновидений. Ведь не зря в моих грезах появился ещё один участник, чей голос теперь я безошибочно узнала…

— Очнулась? — снова раздался теперь уже знакомый тенор из темноты. — Пора бы тебе перестать бунтовать. Рано или поздно ты все равно сдашься. Мне не хотелось бы ненароком убить тебя пытками.

Этот ублюдок…

— Зачем ты прячешься, Дугл? Значит все же боишься, что мне удастся сбежать и тогда, я раскрою твою партизанскую морду? Это обнадёживает, — прошипела я, и в луч тусклого освещения с довольной ухмылкой на губах выступил преподаватель боевой магии.

— Все же узнала, — хмыкнул он.

— А ведь Амир доверял тебе. В первое покушение он ни секунду не усомнился в твоей честности, и потому именно тебя отправил за лекарем для меня. Он сам мне сказал. Говорил, что может доверить расследование этого происшествия лишь тебе…

— Что мне за дело до его доверия? — Архонт равнодушно пожал плечами. — В сложившейся ситуации я просто хорошо играл свою роль, чем и вызвал признание коллег. Я бы мог стать Верховным вместо Амира, однако, в отличие от большинства моих Братьев, меня никогда не интересовали заметные места. Предпочитаю контролировать все из тени.

— Это очень подходит крысе вроде тебя, — едко заметила я. — Именно поэтому ты использовал невинную девушку, чтобы убить Амира?

— Убить Амира? — он призадумался. — О чем ты? — я было, даже засомневалась, что все эти сны всего лишь плод моего воспалённого воображения, когда он вдруг продолжил: — Я похоронил эту идею вместе с той жалкой смертной, что была его Источником, — отмахнулся Дугл, явно не понимая, о чем я говорю.

А меня затрясло от сделанного открытия: значит все это правда?

И как он смеет так небрежно отзываться…

— Майя! Ты должен был запомнить это имя! — зарычала я, безуспешно дёрнувшись на цепях. — «Жалкая смертная», которая ценой своей жизни сорвала твои планы! «Жалкая смертная», в чьей кончине виновен ты!

Кажется, мне удалось немало удивить Архонта:

— Откуда тебе известно… — он даже не договорил. — Нееет, — прошипел с полуулыбкой, будто осознав нечто поразительное. — Так вот почему Амир так привязался к тебе??? Ты… его Источник!

Черт! Это не входило в мои планы. Стоило бы помалкивать, и уж тем более не поддаваться чувствам, которые явно выдавали уязвленность некогда сломленной этом мерзавцем души.

— Потрясающе! — чему-то радовался мой бывший преподаватель, наконец, проявив хоть толику эмоций. — Даже не представляешь, какой вклад ты внесла в мои наблюдения! Теперь у меня появилось живое подтверждение теории о единстве души Источника!

Что за чушь несёт этот придурок?

— Если ты — Майя, то все сходится и с родителями Амира! — он был настолько восхищён, что видимо, забыл следить за языком, а ещё не заметил, как от темноты, за которой брезжил просвет коридора, отделилась мощная тень.

— Амир… — мои губы сами невольно шевельнулись, когда я распознала в этой тени своего Архонта.

— О, здравствуй, дорогой родственничек! — Дугл, наконец, заметил вторжение, однако даже глазом не повёл. Хотя может и повёл, но я не могла разглядеть, сидя на полу у противоположной от негодяя стены. А его голос не выдавал ни малейшего волнения. — Ты быстро справился…

Амир опустился передо мной на колени, и с едва сдерживаемой яростью во взгляде, оценил кандалы, сковывающие мои запястья:

— Как ты? — спросил он мягко, совершенно игнорируя присутствие в комнате другого Архонта и пару, оскалившихся, при появлении чужака, Доргов.

Я смотрела на него во все глаза. Как он оказался здесь? Зачем пришёл в логово врага? З-за… за мной? И это будучи смертным?

Мне вдруг столько захотелось ему сказать. Однако вслух я так ничего и не произнесла.

Амир трепетно провёл большим пальцем по моей губе, и, взглянув на свою ладонь, испачканную моей кровью, в ярости сжал руку в кулак.

— Подожди немного, — тихо сказал он, очевидно пытаясь сдержать гнев. — Мы скоро пойдём домой…

— О, какая прелесть, — безэмоционально засмеялся Дугл. — Жаль вот только, что убить мы друг друга не можем, а уговорить меня снять с твоего Источника зачарованные оковы, ты меня не убедишь. Что собираешься делать? Будем просто стоять тут, и ждать, пока эта смертная полукровка испустит дух от элементарного человеческого голода.

Я мысленно выдохнула. Судя по реакции Дугла, он не знает, что Амир стал уязвимым, а это значит, что он, скорее всего не станет нападать, посчитав схватку между двумя бессмертными бессмысленной тратой энергии.

Снова окинув изучающим взглядом цепи, Амир коротко коснулся моей щеки и неторопливо поднялся на ноги, повернувшись к Архонту, видимо готовясь к долгим переговорам.

Дугл оживился, должно быть, чувствуя, что его ожидает неплохая сделка:

— Думаю, ты слышал наш занимательный разговор, — начал он. — Я счастлив, наконец, получить подтверждение своей теории.

— Что за чушь ты тут несёшь? — загробным голосом спросил Амир. — Какое отношение к твоему безумию имеют мои родители и Майя? Оставь покойников. Достаточно ты и живых намучил. Скольких из них ты отправил на тот свет, благодаря армии своих шакалов!

— О, так ты ничего не понял? — с притворным удивлением пробормотал Дугл. — Буду рад просветить тебя, дорогой племянничек!

Амир раздраженно выдохнул:

— Перейдём сразу к делу…

— Нееет, — прервал его Архонт. — Будем играть по моим правилам, и тогда возможно я приму условия твоего обмена. Ведь тебе тоже есть, что мне предложить, не так ли? То, что ты умудрился тщательно скрывать от меня! Хотя я наблюдал за тобой с самого рождения, и уже было подумал, что ты вовсе не интересен в качестве подопытного, — я увидела, как в темноте Дугл повёл рукой в мою сторону. — Но благодаря этой милой леди, теперь я знаю, что полукровки имеют особое отличие — эти бусины. Очень любопытная вещица. Теперь моей армии не придётся нести такие потери…

— При чем тут я и полукровки? — оборвал его Амир.

— Прости, увлёкся мечтами… — Дугл прошёл вдоль стены и опустился на жесткую деревянную скамью. — Присядешь?

— Дугл! — потребовал Амир.

— Как хочешь, — отмахнулся Архонт. — Ты ещё помнишь своих родителей? — вдруг задал он вопрос.

— Конечно. Мой отец был великим правителем сильнейшей державы этого мира: король Объединённого Государства — Люциан Дарнийский, — в голосе Амира звенела неподдельная гордость, а я с удивлением ловила откровение о рождении бессмертного престолонаследника. — Мать — королева Анна, достойно разделившая с отцом управление крупнейшим королевством. При чем тут они…

— А помнишь ли ты слухи, что ходили во дворце, когда ты был ребёнком?

— О чем ты?

— Будто твоя мать и первая жена короля Люциана — одна личность.

— Помню, — коротко ответил Амир, видимо, не желая вдаваться в подробности перед своим недругом. Мало ли что у него на уме.

— Я жил при дворе во времена правления твоего отца, — начал Дугл. — В то время я уже не первую сотню лет интересовался происхождением Архонтов. Так, я узнал легенду о Столетней деве, в чьём смертном чреве и зарождается будущая бессмертная жизнь: женщина, что рождается на свет раз в сотню лет, и имеет несколько отличительных признаков, а при соблюдении определенных условий, может зачать великого наследника для своего мужчины — Высшего. Мне удалось отыскать такую однажды — королева София. Возможно, ты слышал о ней от родителей? Твоя родная бабка — мать короля Люциана.

Я даже рот приоткрыла от изумления, с трудом опережая рассказ Дугласа в восстановлении смысловой цепочки, и взглянула на Амира, что стоял ко мне вполоборота: его лицо оставалось непроницаемым, он лишь едва заметно хмурился, а на щеках нервно ходили желваки, выдавая истинные эмоции только мне одной.

— Думаю, ты уже догадался: по моим подсчетам — именно твой отец должен был стать очередным Архонтом. Я даже поспорил с одним из Братьев, что могу предугадать подобный ход событий, однако…

— Однако отец умер на моих собственных руках. Дожив до старости, но, не выдержав и месяца разлуки с матерью, когда она почила, — я слышала толику печали в его голосе.

— Все верно. Представь мое разочарование? Я проиграл пари! Хотя был уверен в победе, — кажется, негодяя больше беспокоила эта часть событий прошлых лет. — Я было, даже хотел уйти из вашего замка, но вовремя осознал тот факт, что наш принц, а со смертью отца и молодой король, вовсе не так молод, как продолжает выглядеть. Во мне закралось подозрение, и я принялся следить за тобой. Было конечно предположение, что ты использовал Эликсир Жизни, но так как он работает только на землях Эландера, а ты не покидал Объединённого Государства с рождения, то этот вариант быстро отпал, — он перевёл дыхание и продолжил своё восторженное повествование: — Тогда уже все слухи, что бродили по дворцу, я собрал в кучу: о том, что в королевстве то тут, то там появляются странные наэлектризованные шары, о том, что короля то и дело валит с ног неизвестная хворь, кроме того, отсутствие наследников, и слухи лекарей о бесплодии правителя, что преследовало каждого из Архонтов, когда он ещё не осознавал своей сущности, и наконец, слухи о твоей матери, которая якобы переродилась. Ещё тогда я пришёл к выводу, что твой отец величайший в мире счастливчик и неудачник в одном лице. Не успев в полной мере стать Высшим: обрести силу и бессмертие — умудрился потерять свой Источник, свою первую любовь — принцессу Арию, из-за чего остался смертным. Но потом появилась Анна — твоя мать, которая, по сути, оказалась новым воплощением той самой Арии, — Дугл немного помолчал, будто оставляя возможность Амиру переваривать информацию. — Конечно, это были лишь теории, но теперь, — он снова повёл рукой в мою сторону, — видя перерождение твоего Источника, я убедился в своих догадках! — торжественно заключил он.

— Хочешь сказать, что я полукровка, как и Лея? — холодно спросил Амир, хотя я видела, каких трудов ему стоит сохранять самообладание.

Я и сама была немало шокирована откровением старого Архонта.

— Ну конечно! Я абсолютно в этом уверен!

— А Лея и Майя это единое создание? — Амир как-то подозрительно глянул в мою сторону.

— Это ты у неё спроси! Иначе бы, откуда она знала, что я нашептал Майе прямо перед ее смертью?

— Ублюдок! — Амир дёрнулся в сторону Дугла, но я одним рывком вцепилась в ткань его штанины, не позволяя моему уязвимому полукровке приблизиться к опасному Архонту.

Амир замер и опустил на меня взгляд:

— Лея… Майя? — он был в полной растерянности, как и я сама. Ведь осознание прошлой жизни стало просачиваться ко мне лишь с последними снами, и я помнила ещё далеко не все.

Я обессилено опустилась локтями на холодный пол, однако, не выпуская из пальцев грубую ткань.

С тяжёлым вздохом стянув с себя плащ, Амир кинул меховую накидку за мою спину и, присев рядом на корточки, обхватил мои плечи, усаживая меня поудобнее на мягком настиле ещё хранящим тепло его тела.

— Отпусти ее, Дугл, — уверенно сказал Амир. — И мы поговорим о цене. Я сделаю все, что прикажешь. Останусь твоим рабом до скончания времён, но только если она будет в безопасности.

— Нет-нет, — прошептала я в панике. — Ты не можешь…

— Молчи, — он слегка сдавил мои плечи.

— Конечно, мы можем договориться, — послышался язвительный тенор. — Но только пока она ещё здесь. Зачем мне это хрупкое смертное тело, когда я могу заполучить сильнейшего из известных мне полукровок.

— Конкретнее, — прервал Амир восторженные восхищения Архонта, — чего ты хочешь?

— Сначала поведай мне о своей дополнительной силе. Ты тоже можешь создавать подобный чудодейственный жемчуг?

Сейчас я вспомнила о той бусине из сна, которую я выпила, чтобы закончить своё существование, как смертная Майя. И тот чёрный жемчуг, рассыпанный по столу в кабинете Наставника…

Действительно полукровка. Только его сила явно отличалась от моей. Она прямо-таки была диаметрально противоположна тому, что делала я. Моя сила — Жизнь, а сила Амира — Смерть.

Однако этот жалкий Архонт пока об этом ни сном, ни духом…