ГЛАВА 18. ЮРА

По ровному дыханию Насти, я понимаю, что она спит. Да и ее ладонь в моей руке слишком расслаблена. Осторожно укладываюсь на правый бок и пару минут любуюсь профилем самой красивой девушки, что когда-либо спала рядом. Надеюсь, завтра утром после случившегося полчаса назад наши отношения перейдут на новый уровень и эта наша первая совместная ночь. В памяти всплывает вопрос Насти об аварии. Пока весь сегодняшний день она проводила в больнице под наблюдением врачей, я находился в полиции и давал показания о случившемся. У оперов основной версией была встреча с пьяным придурком на дороге. Якобы мы оказались в не то время не в том месте. Но я скептически отнесся к их рассуждениям. Что-то здесь не вязалось. Слишком ровно черный внедорожник ехал параллельно нашей машины. Ни разу не задел и намеренно столкнул «Мерседес» в кювет. Надеюсь, после того, как полицейские получат распоряжение сверху, как следует заняться этим делом, «пьяный лихач» найдется. Думаю, Широков не спустит это дело на тормозах. Ведь его племянница едва не погибла в автокатастрофе. С этими мыслями я проваливаюсь в глубокий сон, под размеренное дыхание Насти. Настойчивый телефонный звонок будит меня в половину седьмого утра. Принимаю вызов и выхожу из спальни, чтобы не потревожить сон Насти разговором. На том конце телефона Андрей Петрович. Он узнал об аварии всего пару часов назад. Несколько очевидных вопросов и прокурор города в курсе всего. – Как Настя? – наконец интересуется Широков и получает полный отчет о ее состоянии. – Сейчас она спит. – Заканчиваю я свой монолог, ожидая всего чего угодно, но не того, что произносит дядя девушки, что лежит в моей спальне. – Юрий, спасибо, что позаботился о девочке. Тебе не помешает несколько дней выходных. К тому же твое «рабочее место» не подлежит восстановлению. Я ухмыляюсь шутке Андрея Петровича и, попрощавшись с мужем моей работадательницы, возвращаюсь в комнату. – Где мои вещи? – слышу Настин встревоженный голос. Она мечется по комнате и даже не смотрит в мою сторону. – Насть, все хорошо? Пытаюсь остановить девушку, поймав ее за локоть, но она ловко уворачивается и уперев руки в бока, проговаривает: – Отвези меня домой. – Еще рано мы можем вернуться в кровать. Я приближаюсь к девушке медленно, хочу включить ее в свою игру. Но укоризненный взгляд тушит весь мой запал одним махом. – Домой так домой. С безразличным видом подаю Насте ее юбку. – Блузку разрезали врачи в больнице. – Поясняю я. Она кивает головой и комкая в руках и без того помятую юбку смотрит на меня странным взглядом. – Мне выйти. – Это не вопрос, а констатация факта. Беру из шкафа футболку и оставляю Анастасию Дмитриевну одну. Снежная королева вернулась. ××× Дашка смотрит на меня, как на идиота, когда я появляюсь на пороге ее квартиры с одной маленькой просьбой. – Ключи от моей малышки? – соседка подпирает плечом дверной косяк, накручивая на указательный палец прядь волос. – Да, отвезу Наст…Анастасию Дмитриевну домой. – Ага, ясненько. Ну, хорошо. Девушка скрывается в квартире, а после возвращается с ключом от своей «Элантры». – Всего два правила, Чернов: веди осторожно и не трахайся в моей машине. Последние слова долетают мне в спину, когда я скрываюсь за соседней дверью. Кажется, скоро по городу пойдут слухи с лёгкой руки Дашки. Мне то глубоко фиолетово, а вот Настина репутация может пострадать. И с чего меня вдруг это волнует? Все мысли вылетают из моей головы, когда моя ночная гостья появляется в прихожей. –Я готова. – Тихо говорит девушка. А я любуюсь ее красотой. Даже в нелепом корсете на шее, в моей огромной рубашке и помятой юбке она выглядит как богиня. Чернов, ты поплыл. – Едем. – Вручаю Насте ее босоножки. – Захлопнешь дверь, жду тебя внизу. Подгоню машину к подъезду. Всю дорогу до коттеджа Широковых мы отлично играем роли водителя и его хозяйки, делая вид, что ночью ничего не было из ряда вон выходящего. Настя снова заняла сидение позади водительского кресла. Ее холодность напрягает меня куда больше, чем ее надменность в первые дни моей работы. Вчера она благодарила меня за спасение, а сегодня снова играет в недотрогу. Но то, что происходит в момент, когда мы появляемся у забора особняка Широковых, окончательно выбивает меня из колеи. «Лексус» Клима паркуется позади «Элантры», как только я нажимаю на тормоз. Видимо сынок Ирки вернулся с очередной вечеринки. Он выбирается из серебристого автомобиля и недоуменно смотрит на незнакомую машину. – Эээ, чего тебе тут надо, козел? Это частная территория! – парень пинает переднее колесо «Хендая», а после меняется в лице, когда Настя открывает дверь и пытается выбраться наружу. – Успокойся, Клим. – Настя? Что случилось? Твою мать! Он в доли секунды оказывается у задней двери и вот уже девушка на его руках. Парочка скрывается за открывшимися воротами, а я еще пару минут сижу, уставившись в одну точку. Неужели, Альбина была права и этих двоих связывает нечто большее? ××× Два дня отдыха провожу, как в аду. После спектакля у дома Широковых не могу больше думать ни о чем, кроме того как Клим уносит Настю на руках и там, под крышей особняка, она принадлежит ему. Пару раз впечатываю кулаком в подушку, которая все ещё хранит запах Насти. К хренам ее! Утром следующего дня я получаю звонок от Регины. Без меня в офисе, как без рук. К тому же новый автомобиль уже дожидается меня на парковке, да и Регинина корреспонденция ждет отправления. Наконец-то займусь делом и отвлекусь от глупых мыслей. Весь день ношусь по городу по делам офиса. Настя взяла больничный, о чем мне сообщает Регина. Еще она без умолку болтает о том, что в офис наведывались журналисты, хотели узнать подробности про аварию, но Широков дал распоряжение всем держать рты на замке. Так же девушка поведала о том, что по городу ходят слухи, что сам Широков перешел кому-то дорогу, и это было всего лишь предупреждением для него. Я, молча кручу руль, слушая городские сплетни из уст секретарши Ирины Вадимовны. Сама хозяйка лишь по телефону отдает распоряжения и изъявляет желание появиться в офисе завтра с утра, передав через Регину для меня приказ завтра ни свет, ни заря быть у особняка. Утром выполняю приказ, но Ирина Вадимовна так и не появляется. Спустя час охранник передает мне слова хозяйки о том, что она передумала сегодня ехать в «Меридиан». В который раз убеждаюсь, что жена Широкова эгоистичная дрянь. Я уже собираюсь вернуться к офисному центру, когда дверь «Патфаендера» открывается и Варя усаживается на переднее сиденье. Сделать это с ее габаритами довольно не просто. – Что за машина? Не заберешься! – бубнит женщина, а после расплывается в приветливой улыбке. – Доброе утро, Юра! Будь другом, докинь до рынка. Семеновна сейчас абрикосы выложит, и сметут же за полчаса. А Андрей Петрович мне потом скажет: Варя, что-то чайку с абрикосовым вареньем хочется. А я что отвечу, Юра? И ведь никому нет дела, а абрикосы у Семёновны самые сладкие. Заводи, Юра. Чего уставился? Сметут! Я едва сдерживаю смех, но исполняю просьбу женщины и вот уже через десять минут мы въезжаем в город. Поскольку в офисе для меня все равно наверняка не найдется важных дел, я вызываюсь помочь Варе, и мы битый час ходим по рынку, скупая все необходимые продукты для кухни семьи Широковых. Абрикосы, купленные в первую очередь, доставили много радости Варе, она даже обещала подарить мне баночку ее фирменного варенья. Болтовню веселой кухарки нарушает телефонный звонок. Каково же мое удивление, когда на экране высвечивается имя Михалыча. Что могло случиться? Уже через минуту я узнаю причину его звонка и вместе с Варей и пакетами продуктов мы спешим к парковке у рынка. Все-таки нарвался Михалыч на недобросовестных курортников, любителей халявы. Когда мы появляемся у его дома, мужчина встречает нас в калитке с совершенно поникшим видом. – Пьют третий день, Юра. А у меня завтра жильцы заезжают, семья с двумя ребятишками. А эти ироды и не собираются съезжать. – Михалыч сдержанно матерится, замечая рыжеволосую кухарку в салоне машины. – Сколько их? – уточняю я, когда мы шагаем к летнему домику, который Михалыч в основном сдает семейным. Видимо мужики не плохо ему заплатили, если он пустил их туда. – Двое. Сказали на два дня, а сами уже неделю проживают. Мужчина потирает шею. – Заплатили только за два дня? – Само собой! Говорю ментов вызову, шлют на хрен. А ты знаешь, я не хочу ментов вмешивать. Сам понимаешь. Я согласно киваю. Конечно, весь этот бизнес Михалыча незаконен и менты здесь явно будут лишними. – Правильно сделал, что позвонил. Сжимаю поникшее плечо мужчины и резко открываю дверь летнего домика. Запах грязных немытых тел и перегара едва не срубает меня с ног. Но я жил в условиях и похуже, когда был в Сирии, этим меня точно не напугаешь – Всё, мужики, веселье окончено. – Мой голос гремит на всю маленькую кухню, где за столом сидят два пьяных придурка. – Эээ, тебе че надо? – с трудом выговаривает один из них. Второй пытается встать из-за стола, но ноги его не держат. – Отпуск окончен, парни. Выметайтесь на хрен отсюда. Хватаю со стола полупустую бутылку водки, и подхожу к раковине. Содержимое утекает в слив за секунды. – Серега! Да он оборзел в конец! Но Серега вырубается, уронив голову на стол. Минус один, довольно не плохой расклад. Уже через двадцать минут два алкаша и их вещички депортированы за пределы усадьбы Михалыча. Серега сладко досыпает в траве, а его дружок шлет проклятья в мою сторону, потирая левую скулу. Пришлось ему придать ускорения, и мой кулак отлично с этим справился. Пока я выселял жильцов и выбивал с них плату за сверхлимит, Варя осмотрела летний домик Михалыча и заверила, что сегодня же вечером поможет ему навести порядок перед приездом семьи с малышами. Эти двое довольно быстро нашли общий язык, а у Михалыча даже осанка изменилась. Усмехаясь, возвращаюсь в автомобиль и еще десять минут ожидаю, возвращения Вари. ××× Спустя два дня в конце рабочего дня Регина напоминает мне о том, что завтра утром мне необходимо отвезти Настю на осмотр к доктору. Будто я мог об этом забыть. Все эти дни я ждал возвращение девушки на работу. Мне нужно было ещё в то утро не выпускать ее из своей спальни, пока бы мы не поговорили. Завтра девушке не улизнуть от разговора. Но меня ожидает неприятный сюрприз в виде Ирины Вадимовны, которая отдает распоряжение отвезти ее в салон красоты после того, как доставлю Настю к врачу. Поэтому поговорить по дороге в город у нас не получается, хотя девушка этим совсем не расстроена. Кажется, ей совершенна, не интересна моя персона. Настя даже не поворачивает голову в мою сторону. Стискиваю зубы от злости. Что ж, я доставлю Широкову к парикмахеру, а после вернусь за Настей и уж тогда не дам ей скрыться. Воплощаю свой план в жизнь и ожидаю Настю прямо в коридоре больницы. Спустя полчаса она, наконец, появляется из-за двери кабинета врача. Фиксирующего корсета уже нет на ее шее, значит, она поправилась после недельного отдыха. Настя не сразу замечает меня, а когда это происходит, девушка проходит мимо меня, но я не даю ей возможности скрыться на улице. Ловко увлекаю ее за собой под лестницу, где точно ни кто нас не заметит. – Что ты творишь? – шипит она, пытаясь скинуть мои руки со своей талии, но ее попытки такие жалкие. – Опять включила режим « Снежна королева»? – хриплю я прямо у ее уха. Девушка замирает в моих руках, а я продолжаю; – Ночью ты горела огнем и кончила за минуту. – Ты…ты…ты… – Настя задыхается от возмущения, а после кулачки тарабанят по моей груди. – Отпусти, отпусти, отпусти! – верещит она. – Или что? Придет твой дружок? – Какой дружок, о чем ты? – Который носит тебя на руках. Пару секунд она осмысливает мои слова, а после цедит сквозь зубы: – Я сейчас закричу, Чернов. Убери. Свои. Руки. Кто ты такой, чтобы так со мной разговаривать? – Настя собирается с силами и отталкивает меня от себя. – Я хочу прогуляться. Доберусь до дома сама. Девушка поправляет сумочку на своем плече, и через секунду я остаюсь один под лестницей. Прислоняясь спиной к стене, и впечатывает затылком в холодную стену. Какого хрена я сорвался? Теперь Настя станет ещё дальше, чем Дальний Восток от Жемчужного.