ГЛАВА 34. ЮРА

Я наблюдаю за тем, как хрупкая фигура Калининой скрывается в арке, а потом и вовсе исчезает из виду. – Совсем уже девки совесть потеряли. Мужика делят белым днём прилюдно. – Бурчит бабка, что наверняка от начала до конца была свидетелем нашей ссоры. Я шумно вздыхаю, игнорируя комментарий старой женщины. Поднимаю взгляд на балкон, где все ещё ошивается Альбина. Пора с этим кончать. Да, я сорвался на Настю не только потому, что она вчера была так любезна с Климом, а ещё и потому что увидел, как она смотрит на меня, лежачего совершенно голым на диване, а в квартире раздается голос Альки. Вчера я выпил бутылку водки и пока натягивал штаны, чтобы догнать Калинину силился вспомнить, чем же закончилась моя пьяная ночь. Слава Богу, мозг в панике быстро среагировал, и я вспомнил, как после душа, допив сорокоградусную, просто уснул. Альки точно не было в квартире в этот момент. И я точно знаю, как она там оказалась. Не дожидаясь лифта, вбегаю по лестнице на шестой этаж. Моя злость даже затмевает ощущение горящих лёгких от такого утреннего марафона с похмелья. Альбину нахожу на кухне в своей квартире. Вот почему Калинина была так ввинчена – незваная гостья разгуливает по моему жилищу в одном лишь фартуке. Я пару секунд, разглядываю голую попку девушки, которая соблазнительно двигается под музыку, что крутят на одной из радиостанций. – Ну, наконец-то ты пришёл. – Аля замечает меня и с улыбкой победительницы ставит на середину кухонного стола тарелку с горой блинов. – Хоть эта сучка и испортила мне тесто, я успела завести новое. Ну чего стоишь, Юр? Чай или кофе? Я сейчас быстренько. Альбина начинает метаться по кухне в поисках стакана. – Аль, иди отсюда. – Устало произношу я и усаживаюсь за стол. Обхватив голову руками, разглядываю замысловатый узор на скатерти. Стоп! Скатерть? Откуда она тут появилась? – Юр? Может, попробуем, как нормальная пара? А? Теплая ладонь девушки ложится на мое плечо. – Нормальная пара? Да я просто трахнул тебя пару раз и все. Неужели не ясно, что ты мне не интересна? – совершенно спокойно изрекаю я и уверен, что этот безразличный тон куда больнее ранит девушки, чем слова. Рука девушки тут же исчезает с моего плеча. – Да и пожалуйста! Подумаешь! Больно надо! Тяжёлые шаги девушки теряются в глубине квартиры. – Думаешь, Калинина имеет на тебя серьезные планы? – кричит она из ванной. – Ты так, для развлечения. Богатенькая, избалованная стерва просто захотела острых ощущений. Как в дешёвом бульварном романе – хозяйка трахается с водителем. Ха-ха! Да это просто клише! Альбина снова появляется в кухне. – И ваша ссора из-за Клима тому прямое подтверждение. – Выплёвывает со злостью она, застегивая пуговицы на своей блузке. – Когда-нибудь ты поймёшь, что всего лишь развлечение. А я…а мне ты.…Да иди ты в задницу, Чернов! Альбина, в порыве неконтролируемого гнева, хватает со стола тарелку с блинами, и все ее содержимое отправляется в мусорное ведро. – Приятного аппетита, козел! Тарелка с грохотом возвращается на стол. Стук закрывающейся за девушкой двери становится последним аккордом в этом представлении. *** –Что за ремонтные работы с утра пораньше? – интересуется Хорошилов, который только что выгрузился из лифта. Ванёк вернулся после ночкой смены как раз в тот момент, когда я, наконец, решил сменить замок во входной двери. – Да надоело! Не квартире, а проходной дом. – Бубню я, усердно работая отверткой. – Минакова опять со своими закидонами? Ванёк придерживает дверь и в этом самый момент мы слышим Дашкин голос. Помяни черта. – Интересная картина. Чернов, а кто тебе позволял устанавливать свой замок? Вот сейчас позвоню Марине, и полетишь ты отсюда со своим дружком. – Нагло заявляет соседка, скрестив руки на груди. – Звони, Даш! Чего ждёшь? Я поднимаюсь во весь рост и стремительно направляюсь к блондинке. Она вжимается в свою дверь. – И позвоню! Сейчас в Испании ещё ночь, между прочим. Ещё расскажу, что вы превратили ее квартиру в бордель. Брови девушки самодовольно ползут вверх. – Ага, не забудь поведать ей, что две главные шлюхи в этом борделе ты и твоя подружка. – Парирует Хорошилов и отводит меня от Дашки от греха подальше. – И то, что ты затопила ее квартиру из-за своей мести. – Добавляю я. Минакова ошарашено смотрит на нас и хватает ртом воздух. Ее лицо побагровело от негодования. – Да пошли вы! Два мудака! Девушка совсем не жалеет ни дверь, ни дверной косяк, который трясется от удара, когда она скрывается в квартире. *** Выходные с самого утра отправились коту под хвост. Хорошилов крутит у виска, когда видит мой телефон, а вернее то, что от него, на полу кухни. – Никогда не думал, что ты из-за бабы так можешь разозлиться. – Усмехается он. Я пропускаю мимо ушей его замечание, и осколки гаджета отправляются вслед за Алькиными блинами. Уже через час я покупаю новый аппарат в одном из салонов сотовой связи Жемчужного. Возвращаться домой совершенно нет желания как и ошиваться на набережной, что заполнена туристами и счастливыми парочками. Сегодня мы с Настей тоже планировали провести день на море, пока погода благоволит к такому виду отдыха. Но вчерашний вечер внёс свои коррективы не только в сегодняшнее настоящее, но и скорей всего и в мое будущее. Тянуть с увольнением больше нет смысла. «Айрин» на полпути в Болгарию. Ребята из конторы довольны моей обратной связью в виде записей разговоров Широковой и Штольца. Кажется, этот город уже не держит меня. Да и видеть каждый день Калинину так себе удовольствие. Хорошилов прав, ещё ни одна девушка не вызывала во мне таких противоречивых чувств. С этими мыслями я направляюсь в спортивный комплекс, где можно отвести душу стрельбой по мишеням. Сегодня здесь на удивление многолюдно, но мне везёт и для меня находится свободная мишень. После того, как вся обойма укладывается почти в «десятку», внутри меня немного затихает тот ураган, что устроила утренняя перепалка с Калининой. – Ого! Ничего себе! Снайпер что ли? – позади меня вырастает фигура незнакомца. Я оборачиваюсь и встречаюсь лицом к лицу с широкоплечим, коротко стриженым мужиком. Наверняка он из спецслужб. ОМОН, Спецназ или что-то близкое к этому. – Да нет. Так, чисто для себя прихожу пострелять сюда. Я снимаю наушники и откладываю ствол в сторону. – Не хочешь к нам попробовать? Нам такие стрелки нужны. Я кстати Олег. Пожимаю предложенную огромную ладонь мужика. – Юрий. А к вам это куда? – В органы, конечно. Что думаешь? У нас как раз сейчас набор. – Вряд ли я смогу пройти его. Накосячил по молодости. Мне пора. Здоровяк делает шаг в сторону, пропуская меня и его взгляд с восторженного тут же меняется на подозрительный. – Ага, ну давай, до встречи. И какого хрена ему приспичило заводить со мной беседу? Покидаю спортивный комплекс со смешанными чувствами неприязни к этому мужику и жалости к себе. Если бы можно было изменить прошлое, я никогда бы не ступил на борт того рыболовного судна. Четыре года проведенные в колонии все же оставили след на всей моей последующей жизни. После ужина в одном из кафе на набережной я возвращаюсь в квартиру, зная, что Хорошилова там точно нет. У них с Региной на сегодняшний вечер свои планы, а мне коротать его перед теликом с удушающими мыслями о том, что Настя сейчас под одной крышей с ублюдком Климом и он может наблюдать за ее красивой улыбкой. Алька права, тягаться с ним я не смогу. Хоть он и обидел Калинину, но девушка видимо до того момента была в него влюблена и розовые очки спали с нее всего лишь на некоторое время, а не разбились стеклами внутрь. – Юра, привет! В мое сознание проникает знакомый женский голос. Я оборачиваюсь у подъездной двери и вижу, как из своей машины выбирается Митрофанова. Ей то, что нужно от меня? – Привет. Ты что заблудилась? Насти здесь нет. – Не слишком дружелюбно отвечаю я на приветствие и открываю дверь. – Да знаю я. Я к тебе, а не к Калининой. Ритка ловко юркает в подъезд и наши тела в этом момент соприкасаются. Что-то напрягает меня в поведении девушки. – Кофе то хоть у тебя есть, Чернов? – возвращает меня в реальность вопрос девушки. Ритка стоит у лифта, притопывая ногой. Только сейчас обращаю внимание на ее слишком откровенный наряд. Обтягивающее чёрное платье без бретелек смотрится чертовски соблазнительно на фигуре Митрофановой. – Кофе есть. А ты вообще что хотела-то, Рит? Двери лифта расходятся в сторону, и мы оба шагаем в кабину подъемника. – Да так, проезжала мимо. Думаю, дай загляну к Чернову. Вдруг он один, скучает… – Рита кладет ладонь на мою грудь и наклоняет голову в бок. – Кажется, я не ошиблась. – Ты ошиблась, Рит. С тобой веселиться я точно не планирую. Грубо скидываю руку девушки. – Серьезно? – девушка цокает языком. – А мне вот очень интересно, Чернов, ты трахаешься так же, как бьешь морду? Я недоуменно смотрю на Митрофанову, а она хохочет, откинув голову назад. – Всю голову себе сломала и где я видела твою мордашку? А потом вспомнила. – Ритка прикусывает нижнюю губу и в этот момент лифт доставляет нас на нужный этаж. – Очень интересно, но мне пора, Рит. Давай, удачи! Я выхожу из кабины и направляюсь к своей двери. – Это ты и твой дружок избили Клима пару месяцев назад. Слова Митрофановой заставляют меня, остановится, я медленно оборачиваюсь и вижу довольное лицо подруги Насти. – Калинина знает, да? Конечно, знает. Эта идиотка совершено не умеет скрывать, что творится у нее в голове. – Нагло заявляет Рита, и пока я перевариваю ее россказни, она выуживает из моей ладони ключи и открывает дверь. – Поговорим внутри? Или ты хочешь, чтобы весь дом об этом узнал? Девушка выжидающе смотрит на меня. Я, наконец, могу двигаться, и мы оба оказывается в квартире. – Так что ты хочешь, Рит? – сразу спрашиваю я. – Всего лишь понять, чего Калинина так светиться, как новогодняя ёлка. Да и знаешь, осточертело, что все достается ей на блюдечке с голубой каемочкой, а я вкалываю как проклятая и терплю общество мужиков, от которых тянет блевать. Митрофанова скидывает босоножки и проходит в зал. – А ты приятный мужик, Юр. Обещаю, что Настя ничего не узнает. И прокурор города о том, кто сломал челюсть его пасынку. Рита останавливается посередине комнаты и медленными движениями рук спускает вверх своего платья. – Иди сюда, Чернов. Девушка облизывает пухлые губы и демонстрирует красивую голую грудь. Я пару секунд нахожусь в прострации. Это не шутка? Митрофанова пришла сюда, чтобы шантажировать меня тем, что я избил Клима, а взамен хочет, чтобы я с ней переспал? Осознание этого полного абсурда заставляет меня громко рассмеяться. – Ты просто завистливая дрянь, Рит. Иди на хрен отсюда. Можешь поведать историю с избиением Клима хоть в редакции местной газеты, я все равно не буду спать с тобой. – Наконец могу произнести я сквозь смех и тут же сталкиваюсь с ненавистью в глазах Митрофановой. – Да ты…ты… Лицо девушки изменяет до неузнаваемости гримаса ярости. – Что я? Одевайся и вали. Мага не справляется с твоими запросами? Или просто зависть к Калининой помутила рассудок? – Да что ты знаешь о Калининой? Думаешь, она святая простота? – Ритка прячет свои сиськи, натягивая эластичную ткань платья обратно, и добавляет. – Рассказала тебе историю про изнасилование? Ага, по лицу вижу, что рассказала. Плакала, да? Говорила, какой Клим Широков подонок, да? А то, что после этого она забеременела, она тебе не поведала? Ритка наблюдает за моей реакцией и видимо понимает, что попала точно в цель своим умозаключением. – Конечно, она не рассказала, как хотела эти ребенком женить на себе Клима. В ее стиле прикинуться овечкой, чтобы все вокруг ее жалели. Но наудачу Клима эта тварь не смогла выносить ребенка и навязать его Широкову. – Ритка усмехается и проходит мимо меня. Ее голос снова раздается из прихожей. – Крутит она вами, как хочет. И почему я так не умею? И все вокруг млеют от Настеньки, а меня считают шлюхой. А я все сама добиваюсь. Все сама. Я все еще пытаюсь осмыслить слова Митрофановой, когда остаюсь в квартире совершенно один. Про ребенка Настя ничего не сказала. Почему? Ответ в словах Ритки. Она просто хотела заполучить Клима Широкова в полное свое пользование.