Глава 57

Анна сидела за столом и задумчиво смотрела на портрет мужа. Ей понадобилось меньше часа, чтобы закончить его. Но, может быть она слишком поторопилась и что-то упустила? Почему бы не убедиться, что правильно передала всё, что хотела?

Облизав губы, Анна бросила осторожный взгляд на кровать. Она могла бы нарисовать Джордана даже по памяти, но лишить себя удовольствия смотреть на него, пока он спит, не смогла. Он лежал на животе, повернувшись в её сторону. Сунув руку под подушку Джордан спокойно дышал. Одеяло из-за жары, было отброшено в сторону, и Анна могла любоваться обнажённым мужским телом.

Покраснев, Анна снова вернулась к рисунку. Нет, всё получилось очень хорошо. Каждый карандашный штрих передавал мышцы на его спине, крепкие ягодицы и длинные сильные ноги. Анна прикусила карандаш и улыбнулась. Она не могла поверить, что так откровенно любовалась Джорданом. Ни капли смущения.

— Ты закончила?

Анна испуганно дёрнула головой, и карандаш выпал из её рук, с глухим стуком падая на стол. Джордан смотрел на неё без всякой сонливости в глазах. Неужели он видел, как она рисовала его? Почему-то от этой мысли ей стало неловко.

— Когда ты проснулся? — спросила Анна, торопливо закрывая альбом и сдвигая его в сторону.

Джордан встал с кровати и подошёл к столу. Его взгляд, полный нетерпения, остановился на альбоме.

— Я хочу посмотреть, — настойчиво сказал он.

Анна нервно сглотнула. Джордан и раньше видел её рисунки. Но, не настолько откровенные, как тот, над которым она трудилась этим утром. Понравится ли он ему? Набрав полную грудь воздуха, она схватила альбом и быстро, опасаясь передумать, подтолкнула его в сторону Джордана. Лучше сделать это быстро.

— Я не собиралась подсматривать за тобой, — извиняясь, пробормотала она, — Извини.

Джордан уверенно открыл альбом в нужном месте. Его взгляд скользил по собственному портрету, наслаждаясь тем, что Анна нарисовала именно его. Он проснулся почти сразу, как почувствовал на себе её пристальный изучающий взгляд. Анна оказалась внимательным художником и, Джордан понял почему. Его тело было передано с настоящим мастерством. Анна сотворила его портрет, и в каждом росчерке карандаша, Джордан чувствовал её прикосновение. Она словно гладила его, но при этом даже пальцем к нему не прикоснулась.

— Тебе нравится? — хрипло спросила Анна, неуверенно ёрзая на стуле.

Джордан вернул рисунок в альбом и посмотрел на жену. В её глазах светилось нетерпение и ожидание. Наклонившись к ней, Джордан осторожно взял её за подбородок и погладил пальцем, наслаждаясь бархатистостью её кожи. Анна склонила голову и улыбнулась.

— Я чувствовал твой взгляд, Анна и наслаждался им, — нежно сказал он, — Этот портрет будет висеть в нашей комнате.

Анна изумленно заморгала.

— Он слишком откровенный, — сказала она, бросая взгляд на портрет, словно не сама нарисовала, а кто-то другой, — Все увидят тебя таким.

Джордан рассмеялся, а потом, подняв Анну, усадил её на стол.

— Что ты делаешь? — глухо пробормотала Анна, когда Джордан поднял подол её рубашки, медленно обнажая ноги.

Джордан наклонился и медленно поцеловал гладкую кожу на её бедре. Анна резко вздохнула, подаваясь вперёд, навстречу ещё одному поцелую, который муж оставил на её ноге.

— Чувствуешь это? — спросил он, уверенным движением раздвигая её ноги и устраиваясь между ними.

Анна запрокинула голову и глубоко задышала, когда Джордан не просто поцеловал её. Нет, он провёл языком по её коже, медленно выписывая круги.

— Скажи, что ты чувствуешь, — потребовал Джордан, поднимаясь выше и раздвигая ноги Анны своими широкими плечами. Когда его рот прижался к её лону, Анна громко вскрикнула и зажмурилась. Не удержавшись, она легла на стол, шире раздвигая ноги.

— Тебя, — выдохнула Анна, — Я чувствую тебя, Джордан. Каждое твое прикосновение.

Джордан приподнялся и, схватив её рубашку, начал поднимая выше, пока полностью не обнажил её тело для своего пристального взгляда.

— Я не умею рисовать Анна, — хриплым голосом сказал он, — но вот что я чувствовал, когда смотрел на собственный портрет. Тебя. Каждое твоё прикосновение. Вот из-за чего я проснулся. Ты разбудила меня своим взглядом. Хочу, чтобы ты всегда так смотрела на меня.

Анна зажмурилась, остро чувствуя слова мужа. Но не только их. Его слова, его взгляд, его прикосновение. Всё это до боли возбуждало её.

— В следующий раз я не смогу удержаться. Ты окажешься в кровати быстрее, чем успеешь взмахнуть своим карандашом. Я нарисую тебя своими губами.

Анна рассмеялась, а потом застонала. Джордан осторожно подтянул её к краю стола, а потом прижался ртом к её лону, не позволяя увернуться в сторону. Анна поняла, что он имел в виду, когда сказал про свои губы.

— Джордан, — выдохнула она, приподнимая бёдра, чтобы теснее прижаться к мужу, — Пожалуйста.

— Я целый час терпел, — усмехнулся Джордан, поглаживая ладонью, аккуратный живот жены, — будь такой же терпеливой и больше не отвлекай меня.

Анна не сдержалась от очередного громкого стона, когда Джордан снова опустил голову и тут же провёл языком по её лону, мягко раздвигая влажные складки. Его движения были осторожными, но от этого не менее мучительными. Анна сомневалась, что сможет выдержать ещё немного. Её дыхание стало прерывистым, а бёдра всё чаще вздымались вверх, чтобы не упустить язык Джордана.

— Быстрее, Джордан, — выдохнула она, опуская руку вниз и путаясь пальцами в волосах мужа, чтобы он не посмел оставить её. Она не понимала что делает, но знала, что отчаянно нуждалась в освобождении.

Джордан зарычал от собственных эмоций и ускорился. Его язык скользил по влажным складкам, поднимаясь выше, чтобы прикоснуться к напряжённому клитору. Покружив вокруг него, он сильно всосал его в себя, заставляя Анну вздрогнуть всем телом. Дрожь пронеслась по её коже, а стройные ноги сжались у его головы.

— Джордан, — простонала Анна, когда муж дёрнулся вверх, нависая над ней.

Но, он ничего не ответил. Не дожидаясь, пока экстаз схлынет с дрожащего тела Анны, Джордан осторожно поднял её со стола и понёс к кровати.

Позже, Анна, укутавшись в одеяло, наблюдала за мужем, пока он одевался. Сама она никак не могла заставить себя подняться. Приятная истома охватила всё тело, мешая двигаться. Анна потерлась носом о подушку и улыбнулась. Запах мужа окружал её. Всю её без остатка. И ей это очень сильно нравилось.

— Утром я отправил записку Кевину. Он сам приедет, чтобы осмотреть тебя.

Анна настороженно посмотрела на Джордана. Он как раз застёгивал пуговицы на рубашке. Но от неё не ускользнула озабоченность на его лице.

— Почему? — спросила она, быстро выпрямляясь и опуская ноги с кровати, — Что-то случилось?

Джордан подошёл к ней и, опустив руки на её плечи, не позволил подняться.

— Посмотри на меня, Анна, — настойчиво сказал он, — Пока Гриффин в городе, ты туда не поедешь. Я не хочу видеть его рядом с тобой. Никогда. Я ещё не знаю, зачем он приехал сюда, но собираюсь выяснить его истинные мотивы.

Анна наклонила голову, внимательно рассматривая мужа. Она ясно видела беспокойство в его глазах, и оно ей не понравилось.

— Думаешь, Гриффин как-то связан с той ночью? — взволнованно спросила она, выдавая свои подозрения с головой.

Джордан ещё сильнее нахмурился. Он всё ещё помнил, как больно было Анне в прошлый раз, когда она пыталась вспомнить. Страх, который он сам пережил в тот момент, стучал в его голове. Будь оно всё проклято. Он узнает всё сам, без воспоминаний Анны. Если Гриффин виновен, он понесёт своё наказание. Так же, как когда-то сделала Анна.

— Я не хочу, чтобы ты даже думала об этом, Анна. Поняла меня? — резко сказал он, — ты должна быть в безопасности. И наш дом это единственное безопасное место. Элизабет будет присматривать за тобой. Она знает, как ты дорога мне.

Анна быстро кивнула и не смогла сдержать улыбку. Почему забота Джордан так нравилась ей?

— Одри в городе. Я не могу поверить, что она вышла замуж за Гриффина, — прошептала она, пристально глядя на мужа. Она не знала, почему говорила с ним об этом. Джордан не знал Одри, так, как её знала она. — Это меня беспокоит.

Джордан отошёл в сторону и сложил руки на груди.

— Ты хочешь встретиться с сестрой, Анна? — спокойно спросил он.

Прежде чем встать с кровати, Анна быстро натянула рубашку. Расправив складки на животе, она осторожно поднялась на ноги. Уже привычно прижав ладонь к животу, она задумчиво прошлась по комнате.

— Если ты хочешь, я могу привести её сюда, — сказал Джордан, пересилив собственное нежелание этой встречи. Он не хотел, чтобы Анна волновалась, а это непременно случится. Но, так же он знал, как сильно она переживала, лишившись семьи.

Анна повернулась к нему. Она и сама раздумывала над этим вопросом. Встретиться с Одри? Позволить семье снова войти в её жизнь? Тем, которые отказались от неё?

— Я не знаю, Джордан, — прошептала она, с болью в голосе, — Я не знаю. Мы с Одри никогда не были близки, и я даже не хочу говорить о том, что она бросила меня в тюрьме. Но, что если Гриффин жесток с ней? Смогу ли я помочь ей?

Джордан перехватил её, когда она снова попыталась пройти мимо него. Поставив Анну перед собой, он наклонился, чтобы заглянуть ей в глаза.

— Почему ты так смотришь на меня? — прошептала Анна, терзаясь угрызениями совести, — Я должна встретиться с Одри? Ведь так? Я должна быть добра к ней? Но я не хочу видеть её в нашем доме, Джордан.

Джордан наклонился и быстро поцеловал её. Он не хотел показывать, как сильно ему понравилось, что она назвала этот дом, их общим.

— Анна, я не тот человек, который вправе осуждать тебя за любые мысли о твоей семье, — спокойно сказал он, — но если ты всё же захочешь встретиться с сестрой, ей необязательно приезжать сюда. Брэндон задолжал нам тихий семейный вечер.

— Ты напряжена, Анна. Я слишком хорошо это чувствую, чтобы проигнорировать, — проворчал Кевин, выпрямляясь и отводя трубку от ее живота, — Для тебя сейчас это совсем не на пользу. Поэтому постарайся успокоиться и дыши ровнее. У нас есть еще немного времени до родов. Отдыхай и пусть Джордан сделает все, чтобы ты успокоилась.

Анна кивнула и оправив одежду, поднялась с кровати. Она сделала это настолько быстро, насколько вообще было возможно в ее положение. Пользуясь тем, что Кевин отвернулся к своей медицинской сумке, Анна провела рукой по животу, наслаждаясь этим мгновением, которое принадлежало только ей и восхищало каждый раз с большей силой. Сегодня Кевин слушал как бьется сердце ее ребенка. Как он сказал, сильное и крепкое. Анна не могла дождаться того момента, когда ей будет позволено взять своего ребенка на руки. На кого он будет похож, на нее или на Джордана?

Эта мысль стрелой пронеслась по сознанию Анны, заставляя задрожать. Несмотря на мир, которые воцарился между ней и Джорданом, она никак не могла забыть с чего все началось. Она видела и знала, что Джордан изменился. Это чувствовалось в его руках, когда он прикасался к ней, и в его глазах, когда он смотрел на нее. Любовь, это или нет, но Джордан больше никогда не причинит ей такую же боль, как в прошлом.

Анна поморщилась и отвернулась, делая вид, что все еще занимается одеждой. Почему все так тяжело? В отличие от Джордана, она не понимала собственных чувств к нему. Сколько еще это продлится?

— Анна, ты ведь слышала что я сказал?

Покраснев от смущения, что Кевин застал ее за такой растерянностью, Анна поспешно кивнула.

— Я сказал, что тебе нужно больше отдыхать, — насмешливо сказал Кевин, качая головой, — Ты ведь сможешь сделать это?

— Конечно, — как можно спокойнее ответила Анна, хотя и в этом искренне сомневалась. Предстоящая встреча с Одри, бередила ее сознание не меньше, чем отношения с мужем. Может быть даже больше. Одри всегда сторонилась ее, но Анна понимала, что не успокоится. Что бы они не чувствовали друг к другу, она хотела знать, что сестра живет хорошо и счастливо. Она не собиралась восстанавливать их семейные узы. Теперь, у нее есть близкие люди, которые заменили ей тех, кто для всех считался ее семье. Кровь ничего не значила для нее.

— Ты выглядишь бледной и усталой, — все так же настойчиво сказал Кевин, с сомнением посмотрев на нее, — И мне это не нравится.

Анна с трудом сдержала улыбку. У Кевина были веские причины не верить ей. Она бы тоже себе не поверила, что уж говорить о посторонних людях. Она должна справиться с этим ради ребенка и себя самой. Джордан не сможет помочь ей с этим. Только она сама.

— Я правда постараюсь сделать это, — теперь уже более искренне проговорила Анна, кивая Элизабет, которая сидела в кресле, занятая вышиванием. По настоянию Кевина экономка поднялась с ними в комнату и присутствовала при осмотре, чтобы хоть немного поддержать Анну. Джордану пришлось уехать на пастбище. Он и Уилл готовились к перегону стада, Но, даже это не помогло, чтобы Анна как следует расслабилась. — Кэтрин уже приехала?

Элизабет уложила ткань над которой работала на колени и посмотрела на Кевина. Конечно же она слышала каждое слово, которое он сказал Анне и позже собиралась все рассказать Джордану. Она видела, как он заботится о жене и ему точно не понравится, что от него скрывают такие важные новости. Только его сила поможет Анне.

— Да, она сейчас в гостевой комнате. И уже готова принять тебя Кевин, — мягко сказала она, с яркой улыбкой на лице, — не могу поверить что совсем скоро в этом доме появиться ребенок. Джордан будет счастлив. И, будь уверен, я позабочусь о том, чтобы она как следует отдыхала.

По лицу Кевина скользнуло одобрение. Подойдя к Элизабет, он взял ее за руку и поцеловал. Анна улыбнулась, впервые видя, как мило краснеет всегда суровая экономка, которая так сильно пугала ее в первые дни знакомства.

— Я ведь могу надеяться на великолепный ужин в этом доме? — насмешливо протянул Кевин, выпрямляясь, — Надеюсь, Джордан к тому времени уже вернется. Я хочу с ними поговорить.

Анна поняла, что и сама очень сильно хочет этого. После того разговора, что состоялся между ними утром, Джордану пришлось уехать по рабочим делам. Он обещал что справится так быстро, как только будет возможно. Но Анна знала, сколько бы времени он не провел вне дома, для нее это расставание покажется длинною в вечность. Дни после свадьбы приучили ее к тому, что муж всегда рядом. Анна прижала руку к груди, пытаясь усмирить бешено колотящееся сердце, которое отчаянно хотело, чтобы Джордан вернулся как можно скорее.

Дверь громко хлопнула. Анна подскочила на месте, удивленно глядя на Элизабет. Она так глубоко погрузилась в мысли о Джордане, чтобы напрочь позабыла обо всех остальных.

— Прости, Элизабет, — поспешно сказала Анна, боясь что женщина поймет о чем она думала. Пока она хотела приберечь это только для себя. Хотя бы до тех пор, пока она сама не разберется что ей нужно на самом деле, — Я немного отвлеклась.

Элизабет усмехнулась и снова подняла свою вышивку.

— Очень красиво получается, — сказала Анна, шагнув ближе, но не решаясь попросить взглянуть на работу.

Элизабет сама сделала это. Расправив ткань на коленях, она посмотрела на Анну. Она уже несколько дней работала над одеждой для малыша и хотела сделать сюрприз в самый подходящий для этого момент. Наверное, он настал. Элизабет не знала, пыталась ли она этим заглушить муки совести.

— Это для твоего ребенка, Анна, — тихо и даже немного неуверенно сказала она, — Надеюсь, ты захочешь принять этот подарок.

Анна уставила на то, что раньше считала просто тканью, пусть и красивой. Теперь она понимала, что ошиблась. Самая красивая рубашка, которую ей только доводилось видеть, была расстелена на коленях Элизабет. Вышивка шла по горловине, длинным рукавам и подолу. Именно его Элизабет сейчас и дошивала.

— Она очень красивая, — с трудом пробормотала Анна, чувствуя как слезы подступают к самому горлу, мешая говорить, — Красивая и такая нежная.

Элизабет сжала губы, собираясь с мыслями.

— Я давно должна была это сделать, — взволнованно сказала она, — Прости меня. Когда Джордан привез тебя сюда я обращалась с тобой не самым лучшим образом.

Анна глубоко вздохнула и покачала головой.

— Я не хочу думать об этом. Я надеюсь когда-нибудь забыть все, что случилось, — спокойно сказала она, взяв Элизабет за руки и крепко сжимая, — Я очень сильно хочу забыть все и начать новую жизнь. Жизнь, рядом со всеми вами.

Элизабет кивнула, быстро и скупо. Но Анна видела, что это спокойствие далось женщине лишь благодаря годам выдержки и воспитанию. Истинные чувства Лиззи были совершенно другими.

— Спасибо, Анна, — сказала Элизабет, прямо глядя в глаза Анны, — Именно так все и будет.

Анна улыбнулась, веря в эти слова. А Элизабет внезапно подалась вперед. Волнение скользнуло в ее взгляде.

— Я думаю мы должны кое-куда сходить, — весело сказала Лиззи. Осторожно свернув рубашку, она поднялась на ноги, — Ты ведь не против немного повозиться в пыли?

Была ли Анна против? Конечно нет. Напротив, она хотела хоть чем-то занять себя и не думать о Джордане. Пусть и ненадолго.

— Так куда мы идем? — спросила она, когда они с Элизабет вышли из комнаты. Женщина уверенно двигалась вперед по коридору и Анна старалась не отставать от нее. Но для нее оказалось полной неожиданностью, когда Лиззи, наконец, остановилась у широкой лестницы, ведущей на чердак. Анна запрокинула голову, рассматривая ступени. Она никогда не поднималась туда и даже не представляла что там хранилось, — Нам нужно подняться на чердак?

— Да, Анна, — откликнулась Элизабет, наступив на первую ступеньку, — Там безопасно, можешь не переживать.

Анна приподняла юбку, чтобы она не путалась под ногами и начала подниматься за Элизабет. Теперь она уже была заинтригована тем, что Лиззи собиралась ей показать.

— Это здесь, — сказала Элизабет, оборачиваясь к Анне. Она уже поднялась на чердак и теперь ждала Анну, — Вот что я хотела тебе показать. Когда-то мать Джордана велела перенести все сюда, чтобы сохранить для внуков. Она была бы счастлива, если ваш с Джорданом ребенок окружен игрушками, которые она с любовью подбирала для своего сына.

Волнение перехватило горло Анны, когда Элизабет сдвинулась в сторону, позволяя ей пройти дальше. Что Анна и сделала. Шаг за шагом она ходила по чердаку, который был похож скорее на запущенную комнаты, чем на место для хранения ненужных вещей. Все стояло на своих местах, замершее в ожидании пока кто-нибудь воспользуется ими.

На трясущихся ногах, Анна подошла к высокому шкафу, заваленному разнообразные игрушками. Когда-то давно маленький Джордан играл ими. Анне было очень трудно представить своего мужа мальчиком, который наверняка никогда ни на что не жаловался. Каким он был? Ее мысли снова вернулись к тому, на кого же буде похож их ребенок.

— Все такое красивое, — прошептала Анна, потянувшись к погремушке, оставленную кем-то на сложенном одеяльце. Выставив руку, Анна с любопытством разглядела резных ангелочков на колокольчиках, закрепленных на деревянной ручке. Встряхнув их, Анна улыбнулась мелодичному спокойному звону, который они издали. — Здесь все так красиво.

Она оглянулась на Элизабет, сразу же замечая слезы в ее глазах.

— Я с радостью приму этот подарок, — выдохнула Анна, торопливо подходя к Лиззи, — Спасибо.

Элизабет смахнула слезы и торопливо кивнула.

— Я очень рада, — прошептала она, — Очень рада.

Анна ничего не успела ответить. Ей помешал знакомый звук с улицы. Кто-то подъезжал к дому на коляске.

— Кто-то приехал, — хмурясь, сказала Анна.

Так же хмурясь, Элизабет подошла к окну. Анна встала рядом, выглядывая на улицу. Она не ошиблась. В облаке пыли, к дому приближалась коляска. Анна пошатнулась и уцепилась за широкий подоконник, заставленный игрушками. Подозрение охватило ее, мешая спокойно дышать. Она еще не увидела визитера, когда предчувствие подсказало, что он ей точно не понравится.

Коляска остановилась. Анна подалась вперед, а потом в ужасе отшатнулась. Погремушка выпала из ее рук, покатившись по полу с тем же мелодичным звуком, который так понравился Анне.

— Кто это? — спросила Элизабет, замечая побледневшую девушку.

Анна обхватила себя руками за плечи и немного растерянно посмотрела на Лиззи.

— Одри. Моя сестра.