Глава 21

Сомкнуть глаза получилось лишь на рассвете — слишком много мыслей проносилось в голове, а тот факт, что ведьмак пробрался в поместье, пугал и удручал. Я пришла к выводу, что во владениях Коридейл, даже не смотря на присутствие законного мужа хозяйки, каждый готов поспособствовать встрече Эрмины и Вэрлима. И если об этом узнает Феррон, от шикарного готического замка ничего не останется! Я боялась его гнева, поэтому не решилась спуститься в сад, хотя любопытство подмывало узнать, чего конкретно хотел бесстыжий колдун.

Утро началось с моего резкого пробуждения, когда Хайди стала меня тормошить.

— Госпожа Эрмина, вас ждут за обедом, — взглянув на часы, поняла, что проспала завтрак, а постель пуста. Подскочила и засуетилась, вспоминая вчерашний день.

— Я помогу, госпожа, — успокоила меня Хайди и усадила на стул напротив трюмо. Принялась приводить меня в порядок, но делала это не молча, как обычно. Я видела, как ее распирает от новостей и разрешила как следует выговориться. — Госпожа Гвиана и господин Тобиан все утро обсуждают бал по случаю отбора, с которого вы с супругом так рано вернулись. Вы многое пропустили!

— И что же? — отозвалась лениво и вдруг вспомнила картину, как забежала в кабинет к принцу. Тут же напряглась, внимательно слушая сплетни служанки.

— Говорят, что принц Конрад, — у меня сердце застучало чаще, — встретил одну из кандидаток, когда та ворвалась прямо к нему в комнату, и снял с нее ленту, а потом, вместо отбора, искал ее по всему дворцу, — руки задрожали от страха, а дыхание сбилось. — А когда нашел обладательницу ленты, то был сильно возмущен тем, что ею оказалась совсем другая девушка. Представляете, что там началось?! — сияла от радости Хайди, а мне хоть плачь.

— И что? — проговорила еле слышно.

— Он перенес отбор на другой день, а завтра устраивает бал-маскарад, на который должны явиться все, кто был на вчерашнем торжестве. Говорят, даже сам король драконов прибудет! Приглашения уже получены и переданы вашему мужу.

— Мне конец, — прошептала так тихо, что служанка не расслышала. Перепуганная тем, что Феррон меня точно прибьет, подскочила на ноги и, как есть, в повседневном платье с недоделанной прической пулей вылетела из покоев.

Шла по коридору размашистым шагом, сжимая и разжимая пальцы. Перед глазами стояла пелена страха, но ноги продолжали нести меня в трапезную. Там моего появления явно давно уже ждали, а встретил меня муж, привстав из-за стола. Наши взгляды столкнулись, и я поняла, что мои страхи вот-вот воплотятся в жизнь, ведь его глаза с вертикальными зрачками намекали на неизбежный конец моей жизни. А самое ужасное, что я пока не знала, каким объемом информации он владеет, и что успел рассказать ему Тоб.

— Приятного аппетита, — голос дрогнул, но натянуть улыбку получилось.

Я нарочно заняла место рядом с Тобианом в конце стола, в надежде на то, что на этом расстоянии Фер меня не достанет и умерит гнев.

От застывшего в воздухе гробового молчания я затряслась осиновым листом и не смогла взять в руки вилку. Под пристальными взглядами Шэдов, потянулась к стакану воды, но быстро отняла руку, осознавая, что просто не донесу его до рта — пальцы совсем не слушались.

— Тебе нездоровится? — прорезал молчание голос Гвианы, и меня бросило в жар.

Схватив стакан двумя руками, я все же сделала живительный глоток и подняла наигранно невозмутимый взгляд на мужа.

— Все хорошо, благодарю. Хайди сказала, что мы с Ферроном многое пропустили?

Снова молчание и переглядки. Эймон и Урлан поднялись, попросили прощения и покинули зал, сославшись на общие дела. По выражениям их лиц было сложно что-то понять.

— Э… Совсем забыла… Мне там надо… Увидимся за ужином, — тут же ретировалась Гвиана и мне оставалось только молиться, чтобы Тобиан не бросил меня один на один с кузеном.

— Эрмина, как ты оказалась в комнате принца, и почему он искал тебя, как кандидатку по магической ленте, принадлежащей некой Рояне Гридейл? — прогремел громом среди туч голос дракона.

Я судорожно умоляющим взглядом искала помощи у Тобиана и он пытался что-то мне сказать, маякуя, но было нереально понять, что именно.

— Фер, я же говорил, что Эрмина просто…

— Я хочу услышать это от нее, — жестом заткнул он кузена и Тоб виновато пожал плечами, не в силах помочь.

— Рояна попросила меня о помощи, и я не смогла отказать, — призналась честно, зная, что он увидит ложь по цвету моих глаз. Не стоило сейчас изворачиваться, особенно учитывая то, что ничего дурного я не сделала. Господи, хорошо мозгов хватило не выйти среди ночи в сад на встречу с Вэрлимом! Если бы он об этом узнал…

— С чего бы тебе помогать какой-то Рояне?! — перешел почти на крик.

— Это я попросил Эрмину на несколько минут надеть ленту. Мне понравилась Рояна и я хотел помочь ей в одном важном деле, которое касается ее семьи…

— Чем ты думал?! — стукнул он по столу так, что тот задрожал под натиском мощного удара, гремя посудой. — Я доверил тебе Эрмину! Ты должен был оберегать ее, а не просить о таком! Уму непостижимо! А ты! — перевел с Тоба на меня яростный взгляд. — Какого рожна пошла в комнаты для личных свиданий?! Что ты вообще делала в этом крыле?!

— Феррон, слушай… — попытался вмешаться лунный дракон и выхватил новую порцию гнева.

— Ты понимаешь, что подставил мой брак под удар?! Понимаешь, что я могу лишиться жены, если Конрад этого захочет?!

— Прости, я не…

— Оставь нас!

Ну, вот и все. Последний спасательный круг уплыл из зала, и я осталась наедине с монстром, который неумолимо приближался ко мне со стиснутыми кулаками. Я вжалась в стул и посмотрела на него снизу вверх.

— Признайся, ты сделала это специально! Нашла способ избавиться от меня! Гениально! Строила из себя невинную овечку, подговорила Тобиана, чтобы отправиться в Коридейл и лихо провернула свое дело! Конечно! Когда испробовала на мне весь арсенал ядов и холодного оружия, решила действовать чужими руками! В твоем духе, дорогая!

Он так на меня кричал, что я не смогла сдержать слез.

— О! Не надо! Можешь больше не притворяться! Это ж надо! Я почти поверил, что ты это не ты, что моя жена вдруг прониклась ко мне искренними чувствами! Думал, что теперь у нас все будет хорошо, но из раза в раз ты бросаешь меня в пропасть своей ненависти! Я видел, как ты смотрела на Вэрлима! Не знаю, как ты хочешь его вернуть, но устранить преграду в виде меня у тебя почти получилось, потому что так просто я тебя никому не отдам! И если Конрад захочет тебя забрать, мне придется с ним сразиться, а это верная смерть!

Феррон наклонился, заглянул в мои глаза и у меня сердце на миг остановилось. Хотелось возразить, сказать, что все было совсем не так и он зря меня обвиняет, но слезы душили настолько, что я и слова вымолвить не могла. Казалось, он сейчас меня ударит, задушит, размажет по стенке, но вместо этого резко отстранился, отошел на шаг назад и тихо сказал:

— В последнее время мне было так хорошо с тобой, что все это казалось сном, но сегодня я проснулся, — он вышел из зала, и я сползла на пол, сотрясаясь рыданиями. Все мои усилия в один миг перечеркнулись. Теперь мне никогда не убедить его в своих чувствах.

— Госпожа, госпожа Эрмина, — засуетилась вокруг Хайди, помогая мне подняться, но я не хотела вставать. Так и сидела на каменном полу, уронив лицо в ладони.

— Ох, что же такое творится? — в столовую вернулась Гвиана, — Что случилось? Фер сорвался? Ох, как же глупо вышло. Пойдем, я помогу тебе, — драконица и служанка помогли мне подняться и добраться до ближайшего диванчика. — Принеси успокоительного отвара! — приказала Гвиана, а сама присела рядом и обняла за плечи. — Ты не переживай так… Ферррон вспыльчивый. Успокоится и ему будет стыдно за свое поведение. Поверь, я позабочусь, чтобы стало стыдно. Это же надо! Тоб рассказал мне, что произошло, и я не могу тебя винить, что пошла на поводу у моего мальчика. Но с ним я отдельно переговорю на эту тему. Ну а ты переставай уже реветь! Никто, даже император, не властен отобрать у дракона его истинную пару. Поэтому не расстраивайся понапрасну. Даэрс-старший отличается от младшего хотя бы тем, что верен законам и древним традициям. А эти бессмысленные дуэли за обладание самкой — пережиток. Вот увидишь, стоит вам объяснить возникшее недоразумение, как проблема решится сама собой.

— Правда? — посмотрела на женщину заплаканными глазами.

— Ну, конечно! Без истинной пары драконы не живут. А если с тобой что-то случится, Фиерра потеряет сразу двух сильных представителей нашего рода.

— П-почему двух?

— Ну, неужели ты думаешь, что Урлан останется в стороне? Сын — единственное, что у него осталось от Вильмы. Императору об этом известно, а наш род ему хоть и дальняя родня, но не чужие. И я тоже не стану спокойно смотреть, как моя семья рушится прямо на глазах. А это значит, муж и Тоб также будут втянуты в конфликт. Кстати, у Шэдов и друзья имеются, и союзники. Сегодня у одного дракона отняли истинную, завтра — самому императору приглянется чужая жена. Нет, Даэрс способен просчитать возможные последствия, и не станет рисковать. Но только в том случае, если вы действительно любите друг друга и докажете, что ваша связь — истинная.

— А как доказать-то? Фер — мой муж, почему я должна что-то доказывать? Конрад мне и даром не нужен! — возмутилась совершенно искренне.

Нет, что это за страна, где собственные законы не соблюдают те, кто и стоял у их создания? А, впрочем, чему я удивляюсь?

— Умничка! — расцвела Гвиана, — то же самое можешь смело сказать Его Величеству. Да любому взгляда хватит, чтобы увидеть, какие искры сыплют между вами. А когда ваш союз подтвердит «Драконье Око», тогда развеются любые сомнения.

— Не поняла? Какое такое «Драконье Око»? — вытаращилась на драконицу. — Впервые слышу!

— Немудрено, — хмыкнула она, — это древний артефакт, напитанный силой Дорейн. Ты же не думаешь, что вы первая истинная пара, которую пожелали разлучить? Эх, молодость! Куда-то спешат все время, торопятся. Феррон же не стал следовать традициям. Пришел, увидел — утащил в замок и женился. А по уму, надо было невесту с родственниками познакомить, торжество организовать, да в центральный храм Дорейн наведаться, чтобы получить благословение от того самого «Ока». Вот в этом случае Конраду и в голову бы не пришло оспаривать связь истинной пары. А Фер решил сделать по-своему, за что сейчас и расплачивается.12727c

— И все равно не понимаю, что нам толку от какого-то там артефакта?

— Да, он же сразу покажет, истинные ли вас связывают чувства, или же это сиюминутное увлечение. Ты очень красивая девушка, Эрмина, тебе ли не знать? Для того чтобы на тебе жениться, наши драконьи заморочки вовсе не обязательны. Любовь и страсть часто идут рука об руку, так что ошибиться очень легко. А мы… мы тоже ошибаемся, принимая желаемое за действительное. Никто из драконов и мысли не допустит, чтобы обидеть истинную пару. А я… почему-то не наблюдаю Фера поблизости.

— Вы думаете… — осеклась, и на глаза вновь набежали слезы. Да, я точно понимала, почему между нами с Ферроном все так непросто. Я — не Эрмина и… и все этим сказано.

— Ну, что опять за слезы? — Гвиана всплеснула руками, — прекращай уже. От них цвет лица портится, и раньше морщинки появляются.

Шутливый тон, наверное, должен был меня успокоить, но у меня все наоборот. Если истинной парой стального дракона была Эрмина, то все так и будет когда-нибудь. А мне… а я…

— Тетя Гвиана! —  раздался холодный голос супруга, — я благодарен, что утешили мою супругу. Но теперь — оставьте нас.

— Гм, ну что я говорила? — пробормотала та под нос. Промокнула слезы на моем лице и погладила по щеке. — Ему не все равно, что с тобой происходит, — заговорщически подмигнула. — Миритесь уже побыстрее, а то нам снова нужно готовиться к выходу в свет. Я уже вызвала портниху, так что не затягивайте с примирением. Уже ухожу, — ответила Феру. — Надеюсь, ты не наломаешь дров? Опять?

Сделав знак прислуге, что притихла в сторонке, драконица покинула столовую. Хайди исчезла следом, затворив за собой массивные двери. Феррон проводил тетю странным взглядом. Такое чувство, что он уже принял решение, которое никому из нас не понравится.

— Идем! — стремительно подлетел ко мне, схватил за локоть и вздернул на ноги.

— Куда? — поморщилась от крепкой хватки, после которой пару дней будут сходить синяки. Ну, если не использовать заживляющую мазь, конечно.

— Мы улетаем отсюда! Немедленно! — сказал и потащил к выходу.

— Как улетаем? Куда? А бал? Приказ императора? — попыталась затормозить, остановиться, но куда там!

— Плевал я на идиотские приказы! Ты исчерпала мое терпение, а потому возвращаешься в замок Шэд. А я, так и быть, слетаю на этот фарс, называемый отбором.

Не успела! — билась в голове единственная мысль, — не успела сбежать и теперь дракон никуда не выпустит, запрет в башне, из которой нет выхода до конца дней. Все, я попала и… пропала. Почему-то казалось, что в замке мы вернемся к тем отношениям, что были до отлета. Это здесь, в Коридейле, даже дышалось легче и Фера будто подменили. Конечно, это больше домыслы, но там в него будто бес какой вселился. И… я не хотела возвращаться.

— Нет! Никуда я с тобой не полечу! Отпусти! — попытку вырваться безжалостно пресекли. — Ты… я… тут между нами все иначе. Я не хочу, чтобы вернулся прежний Феррон. Здесь у нас было столько хороших моментов, а там… я не хочу!

— Эр-рмина! — взревел Фер, — Я. Так. Решил!

— Пусти! — уперлась ногами в пол и… охнула от прострелившей локоть боли. Гад чуть руку не вывернул. — Ай! — брызнули слезы.

— Феррон! — прогремел не менее грозный окрик Шэда-старшего, — ты что творишь?

Урлан неверяще смотрел на сына и по его лицу блуждали стальные чешуйки, так похожие на те, что проявлялись у Фера, когда тот злился. М-да, а картина папаше открылась живописная. Я скорчилась на полу, лелея пострадавшую руку, а нависший скалой дракон, готов разорвать меня на сотню маленьких Эрмин.

— Сын, как ты можешь? — такой горечью и болью плеснуло от Урлана, что стало не по себе. — А если бы я так обращался с твоей матерью? Нет, я чувствовал, что между вами все не так радужно, как ты старался показать, но, чтобы настолько? Она не твоя истинная, иначе ты бы сейчас корчился от боли, что причинил жене. Вот, почему ты прятал ее и почему бежишь сейчас. «Драконье Око» не признает в ней твою истинную пару, ведь так? Так, я спрашиваю? Каждое страдание истинной, каждая ее слезинка возвращается связанному дракону в десятки, сотни раз большей мукой. Знаешь, никогда не думал, что скажу такое… но я рад, что Вильма не дожила, чтобы увидеть, как единственный сын, в котором она души не чаяла, превратился в монстра, способного превратить жизнь своей пары в кошмар.

— Отец, ты все не так понял, —  Фер превратился в бледную статую. — Я ведь люблю ее больше жизни, а она… высмеивала, каждый раз, когда признавался в чувствах. Травила меня ядами, устраивала ловушки и пыталась убить. А слуги… в смысле, живые люди? В замке их нет, потому что ведьма оттачивала на них черное мастерство. Помнишь, семью Кроули, что служила нам не одно поколение? Они сбежали, после того, как их средняя дочь удавилась, а младшую я едва поймал, когда та хотела скинуться с башни. Старшего сына, одержимого низшим демоном, правда, мне пришлось убить самому.

— А чего ты ожидал, когда решил привязать к себе черную ведьму? Если бы она действительно была твоей истинной, у вас бы все наладилось через пару ночей… — Урлан осекся и болезненно скривился. — Ты ведь на это и рассчитывал, верно? Тогда и ничему уже не удивлюсь. Взять силой черную ведьму и ожидать, что она полюбит тебя? Фер, ты должно быть, умом тронулся? — мужчина разом осунулся, постарел сразу лет на десять. — Ты загубил себе жизнь, Феррон. И этой девочке — тоже.

Я судорожно сглотнула, впервые рассматривая наши отношения с этой точки зрения. Урлан, несомненно, прав. Фер разлучил Эрмину с возлюбленным, взял силой и запер в замке, где та ежедневно подвергалась насилию и испытывала на себе бешеную ревность и отчаяние дракона. Но… та Эрмина погибла, тогда как я… у меня сердце кровью обливалось от изломанного болью родного лица. Да, я влюбилась в Феррона, вопреки всем его издевательствам и недоверию. Но… Фер с самого начала знал, что этого просто не могло быть. И обманывался, и потакал собственной страсти, и измучил нас обоих.

А что, если… — внезапная догадка, как удар под дых, от которого перехватило дыхание. — Что, если именно я истинная пара стального дракона? Не Эрмина, чье тело мне досталось по случаю, а именно я, Надя Синичкина с планеты Земля? Это бы объяснило необъяснимую тягу дракона к черной ведьме, и то, почему связь истинной пары не подействовала.

— Фер, я поняла! —  очнулась от размышлений, но мой голос потонул в холодном рокоте Урлана.

— Вы никуда не полетите, и завтра предстанете перед императором. Феррон, до самого бала вы оба не выйдете за пределы Коридейла!

В подтверждение серьезности слов старшего главы рода, в столовой появились затянутые в стальную броню четверка незнакомых воинов. Молча они обступили моего дракона и тот, под таким вот строгим конвоем, покинул помещение. На меня, сидящую на полу и взирающую на всю эту сцену в полном недоумении, даже внимания не обратили. Фер, и тот, не удостоил прощальным взглядом.

— Эрмина? — Урлан подошел и протянул руку, чтобы помочь мне подняться. Затем он уделил внимание пострадавшему локтю. Несколько магических пассов, и припухлость исчезла, а тупая боль отступила. — Прошу прощения за поведение моего сына. Завтра все решится, и если на то воля Дорейн, вы обретете свободу. А пока… надеюсь на ваше благоразумие.